Форум » Персоналии » белые офицеры на службе советской науки и культуры » Ответить

белые офицеры на службе советской науки и культуры

barnaulets: Известный ученый и моряк: Из Википедии: Николай Николаевич Зубов (11 мая 1885, м. Липканы Хотинского уезда Бессарабской губернии — 11 ноября 1960, Москва) — русский и советский морской офицер, инженер-контр-адмирал, океанолог, полярный исследователь, профессор Родился в семье штабс-ротмистра Астраханского драгунского полка (впоследствии генерал-майора) Николая Тимофеевича Зубова. * Окончил гимназию и кадетский корпус в Санкт-Петербурге. * 1901 — Поступил в Морской кадетский корпус. * 1904 — Досрочно выпущен из Морского корпуса в связи с началом русско-японской войны. Мичман. * 1905 — Участвовал в Цусимском сражении в должности вахтенного офицера эскадренного миноносца «Блестящий». Был ранен в ногу тем же снарядом, который убил командира миноносца капитана 2-го ранга А. С. Шамова. * 1910 — Окончил Гидрографическое отделение Морской академии (1910). * 1912 — В качестве старшего офицера посыльного судна «Бакан» произвёл мензульную съёмку губы Митюшихи на западном побережье Новой Земли, а также нижнего течения и устья реки Пеша в Чёшской губе. * 1913 — Подал в отставку по болезни. * 1914 — Стажировался в Бергене на международных океанографических курсах при Институте геофизики. * Осень 1914 — Вернулся на службу. * Октябрь 1914 — Командир эскадренного миноносца «Послушный». * Флагманский штурманский офицер в штабе начальника дивизии подводных лодок Балтийского моря. * Октябрь 1915 — Участвовал в походе на подводной лодке «Кайман», во время которого был захвачен германский пароход. * Декабрь 1915 — Капитан 2-го ранга. * Июль 1916 — Флагманский штурманский офицер в штабе командующего флотом Балтийского моря. * 29 сентября 1916 — Командир эскадренного миноносца «Мощный». * После революции служил в армии Колчака в чине подполковника. * 1923 — Принимал участие в работах Плавучего морского научного института (Плавморнин). * 1924 — Ссылка (4 года) в город Чердынь на Северном Урале. * 1930 — Арестован по делу «Промпартии», около года провел в Бутырской тюрьме. * 1931 — Ученый секретарь Советского национального комитета по проведению второго Международного полярного года. * 1932 — Руководитель экспедиции на парусно-моторном боте «Н. Книпович», впервые в истории обогнувшей с Севера Землю Франца-Иосифа. * 1932-1941 — Создатель и руководитель кафедры океанологии в Московском гидрометеорологическом институте. * 1935 — Руководитель научной части первой советской высокоширотной экспедиции на ледоколе «Садко». * 1937 — Доктор географических наук (по совокупности трудов, без защиты). * Весна 1939 — Произвел ледовую авиаразведку в Карском море. * 1941 — Начальник штаба ледокольного отряда Беломорской военной флотилии. * Весна 1943 — Капитан 1-го ранга, помощник начальника Главного управления Северного морского пути (ГУСМП) по научной части. * 1944-1948 — Директор Океанографического института. * Май 1945 — Инженер-контр-адмирал (в связи с 60-летним юбилеем и 40-летием научной деятельности и военно-морской службы). * 1949-1952 — Профессор кафедры гидрологии Географического факультета Московского университета. * 1953 — Основатель кафедры океанологии Географического факультета Московского университета. * 1960 — Заслуженный деятель науки и техники РСФСР. Скончался 11 ноября 1960 года, похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве. Более подробная биография (правда без указания о службе в армии Колчака)http://www.nvmu.ru/smsg/21/22/111.htm Никто не знает подробностей его службы в Белой армии? По информации С.В. Волкова - он один из первых добровольцев. Если это действительно так, то его биография и карьера, которую он сделал в советское время представляется просто фантастикой

Ответов - 91, стр: 1 2 3 4 5 All

Ратник: Может имеет смысл сделать единую тему что-то вроде "Бывшие колчаковцы в РККА" или что-то в этом роде,чтобы не плодить ветки.

barnaulets: Я так и хотел сделать, но попозже. Зубов же к РККА/РККФ отношение имеет весьма косвенное, хоть и адмирал. Он скорее адмирал от науки.

barnaulets: Ратник пишет: Может имеет смысл сделать единую тему что-то вроде "Бывшие колчаковцы в РККА" Так и сделал - перименовал старую тему про генерала А.Я Крузе, не получившую развития, в тему "Бывшие колчаковцы в РККА". Предлагаю, у кого есть материалы о таких офицерах, выкладывать ее туда.


Ратник: Надо туда же про Говорова перенести,только не знаю как.

barnaulets: В некоторых публикациях в Интернете, указано, что он командовал у Колчака запасным батальоном, в других - полком, вместе с которым сдался красным. Но что за батальон или полк, неизвестно.

Хмурый: По поводу Н.Н. Зубова рекомендую посмотреть большую статью про советских ученых-полярников, служивших в морских частях Русской армии А.В. Колчака, в ж-ле "Родина" (М., 2008. № 3, март. Спец выпуск: Белое дело: вехи истории). Там видел это же фото Зубова. Конкретно по фамилиям не помню, но статья запомнилась. За Россию против Интернационала дрались будущие совученые отчаянно. Один из героев статьи во время сентябрьского контрнаступления 1919 г. в Тоболо-Ишимском междуречье в рукопашной рукояткой Нагана уничтожил расчет действовавшего пулемета красных... Был ранен. Потом, при Сталине, шрамы на теле объяснял детям как последствия охоты в Средней Азии... В карьере Зубова не вижу никакой фантастики. Ведь он и в тюрьме сидел, и в ссылке жил, и, думаю, много еще чего хлебнул от коммунистов. Объяснение "фантастики" простое - Севморпуть!.. Любой политический режим в той или иной мере действует утилитарно. Что-что, а дураками Сталин и К-о никогда не были. Военное и экономическое значение Севморпути прекрасно понимали. Вот и использовали высококлассных спецов с царским образованием и опытом.

barnaulets: Спасибо за справку Хмурый пишет: Что-что, а дураками Сталин и К-о никогда не были. Военное и экономическое значение Севморпути прекрасно понимали. Вот и использовали высококлассных спецов с царским образованием и опытом. Тем не менее, военных специалистов, преподававших в военных академиях, в т.ч. и бывших колчаковцев (Лигнау, Оберюхтина, Базаревского, Моторного, Колегова и др.), а также находившихся в РККА с момента ее основания, тоже высококлассных специалистов своего дела, эти прагматики либо расстреляли, либо посадили.

barnaulets: Нашел упомянутую статью в сети: Кузнецов Н., «Других писателей у меня нет...» Колчаковский фронт советской науки "Родина"-3-2008 [BR]http://www.polarpost.ru/forum/viewtopic.php?f=52&t=1631 Про службу Зубова в белой армии: "Зубов служил не в морских, а в сухопутных частях белых. Он и сам не скрывал этого, отвечая на вопрос советских анкет о службе в белых армиях: «В 1918-1919 годах был мобилизован в армию Колчака, где служил командиром запасного батальона в чине подполковника» . Эта фраза повторяется абсолютно во всех биогра-фиях Зубова, в том числе написанных и в наше время. Однако архивные документы говорят об ином, В фонде управления 7-й Уральской дивизии горных стрелков РГВА нам удалось найти приказ по дивизии № 37 от 27 сентября 1918 года, в котором говорится: «Подполковника (капитана 2 ранга) Николая Николаевича Зубова зачисляю в список 26 Шадринского полка горных стрелков и назначаю командующим обоими бронированными поездами дивизии». 5 октября Зубов вступил во временное командование Отдельным броневым железнодорожным дивизионом 3-го Уральского армейского корпуса. В состав дивизиона входили два бронепоезда — «Горняк» и «Тагил»". Сделал для себя еще одно открытие: в статье упоминается и полковник Лабунцов, ставший известным геологом: "Выдающийся геолог Александр Лабунцов (1884-1963) в чине полковника в 1919 году командовал 1-й Ударной дивизией Сибирской армии. Впоследствии он открыл новые минералы — ферсманит и названный в его несть лабунцовит, стал первооткрывателем урановой руды в СССР". Про Лабунцова в сети, оказывается, довольно много информации. Например: [BR]http://arctic.org.ru/2001/labun.htm [BR]http://poltora-bobra.livejournal.com/175372.html [BR]http://www.kolasc.net.ru/russian/press/09/ksc26.pdf Список в статье Кузнецова можно было бы дополнить выдающимися геологами Ф.Шаховым и В. Крейтером - подпоручиками белой армии, служившими в Барнауле. Или Борисом Герасимовым, братом известного режиссера - полковником белой армии, командиром 25-го Ектеринбургского полка горных стрелков, впоследствии оперным певцом и театральным концертмейстером. Про композитора Моригеровского из 3-го Барнаульского полка я уже упоминал в соответствующей ветке. Был еще знаменитый корнет Фортунатов, тоже впоследствии советский ученый. Вот только вряд ли эти судьбы - свидетельство прагматизма и гуманизма большевиков и т. Сталина, что бы ни писали современные почитатели самого "эффективного менеджера" всех времен и народов (http://poltora-bobra.livejournal.com/175372.html) Все-таки, это исключения из правил. Просто им повезло немного больше, чем другим. Да и репрессии в той или иной форме коснулись многих из них. С другой стороны - биографии Лабунцова, Шахова, Зубова и др. - еще одно подтверждение того, о чем я писал в другой теме - что история сложнее и запутаннее, чем те прямолинейные схемы, в которые ее пытаются впихнуть.

barnaulets: Про Лабунцова оказывается была тема с кучей интересных ссылок на форумеhttp://1914.borda.ru/ [BR]http://1914.borda.ru/?1-20-0-00001530-000-10001-0-1201253916 Из справки М.Г. Ситникова на этом форуме: Лабунцов Александр Николаевич (1884 -1963г.г.). Из дворян Санкт-Петербургской губернии, уроженец г. Владикавказа. Московский кадетский корпус и Константиновское артучилище. Участник русско-японской и Великой войн. В сентябре 1916 года капитан Лабунцов получил благоволение от государя, а в октябре капитана 47 артбригады 5-й батареи Александра Лабунцова наградили орденом Св. Георгия 4 ст. В 1917 году - полковник артиллерии, командир 3-й батареи 16-го мортирного дивизиона 47 артбригады. В 1918 г. Проживал в Екатеринбурге, с апреля – помощник военрука Екатеринбургского военного комиссариата. Студент горного института, действительный член Уральского общества любителей естествознания, минеролог. В августе 1918 г. – командир артдивизиона 7-й Уральской дивизии. 16 августа убыл в распоряжение штаба Сибирской армии. Командир 1-й Сибирской стрелковой ударной бригады с марта 1919 г . Начальник 1-й Ударной дивизии (на 9.05.1919 г.) В январе 1920г. попал в плен под Красноярском. С 1920 г. – сотрудник краеведческого музея в г. Череповец. В 1922 г. – участник геологических экспедиций на Кольском полуострове. В 1923 г. – сотрудник Минералогического музея, изучал минералогию Хибин и Ловозера. Работал в Средней Азии, в Саянах, в Забайкалье и на Урале. Открыл новые минералы ферсманит и названный в его честь лабунцовит. Первооткрыватель урановой руды в СССР. Похоронен в Москве. Небольшое дополнение: На осень 1919 г. полковник Лабунцов командовал Екатеринбургской стрелковой дивизией, сформированной из частей Сибирского ударного корпуса (http://1918.borda.ru/?1-12-0-00000026-000-0-0-1290368180) По информации внука, после того, как он попал в плен к красным, его расстреливали, он чудом выжил, так как ранение оказалось не смертельным,далее попал в тифозный барак, а расстреливать второй раз его не стали, так как за него вступился его лучший друг Ферсман (http://poltora-bobra.livejournal.com/175372.html) В период сталинских чисток и после 1937 года А.Н. хотя и остался живым, но был уволен из института, и в течение 2-х лет был безработным... Только благодаря невероятной настойчивости А.Н. каким-то непонятным для всех образом, дойдя, говорят, даже до Вышинского, добился вновь своего зачисления в Минералогический музей, где и проработал до 1958 года. В возрасте 74 лет из-за сильнейшей гипертонии А.Н. вынужден был выйти на пенсию после перенесенного инфаркта. (http://arctic.org.ru/2001/labun.htm) Любопытный факт. В честь него названа улица в г. Кировске в Мурманской области. Наверное, это единственная улица в бывшем СССР, названная в честь белого офицера. На параде в Екатеринбурге с генералом Гайдой (фото с Бергеншельда) Лабунцов с академиком Ферсманом во время экспедиций на Кольском по-ве

barnaulets: Сергей Сергеевич Шульц (старший) (1898-1981) профессор-геолог, доктор геологических наук ШУЛЬЦ (Schultz) Сергей Сергеевич старший (15 декабря 1898, Кострома - 18 августа 1981, пос. Горьковское Рощинского р-на Ленинградской обл.), геолог, доктор геологических наук (1941). Отец - Сергей Павлович фон Шульц (1868 - 1910). Мать - Наталья Геннадьевна, урожденная Карцева (1872 - 1936). С 1902 Ш. жил в С.-Петербурге. Учился в Мая гимназии, с 1913 в Морском кадетском корпусе. За отказ присягать Временному правительству в 1917 не был допущен к выпускным экзаменам и выпущен из корпуса унтер-офицером. В янв. 1918, окончив ускоренные курсы при Елисаветградском кавалерийском училище, вступил в Белую армию. Участвовал в Ярославском восстании, воевал в составе Камской речной флотилии, с войсками А.В. Колчака отступал в Сибирь. 7 января 1920 был захвачен в Иркутске красноармейцами и приговорен к расстрелу, но ему удалось бежать. Добравшись до Владивостока, нанялся сплавщиком леса на Енисей. Летом 1921 с поддельными документами вернулся в Петроград, поступил на физико-математический факультет Петроградского университета, а затем перешел географический факультет. Вскоре арестован, но жене удалось его освободить. Будучи студентом, участвовал в геологических экспедициях в Якутию, на Кавказ и др. регионы; преподавал естественные науки в профтехшколе в Ленинграде (1925-31). Окончил Ленинградский университет (1928) и поступил на работу в Институт геологической карты АН СССР, одновременно вел курс общей геологии в Ленинградском университете (1931-35) и преподавал в Ленинградском горном институте (до 1933). Ежегодно участвовал в экспедициях в Среднюю Азию, провел геологические съемки Джунгарского Алатау, Илийской долины, Кетлинского хребта, Центрального Тянь-Шаня, верховья Нарына, Иссык-Кульской и Ферганской впадины, занимался поисками нефти, золота, ртути, осмистого иридия и тематическими работами, связанными с проблемами тектоники Средней Азии. Руководил отделом тектоники Киргизского филиала АН СССР, а также читал курс геотектоники и геоморфологии в Среднеазиатском университете (САГУ; 1935-39). В 1941 защитил докторскую диссертацию на тему «Анализ новейшей тектоники и рельеф Тянь-Шаня» (опубликована в 1948). Во время Великой Отечественной войны 1941-45 работал в Киргизском геологическом управлении в должностях начальника партий и экспедиций. В 1945 вернулся в Ленинград, во Всесоюзном научно-исследовательском геологическом институте. В 1949, во время кампании по борьбе с космополитизмом, уволен и продолжил работу сначала во Фрунзе, а затем - в Ташкенте, в должности старшего инженера Среднеазиатского геологического управления. Профессор кафедры общей и исторической геологии геологического факультета САГУ (1949-53), читал курс геокартирования. В 1953 смог вернуться в Ленинград и поступить на работу в Лабораторию аэрометодов АН СССР. Одновременно являлся заведующим кафедрой геоморфологии Географического факультета ЛГУ (1954-75). Автор более 100 научных работ, в т. ч. «Судомская возвышенность» (1961), «Поверхностные гравитационные перемещения и гравитационная тектоника» (1961), «Планетарная трещинноватость (основные положения)» (1973), «Тектоника земной коры» (1979). Автор воспоминаний (не опубликованы). Похоронен на Нововолковском кладбище в С.-Петербурге. Награжден рос. орденами Св. Георгия 4-й ст. (1918), Св. Анны 3-й ст. (1918), Св. Владимира 4-й ст. с мечами и бантом (1918); советскими орденами Знак Почета (1946), Трудового Красного Знамени (1950), а также медалями. Был трижды женат: на Надежде Дмитриевой-Киреевой (? - 1919); в 1922-49 на Марии Борисовне Вагиновой, урожденной Стааль (1 августа 1900 - 8 мая 1966); в 1949-63 на Елизавете Павловне, урожденной Брунс (1904 - 18 января 1963). Сын - С.С. Шульц-младший, его мать - Ольга Иосифовна Некрасова (1898- 1987). ЛИТ.: Памяти Сергея Сергеевича Шульца // Геоморфология. 1982. N 1; Петрушевский Б.А., Резвой Д.П., Захаров С.А. и др. Сергей Сергеевич Шульц и его последняя книга // Бюллетень Московского общества испытателей природы. Отд. Геология. 1982. Т. 57. Вып. 6; Шульц С.С. мл. Сергей Сергеевич Шульц - человек и ученый: Род, жизнь, судьба // Вестник Санкт-Петербургского университета. 1996. Сер. 7. Вып. 4; Николаева Т.В. Сергей Сергеевич Шульц в Ленинградском университете // Там же; Репрессированные геологи. СПБ, 1999. Вып. 3. С. 349. Из электорнной энциклопедии "Немцы России"http://www.rusdeutsch-panorama.ru/jencik_statja.php?mode=view&site_id=34&own_menu_id=3387 См. также:http://www.kmay.ru/sample_pers.phtml?n=3545 О службе С.С. Шульца в белой армии (в Камской речной боевой флотилии, начальником конной разведки морского учебного батальона) см. Кузнецов Н., «Других писателей у меня нет...». Колчаковский фронт советской науки//Родина, 2008, №3 (электронная версияhttp://www.polarpost.ru/forum/viewtopic.php?f=52&t=1631)

barnaulets: Сергей Дмитриевич Лаппо (1895-1972) Известный советский гидрограф, исследователь Арктики, в честь которого названы п-ов на Таймыре Мичман Лаппо, 1917 г. Русский военный моряк, гидрограф, арктический исследователь. Родился в семье учителя из Красноярска. Его отец, окончивший Казанский университет, попал в Сибирь за участие в студенческих беспорядках. Это обстоятельство весьма осложнило жизнь юноше, решившему поступить в элитное дворянское учебное заведение, готовившее офицерские кадры для военного флота – Императорский Морской корпус. Тем не менее, это ему удалось, и в 1916 году, в разгар Первой мировой войны, молодой мичман Лаппо получил назначение на линкор «Цесаревич». Это был последний выпуск Морского корпуса. Линкор «Цесаревич» – один из заслуженных кораблей русского флота, прославившийся еще в годы русско-японской войны. На этом корабле, у скал Моонзунда, юный мичман и прошел боевое крещение. После революции немало уцелевших офицеров флота покинуло родину навсегда, но Лаппо, не задумываясь, остался в России. Еще во время боев у Эзеля он познакомился со знаменитым Б. А. Вилькицким (см), и это знакомство во многом определило его судьбу. Он решил посвятить жизнь Арктике. В 1920 году Лаппо принял участие в Сибирской хлебной экспедиции, целью которой была доставка из Сибири продовольствия для северных районов Поморья. Перегрузка его с речных судов на морские, пришедшие из Архангельска, осуществлялась в Обской губе в необорудованной бухте, мелководной и открытой ветрам. Экипажам парохода «Орлик» и баржи «Пур», входившим в состав Обской гидрографической партии, был поручен поиск более подходящего места. Возглавил группу опытный полярный штурман А. И. Осипов, под руководством которого Лаппо начал свою долгую арктическую службу. Маленьким утлым суденышкам с риском быть выброшенным на камни удалось провести гидрографические работы и найти защищенную с моря достаточно просторную и глубокую бухту. Новое перегрузочное место получило название Новый порт. Однако прошло три года до того момента, когда Новый порт смог принять океанский пароход. Все это время Лаппо с товарищами по гидрографическому отряду обеспечивал промерами строительные работы. Вскоре после этого Лаппо стал помощником начальника Карских экспедиций, затем вел гидрографические работы в Гыданском заливе и при строительстве портов в Игарке и Тикси, в 1933 году возглавлял гидрологический отряд Лено-Хатангской экспедиции на моторном боте «Пионер», проведший ценные наблюдения в бухте Нордвик, Хатангском заливе и дельте Лены. В 1936 году Лаппо руководил гидрографическими работами на шхуне «Политотделец» у восточного побережья Новой Земли. Исследования, проведенные этой экспедицией, по своей значимости стоят в одном ряду с исследованиями П. К. Пахтусова (см.), В. А. Русанова (см.), Р. Л. Самойловича (см.). На карту были положены многие километры восточного берега северного острова Новой Земли, острова, проливы, заливы. Одна из бухт была названа именем этого славного суденышка. К сожалению, рейс «Политотдельца» оказался единственным. Зимой 1937 года он наскочил на камни около о. Колгуев. С 1938 года началась работа Лаппо в Арктическом институте, где он возглавил «службу льда и погоды». Им опубликовано несколько десятков научных работ, в годы войны защищена кандидатская диссертация, в которой разработан новый метод прогнозирования ледовитости на основе осенних метеопризнаков. Но, конечно, не только наука занимала Лаппо в тяжелое военное время. Он работал в штабе морских проводок Северного морского пути, обеспечивая движение на воюющем Севере морских войсковых транспортов и боевых кораблей. После войны, в течение 1946–1957 гг. Лаппо участвовал в ледовой авиаразведке. Перебравшись в Москву, он полностью переключился на научную работу: стал профессором, преподавателем Московского Университета, председателем гидрологической комиссии Географического общества СССР, редактором научных сборников «Океаны и моря» и «Мировой Океан». Полуостров в море Лаптевых на п-ове Таймыр и мыс севернее бухты Прончищевой на Таймыре. Названы по предложению Хатангской гидробазы, Хатангского райсовета и ГП ММФ. Названия утверждены решением Красноярского крайисполкома от 2 марта 1973 года. Мыс на северо-западе о. Малый Бегичев в море Лаптевых. [BR]http://www.gpavet.narod.ru/lappo.htm О службе Лаппо в белой армии (из той же статьи Н. Кузнецова в журнале "Родина"): "В списках Морского министерства он числился начиная с марта 1919 года. 11 мая его перевели в состав Речной боевой флотилии, активно воевавшей на Каме до конца июня. 15 августа мичмана Лаппо отправили в Отдельный морской учебный батальон , созданный из унтер-офицеров и матросов 1-го и 2-го дивизионов Речной боевой флотилии, комендантской команды её главной базы и рабочих Ижевского завода. Здесь он стал командиром 2-й роты и 29 августа за боевые отличия получил производство в лейтенанты . В составе 8-й Камской стрелковой дивизии батальон вёл активные боевые действия. Вот что вспоминал очевидец о бое, произошедшем 12 октября у села Дианово: «Ожесточение дошло до того, что пулемётчик красных стрелял до тех пор, пока его не убил ударом рукоятки револьвера по голове раненый в обе руки и в грудь навылет командир 2-й роты лейтенант Лаппо...» (Мейрер Г. А. Краткая история о действиях Отдельного морского учебного батальона // Бизертинский «Морской сборник» 1921-1923. Избранные страницы. М. 2003. С. 176-177) " Службу в белой армии он скрывал. "Даже сын Сергея Дмитриевича — Сергей Сергеевич Лаппо (1938-2006), видный океанолог, с 1995 по 2006 год возглавлявший институт океанологии РАН, — ничего не знал о прошлом отца. О шрамах же, оставшихся от ранений, полученных в боях с большевиками, бывший колчаковский лейтенант говорил, что они получены при перестрелках с басмачами в Узбекистане..." [BR]http://www.polarpost.ru/forum/viewtopic.php?f=52&t=1631

barnaulets: Крейтер Владимир Михайлович (1897-1966) Известный советский геолог, заслуженный деятель науки и техники РСФСР Биографическая правка, составленная по воспоминаниям его жены Дины Самойловны Крейтер [BR]http://www.sakharov-center.ru/asfcd/auth/authorf2eb.html?id=973 1897, 24 октября. — Родился в г. Кузнецке Томской губернии. Отец – Крейтер Михаил Ильич, сельский учитель, учитель трехклассного училища в г. Кузнецке, затем начального городского училища в г. Барнауле. Мать – Крейтер Людмила Сергеевна, урожденная Семенова, из крестьянской семьи, образования не получила, но много читала, писала небольшие рассказы, некоторые из них были опубликованы. 1915. — Окончание Барнаульского реального училища. Поступление на геологоразведочный факультет Петербургского горного института. 1916, июль. — Призыв в армию, обучение в Одесском военном училище. 1917, февраль. — Направление в 24-й Сибирский строевой полк, участие в боевых действиях, тяжелое ранение. 1920, 20 января. — Откомандирование в Горный институт на учебу. 1921. — Начало работы землемером на Урале. 1923. — Работа геологом в Каменноугольном тресте. 1925. — Работа прорабом Чекур-Кояшской партии. 1926, с марта. — Начальник Восточно-Забайкальской разведочной партии. 1928. — Окончание Горного института, работа в Геологическом комитете Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ) СССР. 1929. — Откомандирование в США для ознакомления с постановкой геологоразведочных работ. 1930. — Возвращение из командировки. 1932. — Создание кафедры разведочного дела в Московском геологоразведочном институте (МГРИ) и назначение ее заведующим. 1936–1937. — Подсчет запасов месторождения Каджаран. 1938. — Женитьба. Жена – Дина Самойловна Крейтер, аспирантка кафедры. 1939, 26 января. — Рождение дочери Ирины. 1940. — Защита во МГРИ докторской диссертации «Учение о поисках и разведках полезных ископаемых». 1941–1945. — Преподавание в Ташкентском политехническом институте. 1945. — Командировка в Германию. 1945–1949. — Заведывание кафедрой МГРИ. 1949, 21 мая. — Арест В.М. Крейтера вместе с группой геологов (27 человек) по ложному доносу бывшего корреспондента газеты «Правда» А.Ф. Шестаковой. Арестованным геологам инкриминированы: неправильная оценка и заведомое сокрытие месторождений ценных металлов, вредительство, шпионаж, контрреволюционная агитация. В числе арестованных – видные геологи: академики А.А. Баландин, И.Ф. Григорьев, Н.П. Русаков, член-корреспондент АН СССР А.Г. Вологдин, профессора М.Н. Тетяев, Б.К. Катульский, Е.С. Эдельштейн, В.Д. Шаманский. 1949, 21 мая – 1950, январь. — Лефортовская тюрьма. Пребывание под следствием в одиночной камере. После 8 месяцев заключения в камере-одиночке в Лефортово – осуждение Особой комиссией по ст. 58 на 25 лет заключения в ИТЛ с конфискацией имущества. Этап в Красноярские лагеря в купейном вагоне по 28 человек в купе. Смерть одного из них, профессора Б.К. Катульского, в дороге. Увольнение жены, Д.С. Крейтер, с работы в связи с арестом и осуждением мужа; год оставалась без работы, затем в течение двух лет – бурение скважин на свинофермах, а через три года – работа по специальности. Посещение В.М. Крейтера в лагерях (два раза) женой. Материальная поддержка друга семьи геолога В.А. Николаева. 1950–1953. — Работа геологом в партиях Енисейстроя в Минусинском крае. Чтение в лагере курса лекций и консультации по вопросам поисков, разведки и оценки месторождений. 1953. — Перевод в лагерную больницу в связи с тяжелым заболеванием (инсульт). После выздоровления (при ограничении движения руки и ноги) возвращение на работу в Енисейстрое. 1954. — Возвращение из лагеря. Обращение в ЦК КПСС на имя Н.С. Хрущева с просьбой рассмотреть клеветническую деятельность А.Ф. Шестаковой, организовавшей «дело геологов». Исключение А.Ф. Шестаковой из партии. Активная научная, педагогическая и производственная работа в организациях Министерства геологии СССР. 1954. — Реабилитация вместе с группой геологов за отсутствием состава преступления. 1954–1955. — Завершение работы над книгой «Структуры рудных полей и месторождений», в значительной степени написанной в 1948 г. 1957, 10 декабря –1960. — Командировка в Китай для чтения докладов и передачи опыта; публикация книг на китайском языке. 1960–1966. — Издание и переиздание обобщающих работ и учебников по поискам и разведке месторождений полезных ископаемых. 1935–1962 — Преподавание на организованной В.М. Крейтером кафедре рудничной геологии Московского института цветных металлов и золота им. М.И. Калинина (МИЦМиЗ). 1962–1966. — Организация кафедры месторождений полезных ископаемых и их разведки на инженерном факультете Университета дружбы народов им. П. Лумумбы. Преподавание. 1964, 16 декабря. — Создание научной школы в области поисков и разведки месторождений полезных ископаемых. Присвоение почетного звания заслуженного деятеля науки и техники РСФСР. 1966, 31 декабря. — Смерть от эмболии сердечной мышцы. О службе В.М. Крейтера в армии Колчака нигде не упоминается. Однако в Государственном архиве Алтайского края в фонде Барнаульского уездного начальника есть справка, выданная 26 июля 1919 г. его сестре, в которой он назван подпоручиком команды выздоравливающих. Его фамилия попадалась также в одном из приказов начальника Барнаульского гарнизона ген. Биснека (от 7 ноября 1919 г.) - о назначении его председателем комиссии для проверки использования труда военнопленных, содержащихся в Барнаульском концлагере. Так что в белой армии он служил, как и его брат Виктор Михайлович - штабс-капитан 17-го Семипалатинского Сибирского стрелкового полка (из справки выданной в 1919 г. Барнаульским УВН отцу Михаилу Крейтеру). На 1 августа 1922 г. он состоял на особом учете бывших белых офицеров по Алтайской губернии. Дальнейшую судьбу выяснить не удалось. Интересно, что в биографии профессора Коейтера, изданной в 1997 г. (Крейтер Д. С., Аристов В. В., Трофимов Н. Н. Крейтер Владимир Михайлович. – М.,1997. Электронаая версия -http://www.sakharov-center.ru/asfcd/auth/auth_book642b.html?id=85108&aid=973), Владимир назван единственным сыном в семье, а Виктор даже не упоминается. Что наводит на определенные размышления. Интересно, что в Барнауле имя этого выдающегося земляка, одного из отцов советской геологической науки, фактически забыто, так же как и другого известного геолога, Феликса Шахова, тоже подпоручика белой армии (служившего в 3-м Барнаульском Сибирском и 51-м Сибирском стрелковых полках, награжденного в белой армии орденом СВ.Анны 4-й ст. с надписью "За храбрость"), биографию которого и фото я размещал в другой теме по 3-му Барнаульскому полку.

