Форум » Интервенты » англичане в Сибири » Ответить

англичане в Сибири

Сибирецъ: 9-й батальон (велосипедный) Хэмпширского пехотного полка (28 ноября 1918 г. выдвинулся из Владивостока) и 25-й батальон Мидллсекского пехотного полка, общей численностью 1500 чел., также прибыл в Сибирь из Владивостока. Сведения по: боевое расписание армии Великобритании на 1918-19 г.г. Дерябин пишет также и о канадцах. Кто что может добавить?

Ответов - 117, стр: 1 2 3 4 5 6 All

Лот: мир пишет: Здание миссии Никак нет. Это штаб Владивостокской крепости (в 1917-1918 там располагался Совет), а здание миссии рядом справа (виден угол). Вот здание. По клику фото увеличивается.

Лот: Oigen Pl пишет: url=http://www.iwm.org.uk//collections/item/object/205213358][img]http://media.iwm.org.uk/iwm/mediaLib/56/media-56324/large.jpg?action=e[/img][/url] С.Р.Пэйн с сотрудниками на "Стаффорде", 2 января 1919 г. Это что за "Стаффорд" такой? На фото HMS "Suffolk"

ГончаровЮ.И.: 16 октября 1918г. Чрезвычайный посланник Англии в Сибири Чарльз Элиот (так в тексте-Ю.Г.) посетил Барнаул. Надо искать фотографии в Британских архивах.

Oigen Pl: "Верховным комиссаром и Генеральным консулом в Сибири/high commissioner and consul-general in Siberia" представляют его англичане. Наш Лифшиц считал его наряду с Уордом и Ноксом третьей "пружиной" переворота 18 ноября 1918 года. В 1920-1926 гг. был послом в Японии. "Еще в Харбине Вологодского посетили Высокий Комиссар Англии сэр Чарльз Эллиот и начальник японской дипломатической миссии на Дальнем Востоке граф Мацудайра. Сэр Чарльз Эллиот, впоследствии английский посол в Токио, уже не раз бывавший в России, свободно говорит по-русски, хорошо знает Восточную Сибирь и Восток вообще. Он проявил большой интерес к положению дел в Сибири и намерениям Вологодского и на другой день отправился на Запад, в Омск, для личного ознакомления с обстановкой. ... Генерал Нокс нередко поругивал омскую власть, но всегда по-дружески. Он искренне ненавидел большевиков, понимал тяжесть борьбы с ними и оказывал полную поддержку Омскому Правительству. Так же был настроен и полковник Воорд. Высокий же комиссар сэр Чарльз Эллиот относился к омской власти со скептическим недоверием, и, хотя недружелюбия с его стороны никогда не проявлялось, но холодком во времена управления адмирала от него постоянно веяло." - Г.К. Гинс "Сибирь, союзники и Колчак".

Ратник: Случайно наткнулся-как будто не было здесь такого-Генерал А.У.Ф.Нокс в Омске с офицерами британской военной миссии,1919. Любопытно,что один офицер в шортах Кто-нибудь может опознать кого-то из офицеров миссии?

Уссури: Офицер в шортах очень похож на полковника Родзянко П. П. А рядом с Ноксом сидит на стуле по моему мнению подполковник Блэр.

Ратник: Уссури пишет: подполковник Блэр. А какую должность в миссии Блэр занимал?

Уссури: Ратник пишет: А какую должность в миссии Блэр занимал? Начальник штаба.

Ратник: Спасибо!