Адъютант: barnaulets пишет о Сергее Дмитриевиче Лаппо: Родился в семье учителя из Красноярска. Его отец, окончивший Казанский университет, попал в Сибирь за участие в студенческих беспорядках. Возможно, это так, но сам я ни разу нигде не встречал сведений о том, что Лаппо Дмитрий Евдокимович был учителем. Кроме того, Лаппо Д.Е. (отец будущего ученого) в Сибирь был выслан из Киева, а в период 1890 - 1895 году жил (скорее всего с семьей) в Чистополе. Насколько надежные сведения? Может, стоит уточнить? Со своей стороны могу сослаться на статью Павла Лопатина "Жизнь и дела кадета Лаппо" (см. www.memorial.krsk.ru > Мартиролог > Лаппо Дмитрий Евдокимович).

barnaulets: Адъютант пишет: Насколько надежные сведения? Информация с сайта, ссылка на который я привел под текстом. Просто - это наиболее подробная из его биографий в сети. За точность не ручаюсь, т. к. подробно биографией Сергея Дмитриевича Лаппо пока не занимался. За что купил, за то и продаю. Возможно, про отца-учителя, высланного из Киева - это версия самого Сергея Дмитриевича, придуманная им в советское время.

barnaulets: За статью про Дмитрия Евдокимовича спасибо. Она, кстати, публиковалась в альманахе "День и ночь 2009, №5-6"

Адъютант: barnaulets пишет: Она, кстати, публиковалась в альманахе "День и ночь 2009, №5-6" Ну, да. Об этом есть указание на сайте Мемориала.

barnaulets: В принципе, материал достаточно известный. Но уж больно судьба необычная и как раз в тему Я.В. Леонтьев, кандидат исторических наук. Родина. № 7. Июль 2006. Бело-красный партизан корнет Фортунатов Борис Фортунатов был заметной фигурой Гражданской войны в Поволжье. Он был одним из пяти депутатов Учредительного Собрания, подписавших первое воззвание Комуча 8 июня 1918 года, и стоял у истоков Поволжской народной армии. Однако даже в специальной исторической литературе невозможно отыскать каких-либо биографических сведений о нем. И уж тем более никто не связывал воедино имена белого партизана, спасателя заповедника Аскании-Нова и писателя-фантаста… Начальные сведения о его жизненном пути находим в полицейском досье о «лице, привлеченном к дознанию в качестве обвиняемого по делу о террористической группе Московской организации партии социалистов-революционеров». Итак перед нами «Фортунатов Борис Константинов, время рождения – 24-го января 1886 года; место рождения – Смоленск; вероисповедания – православного; происхождение – сын статского советника; народность – великоросс; <…> занятия – студент Московского университета; место воспитания <…> – учился в Смоленской, Елецкой и 1-ой Московской гимназиях, которую окончил в 1904 году, и в том же году поступил в Московский университет; <…> основания привлечения к настоящему дознанию – сведения, сообщенные Московским охранным отделением и указывающие на принадлежность Фортунатова к террористической группе; место производства дознания – Московское губернское жандармское управление; <…> принятая мера пресечения <…> – содержание под стражей с 24-го сего Февраля в Москве»1. Из дела Департамента полиции «О Борисе Фортунатове» видно, что 22 апреля 1905 года первоначальная мера пресечения была изменена: он был отдан под особый надзор полиции в селе Поджигородове Клинского уезда Московской губернии2. На лицевой же обложке дела стоит штамп: «ПРЕКРАЩЕНО». Сохранился и другой департаментский документ, из которого следует, что Фортунатов был задержан полицией 3 февраля 1907 года в Москве как участник «подготовительной» конференции областного комитета партии эсеров3. Из единственной, весьма краткой биографической справки о Фортунатове, напечатанной в 1018-м в книге «Революция 1917-18 гг. в Самарской губернии», известно, что он был членом партии с 1902 года, в 1905-м являлся одним из организаторов железнодорожной забастовки и участвовал в московском восстании, был ранен, а в 1907-м был выслан за границу. Очевидно, Фортунатов получил какое-то административное наказание, которое могло быть ему заменено высылкой за границу на тот же срок для продолжения высшего образования. Помимо этого известно, что по профессии наш герой был химиком, печатался в специальных и популярных изданиях, опубликовав, к примеру, статью об успехах органической химии в журнале «Современный мир»4. В ноябре 1909 года Борис Фортунатов вернулся на родину, а спустя три года окончил естественное отделение физико-математического факультета Московского университета, к 1915 году еще три курса Московского высшего технического училища. В 1917-м Фортунатов служил в армии в качестве нижнего чина. После Февральской революции он некоторое время являлся членом Петроградского комитета партии эсеров, участвовал в III партийном съезде в Москве (в начале июня), а затем очутился в Самаре, где был депутатом солдатского и крестьянского Советов. Интересная характеристика отыскалась в воспоминаниях актрисы и режиссера Самарского городского театра Зинаиды Славяновой-Смирновой: «Фортунатов общий любимец всех почти без исключения. Со сколькими людьми, своими или чужих партий, ни приходилось говорить, всегда слова «симпатичный», «располагающий» прежде всего срывались с уст при характеристике Фортунатова. Есть что-то мягкое и задушевное в тонком и чистом овале его лица, в голубизне его открытых глаз, мягкой улыбке, в тонкой белизне лица и рук, в нестройной худощавой фигуре с узкими плечами… Большие сапоги, с богатыря, военного образца, часто торчащие тесемочки из-под солдатской рубашки, всегда поношенные солдатские брюки – придавали детски симпатичную неуклюжесть его фигуре. <…> Оратор… работник… преданный член партии…, но не в этих качествах главная сила Фортунатова… <…> Его сила в какой-то внутренней симпатии, вызываемой им к себе и подчиняющей ему товарищей. Не в логических построениях его речи, не в словах и деятельности, а как-то внутренне чувствуешь исходящее из него чувство преданности революции, чуждое выгоды, расчета, трусости, мещанства, эгоизма, чувство, прорезанное жертвенным элементом… Неугасаемая никогда готовность к порыву, к подвигу – способность редкая даже в наше ультрареволюционное время, – чувствуется в этом худощавом теле и краснеющем по-девичьи лице. Эта способность тогда, в глазах рационалистически настроенных товарищей, в особенности меньшевиков, придавала в их глазах поступкам Фортунатова форму фантастической неделовитости, а секрет был в том, что таких, как Фортунатов, в нужное время оказывалось раз, два и обчелся. Большинство страдало скорее жаждой безопасности, чем фанатической готовностью очертя голову идти в борьбу, не жалея себя… Фортунатов очень увлекается химией, любит природу, пение, может часами рассказывать о многоцветной радуге и переливах на раковинах, найденных им под Москвой…»5. Осенью 1917-го Фортунатов был избран депутатом Всероссийского Учредительного собрания по списку партии эсеров и Совета крестьянских депутатов от Самарской губернии. По словам Славяновой-Смирновой, на вечеринке, устроенной эсерами по случаю отъезда Фортунатова и других депутатов на открытие Учредительного Собрания, он «взял слово с товарищей, что когда надо будет, они выступят с оружием в руках»6. Действительно, оказавшись в Петрограде, Фортунатов примкнул к группе, выступавшей против позиции подавляющего большинства «учредилки». «Эту группу оппозиционеров составляли главным образом депутаты фронта или лица, так или иначе причастные к великой войне»7. Они разработали план защиты и готовились к активному отражению действий большевиков, однако разного рода обстоятельства помешали реализации этого плана. Вернувшись в Самару, Фортунатов и его товарищи проигнорировали запрет местных советских властей на их выступления с рассказом о роспуске Учредительного собрания. Напротив, самарские депутаты повели довольно активную агитацию в его пользу на собраниях горожан и в казармах местного гарнизона. Значительным их успехом стал созыв губернского крестьянского съезда, из 600 участников которого не оказалось ни одного большевика. В ответ на это самарские ленинцы пошли на разгон съезда и закрытие партийного клуба эсеров, но тем самым они окончательно испортили отношения с гарнизоном. Фортунатов и другие лидеры эсеров перешли на нелегальное положение и установили тесные контакты с подпольной офицерской организацией подполковника Н. А. Галкина. Тем временем 8-й Совет партии эсеров в мае 1918 года принял решение о переброске своих основных кадров на восток, в частности – в Поволжье, для подготовки антисоветского выступления. В Поволжье росло сопротивление крестьян начавшейся реквизиции хлеба. Фортунатову была поручена агитационная работа в воинских частях. Когда дошло до прямых столкновений с продотрядами, то на борьбу с «комиссародержавием» поднялись рабочие иващенковских заводов. Именно здесь, в Иващенкове, впервые прозвучало название Комитета членов Учредительного собрания (Комуч), инициативная группа которого была создана Фортунатовым, самарскими депутатами И. М. Брушвитом, П. Д. Климушкиным и тверским депутатом В. К. Вольским. В это время части Чехословацкого корпуса с боями двигались от Пензы через Сызрань к Самаре. С ними, по свидетельству Климушкина, находились Брушвит и «люди Фортунатова». В начале июня пала последняя железнодорожная станция перед Самарой – Липяги. Оттуда, вспоминал Климушкин, «пробрался к нам делегат от Фортунатова и Брушвита, забрал план Самары, таинственно шепнул, что сегодня ночью «ждите», и ушел обратно»8. Ему вторил известный каппелевец полковник Вырыпаев: «Пришедший ходок сообщил, что чехи 6-го июня решили атаковать Самару. <…> Вследствие малочисленности и неопытности участников организации (подполковника Галкина. – Я. Л.), о самостоятельном выступлении до прихода чехов думать не приходилось. Слухи же об успехах чехов все крепли и крепли. Уже слышалась орудийная стрельба между ними и красногвардейцами под Самарой у станции Липяги (17 верст на запад от Самары). Большевики отправляли навстречу чехам эшелон за эшелоном. Состоявший в противобольшевицкой организации видный эсер Б. К. Фортунатов, член Учредительного собрания (впоследствии член военного штаба от Самарского правительства), закладывал под полотно железной дороги близ моста через реку Самарку фугасы и простым аккумулятором, соединенным стосаженным проводом, из ближайшей ямы с демоническим спокойствием взорвал фугасы под поездом с красногвардейцами, шедшим из Самары против чехов. При этом после взрыва Фортунатов совершенно спокойно, чуть ли не по самому проводу, подходил к месту взрыва»9. В ночь на 8 июня чехословаки вошли в город. Навстречу им выступили офицерский отряд Галкина и эсеровская дружина. В тот же день было выпущено первое воззвание Комуча, подписанное Фортунатовым и еще четырьмя депутатами. Во главе военных сил Комуча стоял штаб Народной армии под предводительством Галкина. По словам начальника его оперативного отдела генерала П. П. Петрова, Фортунатов, будучи членом штаба, «почти не вмешивался в работу по устройству армии и большею частью участвовал в операциях как рядовой боец с винтовкой в руках. В Самарский период борьбы он был дважды ранен»10. По свидетельству того же генерала Петрова, наиболее боеспособными частями Народной армии были Особая Самарская бригада (командир – подполковник В. О. Каппель) и Самарский конный дивизион под командованием Фортунатова. Помимо участия в боевых действиях, Фортунатов по линии Комуча был назначен чрезвычайным уполномоченным (особоуполномоченным) Комитета на фронте. Он также участвовал в работе Государственного совещания в Уфе. В первую очередь Фортунатов прославился как боевой командир. «Комитетская» деятельность была для него явно вторична. Он участвовал во взятии Казани, Ставрополя (ныне Тольятти); в бою под Ставрополем его находчивость спасла от верной гибели отряд Каппеля, по представлению которого «доброволец Фортунатов» был произведен в чин прапорщика11 и, следующим приказом от того же числа, «за храбрость под Новодевичьем и Казанью – в корнеты12. Полковник Вырыпаев рассказывал: «С отрядом Каппеля (Народной армией) всегда следовал член Учредительного Собрания Б. К. Фортунатов. Официально он считался членом Самарского военного штаба, в то же время выполняя успешно обязанности рядового бойца-разведчика. Сравнительно молодой (лет 30), он был энергичный и совершенно бесстрашный человек. Ему как-то на моих глазах удалось захватить в овраге четырех красноармейцев. Спокойно сказал всегда следовавшему за ним черкесу: «Дуко…» (его имя). Тот, не задумываясь, моментально по очереди пристрелил этих четырех пленников. Случайно я все это видел и потом вечером, когда мы отдыхали, спросил его, почему он приказал Дуко пристрелить красногвардейцев. Приказ – пленных не расстреливать. Он равнодушно ответил: «Но ведь был бой!» <…> После непродолжительного боя красные оставили Климовку, уходя на запад бесчисленными повозками. Наша пехота вошла в Климовку. Б. К. Фортунатов просил не стрелять по отходящим красным и, взяв 6-7 человек разведчиков, ускакал оврагом, чтобы отрезать хвосты уходящей колонне красных. Мы наблюдали за ним, насколько нам позволяла пересеченная местность. Через полтора-два часа Фортунатов вернулся со своими разведчиками и привел четыре военные повозки с одним пулеметом и пулеметными лентами на каждой, а красногвардейцы убежали в кустарник»13 (13). Интересно сравнить его фронтовой образ с наблюдениями Славяновой-Смирновой: «Фортунатов никогда вовремя не поест, не попьет, спать может месяцами на полу, каждую ночь в разных местах и не любит в разгар революционной деятельности примитивного комфорта…»14. Наконец, яркий образ Фортунатова дает в своей повести «Встреча» писатель Иван Вольнов, находившийся в 1918 году в Самаре. Фортунатов выведен там под именем начальника кавалерийского отряда имени Учредительного собрания Португалова, «о храбрости и жестокости которого так много говорили в добровольческих частях». В одном месте Вольнов нарисовал портрет Фортунатова: «Высокий, щетинистый, с длинным лошадиным лицом, пыльно-загорелый и угрюмый, в простой солдатской гимнастерке, измятом картузе с георгиевской ленточкой, он ни одеждой, ни наружностью не отличался от своих солдат»15. В другом месте читаем: «…он был прекрасный стратег, неустрашимый воин… наравне с рядовыми солдатами мужественно нес все неисчислимые тяготы Гражданской войны так же, как рядовые, питаясь тем, что можно было добыть на пути, ночуя в поле, на сырой земле, в сараях или в седле, так же заботливо и нежно относясь к своему верному другу на войне – лошади… Португалов – член Учредительного собрания и мог бы, как другие члены Учредительного собрания, жить в лучших гостиницах, где-то заседать, куда-то торопиться на извозчике или в автомобиле, с озабоченным или непроницаемым видом носить под мышкой толстый портфель, обедать в ресторанах в обществе веселых и нарядных женщин. Он не делал этого, он рисковал жизнью – в поле, в грязи, в крови, под дождем, голодный, во вшах, в бессоннице, в неотпускающем напряжении»16. После того, как 18 ноября 1918 года в Омске произошел переворот, приведший к власти адмирала Колчака, и среди членов Комуча были произведены аресты, кое-кто из «героев» тыла настаивал на аресте Фортунатова, но Каппель (произведенный к тому времени в генералы) взял под защиту своего боевого товарища. «Как ни странно, – писал генерал Петров, – под руководством Каппеля (настроенного монархически – Я. Л.) объединились группы, имевшие ранее на фронте эсеровскую окраску»17. Петров продолжал: «Про Фортунатова можно сказать, что с самого начала действий Народной армии он редко появлялся в штабе и все время проводил на фронте с Каппелем. Показал себя отличным солдатом и командиром. Судьба его очень интересна: им был сформирован конный отряд, развернутый в дивизион под его командованием; получил чин корнета; во время отступления от Самары он бессменно прикрывал отход, а когда произошел переворот в Омске и сотрудниками адмирала Колчака был отдан приказ об аресте членов Комуча, то в отношении Фортунатова он не был исполнен. По рассказам, Фортунатов явился к Каппелю и прямо спросил: когда меня арестуете? Каппель успокоил его, что не собирается. Фортунатов до лета 19-го года пробыл в войсках Колчака и только во время боя за Челябинск или после него решил не двигаться в Сибирь, а уйти в район действий оренбургских и уральских казаков. Случайно, уже в Америке, при чтении книжки уральского атамана Толстова о судьбе казаков, мне попало<сь> имя Фортунатова. При отступлении Уральской армии к форту Александровскому зимой 19-20 года упоминается, что Фортунатовский дивизион был еще надежной частью. С уральцами в Персию он не пошел»18. По сообщению московского историка А. А. Петрова, дивизион корнета Фортунатова на май 1919 года проходит по документам в составе Отдельной Волжской кавалерийской бригады генерал-майора К. П. Нечаева. Участник и исследователь Белого движения на Востоке России А. П. Еленевский отмечал, что Фортунатов, «несмотря на все партприказы с<оциалистов>-р<еволюционеров> о переходе к красным, остался непримиримым борцом с большевиками»19. Историк Белого движения В. С. Пешков, выявивший в архивном фонде 1-й советской армии показания рядового Букреева из отряда Фортунатова, попавшего в плен и допрошенного 28 октября 1919 года, сообщил ряд интересных сведений. Букреев рассказал, что одно время отряд назывался 1-м Егерским дивизионом и был в составе войск Каппеля. Отступив из-под Челябинска на Кустанай, дивизион по Тоболу дошел до линии Ташкентской железной дороги в районе Изембета, имея целью выйти на соединение к Деникину. Отряд насчитывал 5 эскадронов, 2 пулеметные команды (пешую и конную) и 1 артвзвод. В эскадронах было по 70-80 сабель, в артвзводе – 30 бойцов, в обеих пулеметных командах – 110. В обозе – 33 больных и 400 обозных. В эскадронах по 6-7 офицеров, в пулеметных командах – по 6, в артиллерии – 5. Выдано боеприпасов – по 150 патронов у добровольцев, и по 40 – у мобилизованных. Отряд, в это время именующий себя «1-м Волжским партизанским отрядом», к моменту допроса партизана находился в пути уже около двух месяцев, выживая за счет реквизиций. У Кустаная «фортунатовцами» были взяты пленные, причем коммунистов расстреляли. По ходу движения отряд пополнялся дезертирами и белыми (очевидно, отставшими от отступающих или разбитых частей). Около 23 октября в одном из аулов для маскировки были сделаны из купленной у киргизов материи несколько красных знамен и красные ленты на фуражки20. До Деникина отряд не дошел. Следы его находим в гибнувшей Уральской Отдельной армии генерал-лейтенанта В. С. Толстова. Генерал-майор И. Г. Акулинин писал: «Из всех частей, двинутых из Гурьева на север, серьезную боевую силу представляли только две части: русско-сербский отряд штабс-капитана («воеводы») Киселева и партизанский отряд корнета Фортунатова. Первый из них прибыл к уральцам по реке Эмбе из Южной армии, а второй, оторвавшись от армии адмирала Колчака в районе Кустаная, долго скитался по киргизским степям, пока не вышел на жилую косу. Однако посылка этих подкреплений, конечно, ничего изменить не могла»21. Дальше следы отряда и его доблестного командира вновь теряются… Некоторые современники поторопились его похоронить. А Фортунатов неожиданно воскрес, оказавшись каким-то образом в… Конармии Буденного. Таким образом, он повторил судьбу ряда бывших эсеров, а то и офицеров-монархистов (например, литературного Рощина из «Хождения по мукам» или реального А. П. Перхурова, руководившего Ярославским мятежом). По непроверенным данным Семен Михайлович назначил лихого партизана командиром полка. Вместе с буденновцами Фортунатов осенью 1920-го дошел до Херсонщины. И тут случился новый неожиданный поворот в его жизни ( он добился, чтобы его оставили охранять знаменитый на весь мир заповедник, основанный в 1874 г. владельцем Аскании-Нова бароном Фридрихом Эдуардовичем Фальц-Фейном. Впоследствии Фортунатов вспоминал: «Не кучи, а буквально горы навоза, доходившие местами до крыш, покрывали дворы… Некоторые здания были разбиты тяжелой артиллерией, и на каждом шагу в стенах и крышах зияли широкие проломы. Ни лошадей, ни коров, годных в хозяйстве, не было». Обитатели Аскании-Нова тоже были жертвами бесчеловечной войны. Об увиденном им в октябре-ноябре 1920 года Фортунатов с болью писал: «Сотни людей сразу перелезли через забор, испуганные животные шарахнулись в противоположную сторону, разбили ветхую ограду, и часть их ушла в степь.… В этот день недосчитались: 14 штук ланей, 4 оленей, 13 гривистых баранов, 1 антилопы Гарна, 2 оленей. Сверх того, один африканский страус разбился с перепугу и пал». А 15 ноября, в ночь, несколько красных воинов тайком пробрались в зоопарк и порубили большое количество птиц: «Всего было убито: 6 лебедей, разных видов 15 гусей (серых, полярных и нильских), 20 казарок разных видов, а также несколько новозеландских огарей, нырков и уток»22. По-видимому, для уставшего воевать Фортунатова теперь наступило время «собирать камни». Он налаживает работу в Аскании-Нова, а в январе 1921 года добрался до Харькова, в Наркомзем Украины, благодаря чему была создана комиссия по выработке декрета Совнаркома УССР от 8 февраля 1921 г. об Аскании-Нова. На основании его доклада у Д. З. Мануильского, Реввоенсовет отдал приказ, запрещающий военным частям останавливаться в заповеднике. Фортунатова определили заведовать научной частью Аскании-Нова. В 1923-1924 годах он трудился в Московском зоопарке, в 1925-1928 годах – снова в Аскании-Нова, теперь уже в качестве заведующего зоопарком. Позднее, сделавшись членом-корреспондентом Украинского комитета охраны памятников природы, Фортунатов возглавлял также Крымский, Приморские и Кавказский заповедники. В 1929 году раскрылось еще одно дарование этого необычного человека: под псевдонимом Б. Туров в издательстве журнала «Всемирный следопыт» он публикует научно-фантастический роман «Остров гориллоидов», в котором была впервые разработана широко использовавшаяся впоследствии идея создании армии из «очеловеченных» обезьян. Но вскоре Фортуна отвернулась от бывшего буденновца. В 1933-м по стране прокатилась волна арестов бывших эсеров. В показаниях на следствии в ГПУ Фортунатов поведал о своих научных заслугах: «Итогом этой работы прежде всего явился зоопарк Аскания-Нова, поднятый в 1928 году на такую высоту, какой он никогда в прошлом, а также и в будущем не занимал. Второй моей работой этого периода была борьба за охрану природы Украины, которая закончилась декретированием сети Приморских заповедников. Третьей и главнейшей работой была разработка теории генетического синтеза»23. Помимо этого Борис Константинович вел сложнейшие работы по скрещиванию, благодаря которым удалось восстановить практически исчезнувшего в годы Первой мировой и Гражданской войн зубра. Еще он занимался восстановлением в заповедной асканийской степи степного орла, стрепета, байбака. Фортунатов много публиковался в специальной научной печати, принимал активное участие в организации и проведении различных природоохранительных съездов и конференций. В 1932 году он становится членом Комитета по заповедникам при Президиуме ВЦИК, и незадолго перед арестом руководил проектировкой нового Московского зоопарка в Останкино. Среди предъявленных Фортунатову обвинений были пункты о согласии «на активное участие в к-р организации, ставившей своей целью свержение соввласти», а также «в составлении и осуществлении вредительских планов гибридизации животных, … следствием чего явилась затрата впустую крупных государственных средств и гибель ценных экземпляров животных…», а также в пособничестве «созданию условий для широкого распространения заболеваний среди ценных стад животных в заповеднике»24. 24 февраля 1934 года постановлением Судебной тройки при Коллегии ГПУ УССР Фортунатов был осужден к заключению в исправительно-трудовых лагерях сроком на 10 лет. Заключение он отбывал в Карлаге, был досрочно освобожден, а в 1957 году реабилитирован. В Карагандинском исправительно-трудовом лагере отбывали срок многие научные работники, попавшие в разряд «врагов народа». В лагере были созданы проектно-конструкторское бюро, сельскохозяйственная опытная станция (СХОС), накопившая исключительно ценный опыт работы в деле освоения пустынных степей Центрального Казахстана. Через Карлаг прошли многие профессора Тимирязевской академии, А. Л. Чижевский, А. Н. Туполев… Что касается Фортунатова, то по сведениям журналистов казахстанской ежедневной газеты «Экспресс К», жизнь его оборвалась в Долинской больнице, в печально-знаменитой «столице» Карлага. Автор благодарит за консультации А. С. Кручинина и Л. Г. Протасова Примечания 1 ГАРФ. Ф. 102. 7 д-во. 1905. Д. 920. Л. 1-2 об. 2 Там же. Л. 3. 3 Там же. 4 д-во. 1907. Д. 42. Ч. 5. 4 Фортунатов Б. На пути к синтезу хлеба // Современный мир. 1911. № 7. С. 298-322. 5 Славянова З. Эсеры. (Воспоминания) // Революция 1917-1918 гг. в Самарской губернии. Т. 1. [Самара, 1918]. С. 122-123. 6 Там же. С. 125. 7 Соколов Б. Защита Всероссийского Учредительного собрания // Архив русской революции. Т. 13. Берлин, 1924. С. 33. 8 Цит. по: Иоффе Г. З. Колчаковская авантюра и ее крах. М., 1983. С. 60. 9 Вырыпаев В. О. Каппелевцы // Вестник первопроходника. 1964. № 28. С. 7-8. 10 Петров П. П. От Волги до Тихого океана в рядах белых (1918-1922 гг.). Рига, 1930. С. 21-22. 11 Приказ Комитета членов Всероссийского Учредительного собрания № 251 от 24 августа (нового стиля) 1918 г. 12 Приказ № 252. Автор благодарит за помощь А. Б. Езеева. 13 Вырыпаев В. О. Указ. соч. С. 8-9. 14 Славянова З. Указ. соч. С. 124. 15 Вольнов И. Е. Круги жизни: Повести и рассказы. М. 1991. С. 291. 16 Там же. С. 338-339. 17 Петров П. П. Указ. соч. С. 84. 18 Он же. Роковые годы. 1914-1920. Калифорния. 1963. С. 109-110. 19 Еленевский А. П. Перечисление войсковых частей Поволжья и Сибири в 1918-1919 годах // Военная быль. 1968. № 89. С. 39. 20 РГВА. Ф. 157. Оп. 3. Д. 563. Л. 528-529. 21 Акулинин И. Г. Уральское казачье войско в борьбе с большевиками // Белое дело. Т. 2. Берлин, [1927]. С. 143. 22 Анисимов А. Апология невежества // Киевский телеграф. №24. 17 - 23 июня 2005. 23 Архив Службы безопасности Украины. Дело 208744, т. 3. 24 Там же.

barnaulets: Пентегов Алексей Петрович. Род. 13.04.1892 г. в г. Челябинске. Окончил Шадринское реальное училище, 3 курса физ.-мат. ф-та Петроградского университета, учился в Петроградском политехническом институте на инженера-металлурга. В апреле 1916 г. призван в армию, окончил 2 ю Петроградскую школу прапорщиков (август 1916 г.). С сентября 1916 г. служил в 39 м Сибирском стрелковом запасном полку в г. Томске. Подпоручик. Младший офицер, командир роты, батальона. Член партии эсеров. В 1917 г. избирался членом Томского совета солдатских депутатов и гарнизонного совета, председателем полкового комитета, членом Западно-Сиб. исполнит. комитета Совета рабочих и крестьян. депутатов, Омского военно-окружного комитета. С декабря 1917 г. выборный командир полка. С января 1918 г. состоял членом президиума Алтайского губпродкома. С 16.06.1918 г. по мобилизации в 3-м Барнаульском Сибирском стрелковом полку белой армии, младший офицер. Награжден орденом Св. Станислава 3-й ст. с мечами и бантом (Пр-з Сиб. армии №66, 19.02.1919 г.). Поручик (произв. 20.10.1918 г.). 27 декабря в бою под Ванюками на Пермском фронте ранен и контужен, эвакуирован в Барнаул. После излечения признан негодным к строевой службе. С мая 1919 г. начальник хозяйственной части Отряда особого назначения Алтайской губернии. 10.12.1919 г. в Барнауле перешел на сторону красных. В 1920–1925 гг. член президиума, зав. химическим и горным отделами, помощник заведующего производственным отделом Алтайского губсовнархоза, директор Барнаульского объединения химзаводов, управляющий Алтвинтрестом, Алтпищетрестом, технический директор Алтпищетреста. В годы Великой Отечественной войны сотрудник Новосибирской областной химической лаборатории. С 1944 г. заместитель директора Химико-металлургического института Западно-Сибирского филиала АН СССР, фактически руководил работой института. Основатель и руководитель лаборатории лесохимии. Умер в 1953 г. Брат Борис Петрович Пентегов (Род. в 1887 г., с. Камышловка Пермской губернии) - также известный ученый-химик. Преподавал в Уральском горном институте в Екатеринбурге, с которым в 1919 г. эвакуирован во Владивосток. Один из первых преподавателей Дальневосточного политехнического института, профессор. С 1932 г. директор Химического института Дальневосточного филиала Академии наук СССР. Арестован 9.03.1933 г. Постановлением Коллегии ОГПУ 16.09.1933 г. осужден к 10 годам ИТЛ. Постановлением Особого Совещания МГБ СССР 23.12.50 приговорен к высылке на поселение в район Колымы. К нач. 1947 г. работал инженером пищекомбната в пос. Таскан на Колыме (Е. Гинзбург «Крутой маршрут»). Дело А.П. Пентегова продолжила его дочь Валентина Алексеевна (1918-2000), доктор химических наук, профессор, заслуженный деятель науки РСФСР. С 1953 г. она возглавляла лабораторию лесохимии (с 1962 г. в Институте органической химии СО РАН), , созданную ее отцом.

barnaulets: Была такая книжка про улицы Барнаула в советское время - "Их именами названы улицы" улица в г. Кировске (Мурманская обл-ть), названная в честь бывшего командира 1-й Сибирской ударной дивизии полковника Лабунцова, в советское время известного минералога, вместе с академиком Ферсманом работавшего на Кольском п-ове А это полуостров на Таймыре и мыс на о. Бегичева, названные в честь упоминавшегося выше Сергея Дмитриевича Лаппо, в советское время - известного ученого-гидролога, исследователя Арктики

мир: А этот человек тут уже был7 Анатолий Сергеевич Соколов родился 8 сентября 1895 году в с. Покровское-Раменье Ярославской губернии. Его отец, священник, перевез в 1903 году семью в Омск, где Анатолий Сергеевич и окончил в 1913 году мужскую гимназию. В 1920-30е -- выдающийся учёный Свердловского университета. В 1936 г. арестован и расстрелян как троцкист. Полностью его биография цитируется уральскими учёными здесь: [url=http://proceedings.usu.ru/?base=mag/0037(03_18-2005)&xsln=showArticle.xslt&id=a03&doc=../content.jsp]http://proceedings.usu.ru/?base=mag/0037(03_18-2005)&xsln=showArticle.xslt&id=a03&doc=../content.jsp[/url] О службе же в колчаковской армии он рассказывал сам: Вскоре после Октябрьской революции я уехал в Омск, где жил отец. Я занялся преподавательской работой на Атаманском хуторе (так назывался тогда пристанционный поселок, теперь — город Ленинск) [написано в 1924 г. — В. М.]. Октябрьская революция дала возможность широко развернуть внешкольно-просветительскую работу, поэтому недостатка в работе не было. С декабря 1917 года я впервые выступил в качестве преподавателя географии на общеобразовательных курсах В. М. Васильева (член РКП (б) с 1920 г.). В марте 1918 года внешкольным отделом Омской железной дороги были организованы курсы для рабочих, на которых я преподавал историю. С весны 1918 года курсы Васильева переданы были в культурно-просветительный отдел Омской железной дороги и преобразованы им в гимназию для взрослых (вечернюю) с четырехгодичным сокращенным курсом. Я был назначен заведующим этой школой, параллельно вел преподавание истории. С осени 1918 года, кроме гимназии взрослых, я читал эпизодически лекции и небольшие курсы лекций, на которые собиралось до 200 и более человек рабочих железнодорожных мастерских. Тема лекций: по истории классовой борьбы и русского революционного движения. В то же время преподавал историю в школах для детей. ... Помню один факт, который как-то особенно ярко подчеркнул, что значит диктатура класса. В гимназии, которой я заведовал, преподавала жена колчаковского генерала Лящика (начальника 11-й дивизии). Наслышавшись от жены о моих лекторских талантах, этот генерал пригласил меня прочесть лекцию для солдат его дивизии. Я согласился… Он попросил что-нибудь о царях. Я выбрал Ивана Грозного. Лекция состоялась. Подобрал я серию хорошеньких диапозитивов насчет того, как насильничал Грозный. Рассказал пару хорошеньких случаев из его правительственной практики, а затем вывел мораль: смотри, ребята, что бывает, когда в государстве “цари” сидят! (Колчак тогда уже был!) После лекции мне стороной передавали, что генералу моя лекция понравилась, не понравилось только, что я в солдатскую массу ввожу “политику”, так как армия должна быть “аполитичной”. После этого меня больше не приглашали, а контрразведка установила надзор. Уж очень ясно как-то этот случай мне показал, кому и для чего нужно, чтобы солдатская масса была и “святой”, и “серой”, и “скотинкой”... ... В конце марта или в апреле 1919 года по “мобилизации цензовиков” я должен был явиться в армию. 5 мая я попал рядовым в 44-й Сибирский стрелковый полк. Пробыл я здесь недолго — месяц. Мы, небольшая кучка противоколчаковцев, скоро провели среди солдат соответственные случаю разговоры. Кто-то кому-то об этом шепнул, нас рассортировали. Меня пересадили в более “безопасное место” — в штаб дивизии в качестве “молодого солдата, прикомандированного к штабу 11-й дивизии для письменных занятий”. Там мое “письменное занятие” в штабе сначала дивизии, а потом обоза тянулось до самого взятия Омска Красной армией (14 ноября 1919 года). На 12 ноября была назначена эвакуация обоза из Омска, меня отпустили домой для сборов, я ушел и больше в армию Колчака не вернулся. После восстановления советской власти в Омске у нас закипела работа. Школы быстро восстанавливались. Когда организовался на Атаманском хуторе районный отдел народного образования, я был назначен заведовать внешкольным подотделом 7 .

белый: мир пишет: Анатолий Сергеевич Соколов родился 8 сентября 1895 году в с. Покровское-Раменье Ярославской губернии. Его отец, священник, перевез в 1903 году семью в Омск, где Анатолий Сергеевич и окончил в 1913 году мужскую гимназию. В 1920-30е -- выдающийся учёный Свердловского университета. В 1936 г. арестован и расстрелян как троцкист. Я не понял, в каком городе есть улица названная его именем???

barnaulets: белый пишет: Я не понял, в каком городе есть улица названная его именем??? Про улицы - это в другой , "смежной" теме. Просто я сначала здесь про это начал, а поскольку улицы называли не только в честь ученых, вынес в отдельную тему

Адъютант: СНЕСАРЕВ Андрей Евгеньевич [1(13).12. 1865, Старая Калитва, ныне Россошанского р-на Воронежской обл.,— 4.12.1937, Москва], советский военачальник и учёный-востоковед. Герой Труда (1928). В Советской Армии с 1918. Окончил матем. фак. Моск. ун-та (1888), пех. уч-ще (1890) и Академию Генштаба (1899); владел 14 языками. С 1888 на воен. службе в Туркестане, занимался изучением и военно-геогр. описанием Ср. Востока. Совершил поездки по Индии, Афганистану, Тибету и Кашгарии. С 1904 в Генштабе, одновременно преподавал воен. географию в воен. училищах. С 1910 нач-к штаба казачьей дивизии. В 1-ю мировую войну командовал полком, бригадой и дивизией, ен.-лейтенант (1917). В сент. 1917 выбран ком-ром 9-го арм. корпуса. После Окт. революции 1917 перешёл на сторону Сов. власти. Во время Гражд. войны в мае — июле 1918 был военруком Сев.-Кавк. воен. округа, с сент. 1918 нач-к Зап. р-на обороны, созданного между Сев. и Юж. фронтами, затем командовал Западной (с марта 1919 Белорусско-литовская) армией, В 1919— 1921 нач-к Академии Генштаба. В 1921—30 ректор и профессор Ин-та востоковедения, одновременно профессор Военно-возд. (с 1924) и Военно-политич. академий (с 1926). Использованы материалы Большой советской энциклопедии. т. 7 Ист. http://www.hrono.ru/biograf/bio_s/snesarev_ae.html Дополнительные сведения: Действительный член РГО, Императорского об-ва востоковедения. Председатель среднеазиатского отделения общества востоковедения (Петербург, 1906). Закончил практическую восточную академию. Участник XV Международного конгресса востоковедов (Копенгаген, 1908). Профессор (1927), Герой труда (1928) Издано более 150 работ. Ист. В.Н. Усов. Советская разведка в Китае: 30-е годы XX века. Товарищество научных изданий КМК. Москва. 2007. С.392-393.

barnaulets: Так он же не белый, а самый что ни на есть "красный" офицер - у белых не служил ни дня. А вот про генерал-лейтенанта Василия Георгиевича Болдырева (1875-1933), предшественника Колчака на посту командующего белыми войсками Востока России , я как-то забыл упомянуть в этой теме. Он же после амнистии в 1923 г. до своего расстрела в 1933 г. как раз по научной части трудился: Из справки на Википедии: "Занимался преподавательской деятельностью. Работал в Новосибирске в Сибирской плановой комиссии консультантом, а с 1927 года – руководителем конъюнктурного бюро. Председатель секции «Недра» Общества изучения Сибири. Осенью 1928 года был уволен с работы в крайплане. Работал научным сотрудником Западносибирского института промышленных экономических исследований. Член авторского коллектива Сибирской Советской энциклопедии." Интересно, что его сын - Константин, стал известным политическим деятелем эмиграции, непримиримым борцом с коммунистическим режимом в рядах Национально-трудового союза, одним из руководителей которого он являлся. Интересный материал про него и документы его отца, преданные в 90-е гг. в ГАРФ: http://nature.web.ru/db/msg.html?mid=1185895&s=

Сибирецъ: Не ученый, но. Иустин Павлович Романико. Есаул Сибирского казачьего войска. Родился 1 (13) июня 1892 г. Казак ст. Котуркульской Кокчетавского уезда Акмолинской области. Оренбургское казачье военное училище, прапорщик (1915). Сотник (1917) 5-го Сибирского казачьего полка. С июля 1918 г. во 2-м Сибирском казачьем полку. Орден Св. Станислава 3-й степени с мечами и бантом и Св. Анны 3-й ст. с мечами. После разгрома армии Колчака осел в Енисейской губернии, где у него и его супруги Антонины Пантелеймоновны 4 ноября 1921 г. родился сын Виктор. Из Канского уезда И.П. Романико с семьей перебрался в Среднюю Азию. Работал фельдшером в г. Андижане. В 1925 г. последовал переезд на Украину, где Иустин Павлович устроился помощником лекаря в санчасти сахарного завода в г. Яготин Полтавской области. В конце 1920-х гг. новое место жительства – г. Пермь. Там, в Перми, в 1930 г. Романико (вероятно, вместе с женой) учился на курсах по подготовке фельдшеров в ВУЗ. После курсов Иустин Павлович и Антонина Пантелеймоновна поступают в Пермский мединститут. После его окончания в 1935 г. – направление в Челябинский горздравотдел. Романико взялся за перо. Печатался в «Коммунисте», «Пролетарии», «Правде Прилукщины», «Коммунарках Украины», в Челябинске – в «Челябинском рабочем», в заводской газете «Колющенец» (в 1937 г. опубликовал в ней серию очерков о Д. Колющенко, содержавших сведения по истории Челябинска). Печатались его произведения и в центральных газетах: в «Правде» и «Рабоче-крестьянском корреспонденте». Написал также ряд повестей на историческую тему. В ноябре – декабре 1937 г. был арестован по делу "полковника Молчанова" в Челябинске. 27 декабря 1937 г. тройка по ст. 58-2-9-11 приговорила его к высшей мере наказания. 1 января 1938 г. Иустин Павлович был расстрелян и погребен в бывших золотых выработках на окраине Челябинска. Подробнее здесь http://www.siberia-cossack.org/?pid=658

barnaulets: Да, действительно фантастическая судьба. Сибирецъ пишет: Не ученый, но. Я думаю, есть смысл расширить тему за счет деятелей культуры. Тем более, что среди советских деятелей культуры бывших белых было немало (М. Булгаков, К. Арцеулов, Е. Шварц и др.). Были и колчаковцы - например Борис Аполлинарьевич Герасимов, брат режиссера Сергея Герасимова, командир 25-го Екатеринбургского полка горных стрелков, педагог-музыкант и композитор Павел Моригеровский из 3-го Барнаульского полка, поэт Алексей Ачаир и др.

barnaulets: Моригеровский Павел Васильевич. Род. 11.07.1892 г. в Москве. В 1912 г. окончил Московскую хоровую академию. В 1913-1914 гг. преподаватель пения в гимназии в Кишиневе. Произведен в прапорщики запаса арм. пехоты в 1914 г. по Московскому уезду. Офицер 3-го Барнаульского Сибирского стрелкового полка белой армии. Поручик (произведен Пр-зом 1-й Сиб. армии №155, 29.10.1919 г.). С 1920 г. преподаватель пения в школах Ярославля (с перерывами). В 1930-1933 гг. рук. концертных бригад. В 1921-1930 гг. зав. муз. частью драм. т-ра в Ярославле, в 1933-1934 гг. – ярославского ТЮЗа, в 1934-1936 гг. – драм. т-ра в Сталинске. В 1936-1955 гг. – муз. рук. и дирижер Дворца пионеров в Ярославле. Композитор. В годы Великой Отечественной войны возглавлял работу концертной агитбригады и агитклуба Ярославского дворца пионеров. Награжден медалью «За доблестный труд в Великой отечественной войне". Умер 5.07.1969 г. в Ярославле. Соч.: хоры на сл. В. Данилова, А. Кузьмина, М. Павлова и др.; песни на сл. В. Гусева, М. Лисянского, А. Суркова, и др.; музыка к драм. спектаклям (более 150), в т. ч. "Выстрел" А. Безыменского (1930), "Укрощение строптивой" В. Шекспира (1934), "Гибель эскадры" А. Корнейчука (1936), "Дон-Кихот" (по М. Сервантесу, 1937), "Сказка о попе и работнике его Балде" (по А. Пушкину, 1937), "Красная Шапочка" Е. Шварца (1939), "Бедность не порок" А. Островского (1939), "Недоросль" Д. Фонвизина (1939), "Кошкин дом" С. Маршака (1949). Возможно, он возглавлял музыкальную команду Барнаульского полка, сдавшуюся в плен под Красноярском. Есть также предположение о том, что в Ярославль он в 1920 г. попал через местный концлагерь, через который прошли многие офицеры армии Колчака, в т.ч. из Барнаула

Игорь Алабин: Балабин Николай Иванович, ген.-майор(?) (09. 03. 1868 – ?) Из дворян ОВД. Казак ст. Семикаракорской, 1-го Донского округа. Образование получил в Киевском кадет. корпусе и 2-м воен. Константиновском уч-ще (по 2-му разряду). В хорунжие произведен в 1889 в комплект Донских каз. полков. Участник 1-й мировой войны. Произведен 21. 10. 1892 в сотники, 15. 04. 1895 – в подъесаулы, 06. 12. 1898 – в есаулы (с переименованием в ротмистры), 06. 10. 1906 – в подполковники, а 06. 12. 1910 – в полковники. Должности: состоял в комплекте Донских каз. полков (10. 08. 1889 – 16. 02. 1890); в 7-м Донском каз. п. (16. 02. 1890 – 1898); в ОКЖ (май 1898 – 1915); пом. нач. Лифляндского ГЖУ (дек. 1901 – авг. 1905); состоял в резерве: С.-Петербургского ГЖУ (авг. 1905 – май 1907), Лифляндского ГЖУ (май 1907 – июль 1909); пом. нач. Киевского ГЖУ (июль 1909 – 13. 04. 1910); состоял в прикомандировании к С.-Петербургскому ГЖУ (13. 04. 1910 – сент. 1911); состоял в прикомандировании к Киевскому охранному отделению (сент. 1911 – июнь 1913); нач.: Тамбовского ГЖУ (июнь 1913 – нояб. 1914), Иркутского ГЖУ (нояб. 1914 – 1917). Арестовал 11. 01. 1905 в г. Рига, Лифляндской губ. (ныне Латвия) писателя А. М. Пешкова (М. Горького) и этапировал его в тюрьму. В авг. 1905 был назначен команд. морской погран. флотилией Балтийского моря. Флотилия состояла из 11 больших и 2 малых кораблей. В ее главную задачу входила борьба с контрабандой оружия и взрывчатых веществ через побережье Прибалтики и Финляндии. Он получал информацию о выходе из иностранных портов судов с оружием от зав. заграничной агентурой ОКЖ. Наиболее значительной операцией его управления было разоблачение антигосударственной деятельности Иркутского татаро-турецкого комитета, созданного в 1912. Члены комитета вели активную антирусскую пропаганду, собирали развед. сведения о положении в Иркутском ВО и перевозках по Транссибу. После начала войны они собрали среди мусульман г. Иркутск и переправили в Турцию 147 тыс. рублей. В янв. 1915 комитет организовал побег из г. Чита в Китай Исхана-паши, пленного ком. 9 корпуса турецкой армии. Ему удалось внедрить в состав комитета 4-х секретных агентов, с помощью которых и было установлено, чем же именно комитет занимался. В том же месяце по его приказу все руководство комитета было арестовано. По его приказу были уничтожены все агентурные списки и документы. Арестован 05. 03. 1917 в г. Иркутск. Жена: дочь офицера ВД Мишарева Вида Андреевна. Дети: Елена (01. 07. 1895 – 1976), педагог-музыкант. Во время 2-й мировой войны выезжала с концертами Иркутской филармонии на фронт. Умерла в г. Иркутск. Ольга (05. 03. 1892 – ?), педагог-музыкант, художник, оперная певица. Работали в Иркутской филармонии и театре музыкальной комедии. Умерла в 1968 – 1974 в г. Иркутск. Дальнейшая судьба к сожалению не известна. М. б. белый? Или грохнули в 1917. С уважением И. Алабин.

barnaulets: До кучи (извиняюсь за каламбур) - еще один профессор-геолог, так же как Шахов и Крейтер (см. выше) - выпускник Барнаульского реального училища. Правда, хоть и офицер, но в белой армии не служивший. Но у белых послужить успел - в министерстве труда Временного Сибирского правительства и правительства Колчака, шефом которого был земляк и однопартиец Кучина по партии меньшевиков Л.И. Шумиловский. http://portal.tpu.ru/departments/kafedra/gige/about1/1930_1938 http://www.memorial.krsk.ru/martirol/Ku-Kja.htm Кучин Михаил Иванович. (8(20) ноября 1887 г. — 29 августа 1963 г.) Из семьи торгового служащего, мещанина г. Кургана. Окончил Барнаульское реальное училище (1907 г.), учился на горном ф-те Томского технологического института (с перерывами). Состоял в партии меньшевиков. Весной 1916 г. призван в армию. В 1917 г. окончил школу прапорщиков инженерных войск в Петрограде, в августе 1917 г. направлен на Румынский фронт. Окончил войну в чине подпоручика. Состоял членом армейского ревкома и комиссаром Сибирских частей Румынского фронта. С 24.08.1918 г. состоял начальником рабочего отделения в министерстве труда Временного Сибирского правительства и затем Всероссийского Правительства адмирала Колчака. Осенью 1919 г. переехал в Иркутск, где с конца декабря 1919 г. по март 1920 г. состоял секретарем–инспектором иркутской районной больничной кассы Губпрофсовета. В апреле 1920 г. напрален в Томск для продолжения учебы в институте. В 1924 г. окончил горный факультет Томского технологического ин-та, в 1929 г. – аспирантуру. Ученый – геолог. Основатель сибирской гидрогеологической школы, с 1939 по 1949 г. профессор кафедры грунтоведения и гидрогеологии Томского гос. ун-та. В 1949 г. был арестован по «делу геологов», освобожден в 1954 г. В 1954-55 гг профессор Томского политехнического ин-та, с 1955 г. и до конца жизни работал заведующим кафедрой инженерной геологии, оснований и фундаментов Томского инженерно-строительного института. Более подробно click here Возможно брат - подпоручик (произведен Пр-зом 1-й Сиб. армии №129, 16.10.1919 г.) 3-го Барнаульского Сибирского стрелкового полка Кучин Иван

barnaulets: Не колчаковец, но решил поместить здесь, т.к. судьба для бывшего добровольца белой армии просто фантастическая. Атомный подарок 'белогвардейцев' ("Киевский ТелеграфЪ", Украина) Советскую ядерную мощь создавал бывший враг советской власти 17/12/2008 "Люди старшего поколения, ностальгируя по временам Советского Союза, любят привести аргумент о том, что при советской власти, мол, были созданы и ядерное оружие, и ядерная энергетика. При этом мало кто знает, что "отцы" советской ядерной бомбы и ядерного реактора - академики Анатолий Александров и Игорь Курчатов - имели самое непосредственное отношение к последнему уголку Белой России - врангелевскому Крыму. Иными словами, были "белогвардейцами", столь очерняемыми советской историей. Биография трижды Героя Cоциалистического Труда, академика, лауреата Ленинской и Государственной премий СССР, члена Королевской шведской академии инженерных наук, Болгарской, Венгерской, Польской, Чехословацкой, Финской, Индийской академий наук, депутата Верховного Совета СССР 5-го и 6-го созывов Анатолия Александрова в советской историографии всегда выглядела примерно так: "Родился в 1903 году. По окончании в 1930 году Киевского университета работал в Физико-техническом институте АН СССР". Период до 1924 года - поступления Александрова в Киевский университет - оставался для читателей загадкой. Даже самые подробные биографы скупо сообщали об этом периоде: "Жил у родственников". Так же писал в биографии и сам Анатолий Петрович. Тайну этих лет он хранил почти до самой смерти - каково руководству СССР было бы узнать, что одним из ведущих ученых, руководивших ядерными программами супердержавы, был бывший доброволец Белой армии, приговоренный красными к смерти. Тем более что многие работы, проводившиеся под руководством академика Александрова, курировал сам нарком НКВД Лаврентий Берия. Александров появился на свет 13 февраля 1903 года в небольшом городке Тараще Киевской губернии. Его отец был надворным советником, мировым судьей Таращанского суда. Детство Анатолия прошло в Киеве. Юный гимназист был свидетелем событий, описанных впоследствии Михаилом Булгаковым. Шла гражданская война. Город над Днепром переходил из рук в руки. По Крещатику маршировали германцы и австрийцы, проносилась петлюровская конница, проходили красные полки. 31 августа 1919 года в Киев вошли части Белой армии. По свидетельствам очевидцев, киевляне в большинстве своем встретили белогвардейцев восторженно. Как и в Харькове, в ряды белых влилось немало молодежи. Среди них был и 16-летний выпускник Киевской гимназии доброволец Анатолий Александров. Вместе с белыми он участвовал в наступлении на Москву, ожесточенных боях под Орлом, пережил тяготы отступления и новороссийской эвакуации, участвовал в обороне Перекопа. В белом Крыму, в обороне которого участвовал и молодой доброволец Александров, жил еще один будущий основоположник советской ядерной физики Игорь Курчатов. Игорь Васильевич родился 30 декабря 1902 года в семье помощника лесничего Симского завода на Урале. В 1912 году семья Курчатовых перебирается в Крым. Здесь Игорь поступает в Симферопольскую гимназию. На летних каникулах гимназист Курчатов, проявивший интерес к технике, помогает обслуживать паровую установку, работает чернорабочим на Бешуйской железной дороге, получает специальность слесаря. После 1917 года Крым переходит из рук в руки - первые вспышки красного террора отмечены в начале 1918 года с "еремеевскими ночами", когда революционные матросы бросали офицеров в корабельные топки, топили с привязанными к ногам колосниками; потом было наступление немецких, а затем англо-французских войск. Курчатову удается окончить гимназию. С приходом в Крым белых войск он готовится к поступлению в Таврический институт, созданный эвакуировавшейся в Крым от красного террора столичной профессурой, работает расклейщиком объявлений. В музеях, в частных коллекциях сохранились плакаты, призывающие крымчан "помочь белому делу", вступать в ряды Белой армии. В 1920 году Игорь Курчатов поступает в Таврический институт. Несмотря на тяжелое положение на фронте (большевики уже подходили к Перекопу), правительство Врангеля не прибегло к мобилизации студентов. Бурные события 1920 года в Крыму не затронули семью Курчатовых. В голодные 20-е годы Игорю довелось поработать и воспитателем в детском доме, и диспетчером в автоколонне, и даже сторожем в кинотеатре "Лотос". О быте студентов в советском Крыму ярко говорят следующие факты: комплект нижнего белья студент Курчатов получил только... благодаря ходатайству студенческого комитета, а обувь пошил из куска бычьей шкуры, оставленной стоявшими в их доме красноармейцами. А вот молодой доброволец Анатолий Александров после падения Крыма оказался в красном плену. После эвакуации белогвардейцев генерала Врангеля в Крыму остались десятки тысяч его воинов и просто беженцев, поверивших в обещания бывшего фельдшера Михаила Фрунзе, ставшего красным командармом, пощадить всех, сдавшихся в плен. Эти, как и многие другие большевистские обещания, красные каратели не сдержали и во главе с венгром Бела Куном и неистовой Розалией Самойловой устроили в Крыму невиданную бойню. Пленных и раненых, оказавшихся на полуострове беженцев и жителей Крыма, имевших несчастье принадлежать к "буржуазии", расстреливали в балках, сбрасывали с обрывов и топили с кораблей, забивали до смерти... Приговоренному к смерти Анатолию удалось бежать. Из охваченного расправами Крыма он пробрался к брату в тихое село Мальяновку. Только в 1924 году, когда красный террор, казалось, немного поутих, Анатолий вернулся в Киев, чтобы получить образование. Пережив крах белого дела, Александров сосредоточился на научной деятельности. Он преподает физику в школе, занимается научной работой в Киевском рентгеновском институте. Кто знает, как повернулась бы судьба бывшего белого добровольца, вряд ли бы его обошли стороной репрессии, если бы на работы Александрова не обратил внимания академик Абрам Иоффе. Он пригласил его в Ленинградский физико-технический институт Академии наук СССР. Александров защищает кандидатскую диссертацию, возглавляет отдел электрических и механических свойств полимерных материалов. С 1936 года он и руководимая им группа сотрудников ЛФТИ начали работать над противоминной защитой кораблей. Здесь Александров познакомился с молодым ученым Курчатовым. В 1941 году Александров и его заместитель Курчатов вновь оказались в Крыму. Германская авиация сбрасывала на Севастопольскую бухту новейшие магнитные мины, срабатывавшие на магнитное поле стальных корабельных корпусов. В маленьком домике на берегу бухты Голландия Александрову и Курчатову удалось в уникально короткие сроки разработать систему размагничивания. В августе 1942 года для разработки атомной бомбы организуется секретная "Лаборатория N 2". Теперь уже Александров работает заместителем Курчатова. Вся дальнейшая жизнь Александрова и Курчатова связана с атомной энергетикой. Именно усилиями Александрова, Курчатова и его коллег удалось решить задачу получения из урана плутония в масштабах, необходимых для производства бомб и для мирных целей. Академик Курчатов курирует запуск в 1954 году первой советской атомной электростанции, академик Александров создает к 1958 году первую в мире атомную подводную лодку. В 1960 году Александров становится директором института, которому присваивают имя Курчатова, в 1975 году занимает наивысший для ученого в Советском Союзе пост - становится президентом Академии наук СССР. С этого поста Анатолий Петрович уходит в 1986 году, после Чернобыльской аварии. Анатолию Александрову довелось пережить своего коллегу Игоря Курчатова почти на 30 лет и дожить до распада СССР. Только тогда он поведал своим близким об участии в белом движении..." Источник: http://www.inosmi.ru/world/20081217/246123.html

Oigen Pl: "… Дайте возможность свободно работать в любимом и полезном деле”, — с такой просьбой весной 1920 года обращался к чекистам находившийся у них в заключении Александр Александрович Сотников. Гибель его и последующие события сделали первооткрывателем Норильска другого человека. Естественно, что при реабилитации Сотникова возникла проблема: выявить приоритеты в открытии местного месторождения полезных ископаемых. При освещении истории, начавшейся в 1917 году, мне повезло хотя бы немного заглянуть в “непроницаемые недра” функционирования первых чекистских органов. Реабилитируя Сотникова, прокуратура Красноярского края уже тогда назвала его “первооткрывателем Норильского месторождения”. В начале нового столетия я сделал о Сотникове ряд публикаций, в которых он предстает, в частности, как один из первооткрывателей, внесший свой вклад в освоение Заполярья. Однако легендарной для Норильска личностью по-прежнему считается Николай Николаевич Урванцев. Будучи заслуженным деятелем науки РСФСР, профессором-геологом, он является официально признанным человеком, стоявшим у истоков Норильска, “вдохнувшим новую жизнь в просторы норильской тундры”. Поэтому попробуем подойти к проблеме “Урванцев — Сотников” с другой стороны. Знакомство с героем Заполняя “пробелы” известными и вновь обнаруженными сведениями, расскажем о жизненном пути Сотникова и хотя бы этим попытаемся устранить отмеченную несправедливость и воздать должное этому человеку. Следственное дело Сотникова начиналось как исторический детектив. 26 февраля 1920 года в помещении бывшего интендантства Иркутского военного округа по доносу адъютанта коменданта города чекисты арестовали двоих человек. Препровожденные в тюрьму, они не скрывали своих имен. Один из них оказался руководителем дирекции маяков и лоций при комитете Северного морского пути Д.Ф. Котельниковым, а другой — гидрографом А.А. Сотниковым. Личность Сотникова, первого атамана Енисейского казачьего войска, не была обделена вниманием как советских мемуаристов, так и историков. Ярым врагом советской власти представлен он в воспоминаниях участников революционных событий на юге Енисейской губернии. Современные авторы, дополняя имеющееся жизнеописание Сотникова небольшой, но ценной информацией, не всегда ответственно относятся к ее изложению. Согласно анкете и показаниям задержанного Александр Сотников родился 6 марта 1891 года и по социальному происхождению, как он сам заявлял в одном из документов, был “природным казаком”. Подследственный имел проживающих в Красноярске мать и брата, служившего в кооперации, а затем в губюсте, сестру — учительницу Томской гимназии, жену — домохозяйку по имени Шарлотта — и пятилетнего сына Эраста. Вероятно, умолчание на допросах имени родителя и отсутствие сведений о занятиях Сотникова вплоть до 24-летнего возраста не было случайным. Из более позднего сообщения одного из современников, Сотников являлся уроженцем села Потапово Туруханского края, вотчины его отца — известного потомственного купца А.К. Сотникова, прозванного коренными жителями за взгляд исподлобья Ландуром — сильным и злым быком-оленем. Сотников был выходцем из купеческого сословия, членом известной на енисейском Севере семьи. По свидетельству некоторых авторов, Сотниковы за жестокое отношение к местным природным аборигенам ссылались властями в Иркутскую губернию, затем были возвращены в родное селение. Семейство издавна занималось не только торговлей, но и использованием местных ископаемых в промышленных целях. Будучи купцом 2-й гильдии и пароходовладельцем, дед Сотникова — Петр Михайлович — еще в 1870 — 1890 годах доставлял в Туруханский край хлеб, табак, соль, торговал вином. Именно он застолбил Норильское месторождение каменного угля и руд. Братья Сотниковы — Петр Михайлович и Киприан Михайлович, сын последнего — Александр Киприанович, отец нашего героя, организовали здесь добычу руды (1868 год) и угля (1893 — 1894). Первыми они выплавили и медь. Вместе с тем, по свидетельству очевидцев, для более широкого развертывания дела на Таймыре Сотниковым тогда не хватило ни знаний, ни денег. Они были не только хищными культуртрегерами, в качестве которых их представляли советские авторы, но и людьми авторитетными среди народов Севера настолько, что попытка раскулачивания одного из них в 1932 году стала непосредственным толчком к восстанию, направленному против местной советской власти. Александр Сотников в 1912 году после окончания горного факультета Томского среднего политехнического училища поступает на горное или геологическое отделение Томского технологического института имени императора Николая II. Следом за ним с механического на горное отделение перевелся и его “друг” Урванцев. Будучи человеком энергичным и увлеченным геологией, Сотников стал исследователем “сибирского Клондайка”. Еще летом 1915 года он на собственные средства организовал экспедицию в норильские горы для обследования месторождений каменного угля, медной руды и графита. Поставив заявочные столбы в районе будущего города Норильска, Сотников собрал большую геологическую коллекцию, пробурил скважину в верховьях Угольного ручья. Но Первая мировая война по-своему определила судьбу студенческой молодежи. Проучившись семь семестров в институте, Сотников в декабре 1915 года с документом о наличии у него среднего политехнического образования был призван в армию. В мае 1916 года юнкер Сотников окончил Иркутское военное училище и получил направление младшим офицером в Красноярский казачий дивизион." - Александр ШЕКШЕЕВ, кандидат исторических наук, Абакан, далее здесь - http://my.mail.ru/community/history0/journal

barnaulets: В электронной энциклопедии Томского политехнического университета (ТПУ), созданной по аналогии с Википедией, появилась биография профессора-геолога Феликса Шахова, про которого я уже неоднократно упоминал, в т.ч. в теме про 3-й Барнаульский полк. click here Упомянута и его служба офицером в Русской императорской армии и армии Колчака. Приведенные в ней данные дополняют и уточняют те сведения, что я уже приводил. Шахов Феликс Николаевич (24 октября 1894, с. Белоярское — 30 октября 1971, г. Новосибирск) — советский геолог, специалист в области рудных месторождений, член-корреспондент АН СССР (с 1958). [Примечание: родился с. Белоярское Барнаульского уезда, ныне это поселок в составе Новоалтайского городского округа] Из крестьян. [Прим.: В других публикациях указывалось что мать его была учительницей] Учился в Барнаульском реальном училище, затем поступил в ТТИ на горный факультет. Продолжил учебу в 1-м Российском Петербургском горном институте, где провел два года. С началом первой мировой войны Ш. вернулся в Томск, на химический факультет ТТИ. Вскоре он был призван в армию и направлен в Иркутское военное училище, после его окончания – на фронт. В чине подпоручика, младшим офицером и начальником саперной команды на Юго-Западном фронте участвовал в составе 73-го, а затем 46-го Сибирского стрелкового полка в Галицком сражении (Брусиловский прорыв). Получил за личную храбрость крест Св. Анны 3 ст., осенью 1916г. эвакуировался в тыл после заболевания крупозным воспалением легких. Возвратился в ТТИ для завершения высшего образования на химическом и горном отделениях. Летом 1918г. был призван в колчаковскую армию. Служил на Уральском фронте начальником саперной команды, в августе 1919 г. заболел сыпным тифом, был эвакуирован в Барнаул. [Примечание: Летом 1918 г. он служил в чине подпоручика в 3-м Барнаульском Сибирском стрелковом полку, за отличия в боях с красными Пр-зом по Сибирской армии от 19.02.1918 г. награжден орденом Св.Анны 4-й ст. с надп. "За храбрость". Затем подпоручик 51-го Сибирского стрелкового полка, в составе которого летом 1919 г. вновь отправился из Барнаула на фронт] Осенью 1920 г. Шахов снова был зачислен в ТТИ. Главным его учителем, оказавшим наибольшее влияние на выбор будущего направления исследований, стал профессор М. А. Усов. За два года выполнил программу трех курсов, после окончания института был оставлен в нем на горно-геологическом факультете в качестве ассистента для преподавания и подготовки к профессорскому званию. 18 марта 1935 г. был утвержден в должности профессора кафедры. В 1938-1942 гг. Шахов сочетал работу в институте с должностью старшего консультанта Западно-Сибирского геологического управления. В 1940г. Шахов была присвоена ученая степень доктора наук без защиты диссертации. В 1948 г. был арестован по так называемому Красноярскому делу. Без суда и приговора после двух лет заключения в столичных тюрьмах был отправлен в Магадан. С 1952 по 1954гг. работал на Колыме и Чукотке. Вернулся в Томск весной 1954 г., продолжил преподавательскую и исследовательскую работу на кафедре рудных месторождений (затем – кафедра полезных ископаемых). В 1957 г. перевелся на постоянную работу в Новосибирский институт геологии Западно-Сибирского филиала АН СССР, где до этого работал по совместительству. В 1958г. был избран член-корреспондентом АН СССР и приглашен академиком А. А. Трофимуком на должность заведующего лабораторией геохимии редких элементов Института геологии и геофизики Сибирского отделения АН [1; 182-183] Научная деятельность В 1920-х гг. Шахов наряду с работой в стенах ТТИ занимался геологическими исследованиями в различных районах Сибири и Казахстана. В 1930 г. объектами его исследований стали Алтай и юг Красноярского края. С 1933 по 1936гг. он по совместительству – старший консультант Запсибредметразведки, занимался обоснованием и руководством поисково-разведочных работ в Горном Алтае [1; 182]. Шахов – один из крупнейших специалистов в области рудных месторождений. В 1935г. на геологоразведочном факультете ТПИ им была организована кафедра рудных месторождений, где был впервые в вузах осуществлен метод исследования руд в отраженном свете. Им написан один из первых учебников «Главнейшие рудообразующие минералы», изданный в Томске в 1941г. Учебник оставался настольной книгой нескольких поколений студентов и специалистов страны. Важнейшее значение имели его монографии «К теории контактных месторождений» (1947г.), «Геология жильных месторождений» (1964г.) и «Магма и руды» (1966г.). Главной особенностью научных работ Феликса Николаевича является широкий теоретический анализ рассматриваемых проблем на основе глубочайшего проникновения в сущность той или иной проблемы. В своих исследованиях Шахов основное внимание уделял процессам породо- и рудообразования, проблемам происхождения магм, гранитов и руд [2; 93]. В годы войны работал в ТПИ, а также в ЗСГУ научным консультантом; занимался вопросами развития минерально-сырьевой базы для нужд оборонной промышленности, руководил поисками коренных месторождений золота, исследовал зоны окисления полиметаллических месторождений. В 1943 г. подготовил работу «Минерально-сырьевая база Западной Сибири», в 1944 г. – «Основные черты металлогении Красноярского края». Также принимал активное участие в размещении эвакуированных в Томск заводов и учебных заведений [3]. Шахов cыграл значительную роль в развитии сибирской геологической школы, основанной В. А. Обручевым и М. А. Усовым. Создатель теории контактовых месторождений. При его участии открыт и разведан ряд полиметаллических месторождений Алтая (Золотухинское и др.). Первым доказал рудоносность всего Алтая, а не только Рудного, установил закономерности распределения рудных месторождений на Алтае в связи с приуроченностью их к разным по происхождению тектоническим структурам. Развивал исследования редкометалльного оруденения Алтая (ртуть, вольфрам, молибден, бериллий и др.). Внес вклад в геологическое изучение других регионов (генезис вольфрамовых месторождений Закавказья, сульфидных месторождений Урала). Занимался проблемами планирования поисковых работ, экономической геологии [4]. Газета «Советская Сибирь» писала в начале 1945г.: «Ведущая роль принадлежит профессору Ф. Н. Шахову, который вместе с другими учеными ведет большую работу по проблеме металлогении Западной Сибири…, изучению закономерностей в распространении рудных тел в недрах гор». На основании прогнозов, сделанных профессором Шаховывм, доцент А. И. Александров открыл крупное месторождение молибденовых руд на Алтае [5; 205]. Шахов добился значительных результатов в области систематики рудных месторождений, гранитообразования, геологии и геохимии золота и редких элементов, определения источников металлов при рудообразовании, индикаторной роли зон окисления и состава вод рудных полей. Обосновал принципы общей сводной многофакторной геохимической систематики осадочных, магматических, метасоматических пород и руд на основе космогеохимической классификации элементов [4]. Педагогическая деятельность Под руководством Шахова было подготовлено значительное количество инженеров-геологов и научных работников – докторов и кандидатов наук (В. И. Баженов, В. М. Гавшин, А. Ф. Коробейников, Г. В. Нестеренко). Лекции Шахова отличались высочайшим научным уровнем, он никогда не повторялся и не затягивал обсуждение той или иной научной проблемы, всегда был точен и краток, притягивал окружающих энциклопедичностью своих знаний [1; 184]. Общественная деятельность Шахов оказывал серьезную помощь производственным организациям, внес большой вклад в создание территориальных и специализированных геологических организаций Западной Сибири и в дело укрепления минерально-сырьевой базы черных, цветных и редких металлов восточных районов страны, был деканом геологоразведочного факультета ТПИ в 1935-1956 гг., заведующим отделом рудной геохимии Института геологии и геофизики СО АН СССР [1; 184]. Председатель Межведомственной координационной комиссии СО АН СССР по проблеме «Закономерности размещения редких рассеянных и радиоактивных элементов на территории Западной Сибири и Дальнего Востока» (1963-1970) [4]. Признание На фасаде 1 корпуса ТПУ помещена мемориальная доска выдающемуся педагогу и ученому, создателю школы сибирских геохимиков [1; 184]. В соответствии с решением Томской городской Думы № 573 от 17.02.2004г. и с учетом заключения городской комиссии по топонимике, было принято решение присвоить имя профессора Шахова улице 4-й очереди застройки микрорайона «Наука» [6; 158]. Награды Награжден крестом Святой Анны III степени (1917), орденами Ленина (1944), Трудового Красного Знамени (1946, 1967), медалью [4]. [Прим.: Сюда сюда следует добавить орден Св. Анны 4-й степени (1919 г.)] Семья Жена – Шахова (Ратанова) Вера Николаевна – окончила естественное отделение физико-математического факультета, домохозяйка. Жена – Шахова (Знаменская) Зинаида Павловна (р. 1916), врач-хирург. Сын – Сергей (1923-1995гг.), участвовал в боях под Москвой, Сталинградом, окончил военно-морское училище, военный моряк - подводник, капитан первого ранга. Сын – Ювеналий – погиб на фронте за две недели до окончания Великой Отечественной войны 1941-1945гг. [Примечание: По данным "ОБД Мемориал": Шахов Ювеналий Феликсович, род. в 1924 г. в г. Томске. Призван в марте 1942 г. Томским ГВК. Рядовой, убит 23.04.1945 г. Похоронен в г. Фишхаузен, Германия] Дочь – Анастасия – умерла в молодом возрасте [1; 184]. Источники 1. Биографический справочник «Профессора Томского политехнического университета»: Том 2/Автор и составитель А.В. Гагарин.- Томск: Изд-во научно-технической литературы, 2000-214стр.; 2. Журнал ТПУ «Томский политехник» № 12, 2006-130 стр. 3. http://www.ivatushniki.ru/modules.php?name=Encyclopedi a&op=content&tid=146 4. http://www.prometeus.nsc.ru/elibrary/2007pers/562-563.ssi 5. Кн.: «Томский политехнический университет 1896-1996: Исторический очерк» /под ред. А.В. Гагарина. – Томск: ТПУ, 1996. – 448с. 6. Журнал ТПУ «Томский политехник» № 10, 2004-199 стр.

Oigen Pl: barnaulets пишет: Сын – Ювеналий – погиб на фронте за две недели до окончания Великой Отечественной войны 1941-1945гг. [Примечание: По данным "ОБД Мемориал": Шахов Ювеналий Феликсович, род. в 1924 г. в г. Томске. Призван в марте 1942 г. Томским ГВК. Рядовой, убит 23.04.1945 г. Похоронен в г. Фишхаузен, Германия] Это место теперь не территория "Германии", а совсем даже Приморск (до 1946 года нем. Fischhausen, польск. Rybaki, лит. Žuvininkai) — город в Балтийском муниципальном районе Калининградской области России. Номер записи в обд-мемориал.ру - 60478069 Фамилия Шахов Имя Ювеналий Отчество Феликсович Дата рождения __.__.1924 Дата и место призыва __.03.1942 Томский ГВК, Томская обл., г. Томск Последнее место службы п/п 15313 Воинское звание солдат Причина выбытия убит Дата выбытия 23.04.1945 Название источника информации ЦАМО Номер фонда источника информации 58 Номер описи источника информации 977520 Номер дела источника информации 138 "п/п 15313" - это 16-я гвардейская Карачевская Краснознаменная стрелковая дивизия.

barnaulets: Спасибо за уточнение.

barnaulets: Что-то давненько не обновлял я эту тему. Еще один советский профессор, довольно известный, служивший военврачом в колчаковской армии Шавров Николай Павлович (1884-1938) В обвинительном заключении по делу о белогвардейском заговоре 1933 г., по которому проходил Шавров, он назван бригадным врачом армии Колчака Именем Николая Павловича Шаврова названа кафедра фармакологии Иркутского государственного медицинского университета портрет Н.П. Шаврова в зале ученого совета Иркутского гос. медицинского университета

barnaulets: Известный советский поэт, автор поэм о Ленине, Павлике Морозове, стихотворения о пионерском галстуке, сталинский лауреат Степан Петрович Щипачёв Родился он 7 января 1899 года в семье крестьянина в деревне Щипачи Камышловского уезда Пермской губернии. В деревне окончил церковно-приходскую школу, работал на асбестовских приисках (Асбест), с 1914 года продавец и приказчик в книжном магазине Камышлова. В мае 1917 года С.П. Щипачѐва призвали на военную службу в армию, рядовой Запасной бригады в Глазове Вятской губернии. В марте 1918 года после развала старой армии Щипачев вернулся в родные края. В августе 1918-го вступил добровольцем в формируемый 7-й Камышловский полк горных стрелков 2-й Уральской дивизии Народной армии, с первой ротой прибыл в Екатеринбург, служил каптенармусом. Участвовал в боях против красных во время обороны Екатеринбурга на Тагильском направлении (Пышма, Балтым, Таватуй). В составе 27-го Камышловско-Оровайского полка участвовал в боях за Кунгур, Уфу, Бугульму в составе 7-й Уральской дивизии армии А.В. Колчака. После перелома хода военных действий, в период отступления колчаковской армии, под Уфой перешел на сторону своих противников – в 25-ю дивизию В.И. Чапаева. Именно здесь в чапаевской дивизии сблизился с Д.А. Фурмановым, который оказал влияние на его творческую деятельность и дальнейшую судьбу. С.П. Щипачѐва посылают на курсы красных командиров, которые он заканчивает в 1920 году, а затем Высшую военно-педагогическую школу в Москве. Возвращается в армию, он уже политработник РККА, участвует в боях против Врангеля в Крыму. Первый свой сборник стихов «По кругам веков» выпустил в Симферополе в 1923 года. С января 1926 года С.П. Щипачѐв в Москве, один из организаторов создания литературного объединения Красной армии и флота. В 1931-м он был демобилизован, зачислен в институт Красной профессуры на филологическое отделение. С.П. Щипачёв поэт гражданской лирики. Печатаются его сборники: «Стихотворения» (1948), «Товарищам по жизни» (1972), поэмы «Домик в Шушенском» (1944), «В добрый путь» (1947), «Павлик Морозов» (1950) и другие. Награждён орденами Ленина, Дружбы Народов. За поэмы «Домик в Шушенском» и «Павлик Морозов» присуждены Сталинские премии (1949, 1951). Дублённых В.В. Гражданская война в судьбах уральцев//Гражданская война на Урале. Материалы II Международной научно-практической конференции «Гражданская война на Урале: современные проблемы источниковедения и историографии» (г. Кунгур, 7-8 октября 2011г.). – Пермь, 2011. – С.127 По материалам Википедии и др.: С. П. Щипачёв родился 26 декабря 1898 (7 января 1899 год)а в деревне Щипачи (ныне Камышловского района Свердловской области) в семье крестьянина. В 1913—1917 годах работал приказчиком скобяной лавки. В 1919—1921 годах служил в РККА. В 1922—1931 годах был преподавателем в военных учебных заведениях, редактором журнала «Красноармеец» (1929—1931). Один из основателей ЛОКАФ в 1930. В 1931—1934 годах был слушателем Института красной профессуры, окончил литературное отделение Института. В 1937—1941 годах поэт снова на редакционной работе. В годы Отечественной войны работал во фронтовой печати. Литературной деятельностью С. П. Щипачёв занимается с 1919 года. Опубликовал свыше 20 сборников своих произведений. Много стихов опубликовано и периодической печати. Писал стихи о любви, о природе, однако наиболее известен гражданской лирикой. Член правления СП СССР, председатель секции поэтов. Неоднократно бывал за границей представителем советской писательской общественности. Сборники стихов: «По курганам веков» (1923) «Одна шестая» (1931) «Фронтовые стихи» (1942) «Строки любви» (1945) «Славен труд» (1947), Сборник «Стихотворения» (1948) «Ладонь» (1964) «Товарищам по жизни» (1972) «Синева России», 1976 «У горизонта», 1982 Поэмы: «Домик в Шушенском» (1944) о В. И. Ленине, «Павлик Морозов» (1950), «12 месяцев вокруг Солнца» (1969) Автобиографическая повесть «Берёзовый сок» (1956) Награды и премии: Сталинская премия второй степени (1949) — за сборник стихотворений (1948) Сталинская премия первой степени (1951) — за поэму «Павлик Морозов» (1950) орден Ленина (1967) орден Трудового Красного Знамени (1959) орден Дружбы народов (1979) орден Красной звезды (1945) Одно из самых известных его стихотворных произведений — «Пионерский галстук». Как повяжешь галстук, Береги его: Он ведь с красным знаменем Цвета одного. А под этим знаменем В бой идут бойцы, За отчизну бьются Братья и отцы. Как повяжешь галстук, Ты — светлей лицом… На скольких ребятах Он пробит свинцом!.. Пионерский галстук - Нет его родней! Он от юной крови Стал ещё красней. Как повяжешь галстук, Береги его: Он ведь с красным знаменем Цвета одного. Известен активным участие в травле А. Солженицына: Щипачёв С. П. подписал Письмо группы советских писателей в редакцию газеты «Правда» 31 августа 1973 года о Солженицыне и Сахарове. Также известен как автор погромной статьи в «Литературной газете» против Солженицына, озаглавленной «Конец литературного власовца» («Литературная газета», 20.02.1974 г.) С. П. Щипачёв умер 1 января 1980 года. Похоронен на Кунцевском кладбище в Москве

barnaulets: Квасников Александр Васильевич Летчик Русской императорской армии, георгиевский кавалер Первой мировой войны. Выпускник и преподаватель Томского технологического (политехнического) института, один из создателей первого сибирского самолета. Выдающийся советский учёный в области космических и авиационных двигателей, один из первых преподавателей Московского авиационного института. Родился 30 апреля (13 мая) 1892 года в Баку в семье токаря механической мастерской товарищества братьев Нобель. Начальное образование получил в Бакинской трехклассной городской школе и вечерней школе для рабочих, после чего учился в реальном училище. В летнее время работал в Нобелевских механических мастерских. Окончив реальное училище, плавал стажёром на волжских судах. В 1910 г. (по др. данным - 1912) поступил на механическое отделение Императорского Московского технического училища, проучившись 2 курса (по др. данным - 4 курса, уйдя с 5 курса в армию). Студентом Александр увлекся авиацией и в течение полутора лет занимался в аэродинамической лаборатории вуза под руководством профессора Н.Е. Жуковского, основоположника современной аэродинамики. 25.12.1914 г. вступил в службу рядовым «охотником» на правах вольноопределяющегося 1 -го разряда в 1 -й запасной телеграфный батальон, зачислен в 7-ю роту. Командирован в Школу авиации военного времени Императорского Московского общества воздухоплавания. 16.06.1915 г. выдержал экзамен на звание «военного летчика». 13.09.1915 г. командирован в Гренадерский корпусной авиационный отряд. С 19.09.1915 г. - военный летчик этого отряда. С 21.10 по 03.12.1915 г. и с 12.04 по 05.05.1916 г. - и.д. адъютанта отряда, затем его военный летчик, вплоть до ноября 1917 г. Рядовой - 01.03.1915 г. Младший унтер-офицер - 03.03.1915 г. Прапорщик - 26.06.1915 г. Военный летчик - 02.09.1916 г. Подпоручик - 07.09.1917 г. Поручик - 17.09.1917 г. будучи летчиком, он "не только совершал боевые полёты, но и одновременно, что было весьма необычно для лётчика, заведовал в авиаотряде техническим имуществом и мастерской по ремонту. Здесь ярко проявилась черта, которая характеризовала Александра Васильевича всю его жизнь – постоянный поиск нового: он переоборудовал пулемётные установки самолетов, использовал оптический прицел, ранее изобретённый одним из его друзей по кружку Н.Е. Жуковского. В 1916 г. он установил на своём самолёте зажигательные реактивные снаряды и с их помощью сбил немецкий наблюдательный аэростат". За Первую мировую войну военлет Квасников был награжден орденами Святого Станислава 3-й степени с мечами и бантом; Святой Анны 4-й степени с надписью «За храбрость»;Святого Владимира 4-й степени с мечами и бантом, Святой Анны 3-й степени с мечами и бантом, Святого Георгия 4-й степени - Приказом по 10-й армии № 1051 от 01.09.1917 г. «за то, что 1-го июня 1917 г. у д.Панары, вылетев на истребителе "Ньюпор " с целью уничтожить неприятельский змейковый аэростат, несмотря на сильный артиллерийский и пулеметный огонь противника, снизился до 900 метров, смело атаковал неприятельский аэростат и сжег его зажигательными ракетами». После демобилизации из армии А.В. Квасников уехал в Томск, продолжив образование в Томском технологическом институте в качестве вольно-слушателя, а затем студента. Под руководством профессора В.Г. Карпенко Квасников выполнил дипломную работу на тему: «Уравновешивание масс в двигателях внутреннего сгорания по В. Аршаулову и О. Коlsch’y». Защитил диплом 31 декабря 1918 г. и стал инженером-механиком. После окончания института А.В. Квасников был оставлен в ТТИ стипендиатом по кафедре прикладной механики и машиностроения (отдел тепловых машин) с 17 января 1919 г., но к занятиям приступить не смог, т.к. был мобилизован в белую армию. По другим данным в армию он был призван еще до окончания института, в мае (?) 1918 г. Состоял на учете как военный летчик, одновременно числился в Томском запасном батальоне. В 1919 - 1920 гг. - преподаватель Томской военной радиотелеграфной школы. В январе 1920 г. "с личным составом школы добровольно перешел на сторону Красной армии". Оставлен в прежней должности. До мая 1920 г. - заведующий курсом обучения Томской радиотелеграфной школы РККА. В мае 1920 г., согласно ходатайству совета механического факультета ТТИ, инициированного профессором В.Г. Карпенко, А.В. Квасников вернулся в Томский технологический институт, где преподавал до 1931 г. В 1926 г. Александр Васильевич был избран на должность профессора по кафедре теплотехники (отдел термодинамики и двигателей внутреннего сгорания), а в ноябре 1927 г. утверждён в профессорском звании. С именем А. В. Квасниковым связано возрождение деятельности аэрокружка (созданного еще в 1910 г.), прерванной первой мировой войной и революцией. При поддержке ректора Н. В. Гутовского Квасникову удалось создать в стенах института авиамузей и открыть новую специальность «Двигатели внутреннего сгорания ДВС». В 1927 г. под руководством преподавателей ТТИ А. В. Квасникова и Г. В. Трапезникова была воплощена мечта кружковцев – сконструирован первый сибирский самолет. На Авиэтте, или СТИ-1 (так назывался самолет в связи с переименованием института в Сибирский технологический институт в 1925 г.) под руководством А. В. Квасникова студентами технологического института был установлен первый самостоятельно сконструированный отечественный двигатель. В 1931 г. Квасников перешел на работу в недавно созданный Московский авиационный институт. С августа 1931 г. - профессор МАИ, заведующий кафедрой Теории авиационных двигателей. Являлся создателем и научным руководителем лаборатории авиационных двигателей - одной из самых крупных лабораторий МАИ. С 1937 г. - военный инженер 2-го ранга. Инженер-подполковник (1947). Доктор технических наук (1958 г.). В 1961 г. создал в МАИ первую в мире кафедру космических двигателей. За свою деятельность А.В. Квасников был награжден орденами Ленина ( Указом Президиума Верховного Совета СССР от 17.10.1945 г. «за заслуги в области подготовки кадров для авиационной промышленности») и Трудового Красного Знамени. В 1945 г. получил звание Заслуженного деятеля науки и техники РСФСР. В 1968 г." за комплекс работ по испытаниям мощных турбонасосных агрегатов" удостоен Государственной премии СССР. Умер в 1971 г., похоронен в Москве. В 2006 г. на 4-м корпусе Томского политехнического института была установлена посвященная ему Памятная доска. Справка на Википедии и Электронной энциклопедии Томского политехнического университета (http://wiki.tpu.ru/) http://forum.yar-genealogy.ru/lofiversion/index.php?t6773.html http://www.retroplan.ru/encyclopaedia.html?sobi2Task=sobi2Details&sobi2Id=430 "Я прожил интересную жизнь" (статья к 120-летию А.В. Квасникова) в газете ТПУ "За науку", 7 июня 2012 г. http://za-kadry.tpu.ru/article/3373/6999.htm

barnaulets: Перенес из другой темы http://siberia.forum24.ru/?1-9-0-00000087-000-0-0-1322971134 АРНАУТОВ Виктор Михайлович (Arnautoff V.) 11 ноября 1896 (с. Успеньевка, Токмакский район, ныне Запорожская обл.) – 22 марта 1979 (Ленинград). Живописец, график. Сын священника. Юность провел в Мариуполе, окончил гимназию, брал платные уроки рисования у художника В. П. Тарасова. В 1915 Г. окончил Елизаветградское кавалерийское юнкерское училище и ушел на фронт младшим офицером эскадрона Литовского уланского полка. В октябре 1917 был избран командиром эскадрона. Поручик. В начале 1918 г. демобилизовался и поселился в Симбирске, откуда вновь был мобилизован в белую армию. В армии Колчака в Симбирском уланском полку. Участник Великого Сибирского похода. В 1920 г. после отступления из Забайкалья эмигрировал в Харбин. Зарабатывал иконописью и росписью шкатулок. Одновременно учился в студии «Лотос» у бывших преподавателей Екатеринбургского художественного училища М. А. Кичигина и А. А. Бернардацци. Работал кавалерийским инструктором у маршала Чжан Цзо-лина в Мукдене (1923–1925). Женился на дочери помощника военного атташе Л. В. Блонской, имел от нее трех сыновей (Михаил, Василий и Яков). В 1925 отправился в США и поселился в Сан-Франциско. Учился в Калифорнийской художественной школе у Г. Пьезони, Р. Стакпола и Л. Рандолфа. Увлекшись фреской уехал совершенствовать свое мастерство к Диего Ривере в Мексику. В 1929–1931 под его руководством работал в Мехико над фресками для здания Министерства здравоохранения, Национального и Губернаторского дворцов. Вернувшись в США, начал работать самостоятельно. Исполнил настенные росписи для клиники в Пало-Альто, шт. Калифорния (1932), Школы им. Дж. Вашингтона (1936), Мемориальной башни в честь пожарных – героев землетрясения 1906 в Сан-Франциско (Coit Tower, 1934–1938). Занимался станковой живописью и графикой. Провел персональные выставки в Сан-Франциско (1933, 1934, 1935 и 1938), Стоктоне и Трентоне (1936), Стэнфорде (1939). Участвовал в международных выставках в Нью-Йорке (1938) и Сан-Франциско (1940), в выставках Художественной ассоциации Сан-Франциско (1937, 1938 и 1946). В начале 1930-х преподавал в Калифорнийской художественной школе, с 1936 в течение 25 лет – на факультете искусства и архитектуры Стэнфордского университета. С 1938 состоял членом Коммунистической партии США. В 1941–1945 возглавлял Русско-американское общество по оказанию помощи Красной Армии. Старший сын Михаил сражался с фашистами во Франции. В 1949 принимал участие в Конгрессе сторонников мира в Мехико. В 1950-е входил в группу Graphic Workshop в Сан-Франциско, объединявшую художников левых взглядов; в их числе участвовал в Выставке американских художников в Москве (1959). В 1961 в группе эмигрантов, возглавлявшейся генералом В. А. Яхонтовым, посетил СССР. В 1963, после трагической гибели жены (1961) и выхода на пенсию, вернулся на родину, принял советское гражданство и поселился в Жданове (Мариуполе). Осуществил ряд монументальных проектов: мозаики на боковом фасаде Дома связи (совм. с Г. Д. Приходько), мозаичное панно «От скифов к космосу» для здания аэровокзала (совм. с В. П. Павлюком) и др. Писал картины политического содержания: «Охотники за ведьмами», «Расстрел демонстрантов», «Безработная мать». Исполнил рисунки углем к «Братьям Карамазовым» Ф. М. Достоевского, ксилографии к нескольким книгам. Провел персональные выставки в Киеве (1964), Жданове, Горловке и Донецке (1965), участвовал в республиканских выставках в Киеве. В 1970 женился на ленинградской художнице и искусствоведе Н. В. Толепоровской (1930–1996). Последние годы жизни провел в пос. Вырица Ленинградской области. Написал книгу «Жизнь заново. Автобиографический очерк» вышедшую двумя изданиями. Умер в 22 марта 1979 года . Похоронен на Богословском кл., Ленинград. В 1980 году перезахоронен в Жданове (Мариуполе) Сын художника Яков Арнаутов (род. 1930) – американский живописец и скульптор. http://1914.borda.ru/?1-20-680-00000682-000-0-0-1161716857 http://artrz.lfond.spb.ru/search/%D0%9A%D0%BE%D0%BB%D1%87%D0%B0%D0%BA/1804782450.html http://www.aaa.si.edu/collections/images/detail/brents-carlton-one-his-sculptures-11871 http://www.homeravenue.com/Victor_Arnautoff.htm http://www.promariupol.com/Content_134.html http://kritsoob.blogspot.com/2011/07/blog-post_10.html Отец Виктора Михайловича, священник Михаил Васильевич Арнаутов (1872-1938) был расстрелян в период массовых репрессий. Более подробно о нем: click here Брат: Арнаутов Евгений Михайлович Родился 22.12.1898 в с.Стародубовув Мариупольского у. Сын священника. Александровская гимназия в Мариуполе(1917). Гардемарин Отдкльных гардемаринских классов. В плавании на вспомогательном крейсере "Орёл" В белых войсках Восточного фронта; с 1 дек1918 в Морском уч-ще во Владивостоке. Эвакуирован 31 янв1920 на "Орле". Корабельный гардемарин (02.04.1920 в Сингапуре). 27 окт1920 прибыл в Русскую армию в Севастополь на посыльном судне "Якут". Мичман (10.12.1920). Эвакуирован с флотом в Бизерту, окончил артиллерийский класс. На 25.04.1921 в составе русской эскадры в Бизерте. В эмиграции в Чехословакии, банковский служащий. Умер 31 окт1939 в Праге. Жена Елена Михайловна. (Волков С.В Офицеры Флота и Морского Ведомства М.2004)

barnaulets: Похоже, эта тема неисчерпаема. Совершенно случайно попадаются все новые и новые имена. Вот еще одно. Интересно, что с такой биографией и такими родственниками, этот ученый из княжеского рода ни разу не был репрессирован (если не считать трех арестов в 20-30-е гг.) МАКСУТОВ Дмитрий Дмитриевич (1896-1964) Выдающийся ученый-оптик и всемирно известный изобретатель в разных областях астрономического приборостроения. Доктор технических наук (1941), профессор (1944), член-корреспондент АН СССР (1946). Дважды лауреат Государственной (Сталинской) премии СССР (1941, 1946). Награжден орденами Ленина (1945, 1958), орденом «Знак Почета» (1943). Максутов – выходец из династии морских офицеров. Его дед - князь Дмитрий Петрович Максутов, (1832-1889), герой обороны Петропавловска в 1854 г., контр-адмирал, последний главный правитель Русской Америки (1863-1867) За отличие при обороне Петропавловска награждён Орденом Святого Георгия 4 класса за то, что "Командуя батареею № 2, из 11 орудий при 127 нижних чинах, подавал пример неустрашимости, в течение 8 часов, в бою 20 Августа 1854 г., при отражении нападения на Петропавловский порт Англо-Французской эскадры, состоявшей из 3 фрегатов с 156 пушками и парохода, вооруженного бомбическими орудиями, причём меткими выстрелами нанёс неприятельским судам значительные повреждения". Отец - князь МАКСУТОВ Дмитрий Дмитриевич (1870-1952) Род. 13 авг. 1870. Морской корпус 1891. Капитан 1-го ранга, начальник 3-го отряда транспортной флотилии Черного моря. Участник Гражданской войны. Во ВСЮР и Русской Армии; в июне 1919 помощник капитана парохода Добровольного флота «Владимир». К лету 1921 в Константинополе. В эмиграции с апр. 1921 в Югославии, с сен. 1921 в Париже, с 1933 в США на пассажирском флоте, с 1937 в Нью-Йорке; на 31 янв. 1944 и 20 янв. 1949 член Общества бывших русских морских офицеров в Америке. Ум. 30 янв. 1952 в Вайнленде (США). Жена Наталия Васильевна (ум. 1948), дети Дмитрий, Константин (р. 1908; окончил Первый русский кадетский корпус 1928, к 1949 наследственный член Общества бывших русских морских офицеров в Америке), Елена (1900-1974), Зинаида (1905-1931). Волков С. В. Офицеры флота и морского ведомства: Опыт мартиролога. - М. 2004 – С.294 Судьба его тоже была достаточно неординарна: "...князь Дмитрий Дмитриевич Максутов родился 13 августа 1870 г. в Санкт-Петербурге. Он окончил Морской кадетский корпус и 14 сентября 1891 г. стал мичманом, а 5 декабря 1896 г. - лейтенантом. Более 10 лет Д.Д. Максутов прослужил на торговых судах, плававших на Черном море, а затем агентом Добровольного флота. В то время его не баловали чинами. Только 6 декабря 1908 г. князь стал капитан-лейтенантом. Через пять лет его переименовали в старшие лейтенанты (7 июня 1913 г.). В то время он служил в корпусе пограничной стражи на Черном море. Затем переменчивая судьба стала благоволить князю: 6 апреля 1914 г. он стал капитаном 2-го ранга, а 6 декабря 1914 г. Максутов надел погоны капитана 1-го ранга. Во время первой мировой войны он командовал отрядом кораблей на Балтике. Гражданская война поставила точку на блестящей карьере моряка. Волею случая Д.Д. Максутов оказался в Америке, где занялся делом , которое знал с молодости, но должность князя была самой низшей в иерархии американского флота - кочегар. С редким упорством и настойчивостью Максутов занялся самообразованием. В результате он получил место матроса, затем стал квартирмейстером (рулевым), а вскоре, блестяще сдав теоретические и практические экзамены, получил американский диплом капитана дальнего плавания. Все должности от матроса до капитана океанского лайнера он прошел, служа в компании Gract Line. «Своей службой, - писал один из его друзей, - в которую он вносит все положительные стороны и дисциплины и морского опыта лучших времен славного Андреевского флага, он уже приобрел общее уважение и любовь своих капитанов, товарищей-офицеров и подчиненных». Свободное время Д.Д. Максутов проводил со своими друзьями, с которыми служил еще в Российском флоте. Он был деятельным членом и Общества русских морских офицеров в Америке. Максутов умер 30 января 1951г. в местечке Вайнлэнд в Нью Джерси." Амир Хисамутдинов. Одиссеи без Итаки: Рус. эмигрантская маринистика. – Владивосток, 2000. скачать в pdf Родился Дмитрий Дмитриевич Максутов (2-й) 11 (23) апреля 1896 г. в Одессе. Получил военное образование - окончил Одесский кадетский корпус (1913) и Николаевское военно-инженерное училище (1914). С детства увлекался астрономией, в 12-13 лет изготовил рефлекторы диаметром 180 и 210 мм и вел серьезные астрономические наблюдения. В возрасте 15 лет был избран членом Русского астрономического общества. Ни в одной его биографии я не нашел информации об его участии в Первой мировой или гражданской войне. Только у С.В. Волкова в биографической справке про его отца (см. выше) отмечено, что он - офицер инженерных войск, воевал в белых войсках Восточного фронта. "В 1920 г. после неудачной попытки покинуть революционную Россию, мы встречаем Д.Д. Максутова в Томском университете, где он организовал небольшую оптическую лабораторию и построил первый образец "школьного" телескопа..." Вскоре по рекомендации одного из профессоров Томского университета, Дмитрий Максутов едет в Ленинград, в совсем недавно организованный Д.С. Рождественским Оптический институт (ГОИ). "По приезду в Петроград, Максутова зачисляют на должность мастера оптической мастерской. Полгода работы в ГОИ с такими мастерами-оптиками как А.А. Чикин, И.Е. Александров и И.Е. Скитинский, были определяющими в дальнейшей судьбе выдающегося оптика. Если в Томске он еще наверняка не знал что делать дальше и параллельно с оптикой штудировал электротехнику, то эти полгода работы в оптическом институте окончательно решили его судьбу... Его работа в ГОИ была недолгой. После революции он разыскивал своих родных, думал, что они эмигрировали, и потерял с ними всякую связь. Но неожиданно он получил из Одессы ответ от матери. Как бы ему не хотелось, но он оставляет ГОИ и весной 1921 года уезжает в Одессу. Ему повезло, по приезду он устроился оптиком на астрономическую обсерваторию, и это позволило ему продолжить заниматься любимым делом... Этот "одесский" период очень важен в работе Максутова, он совершенствуется в практической оптике и пишет свои первые теоретические работы... Через год после приезда обсерваторию закрыли. Чтобы прокормить семью, Максутов вынужден был пойти преподавателем на артиллерийские курсы РККА. Времени для занятий любимым делом почти не оставалось, но ему всё-таки удалось к августу 1924 года закончить свою первую работу по компенсационному методу контроля параболических зеркал. ... Положение в стране понемногу улучшалось, и Максутов получил предложение от Одесского Физического института поступить на должность оптика-механика. Дмитрий ни секунды не колебался, работы руками он никогда не боялся, а желание вернутся к занятию любимым делом, пересилило житейские проблемы. В конце 1926 года он переходит на работу в Физический институт". В феврале 1930 г. он был арестован, освобожден в марте того же года, вернувшись на работу в Физический институт. "После заключения он чувствовал себя крайне неуверенно и подавлено. В конце лета он съездил в Ленинград, и был радушно встречен Д.С. Рождественским, который и предложил ему вернутся в ГОИ в лабораторию прецизионных приборов, возглавляемую в то время Линником В.П. Он возвращается в Одессу, собирает весь свой "скарб"...и в конце осени 1930г. приезжает в Ленинград." Вскоре после возвращения его в Государственный оптический институт "...он приступил к созданию знаменитой Лаборатории астрономической оптики (Лаборатория №19), ставшей на многие годы одним из основных центров астрономического приборостроения в СССР. Организация лаборатории и её оборудование, а так же текущие работы, например, отбор стекла и изготовление большого 820мм объектива для Пулковской обсерватории - вот что стало его работой на ближайшие годы." В 1937 г. он был арестован (уже в 3-й раз), но ему опять повезло - в декабре 1938г. с Максутова сняли все обвинения и освободили. Эдуард Тригубов "Я хочу показать людям небо" http://www.astroclub.kiev.ua/forum/index.php?page=98 В 1941 г. Максутов изобрел новую катадиоптрическую систему (т.е. объединяющую преломляющие и отражающие элементы). Разработал менисковые системы оптических приборов, состоящие из линзовых и зеркальных оптических элементов. Создал новый тип телескопа, основанного на менисковой оптической системе, который сочетает в себе многие преимущества, как рефрактора, так и параболического рефлектора и, отличаясь простотой конструкции, дает широкоугольное изображение хорошего качества. Создал оптику для ряда уникальных астрономических инструментов. Основные работы Максутова посвящены теневым и другим оптическим методам исследования и технологии изготовления крупных оптических приборов, теории и практике изготовления асферических поверхностей. В 1952 г. он возглавил отдел астрономического приборостроения в Главной астрономической обсерватории АН СССР (Пулково). В Пулковской обсерватории руководил проектированием и расчетом системы первичного фокуса 6-метрового азимутального телескопа, установленного впоследствии в Специальной астрофизической обсерватории АН СССР; возглавлял работы по расчету планетного менискового телескопа диаметром 70 см и др. Крупнейшие в мире максутовские телескопы (диаметр мениска 70 см) установлены в Абастуманской астрофизической обсерватории и в обсерватории Серро-Робле (Чили). Изобрёл менисковые системы оптических приборов. Изготовил большое количество точных оптических зеркал и объективов. Наряду с астрономической оптикой создал: фотогастрограф – прибор для фотографирования желудка, микроскоп-иглу, теневые приборы для аэродинамических труб, телескопические очки и другие приборы. Умер Д. Д. Максутов 12 августа 1964 г. в Ленинграде. http://viupetra2.3dn.ru/publ/maksutov_d_d/13-1-0-1153 http://soi.srv.pu.ru/r_1251/directions/about/ran/maks.html http://www.rgantd-samara.ru/activity/articles/228/ http://www.npkgoi.ru/?module=articles&c=history&b=2&a=11 и др. Сын ученого - тоже (завидное постоянство)Максутов Дмитрий Дмитриевич (3-й) – один из ведущих специалистов в области отечественного ледокольного и ледокольно-транспортного флота, участник создания первого в мире ледового испытательного бассейна в Дании, первого в мире атомного ледокола "Ленин" , руководитель шести советских антарктических и десяти высокоширотных антарктических экспедиций, Почетный полярник, лауреат премии Совета Министров СССР, ветеран Великой Отечественной войны, участник обороны г. Ленинграда. Имеет более двадцати правительственных наград. Родился в 1923 году в г. Ленинграде, образование высшее техническое – инженер-кораблестроитель, выпускник Ленинградского кораблестроительного института 1950 года, кандидат технических наук. Трудовая деятельность Дмитрия Дмитриевича Максутова с 1950 по 1986 год протекала в стенах Арктического и Антарктического научно-исследовательского института, где он работал главным инженером, руководителем Лаборатории ледовых качеств судов. С 1987 года Д.Д. Максутов – старший научный сотрудник ЦНИИ имени академика А.Н. Крылова. Д.Д. Максутов автор около 100 научных трудов и изобретений. http://www.ksri.ru/rus/soul/moyazhizn.htm

barnaulets: barnaulets пишет: МАКСУТОВ Дмитрий Дмитриевич (1896-1964) ...Ни в одной его биографии я не нашел информации об его участии в Первой мировой или гражданской войне. Только у С.В. Волкова в биографической справке про его отца (см. выше) отмечено, что он - офицер инженерных войск, воевал в белых войсках Восточного фронта. С.В. Волков по моей просьбе уточнил его чин и данные о службе Максутова в белых войсках Вост. фронта: Поручик (1916). В белых войсках Восточного фронта; на 1 окт.1919 в составе Учебного радиотелеграфного дивизиона.

Сибирецъ: В Новосибирске наконец-то открыли мемориальную доску Алексею Ачаиру Можно по-разному оценивать его деятельность, но поэтом он был хорошим Очень деятельное участие в открытие доски принял наш форумчанин АК-74 В Новосибирске появилась мемориальная доска сибирского поэта Ачаира [14.09.12] 14 сентября на здании новосибирской школы № 29 в Центральном районе Новосибирска появилась мемориальная доска поэта, музыканта и учителя Алексея Ачаира. Как рассказала директор школы № 29 Галина Белобородова, именно в этой школе последний год своей жизни работал Алексей Ачаир. Алексей Ачаир родился в 1896 г. в станице Ачаирской Омского уезда. Первое стихотворение поэт опубликовал в 1918 г. В этом же году он ушел добровольцем в Белую армию, а после ее разгрома уехал в Харбин. В 1945 г., после прихода Красной Армии в Харбин, Ачаир был репатриирован в СССР. 10 лет он провел в ГУЛАГе и 3 года жил в ссыльном поселении в Красноярском крае. В Новосибирск Алексей Ачаир приехал в 1959 г. и устроился в школу № 29 учителем пения. Здесь он создал детский хор в 500 голосов, ставший знаменитым на весь Советский Союз. В 1960 г. Алексей Ачаир умер в здании школы от инфаркта. Около 100 человек внесли денежный вклад в появление памятной доски. «География проекта была очень обширная: была задействована общественность Китая, Казахстана, России, Германии, США и Австралии», — рассказал инициатор установки доски командир учебной сотни Александр Кутник. Как пояснил Александр Кутник, все эти люди, пожелавшие сохранить память о поэте, имеют русские корни и связаны с русской эмиграцией Харбина. НГС.НОВОСТИ Фото Стаса Соколова

barnaulets: Еще один моряк: Гакен Николай Николаевич (1892–1937). Окончил Морской корпус в 1913 г. Старший лейтенант за отличие по службе (18.04.1919 г.). Служил в 1‑м Балтийском флотском экипаже. В вооруженных силах Правительства А.В. Колчака командовал бронепоездом Отдельной бригады Морских стрелков, 25.04.1919 г. переведён в состав Речной боевой флотилии (командир вооруженного парохода «Губительный», затем — командир 3‑го дивизиона). 02.08.1919 г. — начальник 2‑го дивизиона Обь-Иртышской речной боевой флотилии. Остался в СССР. Работал в Институте по изучению Севера и Гидрологическом институте, ледовый капитан ледокола «Ермак» в 1934–1935 гг., ст. гидрограф гидрографического отдела Главсевморпути. Арестовывался в 1919 г. Вторично арестован 2 марта 1935 г. Особым совещанием при НКВД СССР 4 марта 1935 г. лишён права проживания в 15 пунктах как «социально опасный элемент». Вновь арестован 12 ноября 1937 г. как «член офицерско-повстанческой организации». Тройкой УНКВД Омской обл. 21 ноября 1937 г. приговорён за «контрреволюционную деятельность» к высшей мере наказания. Расстрелян в Омске 23 ноября 1937 г. В 1955 г. президиумом Омского облсуда реабилитирован за отсутствием состава преступления. Кузнецов Н., Петров А. Морские стрелки адмирала А.В. Колчака в Сибири. 1918–1920//Старый Цейхгауз, 2012, №2 (46). С.67

Dr. Kaminsky: Интересно, хоть и не мои пациенты...

Войсковой старшина: Сибирецъ пишет: В Новосибирске наконец-то открыли мемориальную доску Алексею Ачаиру В каком Сибирском казачьем полку служил Грызов-Ачаир?

белый: Войсковой старшина пишет: В каком Сибирском казачьем полку служил Грызов-Ачаир? Отец Алексея Ачаира - Алексей Георгиевич Грызов одно время в служил в 1 Сибирском Ермака Тимофеева полку под командованием Петра Краснова "…В полку было пять сотен. Первой сотней командовал есаул Алексей Георгиевич Рожнев, второй - есаул Алексей Георгиевич Грызов, третьей – есаул Толмачев, четвертой подъесаул Вячеслав Иванович Волков, пятой - есаул Анатолий Александрович Баженов…." В этот полк прибыл служить будущий атаман Анненков.

Сибирецъ: Эпов Борис Михайлович, старший сын (родился 06.03.1898, умер 27.09.1937) Родился в городе Ачинске. Учиться начал в реальном училище в г. Новониколаевске в 1908 г. В 1910 г. был переведен в Омский кадетский корпус, который окончил в 1916 г. В 1917 г. окончил военное инженерное училище в городе Санкт-Петербурге, потом попал на германский фронт. После этого служил в инженерных войсках в качестве младшего офицера в городе Харькове и на Германском фронте до января 1918 г. сапером, когда был по болезни демобилизован. В мае 1918 г. по мобилизации был призван временным Сибирским правительством. Служил в инженерных войсках (последний чин - подпоручик). 7-го января 1920 года перешел под г. Красноярском на сторону красных войск, и уже в феврале 1920 года был назначен на службу в Красную Армию. В Красной армии служил на должностях: (1920-1921 гг. командиром роты, с 1921 г. по 1923 г. включительно преподавателем военно-инженерного дела на подготовительных курсах командного состава). В сентябре 1923 г. уволен из армии как бывший белый офицер командиром запаса. В 1924 г. снят с особого учета бывших белых офицеров. За время службы в Красной армии неоднократно получал благодарности за работу, отмеченную в приказах: командира 2-го батальона 1-й Енисейской инженерной бригады (15 июня 1920 г. и др.). В 1923 г. поступил в Томский Технологический Институт. Окончил его в 1929 г. с квалификацией инженера-механика. После окончания института поступил в Шахтстрой г. Томска в качестве инженера-конструктора, где проработал до 1931 г. В 1931 г. переведен на работу в Сибметаллострой, занимал должность старшего инженера-конструктора. За время работы в Шахтстрое и Сибметаллострое имел неоднократно благодарности за работу. Имея склонность к педагогической работе, по совместительству работал в качестве преподавателя: -в разное время на курсах чертежников-конструкторов в кружках техникума; - с 1932 г. в машиностроительном техникуме НКТП в Новосибирске (курс технологии кузнечно-прессового производства и руководство дипломным проектированием); - в 1932/1933 гг. работал в институте С.Х.машиностроения г. Новосибирска. читая там курс "ковка и штамповка" и "теоретическая механика"; - до 1937 г. работал преподавателем Индустриального института г. Томска. 19 сентября 1937 г. постановлением ТРОЙКИ УНКВД был арестован и расстрелян. 30 июня 1959 г. дело по обвинению Эпова Бориса пересмотрено президиумом Томского областного суда, решение УНКВД от 19.09.37 отменено и дело прекращено

barnaulets: Сибирецъ пишет: Эпов Борис Михайлович, старший сын (родился 06.03.1898, умер 27.09.1937) Старший сын генерал-майора Эпова Михаила Васильевича (1868-1921), в конце 1918 - начале 1919 гг. командовавшего 8-м Бийским Сибирским стрелковым полком и 2-й Сибирской стрелковой дивизией (вр.и.д.).

barnaulets: Благодаря коллеге Унтеру (см. http://siberia.forum24.ru/?1-9-0-00000172-000-10001-0) определился еще один герой этой темы: Таусон Владимир Оттонович [5(17).2.1894, Рязань, — 28.10.1946, Москва], советский микробиолог и физиолог растений. В 1924 окончил Московский университет. Работал в Микробиологическом институте (1930— 1938) и институте физиологии растений АН СССР (1938—46). В 1932—35 преподавал в МГУ (с 1935 профессор). Основные труды по геологической деятельности микроорганизмов и энергетике микробиологических процессов. Впервые установил способность микробов потреблять парафины (1924), окислять фенантрен (1929). Работы Т. по углеводородокисляющим микроорганизмам положили начало микробиологии нефти, легли в основу микробиологической очистки сточных вод и получения микробного белка. Разработал теорию «экзотермичности» синтеза клеточных компонентов у гетеротрофных микроорганизмов. Изучал продукты фотосинтеза, подчёркивая их разнокачественность. Награжден орденом «Знак Почёта» и медалями. Соч.: Основные положения растительной биоэнергетики, М.— Л., 1950. На август 1919 г., согласно удостоверению, выданному управлением Барнаульского уездного воинского начальника его жене - В.О. Таусон числился прапорщиком бронепоезда №2 ("Сибиряк") армии Колчака. Сын - Лев Владимирович Таусон (1917-1989), известный ученый–геохимик, специалист в области геохимии эндогенных процессов и геохимических методов поиска и разведки рудных месторождений, академик АН СССР, доктор геолого-минералогических наук, профессор Иркутского государственного университета, директор Института геохимии им. А.П. Виноградова СО АН СССР (1961–1988). Его подробная биография: http://irkipedia.ru/content/tauson_lev_vladimirovich

barnaulets: Упоминался в другой теме коллегой Sibirak http://siberia.forum24.ru/?1-9-0-00000049-000-200-0 Sibirak пишет: Суров Григорий Иванович, родился в 1871 году в Алатыре - уездном городе Симбирской губернии. Окончив гимназию, поступил на медфак Казанского университета, работал врачом. В 1918 г. эвакуировался из Симбирска вместе с военным госпиталем армии КОМУЧа. В армии Колчака - Начальник главного санитарного управления. В январе 1920 г. на службе в Красной Армии… Приговорен: Ульяновский губернский суд 14 сентября 1926 г., обв.: по ст. 89 УК РСФСР (в редакции 1922 года). Приговор: 1 год, Освобожден от наказания в связи с амнистией. Реабилитирован в июле 1993 г. Имя врача Сурова - бывшего колчаковца носит название одна из улиц в Ульяновске, а так же в пригородном поселке Григорий Иванович Суров (1871-1947) - выдающийся врач-офтальмолог, доктор медицинских наук, профессор. Награжден орденом Трудового Красного знамени. http://ul-people.ru/2012/grigorij-surov-ya-smotryu-v-mir-glazami-tysyach-lyudej Интересная статья об этом незаурядном человеке, в которой упомянуто и о службе у белых, Забытый доктор Суров Накануне войны в Ульяновскую больницу нагрянула с проверкой комиссия. Как водится, начальство пускало пыль в глаза: палаты спешно отдраивались, больным выдавалось новенькое белье. А на глазное отделение пижам не хватило. Последовал приказ – объявить лежачими и спрятать их драные кальсоны под одеяла. Когда же проверяющие, убаюканные благодушными рапортами, ввалились в глазное отделение, они замерли в ужасе. Вдоль стен стояла шеренга больных оборванцев. Это «воинство» возглавлял энергичный старик в белом халате. Выставив вперед седую бородку, он решительно наступал на комиссию: «Полюбуйтесь! Эти люди тянутся к знаниям. Они испортили зрение, ночами читая книги, и труды Ленина-Сталина, между прочим. Что же советская власть не может создать им человеческих условий?!». Руководящие товарищи пристыженно моргали. Решиться устроить подобную выволочку чиновникам на рубеже 1930 -1940-х годов мог в Ульяновске лишь один человек – Григорий Иванович Суров (на снимке). Его ученик и коллега Александр Смирнов вспоминал: «Больные, говоря о нем, обычно называли только его имя и отчество, но не фамилию, как бы показывая тем самым, что каждому известно, кто такой Григорий Иванович». Ныне же даже жители проспекта Сурова в новом городе и улицы Сурова в поселке Сельдь имеют смутное представление о судьбе человека, бывшего городской легендой. Он родился 135 лет назад, 17 (29 по новому стилю) ноября 1871 года в Алатыре – уездном городе Симбирской губернии. Окончив гимназию, поступил на медфак Казанского университета. Вопрос специализации решился, когда молодой врач столкнулся с «трахоматозными трагедиями». Коварная трахома порой уродовала глаза жителям целых селений. Будучи сам из крестьян, Суров видел, что ситуация с глазными болезнями в империи поставлена скверно, и слепота большей частью не врожденный недуг, а следствие убогой жизни. Григорий Иванович писал: «На долю нашей губернии приходится более 5000… слепых разного пола и возраста. Громадное большинство из них является жертвами разного рода недугов, главным образом заразных болезней. А так как этого рода болезни у нас в России распространены чрезмерно вследствие бедности, невежества и слаборазвитых своевременных предупредительных мер и малодоступной врачебной помощи, то и количество слепых у нас значительно больше, чем в других странах». Эти строки Суров опубликовал в 1912 году, накануне юбилейного года романовской династии, когда со всех трибун бодро вещали о процветании Российского государства. Но это было потом. Поскольку Григорий учился за казенный счет, полученное образование надо было «отслужить». Так в 1897-м он стал военным врачом. Работу в госпиталях умудрялся сочетать с дальнейшим образованием, посещая глазные клиники Парижа и Вены, Дрездена и Цюриха. В 1904 году успешно защитил диссертацию «К вопросу о пересадке роговицы» и стал доктором медицины. А спустя три месяца новоиспеченный доктор наук почти на два года оказался в Маньчжурии, среди грязи и крови лазаретов русскояпонской войны. С 1906 года жизнь и работа Григория Ивановича были связаны с Симбирском. Он стал ординатором местного лазарета, обзавелся домом. О взглядах Сурова красноречиво говорит то, что он был в числе подписчиков горьковских сборников «Знания». И в прямом соответствии с призывом Горького «поступать так, чтобы на земле было меньше зла», Григорий Суров активно выступал за организацию в Симбирске квалифицированной и доступной глазной помощи. Земство пошло навстречу, и в 1908 году Суров возглавил лечебницу на 15 коек, одновременновел частный прием. По средам и пятницам принимал бедных бесплатно. Кроме него, во всей губернии лишь известный левыми взглядами врач Сахаров шел на подобный альтруизм. «Симбирские губернские ведомости» в 1907 году поместили «Открытое письмо глазному врачу г. Сурову»: «Весьма благодарен Вам за искусно сделанную мне глазную операцию, после чего мои старческие глаза видят снова с удивительной ясностью. Преданный Вам Степан Лушников». Это, пожалуй, единственная благодарность врачу, опубликованная за все десятилетия существования этой официозной газеты. А в 1911 году впервые в нашем крае Суров открыл и возглавил глазное отделение губернской больницы. Прогресс был налицо: в 1901-1910 годах делалось в среднем 48 глазных операций в год, а в первые же годы работы отделения их количество многократно возросло. В том же 1911 году Суров организовал приют-школу для слепых и Общество попечения слепых. Энергия и работоспособность Григория Ивановича поражают. В его автобиографии читаем: «Четыре раза был командирован в качестве заведующего глазным отрядом в разные места России, главным образом среди инородцев, для борьбы с глазными болезнями». При этом он оставался старшим врачом 164-го пехотного Закатальского полка, состоял гласным Городской Думы и замещал председателя местного Общества врачей. С началом первой мировой войны Григорий Иванович снова на передовой. Был дважды ранен. В 1917-м корпусной врач Суров приветствовал падение царизма, но ратовал за продолжение войны, считая, что «только в победе вместе с союзниками мы найдем спасение от анархии, позора и тьмы только что свергнутого деспотизма». В конце года возвратился в Симбирск. Активная общественная позиция толкнула его на участие в выборах в Городскую Думу в августе 1918 году в Симбирске, занятом чехами и армией Комуча. Выборы с треском провалились, и вскоре Красная Армия погнала белых из Поволжья. Старший врач госпиталя Суров не мог бросить больных и вместе с ними эвакуировался в Сибирь. Оказавшись у Колчака, Григорий Иванович возглавил главное санитарное управление белой армии. Он не лез в политику, а честно исполнял клятву Гиппократа. И доктора уважали по обе стороны фронта. Декабрь 1919-го он встретил в Тюмени. Уже красные командиры назначили Сурова начальником эвакопункта. Так наряду с отметками о службе в царской и белой армиях появилась в его воинском билете запись о службе у красных. Он даже умудрился в 1920 году организовать в Тюмени глазное отделение. Симбирские пациенты слали во все инстанции петиции с просьбой о переводе окулиста обратно в Симбирск. Григорий Иванович вновь возглавил глазное отделение больницы и оставался на этом посту до самой смерти. В 1926 году его судили «за недоносительство». Суров пристроил при больнице бывшего сослуживца, дряхлого полковника Златоустова, тот возглавлял при белых военно-полевой суд. Суров получил год и тут же – амнистию и по-прежнему трудился на износ. Когда он возвращался домой, у калитки всегда поджидали трахомные больные. При этом он еще находил силы заниматься наукой. Нехватку дорогостоящих лекарств компенсировал применением народных средств – и получал прекрасные результаты. Он воспитал целую плеяду достойных учеников. И, не замыкаясь в узкопрофессиональных рамках, любил театр, музыку, читал Руссо и Вольтера в оригинале, в его доме висел портрет Леонардо да Винчи. Григория Ивановича знали глазники всей страны. Когда к светилам в Москве, Ленинграде, Казани обращались ульяновские пациенты, те удивлялись: «Зачем ко мне было приезжать, у вас Суров есть». Григорий Иванович никогда не кривил душой, всегда отстаивал интересы больных, протестуя против сокращения медперсонала, отвратительного снабжения. Он оставался беспартийным и глубоко верующим человеком. Узнав, что муж одной из медсестер сидит в застенках НКВД, Суров с коллегой-терапевтом Пановым помогали ей деньгами и так составляли график дежурств, чтобы та могла ездить в мордовский лагерь на свидания с супругом. А в июне 1941 года Григорий Иванович на митинге заявил: «Фашисты глубоко просчитались. Если потребуется, я, семидесятилетний седой старик, готов и к тому, чтобы отправиться на фронт… Я знаю и верю, что вновь увижу Берлин, в котором о фашистском режиме будут вспоминать, как об ужасном кошмаре». Слова у Григория Ивановича не расходились с делами. Александр Смирнов писал:«В период Великой Отечественной войны, уже страдая сахарным диабетом, сердечной недостаточностью, Г.И.Суров был главным врачом областной больницы, немало сделал для реорганизации своего отделения в глазную клинику эвакуированного в Ульяновск Воронежского медицинского института и, что весьма примечательно, безвозмездно пополнил недостающий инструментарий личным, приобретенным за рубежом в годы военной службы». В 1943 году Григорий Иванович был удостоен почетного звания «Заслуженный врач РСФСР» первым из ульяновских врачей. Что любопытно, второму в области это звание было присвоено в июне 1947-го его ученику Александру Смирнову. В конце 1946 года Ульяновск отпраздновал 75летие Григория Ивановича и 50-летие его врачебной деятельности. А 10 февраля 1947 года хранитель зрения нескольких поколений симбирян-ульяновцев скончался. По воспоминаниям современников, его похороны были очень многолюдными. Люди не по указке сверху, а по зову сердца шли проститься с любимым доктором. В 1976 году улица Горького в поселке Сельдь была переименована в честь Григория Ивановича, а десять лет спустя, в 1986 году, имя Сурова получил новый проспект в Заволжье. Пожалуй, с тех пор о Сурове власти больше не вспоминали. Дом №93 по улице Радищева, в котором доктор жил в 1908-1913 годах, не отмечен мемориальной доской и вот-вот будет снесен. Могила Григория Ивановича на старом городском кладбище давно бесхозная, а два года назад с нее похитили чугунную ограду. Источник: http://ulpressa.ru/2006/11/30/article20977/ Могила Г.И. Сурова http://ul-people.ru/2012/grigorij-surov-ya-smotryu-v-mir-glazami-tysyach-lyudej

Сибирецъ: Не офицер, но доброволец Народной армии, затем служил в РА адмирала Колчака, и деятель науки. Николай Николаевич Семенов Текст не мой, вставил авторский текст вот отсюда http://100v.com.ua/en/node/2854 Николай Николаевич Семенов родился 15 апреля 1896 года в Саратове, в семье Николая Александровича и Елены Дмитриевны Семеновых. В своей автобиографии Семенов пишет: «Я окончил в 1913 году Самарское реальное училище и, проявляя еще реалистом большую склонность к научным занятиям в области физики и химии, поступил в том же 1913 году на физико-математический факультет Петербургского университета. С 1914 года я начал заниматься под руководством академика Иоффе (тогда приват-доцента) экспериментальной научной работой и написал за время пребывания в университете несколько научных работ и статей. В 1917 году я окончил университет и был оставлен при нем стипендиатом для подготовки к профессорскому званию. До весны 1918 года я продолжал научно работать в Петрограде». В середине июля того же года, будучи на каникулах у родителей в Самаре, Николай добровольно вступил в так называемую народную армию самарской «учредилки». Прослужив солдатом в артиллерийской батареи около месяца, Семенов дезертировал из белой армии и уехал в Томск, в то время единственный университетский город в Сибири. Некоторое время, благодаря профессору Вейнбергу, Николай работал в лабораториях Технологического института, а с декабря даже стал вести преподавание на кафедре физики. Однако в сентябре 1919 года молодого ученого призвал в свою армию Колчак. Он попал в Томский артиллерийский дивизион , но благодаря хлопотам профессора Вейнберга был переведен в октябре 1919 года в радиобаталисты. Оттуда его откомандировали в Технологический институт, где Семенов продолжил научную работу. После прихода в Томск Красной армии Николай продолжил научную и преподавательскую работу в университете до мая 1920 года, когда по приглашению Государственного физико-технического и рентгенологического института он переехал на работу в Петроград. Молодого ученого назначили заместителем директора Петроградского физико-технического института и руководителем лаборатории электронных явлений. В 1921 году Семенов женился на Марии Исидоровне Борейше-Ливеровской — яркой, талантливой женщине. Она была известным специалистом в области романской филологии, работала в Петроградском университете на кафедре В.М. Жирмунского, переводила Данте. Мария Исидоровна была намного старше Николая Николаевича и имела четверых детей. С самого начала этот непростой брак оказался омраченным тяжелой болезнью, обрушившейся на жену. Она скончалась в августе 1923 года, прожив с Николаем Николаевичем менее двух лет. Его тяжелейшую душевную драму смягчила и излечила племянница Марии Исидоровны, Наталия Николаевна Бурцева. Она стала женой Семенова и матерью двух их замечательных детей — Юрия и Людмилы. В 1928 году Семенова назначили профессором Ленинградского физико-технического института. По его настоянию и с помощью его коллег, заинтересованных в развитии физической химии, лаборатория физики электрона превратилась в 1931 году в Институт химической физики Академии наук СССР, и Семенов стал его первым директором: «В 1931 году был создан под моим руководством новый институт, и я смог его целиком укомплектовать своими учениками. Странно подумать, что в 1920 году, получив приказ организовать лабораторию в Физико-техническом институте, я был один, а всего через десять лет, в 1931 году, у меня уже был коллектив из 50 подготовленных мною хороших, активных ученых! Так быстро росли кадры во всех лабораториях Физико-технического института, да и во многих других институтах, организованных в стране на рубеже двадцатых годов. Не надо думать, что наши 25-летние научные руководители тех лет были какими-то неполноценными людьми в науке. Нет, в те годы рост знаний и опыта у представителей талантливой молодежи был поразителен. Все они к этому возрасту имели уже по несколько печатных работ, порою обладавших существенно пионерским значением в масштабе всей мировой науки. На эти работы широко ссылались в своих трудах иностранные ученые». В 1929 году Семенов был избран членом-корреспондентом Академии наук СССР, а в 1932 году стал академиком. Если не считать нескольких особняком стоящих работ, в научной деятельности Семенова в двадцатые – начало тридцатых годов можно выделить четыре главных направления. Первое из них — работы по экспериментальному определению электростатических полей (1920–1924). В результате этих работ были получены надежные и удобные методы экспериментального изучения электростатических задач, гораздо более быстрые и удобные, чем методы расчетного характера. Второе направление относится к явлениям конденсации и адсорбции. Оно охватывает ряд работ, которые появлялись спорадически с 1924 по 1931 год. Эти работы также имеют весьма крупный теоретический и технический интерес. Третье направление — это вопросы пробоя твердых диэлектриков. Это направление начинается работой Семенова в сотрудничестве с Вальтером и Инге в 1925 году. Эти работы Семенова и Вальтера впервые совершенно четко определили роль теплового пробоя в явлениях электрической прочности и могут быть отнесены к классическим работам по пробою. Исследования по пробою, в свою очередь, подтолкнули ученого к проведению работы, которая привела к его первому важному вкладу в науку о горении — созданию теории теплового взрыва и горения газовых смесей. Согласно этой теории, тепло, выделяющееся в процессе химической реакции, при определенных условиях не успевает отводиться из зоны реакции и вызывает повышение температуры реагирующих веществ, ускоряя реакцию и приводя к выделению еще большего количества тепла. Если нарастание количества тепла идет достаточно быстро, то реакция может завершиться взрывом. Именно эта область научной деятельности Семенова и стала главной, несмотря на важность и широкую известность работ в других трех направлениях. Как пишет А.Ф. Иоффе: «Та область, которая была создана Семеновым и которая доставила ему широкую известность у нас и за границей, — это область цепных реакций и применение их к взрывам. Работы, относящиеся сюда, охватывают более двух десятков исследований, сделанных Семеновым и его учениками за период с конца 1927 по 1931 год. Эти работы ревизовали все классическое учение о скоростях химических реакций, создали основы новой кинетики, где получил блестящее объяснение целый ряд таинственных явлений, которые были частично известны со времени Бертолле, Вант-Гоффа и других и оставались совершенно непонятными. Целый ряд новых удивительных явлений был открыт Семеновым и его учениками. В результате этих работ были отброшены старые представления о взрывах и создана новая теория взрывов и горения. Эти работы вызвали целый поток работ у нас и особенно за границей и создали большую область, насчитывающую многие сотни исследований. И здесь, как и во всех предыдущих областях, Семенов не ограничивался теоретическими работами, но шел и в сторону техники. В настоящее время поставлен ряд работ совместно с Моторным институтом и другими учреждениями, которые освещают практически важные вопросы [работы] двигателей внутреннего сгорания». К тому времени Семенов вел глубокие исследования цепных реакций. В 1934 году ученый опубликовал монографию «Химическая кинетика и цепные реакции», в которой доказал, что многие химические реакции, включая реакцию полимеризации, осуществляются с помощью механизма цепной или разветвленной цепной реакции. В последующие десятилетия Семенов и другие ученые, признавшие его теорию, продолжали работать над прояснением деталей теории цепной реакции, анализируя относительные опытные данные, многие из которых были собраны его студентами и сотрудниками. Позднее, в 1954 году, была опубликована его книга «О некоторых проблемах химической кинетики и реакционной способности», в которой ученый обобщил результаты открытий, сделанных им за годы работы над своей теорией. В 1956 году Семенову совместно с Хиншелвудом была присуждена Нобелевская премия по химии «за исследования в области механизма химических реакций». В нобелевской лекции Семенов сделал обзор своих работ над цепными реакциями: «Теория цепной реакции открывает возможность ближе подойти к решению главной проблемы теоретической химии — связи между реакционной способностью и структурой частиц, вступающих в реакцию… Вряд ли можно в какой бы то ни было степени обогатить химическую технологию или даже добиться решающего успеха в биологии без этих знаний… Необходимо соединить усилия образованных людей всех стран и решить эту наиболее важную проблему для того, чтобы раскрыть тайны химических и биологических процессов на благо мирного развития и благоденствия человечества». Служба у Колчака в свете последующих сталинских репрессий, видимо, часто держала Николая Николаевича в напряжении. Он не знал, что в 1937 году в Ленинграде было сфабриковано «университетское» дело о якобы существовавшей «фашистско-террористической организации». В эту организацию вместе с известными физиками (В.А. Фок, Л.Д. Ландау и др.) должен был войти и «заговорщик» Н.Н. Семенов, но, к счастью, ареста не последовало. В годы войны Семенов, как и многие советские известные ученые, эвакуировался в Казань. Здесь он работал над задачами, связанными с вопросами горения и взрыва. В 1943 году ученый переехал в Москву, куда, согласно постановлению правительства, был переведен Институт химической физики. Институт Семенова принял активное участие в зарождающемся советском атомном проекте. Многие направления проводимых там исследований непосредственно связаны с первоначальными научными интересами ученого, хотя теперь они осуществлялись с помощью масс-спектрометрии и квантовой механики. В конце сороковых годов Николай Николаевич подвергся отвратительной травле, когда группа негодяев от науки обвинила его в отсутствии патриотизма, «низкопоклонстве перед иностранщиной», даже в плагиате! Семенова «спасла» от участи Капицы причастность к работам по урану — воистину сработал «урановый щит». После того как в 1944 году Семенов был назначен профессором МГУ, он продолжал публиковать свои работы по различным проблемам вплоть до восьмидесятых годов. Его объемная работа по окислению паров фосфора не потеряла своей актуальности и сегодня. В ходатайстве Института химической физики АН СССР от 27 января 1976 года о награждении ученого орденом Ленина и второй золотой медалью «Серп и молот» отмечалось: «Особо важные исследования выполнены Н.Н. Семеновым в последние годы. Это прежде всего открытие нового класса разветвленных цепных реакций с энергетическим разветвлением, происходящим за счет реакций колебательно-возбужденных частиц, образующихся в экзотермических элементарных реакциях в ходе цепного процесса в сверхравновесных концентрациях. Развитие этих работ Н.Н. Семеновым и ею сотрудниками, а затем и другими исследователями привело к возникновению нового направления, так называемой неравновесной химической кинетики, которое сейчас активно развивается во всем мире. Эти работы послужили одной из основ создания химических лазеров, и первый химический лазер на разветвленной цепной реакции был создан в Институте химической физики. В 1972 году Н.Н. Семеновым было предсказано и затем под его руководством открыто явление аномально больших скоростей и глубин превращения в цепных реакциях, сформулированы общие условия ингибированного самовоспламенения газовых смесей. В последние годы по инициативе Н.Н. Семенова в институте начаты и успешно развиваются новые работы по катализу и химической бионике, которые привели к открытию новых каталитических процессов (неферментативная фиксация азота, активация насыщенных углеводородов и др.). Н.Н. Семеновым и его учениками развиты новые представления о многоэлектронных процессах с участием комплексов переходных металлов, о практическом использовании в химии будущего принципов энергетики живых организмов». Даже в последние годы жизни Николай Николаевич, по словам его коллег, оставался энтузиастом науки, творческой личностью, которую отличала бьющая через край энергия. Он был высок и худощав, любил охотиться и работать в саду, увлекался архитектурой. Умер Семенов 25 сентября 1986 года.

barnaulets: Из темы про авиаторов http://siberia.forum24.ru/?7-9-0-00000159-157.001-240-0 мир пишет: Трапезников Георгий Владимирович. Инженер-механик мичман (3 сентября 1917). В списках с 15 апреля 1919 г. С 8 февраля 1919 г. (пр. 5 марта) - офицер-летчик Гидроавиационной станции. 8 февраля 1919г. (пр. 17 апреля) отчислен от занимаемой должности. 26 апреля 1919 г. переведен в состав РБФ (66) 66. ГА РФ. Ф. 9431. Оп. 1. Д. 304. Л. 38; РГВА. Ф. 39597. Он. 1. Д. 67. Л. 43, 55. Н.А.Кузнецов. Морская авиация и морские летчики в Белом движении на Востоке России (1919) // Война и оружие: Новые исследования и материалы. Вторая Международная научно-практическая конференция, 18-20 мая 2011 года. СПб., 2011. Ч. I. С. 451-472 www.artillery-museum.ru/files/File/a3f390d88e4c41f2747bfa2f1b5f87db.pdf Трапезников Георгий Владимирович (1891-1937). В 1919 г. закончил механический факультет Томского технологического института (ТТИ) со званием инженера-механика. Трудовая деятельность: руководитель по двигателям внутреннего сгорания в военно-инженерной школе (Томск, 1919). Инженер Сибирского отдела Управления делами полномочного представительства главного топливного комитета Высшего совета народного хозяйства ("Сибтоп"). Преподаватель паротехники и гидравлики в Томском железнодорожном техникуме (1920). Внештатный (1920), затем штатный ассистент по черчению Томского индустриального института (ТИИ, 1921-1922). Научный сотрудник по кафедре сопротивления материалов (1922), член коллегии НИИ прикладной физики при ТИИ, одновременно заведовал механической лабораторией института. В 1925 г. был избран на должность профессора по кафедре сопротивления материалов Сибирского технологического института (СТИ). С 1928 г. Трапезников Г. В. по совместительству состоял профессором по кафедре механики физико-математического факультета Томского государственного университета (ТГУ). В 1932-1934 гг. - действительный член, заведующий сектором механики НИИ математики и механики при ТГУ. Общественная работа: организовал студенческий кружок, силами которого под руководством Г. В. Трапезникова был сконструирован и построен в 1927 г. первый сибирский самолет СТИ-1, положивший начало сибирскому авиастроению. Член пленума Томского городского совета и ученого комитета при Западносибирском краевом исполнительном комитете. Направления научной деятельности: исследования в области сопротивления материалов и физики твердого тела. Научные труды: научные статьи в журналах: "Известия Томского технологического института", "Известия Томского индустриального института", "Известия Сибирского технологического института", "Известия Сибирского механико-машиностроительного института". Источник: Профессора Томского политехнического университета : биографический справочник / сост. и отв. ред. Г. П. Сергеевых. - Томск : Изд-во НТЛ, 2001. - Т. 2. - С. 152-153. http://www.lib.tpu.ru/ap/document/index.tal?docid=RU\TPU\pers\21917 Трапезников Георгий Владимирович Родился в 1891 г., Иркутск; русский; образование высшее; б/п; ТИИ [Томского индустриального института], профессор. Проживал: Томск. Арестован 4 октября 1937 г. Приговорен: 19 октября 1937 г., обв.: "Союз спасения России". Приговор: расстрел Расстрелян 27 октября 1937 г. Реабилитирован в августе 1959 г. Источник: Книга памяти Томской обл. lists.memo.ru "СПРАВКА следственного отдела Управления КГБ Томской области по архивно-следственному делу профессора А. П. Калишева 20 ноября 1957 г. По арх. следделу № 5557 проходят: Трапезников Георгий Владимирович, 1891 г. р., из служащих, с 1924 года профессор. В 1935 г. исключен из ВКП(б), до ареста состоял в должности профессора кафедры сопротивления материалов при Томском индустриальном институте. Служил в колчаковской армии. Арестован 4 октября 1937 года. Обвинялся как участник офицер-ской монархической организации, существовавшей в г. Томске. Из его показаний от 11 октября 1937 г. видно, что в 1928-29 при Томском Госуниверситете и Индустриальном институте профессором ТГУ Хахловым Венедиктом Андреевичем была создана вредительская группа, в составе: Хахлова, профессора Усова, профессора ТГУ - Кузнецова, профессора ТПИ Калишева, ассистентов: Левина, Арановича, Горсунова, Николаева, Филимонова, Мурзина и профессора Трапезникова. К началу 1936 года эта группа распалась, ее участники разъехались (л. д. 9). Далее в показаниях Трапезникова записано, что в 1936 году Хахлов вовлек его в контрреволюционную монархическую организацию. Как участников этой организации он знал: профессоров Кузнецова и Калишева, поручиков Реутова и Сарайтовкина. Сам он завербовал: Кругликова, Немешаева, Кучина, Шубина и Колосухина. Кем был завербован Калишев из показаний Трапезникова не видно. Показания Трапезникова проверены следствием не были, 19 октября 37 г. Тройкой УНКВД НСО он осужден к ВМН и расстрелян..." http://insibir.com/delo-professora-a-p-kalisheva/ Статья о первом сибирском самолете СТИ-1, построенном в 20-е годы в Томском технологическом институте под руководством Г.В. Трапезникова и упоминавшегося в этой теме А.В. Квасникова (также бывшего летчика и офицера белой армии). http://idea2.westsib.ru/avietta Биографическая справка из электронной энциклопедии Томского политехнического университета click here Отмечается, что Трапезников оказал большое влияние на молодого будущего констуктора вертолетов Н.И. Камова (1902-1973), окончившего ТТИ в 1923 г.

Алексей Елисеенко: мир пишет: Сергей Дмитриевич Лаппо (1895-1972) Известный советский гидрограф, исследователь Арктики, в честь которого названы п-ов на Таймыре Могу добавить, что в начале 1920 года Сергей Дмитриевич находился в Красноярске, а 8 июня 1920 года отбыл в Томск.

мир: В.П.Вологдин - один из основателей сварного судостроения в СССР. В 1943 г. награжден орденом Трудового Красного Знамени. В июле 1918 г. как инженер-электрик приехал в Воткинск с проектом электрификации завода. После восстания 17 августа стал командующим Галевской флотилией в чине капитана 2 ранга. 16 сентября упоминается как комендант Воткинса, а 20 - как начальник технической части и уполномоченный по учету грузов Галевской пристани. После отступления повстанцев за Каму до февраля 1919 г. - начальник штаба Воткинской дивизии. В июле произведен в инженер-механики флота и капитаны 1 ранга. Награжден орденом Станислава 3-й степени и Владимира - 4-й с мечами и бантами. Самое странное, что во флоте он до революции не служил. Служил его брат, которой окончил Морской корпус, а революция застала его за границей. См. А.Коробейников. Воткинская народная армия в 1918 г. Часть 1. Людской состав. Ижевск, 2012

Адъютант: Алексей Елисеенко пишет: в начале 1920 года Сергей Дмитриевич находился в Красноярске, а 8 июня 1920 года отбыл в Томск. Возможно, это связано с тем, что 4 июня 1920 его отец Дмитрий Евдокимович Лаппо, был арестован в г. Иркутске по обвинению в контрреволюционной деятельности, этапирован в Красноярск... 12.08.1920 дело Д.Е. Лаппо было передано Красноярской ГубЧК в Реввоентрибунал ВОХР. 3 февраля 1921 освобожден под подписку о невыезде .

Алексей Елисеенко: Безусловно в этот список нужно вносить и Каттерфельда http://newwoman.ru/moi_dedushka.html Биография, кстати составлена довольно небрежно

Sibirak: На странице 3 в данной теме, уважаемым коллегой barnaulets упоминался Григорий Иванович Суров (1871-1947) - выдающийся врач-офтальмолог, доктор медицинских наук, профессор. Награжден орденом Трудового Красного знамени. Вот некоторые сведения о нем из РГВА. На август 1919 г. статский советник доктор медицины Суров был начальником военно-санитарного управления Курганского военного округа [РГВА. Ф. 39624. Оп. 1. Д. 94. Л. 10–11].

barnaulets: Советский ученый зоолог, писатель-натуралист Зверев Максим Дмитриевич (29 октября 1896 — 23 января 1996) "Родился М.Д. Зверев 29 октября 1896 г. в Барнауле в семье ссыльного за покушение на Александра III статиста Дмитрия Ивановича Зверева*, хорошо знакомого с писателями Короленко, Горьким и Г. Успенским. Закончив реальное училище, после которого он некоторое время работал в Бобровском лесничестве, Максим поступил в Московский политехнический институт, но через несколько месяцев, в связи с начавшейся войной, его зачислили в Алексеевское военное училище. В 1917 г. в чине прапорщика заведовал станцией Барнаул. В этом же году в газете “Алтайский край” публикует свой первый рассказ “Охота на волков” об охотничьих походах вместе с отцом. После демобилизации М.Д. Зверев работает некоторое время лесным техником в селе Ребриха Алтайского края. Во время наступления Колчака вновь был мобилизован и работал на Алтайской, а затем Томской железных дорогах помощником коменданта станций Алтайская и Томск. В 1919 г. перешел на сторону Красной Армии, назначен военным диспетчером всей Томской железной дороги. В конце 1920 г. демобилизован и направлен на учебу в Томский университет на естественное отделение. Свою первую научную роботу “Определитель хищных птиц Сибири” Максим Дмитриевич напечатал, еще будучи студентом 3 курса в 1923 г. После окончания университета работал в Сибирском институте защиты растений, в Новосибирском зоопарке. В 1922 г. написал свою первую повесть “Белый марал”, вышедшую в 1929 г. в Ленинграде отдельной книжкой. Всю долгую и трудную жизнь М.Д. Звереву необыкновенно везло. Из многих сложных ситуаций он выходил целым и невредимым. То ему пришлось загонять в клетку вырвавшегося льва, то, схватив прыгнувшую с дерева дикую рысь, держать ее, пока не подоспела помощь. Два раза тонул, в третий раз чуть не погиб в бурю на Капчагайском море. Падал вместе с лошадью в пропасть. Даже Гулаг он прошел с наименьшими для себя неприятностями. В 1932 г. М.Д. Зверева, как бывшего прапорщика, занесли в список людей, лишенных избирательного права. Однако новосибирские ученые вступились за Максима Дмитриевича и он был вычеркнут из списков. В 1933 г. директора Новосибирского зоопарка старого коммуниста-подпольщика Алтайцева вызвали в ОГПУ и спросили, как работает его подчиненный Зверев. Алтайцев дал блестящий отзыв. Но ему сказали, что Зверев бывший царский офицер, а значит, враг народа и его надо арестовать. Алтайцев категорически возражал, мол, без Зверева развалится зоопарк, так как в Сибири больше нет специалистов такого профиля. Тогда чекисты “милостливо” согласились и сказали, что “зачислят” Зверева в Гулаг, но работать он будет в зоопарке, жить дома, а вся его зарплата будет идти государству. Алтайцеву пришлось согласиться на такой компромисс. Согласно официальной справки, Максим Дмитриевич Зверев был арестован 20 января 1933 г. и осужден Коллегией ОГПУ 5 августа 1933 г. по статьям 58-2 (вооруженное восстание) УК РСФСР на 10 лет лишения свободы. Освобожден из Томского отделения Сиблага 29 января 1936 г. Реабилитирован Определением Военной Коллегии Верховного суда СССР от 29 июля 1958 г. за отсутствием состава преступления. В 1937 г. его жена случайно узнала от знакомой машинистки, работавшей в НКВД, что фамилия М.Д. Зверева вновь стоит в списках на арест. При помощи Алтайцева Зверев на следующий же день уехал в Москву, а оттуда его направили временно в Алма-Ату “помочь открыть зоопарк”. Здесь М.Д. Зверева никто не знал, и не привлекая внимание, он благополучно пережил волну арестов. С началом Великой Отечественной войны М.Д. Зверева мобилизовывают. Некоторое время он служит военным диспетчером на Восточносибирской дороге, а затем, по ходатайству Комитета по заповедникам и зоосадам при СНК КазССР, ему выдают “бронь” и направляют руководить Алма-Атинским зоопарком и Алма-Атинским заповедником. В 1943 г. Зверева принимают в Союз писателей Казахстана. В это же время он организовывает первую в Казахстане станцию юннатов. Более серьезно писательством ученый стал заниматься лишь с 1952 г. Им выпущено 145 книг общим тиражом несколько десятков миллионов экземпляров, многие из которых переизданы в 12 странах. Главная тема любой из них — любовь к природе. Максим Дмитриевич руководил Комиссией по охране природы Союза писателей Казахстана, более 10 лет на общественных началах издавал природоведческий сборник “Лик земли”. Нет возможности перечислить все природоохранные статьи Зверева — их более тысячи. Они посвящены проблеме Арала, Балхаша, заповедному делу, защите редких видов животных. Только в защиту горных ельников он написал около 80 статей, и таки добился своего: в 1968 г. из III группы их перевели в охраняемую I группу. Он боролся и спас ореховую рощу Шайдурова, протестовал против незапланированных спусков воды Капчагая. М.Д. Зверев — не одно десятилетие являлся членом президиума Казахского общества охраны природы, был доцентом кафедры зоологии Алма-Атинского университета. Умер в начале 1996 г." http://almaty-lit.ucoz.ru/load/5-1-0-22 Правильно - статистика. На самом деле, участия в покушении на царя Дмитрий Иванович Зверев не принимал, хотя и считался политически неблагонадежным, состоял под надзором полиции. Родился он на Алтае, в с. Сорокино. Подробно о нем см. статью В.Ф. Гришаева: http://www.barnaul-altai.ru/info/barnaul/people/zverev.php Как установил Ю.И. Гончаров, будущий писатель в 1918 г. некоторое время служил в 3-м Барнаульском Сибирском стрелковом полку, на 17 сентября 1918 г. он прапорщик в команде конных разведчиков. Правда, ни в одной публикации о нем, упоминаний про это нет. http://siberia.forum24.ru/?1-4-0-00000109-000-40-0 Приказом Сиб. армии №66 от 19.02.1919 г. прапорщик 3-го Барнаульского полка Зверев Максим был награжден орденом Св. Анны 4 ст. с надп. «За храбрость». Вместе с другим героем этой темы (см. выше) Феликсом Николаевичем Шаховым.

Oigen Pl: Хотя известное звание унтер-офицер, но поставлю пока в эту тему: "Смирнов Борис Евгеньевич родился в 10 июня 1898 года в с. Сузунский завод Алтайского края в семье сельского священника. В 1918 году окончил мужскую гимназию в городе Бийске. В 1918 году поступил в Томский университет на медицинский факультет, но был мобилизован в армию Колчака. Служил в 51 Сибирском стрелковом полку рядовым в городе Барнауле, где находился до лета 1919 года. В сентябре был отправлен в унтер-офицерскую школу в г. Петропавловск, откуда вскоре был со школой эвакуирован в г. Новосибирск. В ноябре дезертировал из армии Колчака. С февраля 1920 по октябрь 1921гг. был под следствием по подозрению в добровольной службе у Колчака. Судом г. Барнаула был оправдан. Осенью 1922 года поступил на медицинский факультет Томского университета, но в декабре 1922 года за знакомство со студентами, оказавшимися членами меньшивистской организации был выслан в Вятку на 3 года. В 1925 году был возвращен и восстановлен в правах студента. Госуниверситет закончил в 1930 году. Был командирован на Дальневосточный край, назначен в город Зею, где проработал врачом-хирургом. Вместе с ним в Зею приехали его жена и сын. Тогда еще начинающий хирург, он уже брался за сложные операции со знанием дела и очень часто выходил победителем. Однажды на операционный стол попал паренек. В парке произошла драка, и его привезли в больницу с ножом в сердце. И сейчас это одна из сложнейших операций, а тогда... Борис Евгеньевич сделал невозможное.… Во время войны Бориса Евгеньевича приглашают в Читу, ведущим хирургом эвакуационного госпиталя. Нужны умелые руки знающих свое дело врачей. Ле- генда или быль - не знаю, но все говорят о том, что в Чите произошел случай, о котором еще долго говорили, писали в газетах. На операционном столе боец. Все готово к операции, но при вскрытии брюшной полости оказалось, что в ней застрял стабилизатор неразорвавшейся немецкой мины. Борис Евгеньевич выгнал всех из операционного зала и делал операцию один. Он извлек из раненого «подарок от немцев», и передал его саперам. Все закончилось благополучно. В Чите он проработал до 4 мая 1945 года, прилетая каждую неделю делать операции в Зейской больнице. Чита не хотела его отпускать, перед ним раскрывались большие перспективы. Но Борис Евгеньевич, влюбленный в наш го- род, в его благодарных жителей, возвращается в Зею. В 1951 году Борис Евгеньевич становится главным врачом Зейской ЦРБ по 1959 год. Граждане города Зеи бесконечно восхищались и благодарили хирурга за бесчисленные трудные, но успешные операции, за многие спасенные жизни. Также Борис Евгеньевич часто выезжал на конференции хирургов. Девиз жизни Бориса Евгеньевича: «Живи сгорая!» Борис Евгеньевич имеет знак «Отличник здравоохранения», орден красной звезды, медали «За победу над Германией» и «За доблестный труд». В 1954 году Смирнову Б. Е. присвоено звание «Заслуженный врач РСФСР». Зейская центральная районная больница носит имя Б.Е. Смирнова, а на доме № 47 по ул. Полины Осипенко где многие годы жил Борис Евгеньевич Смирнов, установлена мемориальная табличка с такой надписью «В этом доме с 1937 по 1959 годы жил Борис Евгеньевич Смирнов – заслуженный врач РСФСР, чье имя хранит благодарная человеческая память» - http://admzeya.ru/doc/2013/pg.pdf

Алексей Елисеенко: Алексей Елисеенко пишет: Безусловно в этот список нужно вносить и Каттерфельда http://newwoman.ru/moi_dedushka.html Биография, кстати составлена довольно небрежно Я уже сообщал об этом человеке, немного добавлю. Пленен в Красноярске, уволен по болезни 7 июня 1920 года.

Алексей Елисеенко: Никонов Николай Митрофанович Официально Никонов Николай Митрофанович (1889–1975) Живописец. Автор полотен на историко-революционные и батальные сюжеты. Заслуженный художник РСФСР. Родился в Яранске Вятской губернии, умер в Москве. Учился в Казанской художественной школе (1908–1912) у Н.Фешина и в Московском училище живописи, ваяния и зодчества (1913–1915) у Л.О.Пастернака, А.Архипова. С 1915 г. участник выставок. Член АХРР (1922). Преподавал рисование в Красноярске. Первая персональная выставка проходила в Москве (1935). Работы выставлялись в Нью-Йорке (1923), Венеции (1930), Цюрихе (1930), Берне (1930), на Венецианском Биеннале (1932). Произведения находятся в ГТГ, ГРМ, Музее современной истории России и многих других музейных и частных собраниях. Добавлю: родился 15 декабря, закончил Казанское военное училище (1917), мобилизован 1.10.1915 г. Подпоручик, военнопленный у красных, уволен со службы 15.5.1920 г.

Пермяк: СЕРЕБРЕННИКОВ НИКОЛАЙ НИКОЛАЕВИЧ (08.07.1900, Верхние Муллы Перм. губ. - 21.05.1966, г. Пермь), музейный работник, собиратель основных коллекций Перм. гос. художественной галереи (ПГХГ), в т. ч. - одной из уникальных коллекций – перм. деревянной скульптуры, историк искусства Урала и Прикамья, организатор и первый председатель перм. организации Союза художников, в 1925 - 1949 гг. – директор Перм. художественной галереи, в 1949 - 1960 гг. – главный хранитель галереи, общественный деятель. Родился в семье священника и сельской учительницы. Окончил Высшее начальное училище в с. Ильинском, затем гимназию в г. Перми. В 1920 г. начал работать учителем в с. Ильинском. Увлекся музейным делом. В 1921 г. организовал в с. Ильинском музей, был собирателем ботанических, минералогических, археологических коллекций. В 1923 г. был приглашен на работу в Перм. научно-промышленный музей. С 1923 по 1926 гг. он организовал шесть экспедиций в основном в северные р-ны Перм. обл. по сбору памятников искусства и старины. В 1924 г. по результатам экспедиций была организована выставка, которая стала настоящим открытием искусства края. В 1925 г. в экспедиции участвовал И. Э. Грабарь, один из организаторов музейного дела в стране. В 1928 г. вышла книга «Пермская деревянная скульптура», в которой Серебренников впервые систематизировал собранную коллекцию, атрибутировал, сделал научное описание памятников, собрав колоссальный исторический и библиографический материал, позволявший найти исторические аналоги. В 1925 - 1927 гг. он организовал первые выставки современного искусства Урала, которые явились прообразом будущих художественных региональных выставок «Урал социалистический» (1964 - 1989), с 1991 г. – «Урал». Исследовал уральский фарфор и фаянс 19 в., изучал производство местных фаянсовых заводов, собрал коллекцию изделий кунгурских фабрик Г. И. Федорова, А. В. Федорова, Г. Е. Бузина. Умел привлечь к сотрудничеству талантливых людей – Е. Н. Косвинцева, И. Д. Шадра, П. В. Сюзева, которые дарили свои коллекции галерее. В 1938 - 1939 гг. был одним из организаторов и первым председателем Перм. организации Союза художников. В период Великой отечественной войны организовал и был директором агитмастерских по изготовлению плакатов и агитокон, где работали пермские и эвакуированные из г. Москвы и г. Ленинграда художники. В 1944 г. был издан первый каталог основных коллекций галереи под руководством Н. Н. Серебренникова (в соавторстве). В каталог были включены живопись, рисунок, скульптура западно-европейских и русской школ 15 - нач. 20 вв., 1400 экспонатов 550 авторов. В 1959 г. завершил 25-летний труд «Урал в изобразительном искусстве», в котором впервые рассмотрел изобразительное искусство Прикамья и Урала в синтезе с историей края и особенностями его промышленного и культурного развития. Особую ценность представляет раздел, посвященный художественной жизни Урала в период 1905 - 1920-е гг., а так же биобиблиографический словарь, в котором помещены сведения о 200-х художниках, работавших в 16 - 20-вв. на территории Урала. Современную художественную жизнь г. Перми особенно ярко отразила книга-альбом Серебренникова «Художники Перми», в которой помимо статей о творчестве, дается основательные биобиблиографические справки о живописцах, графиках, скульпторах, работавших в г. Перми в 1950 - 1960 гг. Серебренников - автор более 100 книг, статей в различных энциклопедиях, научных сборниках, журналах, периодической печати, автор-составитель каталогов коллекций и выставок. В 2000 г., к 100-летию со дня рождения Н. Н. Серебренникова на здании, в котором ныне располагается Перм. художественная галерея, открыта мемориальная доска (авт. А. А. Кутергин), прошли Первые Серебренниковские чтения, посвященные выдающемуся музейному и общественному деятелю. Соч.: Изобразительное искусство коми-пермяков // Коми-Пермяцкий национальный округ. М.,1949; К изучению художественной культуры Кунгурского края // Кунгурско-Красноуфимский край. 1925. № 11, 12; О фаянсовом заводе в с. Сретенском Пермского уезда // Пермский краеведческий сборник. Пермь, 1924. Вып. 1; Об усадьбе Всеволожских и заводе Пожва // Сборник изучения русской усадьбы. М., 1928. Вып. 1; Пермская деревянная скульптура: материалы предварительного изучения. Пермь, 1928; Пермская Государственная художественная галерея. Путеводитель. Пермь, 1961; П. П. Верещагин // Очерки о жизни и творчестве художников середины ХIХ века. М., 1958; Урал в изобразительном искусстве. Пермь, 1959; Уральские плакаты гражданской войны // Прикамье. 1958. № 24; Уральский фарфор и фаянс ХIХ века. Пермь, 1926; Художники Перми: Альбом. М.,1963; Шедевры Пермской деревянной скульптуры // Культура и жизнь. 1966. № 5; Пермская деревянная скульптура. Пермь, 1967. Н. В. Казаринова В 1919 году был мобилизован в Сибирскую армию в г. Перми.

ГончаровЮ.И.: Композитор Моригеровский Павел Васильевич был в апреле -июне 1918г. судебным следователем следственной комиссии при Барнаульском Высшем революционном суде , с ещё одним известным белогвардейским деятелем, о котором пока умолчу. И такое бывало! Как впрочем и потом в декабре 1919г.- июне 1920г. -белогвардейские деятели в составе Советской милиции и даже ГубЧК.

barnaulets: barnaulets пишет: Квасников Александр Васильевич Летчик Русской императорской армии, георгиевский кавалер Первой мировой войны. Выпускник и преподаватель Томского технологического (политехнического) института, один из создателей первого сибирского самолета. Выдающийся советский учёный в области космических и авиационных двигателей, один из первых преподавателей Московского авиационного института. Родился 30 апреля (13 мая) 1892 года в Баку в семье токаря механической мастерской товарищества братьев Нобель. По данным из электронной базы С.В. Волкова, родился 30 апреля 1892 г. в Саратовской губернии, из потомственных почетных граждан. barnaulets пишет: После демобилизации из армии А.В. Квасников уехал в Томск, продолжив образование в Томском технологическом институте в качестве вольно-слушателя, а затем студента. Под руководством профессора В.Г. Карпенко Квасников выполнил дипломную работу на тему: «Уравновешивание масс в двигателях внутреннего сгорания по В. Аршаулову и О. Коlsch’y». Защитил диплом 31 декабря 1918 г. и стал инженером-механиком. После окончания института А.В. Квасников был оставлен в ТТИ стипендиатом по кафедре прикладной механики и машиностроения (отдел тепловых машин) с 17 января 1919 г., но к занятиям приступить не смог, т.к. был мобилизован в белую армию. По другим данным в армию он был призван еще до окончания института, в мае (?) 1918 г. Состоял на учете как военный летчик, одновременно числился в Томском запасном батальоне. В 1919 - 1920 гг. - преподаватель Томской военной радиотелеграфной школы. В январе 1920 г. "с личным составом школы добровольно перешел на сторону Красной армии". Оставлен в прежней должности. До мая 1920 г. - заведующий курсом обучения Томской радиотелеграфной школы РККА. Там же, у Волкова: на 23 фев. 1919 в составе радиошколы Сибирской армии, на 1 окт. 1919 в составе Учебного радиотелеграфного дивизиона.

barnaulets: barnaulets пишет: Эпов Борис Михайлович, старший сын (родился 06.03.1898, умер 27.09.1937) Родился в городе Ачинске. Учиться начал в реальном училище в г. Новониколаевске в 1908 г. В 1910 г. был переведен в Омский кадетский корпус, который окончил в 1916 г. В 1917 г. окончил военное инженерное училище в городе Санкт-Петербурге, потом попал на германский фронт. После этого служил в инженерных войсках в качестве младшего офицера в городе Харькове и на Германском фронте до января 1918 г. сапером, когда был по болезни демобилизован. В мае 1918 г. по мобилизации был призван временным Сибирским правительством. Служил в инженерных войсках (последний чин - подпоручик). 7-го января 1920 года перешел под г. Красноярском на сторону красных войск, и уже в феврале 1920 года был назначен на службу в Красную Армию. В Красной армии служил на должностях: (1920-1921 гг. командиром роты, с 1921 г. по 1923 г. включительно преподавателем военно-инженерного дела на подготовительных курсах командного состава). В сентябре 1923 г. уволен из армии как бывший белый офицер командиром запаса. В 1924 г. снят с особого учета бывших белых офицеров. За время службы в Красной армии неоднократно получал благодарности за работу, отмеченную в приказах: командира 2-го батальона 1-й Енисейской инженерной бригады (15 июня 1920 г. и др.). На 13 марта 1919 в составе 2-й кадровой инженерной роты 1-го Средне-Сибирского корпуса.

barnaulets: barnaulets пишет: Советский ученый зоолог, писатель-натуралист Зверев Максим Дмитриевич (29 октября 1896 — 23 января 1996) barnaulets пишет: . Во время наступления Колчака вновь был мобилизован и работал на Алтайской, а затем Томской железных дорогах помощником коменданта станций Алтайская и Томск. В 1919 г. перешел на сторону Красной Армии, назначен военным диспетчером всей Томской железной дороги. На 17.09.1918 г. прапорщик команды конных разведчиков 3-го Барнаульского Сиб. стрелкового полка. Награжден орденом Св. Анны 4 ст. с надп. «За храбрость» (Пр-з Сиб. армии №66, 19.02.1919 г.). На 28.03.1919 г. и.о. адъютанта коменданта управление делами Верховного Правителя и Совета министров. Последний чин в белой армии - поручик.

barnaulets: barnaulets пишет: Моригеровский Павел Васильевич. Род. 11.07.1892 г. в Москве. В 1912 г. окончил Московскую хоровую академию. В 1913-1914 гг. преподаватель пения в гимназии в Кишиневе. Произведен в прапорщики запаса арм. пехоты в 1914 г. по Московскому уезду. Офицер 3-го Барнаульского Сибирского стрелкового полка белой армии. Поручик (произведен Пр-зом 1-й Сиб. армии №155, 29.10.1919 г.). С 1920 г. преподаватель пения в школах Ярославля (с перерывами). В 1930-1933 гг. рук. концертных бригад. В 1921-1930 гг. зав. муз. частью драм. т-ра в Ярославле, в 1933-1934 гг. – ярославского ТЮЗа, в 1934-1936 гг. – драм. т-ра в Сталинске. В 1936-1955 гг. – муз. рук. и дирижер Дворца пионеров в Ярославле. Композитор. В годы Великой Отечественной войны возглавлял работу концертной агитбригады и агитклуба Ярославского дворца пионеров. Награжден медалью «За доблестный труд в Великой отечественной войне". Умер 5.07.1969 г. в Ярославле. ГончаровЮ.И. пишет: Композитор Моригеровский Павел Васильевич был в апреле -июне 1918г. судебным следователем следственной комиссии при Барнаульском Высшем революционном суде , с ещё одним известным белогвардейским деятелем, о котором пока умолчу. Фото Моригеровского из темы про 3-й Барнаульский Сибирский стрелковый полк: Оркестр Ярославской Губернской Пролетарской школы, начало 20-х гг. В центре руководитель оркестра А.Е.Павлов в черном костюме, рядом с ним воспитатель П.В.Моригеровский. Павел Васильевич Моригеровский, начало 20-х гг. Фрагмент большого группового фото персонала и воспитанников Ярославской ГПШ П.В. Моригеровский со своими воспитанниками - хоровым коллективом Ярославского дворца пионеров, 1941 г. Фото - из историко-публицистического издания "Юные ярославцы в годы Великой Отечественной войны". - Ярославль, 2007.

barnaulets: Туточкин Борис Гаврилович Род. 23.07.1890 г. 2-я Киевская гимназия, Киевское военное училище 1917. Прапорщик. В белых войсках Восточного фронта; летом 1919 в составе 51-го Сибирского стрелкового полка. На октябрь 1919 г. подпоручик, и.д. обер-офицера для поручений Управления уполномоченного командующего войсками Омского ВО по Барнаульскому военному р-ну. С 13.10.1919 г. также исполнял обязанности начальника гражданской караульной команды и самоохраны г. Барнаула. В 40-50-е гг. преподаватель географического факультета Красноярского педагогического института, с 1947 г. член Красноярского отделения Географического общества. Немного о нем в воспоминаниях студентов: http://www.geo.kspu.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=46&Itemid=57&limitstart=2 http://www.geo.kspu.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=46&Itemid=57&limitstart=3 http://geo.kspu.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=46%3A2009-12-07-19-40-50&Itemid=57&limitstart=4 Упоминается про его хромоту - вероятно, последствие ранения в гражданскую (в результате, которого, он, скорее всего, и оказался в Барнауле осенью 1919 г.). Вопрос к красноярцам: может в педагогическом университете есть его фотографии?

barnaulets: barnaulets пишет: Таусон Владимир Оттонович [5(17).2.1894, Рязань, — 28.10.1946, Москва], советский микробиолог и физиолог растений. В 1924 окончил Московский университет. Работал в Микробиологическом институте (1930— 1938) и институте физиологии растений АН СССР (1938—46). В 1932—35 преподавал в МГУ (с 1935 профессор). Основные труды по геологической деятельности микроорганизмов и энергетике микробиологических процессов. Впервые установил способность микробов потреблять парафины (1924), окислять фенантрен (1929). Работы Т. по углеводородокисляющим микроорганизмам положили начало микробиологии нефти, легли в основу микробиологической очистки сточных вод и получения микробного белка. Разработал теорию «экзотермичности» синтеза клеточных компонентов у гетеротрофных микроорганизмов. Изучал продукты фотосинтеза, подчёркивая их разнокачественность. Награжден орденом «Знак Почёта» и медалями. Соч.: Основные положения растительной биоэнергетики, М.— Л., 1950. На август 1919 г., согласно удостоверению, выданному управлением Барнаульского уездного воинского начальника его жене - В.О. Таусон числился прапорщиком бронепоезда №2 ("Сибиряк") армии Колчака. Сын - Лев Владимирович Таусон (1917-1989), известный ученый–геохимик, специалист в области геохимии эндогенных процессов и геохимических методов поиска и разведки рудных месторождений, академик АН СССР, доктор геолого-минералогических наук, профессор Иркутского государственного университета, директор Института геохимии им. А.П. Виноградова СО АН СССР (1961–1988).

Ушанов: *PRIVAT*

barnaulets: Автобиография Феликса Николаевича Шахова, опубликованная в сборнике: Столетие горно-геологического образования в Сибири / сост. В. В. Кривошеев. - Томск: Водолей, 2001. С.99-105 Отсюда: http://www.lib.tpu.ru/exib-201404031538.html#prettyPhoto

barnaulets:

barnaulets:

barnaulets:

barnaulets:

barnaulets:

barnaulets:

barnaulets: barnaulets пишет: Туточкин Борис Гаврилович Род. 23.07.1890 г. 2-я Киевская гимназия, Киевское военное училище 1917. Прапорщик. В белых войсках Восточного фронта; летом 1919 в составе 51-го Сибирского стрелкового полка. На октябрь 1919 г. подпоручик, и.д. обер-офицера для поручений Управления уполномоченного командующего войсками Омского ВО по Барнаульскому военному р-ну. С 13.10.1919 г. также исполнял обязанности начальника гражданской караульной команды и самоохраны г. Барнаула. В 40-50-е гг. преподаватель географического факультета Красноярского педагогического института, с 1947 г. член Красноярского отделения Географического общества. Род. 23 июля 1890 г. в Киеве. Из мещан, отец (уроженец г. Севска Орловской губ.) служил приказчиком у сахарозаводчика, умер в 1899 г. Получил образование в 1-й Киевской гимназии (1899-1910 гг.), с 1910 по 1916 г. обучался на историко-филологическом факультете Киевского университета, по окончании которого в декабре 1916 г. был призван в армию. В 1915-1916 гг., будучи студентом, преподавал историю и географию в Севском реальном училище. В марте 1917 г. окончил Киевское военное училище. Прапорщик. Согласно автобиографии, в сент. 1917 г. в боях под г. Венденом на Северном фронте получил тяжелое ранение в ноги и был эвакуирован для лечения в Омск, а затем направлен в патронат для инвалидов в Барнаул. В 1918 г. работал учителем истории и географии в Барнаульской мужской гимназии. Служил в белой армии. Летом 1919 в составе 51-го Сибирского стрелкового полка. На октябрь 1919 г. подпоручик, и.д. обер-офицера для поручений Управления уполномоченного командующего войсками Омского ВО по Барнаульскому военному р-ну. С 13 октября1919 г. также исполнял обязанности начальника гражданской караульной команды и самоохраны г. Барнаула. Отступал с белыми до Красноярска (?).* С января 1920 г. служил инструктором политпросвета учреждений Енисейского губвоенкомата. В конце 1921 г. переведен на работу в политпросвет Енисейского губОНО, на июль-декабрь 1922 г. состоял в должности инструктора. Заведовал отделом школ для взрослых и ликвидации неграмотности в Красноярской губернии. С мая 1925 г. зав. школы № 5 второй ступени г. Красноярска. С июня 1926 г. работал в Красноярском педтехникуме и затем Красноярском (в 1941-1944 гг. Енисейском) педучилище. В 1926-1927 гг. преподаватель и врид заведующего педтехникумом. В 1927-1934 гг. – преподаватель общественно-исторических дисциплин. В 1934-1941 гг. – преподаватель географии и методики преподавания географии. В 1942-1944 гг. по совместительству работал преподавателем методики преподавания истории и руководителем педпрактики в Енисейском учительском институте. С июля 1944 г. преподавал географию зарубежных стран и методику преподавания географии в Красноярском учительском институте. С 1948 г. старший преподаватель кафедры физической географии Красноярского пединститута. С ноября 1961 г. на пенсии. Награжден медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне» (1946), значком «Отличник народного просвещения» (1948). С момента организации в 1947 г. Красноярского отделения Географического общества состоял его деятельным членом, с 1949 по 1962 г. занимал должность его ученого секретаря. Умер 19 августа 1965 г. в Красноярске. Старшая сестра Розова (Туточкина) Зоя Гавриловна (род. 31.12.1888). Славист, преподаватель русского языка. В 1920 г. вместе с мужем эмигрировала в Королевство СХС (Югославию), работала в г.Скопье преподавателем русского языка, а также директором Русского детского дома. После смерти мужа в 1940 г. была библиотекарем в Девичьем институте в г. Белой Церкви (Сербия). С 1942 г. – преподаватель русского языка на философском факультете Загребского университета. В 1946 г. получила советское гражданство. В 1948 г. уехала из Югославии. Работала в Львовском университете. Умерла во Львове не ранее 1978 г. Муж Розов Владимир Алексеевич (15.07.1876, Киев – 21.05.1940, Загреб), русский лингвист, философ, историк литературы, публицист, общественный деятель. Родился в семье профессора Киевской духовной академии Розова Алексея Васильевича. Окончил историко-филологический факультет Киевского императорского университета, после чего до 1916 года работал в нём приват-доцентом. В 1916-1918 гг. был профессором Нежинского историко-филологического института. С 1918 г. работал в Таврическом университете. В 1920 году эмигрировал в Королевство СХС. В 1920-х – 1940-х годах преподавал русский язык в университетах в Скопье и Загребе, а также в духовной семинарии св. Саввы в Сремски Карловцы (1920—1924). *Согласно официальной версии, изложенной в его автобиографии, в 1918-1919 гг. Б.Г. Туточкин преподавал в Барнаульской, а затем Новониколаевской гимназии, в конце 1919 г. эвакуировавшись в Красноярск. Возможно, версия с ранением на фронте Первой мировой войны также была им выдвинута, чтобы скрыть службу в белой армии, экстраполировав ранение, полученное во время Гражданской войны на более ранний период. Фото из личного дела 40-60-х годов и дополнительная информация к биографии Бориса Гавриловаича Туточкина любезно предоставлена его внуком Сергеем Викторовичем Ушановым.

barnaulets: Уточнение к биографии геолога Владимира Михайловича Крейтера http://siberia.forum24.ru/?1-9-0-00000084-000-0-0, по документам, размещенным Ю.И. Гончаровым на другой ветке http://siberia.forum24.ru/?1-4-0-00000116-000-0-0 barnaulets пишет: О службе В.М. Крейтера в армии Колчака нигде не упоминается. Однако в Государственном архиве Алтайского края в фонде Барнаульского уездного начальника есть справка, выданная 26 июля 1919 г. его сестре, в которой он назван подпоручиком команды выздоравливающих. Его фамилия попадалась также в одном из приказов начальника Барнаульского гарнизона ген. Биснека (от 7 ноября 1919 г.) - о назначении его председателем комиссии для проверки использования труда военнопленных, содержащихся в Барнаульском концлагере. ГончаровЮ.И. пишет: Список чинов Барнаульского уездного воинского начальника на июнь 1919г. 1.УВН-полковник Чебанов 2. пом УВН-князь капитан Гурамов 3.Обер офицер для поручений- прапорщик Мерзляков 4.Зав.перес.частью- пр-к Качалов 5.офицер местной команды-поручик Соловьев 6.священник войсковой церкви-Златомрежев 7.врач статский советник Благовидов 8.Делопроизводитель строевой части -чин . воен. времени- Лямкин 9.делопроизв.хозчасти-ЧВВ Сбитнев 10.дел. хоз.части-Дедекин .Чинованики военного времени(ЧВВ): 11.Жуков 12.Шубин 13.Шамов 14.Пиджаков 15.Шалин 16.Новоселов 17.Утряшев 18.Харитонов 19.начальник концлагеря-капитан Васильев 20.-пом.начальника-прапорщик Краснопевцев 21.делопр.к-лаг.-ЧВВ Безсонов 22.прикомандированный к лагерю-пор.Балакин. 23.нач.команды выздоравливающих-шт.-кап.Черных 24.пм.нач.ком.выздор.- прап.Крейтер. ГончаровЮ.И. пишет: Список чинов Барнаульского уездного воинского начальника на Декабрь 1919г. 1.УВН- в списке не указан 2. пом УВН- шт- капитан Черных 3.мл.офицер местной команды- п/поручик Файко 4.священник войсковой церкви-Краснопольский 5.нач. концлагеря- шт-капитан Дрожжин 6.-пом.начальника-п/пор. Андреев 7. мл.офицер к/лаг-прап.Давлидович 8. прап.Туликов 9.п/пор.Страхов 10.п/пор.Крейтер 11.п/пор.Дубовицкий 12.Пор.Молчанов. 13.делопр.к-лаг.-ЧВВ Безсонов 14..нач.команды выздоравливающих-пор. Васинский В резерве Чинов: 15.прап.Никулин 16.кол.асессор Шеметкин 17.ЧВВ Васясин 18.прап.Баринов 19.п/пор.Гуляев 20.прап.Соколов 21.прап.Хлевняк 22.ЧВВ Шаврин 23.резерв- п/пор.Бент 24.комендант- пор.Логвинов Т.е., на июнь 1919 г. Крейтер, еще в чине прапорщика, занимал должность помощника начальника команды выздоравливающих при управлении Барнаульского УВН. На декабрь 1919 г., т.е. к моменту оставления белыми Барнаула, он, уже подпоручик, служит офицером (без должности) в Барнаульском концлагере (для военнопленных ПМВ).

Сибирецъ: был, не был... Дмитрий Дмитриевич Яблоков (13 ноября 1896, Уфа, Российская империя — 18 февраля 1993, Томск, Российская Федерация) — терапевт, учёный и клиницист. Профессор кафедры факультетской терапевтической клиники Томского медицинского института, академик Академии медицинских наук СССР, Герой Социалистического Труда, лауреат Сталинской премии 2-й степени. Почётный гражданин города Томска (1968). Участник Гражданской войны. В 1916 г. после окончания Уфимской духовной семинарии поступил на медицинское отделение физико-математического факультета Пермского филиала Петроградского университета. С 1918 г. проходил военную службу фельдшером в Белой армии, с ноября 1919 г. — в Красной Армии.

barnaulets: Отсюда: http://siberia.forum24.ru/?1-4-0-00000116-000-80-0 barnaulets пишет: Курашкевич Георгий Альбинович Род. в 1885 г. в г. Тифлисе. Окончил курс медицинских наук в 1913 г. На 1916 г. младший врач 173-го пех. полка. В гражданскую войну старший врач Барнаульского концентрационного лагеря военнопленных. На 01.01.1924 г. в г. Краснодаре. Работал в Краснодарском медицинском институте, доктор медицинских наук (1952 г.). До 24 февраля 1919 г. исполнял обязанности гарнизонного врача в Барнауле. "После освобождения г. Краснодара, с марта 1943 года, восстановление лечебницы, введение ее в строй стал осуществлять доцент Куб. мед. института Курашкевич Г.А., назначенный главным врачом лечебницы. С 1 января 1944 года лечебница стала функционировать снова. После Великой Отечественной войны при физиотерапевтической лечебнице был создан научный совет под руководством доцента Г.А. Курашкевича. Сюда входили известные профессора Кубанского мединститута В.А. Анфимов, П.П, Бударин, И.И, Пятницкий, заслуженный деятель науки А.М. Титов. Члены научного совета оказали заметную практическую помощь врачам -физиотерапевтам. Они способствовали образованию Краснодарского краевого научного общества физиотерапевтов и курортологов." http://muzcvmir.narod.ru/index/0-7

barnaulets: В Краснодарском архиве есть его личное дело за 1936-1957 гг., но, учитывая его датировку получить что-либо оттуда вряд ли возможно. http://termika.ru/issao?d&nd=982301758&nh=1&spack=100listid%3D010000000600%26listpos%3D6%26lsz%3D7%26nd%3D982010065%26nh%3D0%26prevdoc%3D982012495%26 Послужной список Курашкевича есть в РГВА, но учитывая мои отношения с этим учреждением, получение его копии в ближайшие лет 10 - тоже из области фантастики.

barnaulets: Худяшев Александр Виссарионович (28 октября 1886 — 19 августа 1927) — русский художник, один из организаторов художественного музея в Барнауле. Родился 28 октября 1886 года в Барнауле, в семье канцелярского служащего Главного управления Алтайского горного округа.* Художественное образование получил в Казанском художественном училище и частных студиях Москвы, где обучался живописи и скульптуре. В 1909 закончил обучение и стал учителем рисования в Томской женской гимназии. В августе 1912 организовал в Томске выставку молодых художников. Его картина «Эллада» была признана одной из лучших. В 1922 художник переезжает в Барнаул, где поступает учителем рисования в Барнаульский педагогический техникум. Во второй половине 1920-х А. В. Худяшев помогает А. Н. Борисову в организации художественной студии и школы в Барнауле. В 1924 Барнаульский окружной отдел народного образования поручил А. В. Худяшеву на общественных началах заняться восстановлением коллекции Барнаульского художественного музея, пришедшей в упадок к этому времени. За полтора года художник смог разыскать у водовозов, сторожей и в других случайных местах половину былой коллекции — около 200 работ. А. В. Худяшев восстанавливает авторство, ремонтирует рамы собрания западноевропейских, русских и советских мастеров живописи. Памятники искусства располагались в плохих условиях, после смерти художника 19 августа 1927 коллекция пропала окончательно. Известные произведения : «Эллада» «Пир во время чумы» «Гибель Атлантиды» «Персей и Андромеда» «Испанский кабачок» Литература : Снитко Л. И. Первые художники Алтая.—Л.:"Художник РСФСР", 1983.—156 с. Изобразительное искусство Алтая.—Барнаул, 1977.—104 с. http://obook.ru/биография?n=196955_худяшев-александр-виссарионович По данным из базы С.В. Волкова, служил в белых войсках Восточного фронта, поручик. Взят в плен, на 1921 г. состоял на особом учете в ЗСВО. * Худяшев Виссарион Захарович – на 1908-1911 гг. топограф 1 разряда землеустройства Алтайского округа, надворный советник. В 1918 г. управляющий Алтайским округом. Брат Худяшев Петр Виссарионович: Род. 08.10.1892 г. в Барнауле. Окончил 4 класса реального училища. В 1909-1911 гг. состоял практикантом по изучению землемерно-чертежных работ, с 1911 г. чертежником в землеустройстве Алтайского округа. С ноября 1913 г. по март 1914 г. состоял на действительной военной службе в 1-м Сибирском саперном батальоне, уволен в отпуск по болезни. Вновь призван в марте 1915 г. Служил в различных Сибирских стрелковых запасных батальонах и 38-м Сиб. стр. запас. полку. В 1917 г. юнкер одной из Омских школ прапорщиков. В октябре 1917 г. уволен в отпуск по болезни. Занимался частными чертежными работами. В июне 1918 г. призван в белую армию и назначен во 2-й Барнаульский запасный батальон. 25.08.1918 г. переведен в команду связи 3-го Барнаульского Сиб. стрелк. полка. В декабре 1918 - апреле 1919 г. млад. унтер-офицер. За отличие в бою у д. Кутамыш 12.12.1918 г. награжден Георгиевским крестом 4-й ст. За боевые отличия (в период времени с 5 марта по 12 апреля 1919 г.) приказом по 1-му Среднесибирскому корпусу 18.04.1919 г. произведен в прапорщики. Младший офицер команды связи. Взят в плен в Красноярске 06.01.1920 г. Содержался в Красноярском концентрационном лагере. Переболел тифом. В апреле 1920 г., пройдя проверку в Особом отделе 5-й армии, освобожден и направлен для работы по специальности. С мая 1920 г. работал чертежником в Алтайском губземотделе.

barnaulets: Еще из базы С.В. Волкова: Щиржецкий Алексей Николаевич, р. 7 янв. 1900 в Пушкино в Московской губ. Сын чиновника. Томская гимназия; студент Томского университета. В белых войсках Восточного фронта в 8-м Бийском Сибирском стрелковом полку; с 1 окт. 1918 — юнкер Иркутского военного училища. Холост. "Л.С. Дмитриева: Мой выбор теории литературы и истории русской литературы, в частности, выбор Достоевского, связан с именем неизвестного, но очень талантливого человека. Это был доцент кафедры истории русской и зарубежной литературы Ростовского университета Алексей Николаевич Щиржецкий. Он в свое время был в ссылке за какую-то работу о молодом Белинском, затем в 55-56 гг. вернулся и преподавал в университете. Он был уже достаточно пожилым и больным человеком. Он был немножко и запуганным, но при этом, когда становился за кафедру, он превращался просто в орла, и его лекции нельзя было слушать без перехваченного дыхания. И то, как он говорил о Достоевском и как он говорил о русской литературе, — вот это, пожалуй, определило мой интерес к этой проблематике..." http://holos.org.ru/2009/liliya-stepanovna-dmitrieva/ Автореферат диссертации Ширжецкого на соискание ученой степени кандидата филологических наук (1954 г.): http://search.rsl.ru/ru/catalog/record/6058734 Брат: Щиржецкий Лев Николаевич (1902-1942) Астроном, геофизик. В 1919 окончил Томскую гимназию, в 1927 — физико-математический ф-т Томского ун-та по специальности астрономия и геодезия. После этого работал нач. магнитометрических партий Кузнецкстроя и Западно-Сибирского отд. Геолкома. С 1931 до ареста — астроном на широтной станции им. Улугбека в Китабе (Узбекистан), в 1934 выполнял гравиметрические работы в Ташкентской астрономической обсерватории. Арестован 15 октября 1941. После семи месяцев следствия погиб в тюрьме г. Бухара. Посмертно реабилитирован. http://baza.vgdru.com/1/36867/ Щиржецкий Лев Николаевич Родился в 1902 г. образование высшее; астроном, геофизик, раб. в Ташкентск. астроном. обсерватории. Проживал: Узбекистан. Арестован 15 октября 1941 г. Приговор: погиб в тюрьме г. Бухара (1942, май) Источник: Репрессированные геологи. М.-СПБ. 1999 http://lists.memo.ru/d37/f497.htm

Oigen Pl: barnaulets пишет: * Май 1945 — Инженер-контр-адмирал (в связи с 60-летним юбилеем и 40-летием научной деятельности и военно-морской службы). * 1949-1952 — Профессор кафедры гидрологии Географического факультета Московского университета. * 1953 — Основатель кафедры океанологии Географического факультета Московского университета. * 1960 — Заслуженный деятель науки и техники РСФСР. Скончался 11 ноября 1960 года, похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве. Более подробная биография (правда без указания о службе в армии Колчака)http://www.nvmu.ru/smsg/21/22/111.htm К заглавной информации о Зубове Н.Н. можно добавить, что "потрясатель основ" из МГИМО профессор Зубов - его младший сын. Служба Зубова в запасном полку упомянута, в частности в издании Кирилла Борисовича Назаренко "Флот, революция и власть в России: 1917–1921" (2011): "Численность офицеров флота, оказавшихся на стороне белых, можно оценить благодаря двум изданиям, в которых собраны многочисленные сведения о судьбе офицеров-эмигрантов. Это изданный под редакцией В. В. Лобыцына «Мартиролог русской военно-морской эмиграции» и составленный С. В. Волковым «опыт мартиролога» «Офицеры флота и морского ведомства» (далее – «Опыт…»). В «Мартирологе…» В. В. Лобыцына насчитывается 1909 фамилий, хотя составитель заявляет о 1890. 378 человек (19,8 %) (кадеты, юнкера флота и гардемарины, члены семей офицеров, чиновники, священники, отставные и сухопутные офицеры, нижние чины и охотники флота, штатские лица, офицеры созданного бароном Врангелем Корпуса корабельных офицеров (ККО)) вовсе не являлись офицерами морского ведомства. Около 115 человек (6 %) были произведены в офицеры белыми властями не ранее осени 1918 г. Не более 1416 (74,1 %) являлись офицерами действительной службы к 1 января 1918 г. В предисловии к своему «Мартирологу…» В. В. Лобыцын заявляет, что все сведения о смерти в эмиграции лиц, статьи о которых вошли в сборник, фигурировали в периодических и непериодических изданиях, вышедших за границей. Эти издания подробно перечислены в предисловии. Кроме того, эти лица имели какое-то отношение к флоту. Принцип отбора персоналий для «Мартиролога…» представляется совершенно логичным. Оправдано включение в издание статей о женах и вдовах морских офицеров, гардемаринах, кадетах, охотниках и юнкерах флота, матросах и т. п. В «Мартирологе…» В. В. Лобыцына имеются ссылки на источники сведений о кончине каждого лица, включенного в издание. С. В. Волков, составитель «Опыта мартиролога», собрал сведения о 5711 лицах, включая большинство упомянутых В. В. Лобыцыным. Исключены С. В. Волковым по большей части лица, не получившие офицерского чина, хотя иногда причины игнорирования того или иного лица представляются загадочными. Весьма спорным является принцип отбора сведений составителем. С. В. Волков заявляет о том, что у него «собраны имена офицеров, расстрелянных большевиками в ходе красного террора, во время Гражданской войны, погибших в Белом движении в 1917–1922 гг., умерших в эмиграции, а также оставшихся в России (в том числе мобилизованных большевиками) и репрессированных в 1920–1930-х годах. В порядке исключения упомянуты и погибшие в Гельсингфорсе, Кронштадте, Петрограде, Севастополе и других местах от рук революционных матросов в марте – октябре 1917 г. То есть мартиролог включает имена практически всех морских офицеров, о чьей судьбе после 1917 г. составителям удалось найти хоть какие-то сведения. Не вошли в него только лица (их сравнительно немного), которые добровольно поступили на службу к большевикам или ревностно им служили». Критерий добровольности поступления на службу во время Гражданской войны крайне расплывчат, не говоря уже об оценке степени ревностности службы. Так, не вошли в «Опыт…» статьи о репрессированных офицерах – лейтенанте и флагмане флота 1 ранга М. В. Викторове, мичмане и флагмане флота 1 ранга В. М. Орлове, лейтенанте и флагмане флота 2 ранга И. К. Кожанове, лейтенантах и флагманах 1 ранга Э. С. Панцержанском, Г. В. Васильеве, Г. Г. Виноградском, мичмане и флагмане 1 ранга И. М. Кадацком-Рудневе, мичмане и флагмане 2 ранга В. П. Калачеве, капитане 2 ранга и адмирале советского флота Л. М. фон Галлере, капитане 2 ранга и вице-адмирале советского флота А. К. Векмане, мичмане и контрадмирале советского флота И. К. Самойлове и др. Даже если С. В. Волков принимал за признак ревностной службы партийность, то И. М. Кадацкий-Руднев вступил в ВКП(б) только в 1931 г., М. В. Викторов и Л. М. Галлер – в 1932 г., а А. К. Векман и Э. С. Панцержанский вовсе остались беспартийными. В то же время в сборнике помещены сведения о Н. Н. Зубове, капитане 2 ранга царского флота, командовавшем запасным батальоном в колчаковских войсках. Он попал в плен к красным и служил в СССР, став директором Океанографического института и инженер-контр-адмиралом советского ВМФ. Вполне очевидно, что Н. Н. Зубов «ревностно служил большевикам», не был репрессирован, его именем были названы залив в Антарктиде и два научно-исследовательских судна. Кроме Н. Н. Зубова в «Опыт…» были включены сведения о более чем ста лицах, оставшихся в СССР, о чьей судьбе С. В. Волкову не удалось собрать сведения, и которых явно неверно было бы относить к категории «репрессированных в 1920–1930-х годах». Составитель посчитал возможным включить в состав сборника под названием «Офицеры флота и морского ведомства: Опыт мартиролога» гардемарин, кадетов, юнкеров флота, не только произведенных в офицеры белыми властями, но и тех, о которых ему известно, что они никогда не получили офицерского чина (таких насчитывается более 600). В «Опыте…» приводятся сведения о женщинах, священниках и чиновниках, к числу офицеров никак не относившихся. Из сказанного следует вывод о субъективизме, проявленном С. В. Волковым при составлении мартиролога. Кроме того, у С. В. Волкова, в отличие от В. В. Лобыцына, полностью отсутствуют ссылки на источники информации, поэтому читателю приходится полагаться лишь на его научную добросовестность. Вместе с тем можно надеяться на то, что состав чинов морского ведомства, умерших в эмиграции, отражен достаточно полно и их численность завышена, а не занижена. Несмотря на указанные выше недостатки, сведения, приводимые как В. В. Лобыцыным, так и С. В. Волковым, позволяют дополнить картину политического выбора офицерского корпуса морского ведомства в годы Гражданской войны".

barnaulets: Во-первых не сын, а внук. Александр Борисович Зубов не может быть сыном Николая Николаевича Зубова уже хотя бы по возрасту (он родился в 1952 г.). Хотя его отец (сын Николая Николаевича Зубова) Борис Николаевич Зубов, тоже контр-адмирал. Во-вторых, их родственные отношения достаточно условны, поскольку отца скандально известного профессора воспитывал не Н.Н. Зубов, а отчим - Николай Гаврилович Зубов. Во всяком случае так сообщает Википедия:Борис Николаевич Зубов родился 18 апреля (1 мая) 1912 в городе Белосток Гродненской губернии Российской империи (ныне Польша) в семье морского офицера, дворянина Н. Н. Зубова. Отец и мать развелись, когда Борису было около 4 лет. Воспитывали Бориса мать и отчим Николай Гаврилович Зубов. С отцом Борис связь не поддерживал. Та же история, что и с писателем Аркадием Гайдаром и его внуком Егором, отец которого рос в другой семье и был то ли родным, то ли приемным сыном писателя.

barnaulets: А служил будущий советский контр-адмирал не только в запасном полку (если вообще в нем служил, вполне возможно, что это "ложь во спасение" для анкеты). Я приводил цитату из статьи Никиты Кузнецова: barnaulets пишет: Про службу Зубова в белой армии: "Зубов служил не в морских, а в сухопутных частях белых. Он и сам не скрывал этого, отвечая на вопрос советских анкет о службе в белых армиях: «В 1918-1919 годах был мобилизован в армию Колчака, где служил командиром запасного батальона в чине подполковника» . Эта фраза повторяется абсолютно во всех биогра-фиях Зубова, в том числе написанных и в наше время. Однако архивные документы говорят об ином, В фонде управления 7-й Уральской дивизии горных стрелков РГВА нам удалось найти приказ по дивизии № 37 от 27 сентября 1918 года, в котором говорится: «Подполковника (капитана 2 ранга) Николая Николаевича Зубова зачисляю в список 26 Шадринского полка горных стрелков и назначаю командующим обоими бронированными поездами дивизии». 5 октября Зубов вступил во временное командование Отдельным броневым железнодорожным дивизионом 3-го Уральского армейского корпуса. В состав дивизиона входили два бронепоезда — «Горняк» и «Тагил»".

barnaulets: И насчет того, что он не был репрессирован. Да, в тюрьмах и лагерях он вроде бы не сидел, но через ссылку в 20-е годы ему пройти пришлось. В 1924 г. Зубова как бывшего белого офицера уволили из состава флота, и до 1928 года он жил на поселении на Урале, работая счетоводом и бухгалтером.

barnaulets: Продублировал из темы про 8-й Бийский полк армии Колчака: http://siberia.forum24.ru/?1-4-0-00000096-000-280-0-1522613618 Шульц Гай Эвальдович Род. 25.10.1897 г. в г. Ревеле в семье морского офицера, активного участника Белого движения на Северо-Западе России и политического деятеля межвоенной Эстонии Эвальда Карловича Шульца (1869-1941).* Из дворян Эстляндской губернии. Учился в Петроградском университете. Окончил Ташкентскую школу прапорщиков в 1917 г. Прапорщик 179-го пех. запасного полка. В Гражданскую войну в белых войсках Вост. фронта. На 31.05.1919 г. и 31.07.1919 г. в составе 8-го Бийского Сиб. стрелк. полка. Прапорщик/подпоручик (Пр-з адм. Колчака 19.07.1919 г., со ст-вом с 06.09.1916 г.). Награжден орденом Св. Станислава 3-й ст. с мечами и бантом (до 25.03.1919 г.). Взят в плен. В 1923 г. на особом учете в Петроградском ВО. В 1930 г. окончил Ленинградский гос. университет. В 1935-1938 гг. работал в качестве старшего научного сотрудника и руководителя группы физиологии растений в составе Кольской базы АН СССР. Доктор биологических наук, крупный специалист в области физиологии растений. Один из создателей и руководителей советской фенологической школы. Многие годы входил в совет Географического общества СССР и был научным руководителем фенологического сектора этого общества. Умер в Ленинграде 02.08.1981 г. * https://ru.wikipedia.org/wiki/Шульц,_Эвальд_Карлович

barnaulets: В Кубанском медицинском институте любезно откликнулись на мою просьбу по поводу работавшего у них Курашкевича и прислали ксерокопии нескольких анкет, автобиографий, характеристик и т.п. из его институтского личного дела. В этом ВУЗе Георгий Альбинович проработал более 30 лет - с 1922 по 1957 г., специализируясь по невропатологии и физиотерапии. Свою службу у белых в Барнауле ему удалось скрыть. Если верить его анкетам и автобиографиям, уже с 1918 г. он служил врачом в Красной армии, что, разумеется не соответствовало действительности. Но как-то проскочило, и он благополучно избежал внимания "органов". До выхода на пенсию он оставался беспартийным, и, хотя был на хорошем счету у руководства, карьеры не сделал - руководящих должностей в институте почти не занимал, если не считать временного заведования в течение нескольких месяцев кафедрой нервных болезней (и то, видимо, только потому, что он, не эвакуировавшись по болезни вместе с институтом в Ереван, оказался одним из первых его сотрудников, вернувшихся в освобожденный город) и в течение нескольких лет - физиотерапевтической лечебницей. Степень кандидата медицинских наук была присвоена Курашкевичу лишь в 1937 г., т.е. в 51 год, а доктора - в 1955 г. - в 71 год. Фото Г.А. Курашкевича 40-х гг. из его личного дела: Курашкевич Георгий Альбинович Род. 04.10.1886 г. , по др. данным (диплом об окончании военно-медицинской академии) -14.06.1885 г., в г. Тифлисе. Православного вероисповедания. Из крестьян (?). Согласно его анкетам и автобиографиям советского времени, его отец работал часовых дел мастером, умер в 1887 г. от туберкулеза. По др. данным (диплом об окончании ВМА) он был сыном унтер-офицера. Мать (урожд. Семенова, ум. в 1930 г.) работала швейкой. 01.05.1903 г. окончил Тифлисскую военно-фельдшерскую школу. В 1903-1908 гг. служил военным фельдшером (в чине младшего мед. фельдшера, старшего мед. фельдшера и кандидата на классную должность) в Туркестане, в т.ч. более 3-х лет в психиатрическом отделении Ташкентского военного госпиталя. В 1908 г., выдержав экзамен на аттестат зрелости при Ташкентской мужской гимназии, поступил на мед. факультет Томского университета. В 1910 г. переведен на 3-й курс Военно-медицинской академии, которую окончил в 1913 г. 30.05.1913 г. присвоено звание лекаря. 20.07.1913 г. назначен млад. врачом 173-го пех. Каменецкого полка (расквартированного в г. Курске), 01.08.1914 г., с объявлением мобилизации – старшим врачом развернутого из него второочередного 313-го пех. Балашовского полка. По др. данным (анкеты и автобиографии сов. времени), по окончании академии, с июля 1913 г. по март 1914 г. Курашкевич работал врачом на расчистке порогов на Енисее, затем, до начала Первой мировой войны, когда был отправлен в армию, в клинике нервных и душевных болезней при Военно-медицинской академии, работая над диссертацией. За отличия в делах против неприятеля в Первую мировую войну, согласно послужного списка, составленного в период службы у белых, он, как врач 313-го пехотного полка был награжден орденами Св. Станислава 3-й ст. с мечами и бантом (22.01.1915 г.), Св. Анны 3-й ст. с мечами и бантом, Св. Станислава 2-й ст. с мечами (06.09.1915 г.), Св. Анны 2-й ст. с мечами (13.09.1915 г.). 15.02.1916 г. назначен старшим ординатором 1-го Петроградского полевого сводного эвакуационного госпиталя. 01.08.1916 г. старшим врачом 141-го пех. Можайского полка. 28.02.1917 г. эвакуирован по болезни в Петроградский Николаевский военный госпиталь. 05.05.1917 г. зачислен в резерв Двинского окружного военно-санитарного управления. 28.12.1917 г. командирован санитарным врачом в окружное интендантство, в управление гуртов Двинского ВО (г. Великие Луки Псковской губ.), где служил до его расформирования 10.04.1917 г. После расформирования управления гуртов, выехал в Омск, где 17. 04.1918 г. окружным военно-санитарным управлением был назначен старшим врачом лазарета при Барнаульском концентрационном лагере военнопленных. После переворота в июне 1918 г. мобилизован в войска Врем. Сиб. пр-ва и оставлен в прежней должности. 15.07.1918 г. приказом по военно-санитарной части Зап.-Сиб. военного округа назначен также гарнизонным врачом г. Барнаула. 24.02.1919 г. сдал должность гарнизонного врача глав. врачу 2-го сводного эвакуац. госпиталя. Служил в Красной армии. С декабря 1919 г. (?) по 25.03.1920 г. ординатор госпиталя 5-й армии Вост. фронта, с 30.03 по 25.05.1920 г. врач для поручений санитар. части 9-й армии. Сев.-Кавказского фронта. С июня 1920 г. по январь 1922 г. ординатор Краснодарского гарнизонного госпиталя. С января 1922 г. работал в Кубанском медицинском институте. В 1922-1925 гг. внештатный, с 1925 г. штатный ассистент. 31.12.1934 г. присвоено звание приват-доцента, читал лекции по психоневрологии и физиотерапии. 16.12.1937 г. присвоена степень кандидата медицинских наук. 23.12.1939 г. советом института избран, 29.04.1940 г. приказом Наркомздрава утвержден в качестве доцента. 03.02.1940 г. назначен доцентом кафедры нервных болезней. Также читал самостоятельный курс по физиотерапии при кафедре пропедевтики внутренних болезней. В августе 1942 г. эвакуирован в г. Сочи. С сентября 1942 г. по март 1943 г. работал консультантом-невропатологом при Сочинской городской больнице. После освобождения Краснодара в марте 1943 г. вернулся в Краснодар, был назначен заведующим Краснодарской физиотерапевтической лечебницей. Также 24.06.1943 г. назначен доцентом, врем. зав. кафедрой психиатрии Краснодарского филиала Кубанского мединститута. Награжден медалями «За оборону Кавказа», «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» и «За победу над Германией». 22.05.1948 г. утвержден в должности доцента по кафедре внутренних болезней (курс физиотерапии). На 20.05.1949 г. доцент кафедры нервных болезней. 22.02.1955 г. защитил диссертацию на степень доктора мед. наук (утвержден 26.11.1955 г.). В 50-е годы работал на кафедре факультетской терапии в должности доцента по физиотерапии. Помимо работы в институте, несколько лет заведовал Краснодарской физиотерапевтической лечебницей. Более 10 лет был главным физиотерапевтом Краснодарского края. Автор около 50 научных трудов и публикаций. С 24.06.1957 г. на пенсии.

barnaulets: К слову, после выпуска из ВМА, он служил под началом другого бывшего "барнаульца" - генерала Сергея Федоровича Добротина, командовавшего в тот период 44-й пехотной дивизией, в состав которой входил 173-й пехотный Каменецкий полк.

barnaulets: В сети выложены фото из выпускного альбома Военно-медицинской академии, выпуска 1913 года, выставлявшегося на аукционе (поэтому сканы довольно низкого качества). Пытался найти Курашкевича. Не уверен, но мне кажется, что это вот этот выпускник:



полная версия страницы