мир: С. В. ЗВЕРЕВ (Красноярск), независимый исследователь БРИТАНСКИЙ КОНСУЛ ТОМАС ПРЕСТОН В ЕКАТЕРИНБУРГЕ. 1918 ГОД В разгар Гражданской войны в России Т. Г. Престон, назначенный в 1913 г. вице-консулом в Екатеринбурге, оставался в этом городе и в пору установления советской власти, и после его захвата белогвардейскими войсками. На протяжении всего 1918 г. Престон последовательно сотрудничал с руководителями каждой воюющей стороны, но его политическая активность ещё не получила у историков должной оценки. В 1960 г. Томас Престон дал под присягой письменные показания по делу самозванки Анны Андерсон. Он сознался в том, что состоял в самом тесном контакте с большевицким руководством на Урале. С председателем Екатеринбургского совета А. Г. Белобородовым и его заместителем С. Е. Чуцкаевым Престон «встречался почти ежедневно», много лет знал Ф. Ф. Сыромолотова и П. Л. Войкова из президиума Совета [1]. В интервью для лондонского журнала партии консерваторов Престон рассказывал, что встречался с С. Е. Чуцкаевым на протяжении 11 месяцев. При этом бывший консул скрыл реальное содержание их взаимоотношений, приведя недостоверные слова Чуцкаева, «что мой посол сэр Джордж Бьюкенен покинул Россию, и англо-американские силы высадились в Архангельске» [2]. Посол Бьюкенен уехал из России давно, 25 декабря 1917 г., а в Архангельске никто не высадился, пока красные оставались в Екатеринбурге. Сверх того, вскоре после возвращения из России в составленном отчёте Т. Престон утверждал, будто вследствие озвученных им многочисленных требований гарантий благополучия арестованной царской семьи Екатеринбургский совет принял резолюцию, приговорившую его к смерти. Используя эту неопубли/46 кованную записку, английский историк Майкл Хьюз пишет: «Ничего фактически не последовало, за исключением того случая, когда консульство было захвачено дюжиной пьяных венгерских военнопленных, вооруженных ножами и ручными гранатами. Они сказали Престону, что ищут виновных в антибольшевистских симпатиях» [3]. Спустя полвека для публики Престон рассказал журналу «The Spectator» о советской резолюции не столь категорично, с чужих слов: «кстати, мне говорил доктор Фишер, швейцарский консул, что Уральский Совет приговорил меня к смерти за мои ходатайства о царской семье». Отвергнув предложение спрятаться в лесу, объяснял дальше Престон, он решил ожидать последствий приговора дома. «Некоторое время спустя огромная толпа собралась возле дома и сказала, что войдёт обыскать его. Я ответил, что они не могут так поступить, поскольку консульство обладает дипломатической неприкосновенностью». В итоге никто Престона не тронул [4]. В обоих описаниях смертный приговор выглядит совершенно неправдоподобно, т.к. последующее нападение на консульство никак не связано с его исполнением. Не имело никакого смысла принимать беспрецедентное решение о казни, грозящее дипломатическими осложнениями всей Советской республике, могущее стать поводом для начала войны, всего-навсего за безобидные ходатайства, а после вынесения смертного приговора – ничего не сделать для его осуществления. В дальнейшем Пьер Жильяр утверждал, будто безопасность Престона находилась под угрозой, а Роберт Вильтон в отрывке, который по какой-то причине остался без перевода на русский язык и отсутствует в белоэмигрантских изданиях и всех последующих перепечатках, выразился так: «Мы знаем, что британскому консулу угрожали смертью, если он ещё будет “вмешиваться”» [5]. В обоих случаях угрозы не обозначены в форме официальной резолюции городского совета, и оба мемуариста отсутствовали в то время в Екатеринбурге. Из тех, кто был в городе при красных, никто, ни с одной из сторон, не подтверждает версии приговора. Его не последовало в отношении более активных заступников за царскую семью (таких как серб Мичич), о которых вспоминали П. М. Быков и П. З. Ермаков, умалчивая о Престоне. В том случае, если приговор является вымыслом Т. Г. Престона, таковой мог потребоваться только в том случае, когда ещё ко времени смены власти в Екатеринбурге консул нуждался в прикрытии подлинных, принципиально иных взаимоотношений с большевицкими властями, легендой о преследовании. Рассказы Престона о конфликте, угрозах и приговоре тем более сомнительны, что сразу за окончанием Гражданской войны, уже в 1922 г. Престон окажется британским консулом в красном Петрограде и будет занимать эту должность вплоть до 1927 г. Р. Б. Локкарт в книге «Сидней Рейли» после этого так охарактеризует его: «Престон, хорошо знавший Зиновьева лично». /47/ В книге «Романовы и мистер Гиббс» у Ф. Уэлча проскальзывает следующее замечание об апреле 1918 г., хотя нельзя точно ручаться, использованы ли за- писи именно за это время, а не произвольно вставлены для хода повествования: «Британский консул в Екатеринбурге Томас Престон с беспокойством писал, что местное большевистское руководство являет собой группу неуправляемых молодых людей в кожаных куртках» [6]. Замечание это, естественно, наводит на мысль, что Престон стремился управлять большевиками. И не исключено, что достиг этого в отношении людей немолодого возраста. Многочисленные данные свидетельствуют о том, что в то самое время большевистское руководство сделало всё возможное для налаживания взаимоотношений с Британией. В марте 1918 г. у большевиков «вырос» проект организации на металлургических заводах не только Урала, но и всей России, исключая Сибирь, «гигантских смешанных трестов» с участием как английского капитала, так и немецкого, французского, американского, советского. Ленин считал такие концессии гарантией от внешней интервенции [7]. За три дня до Екатеринбургского злодеяния, 14 июля 1918 г., английскому представителю Линдлею НКИД сообщал о готовности принять английскую экономическую миссию в Москве, дать ей полную неприкосновенность. НКИД давал «неограниченные полномочия» в пользу данной миссии для установления «экономических отношений» с Британией [8]. Английская коммерческая миссия с Л. Урквартом прибыла в Москву 9 (22) июля 1918 г. Советская сторона уже после объявленного всюду убийства Императора претендовала на получение заказов, оплаченных царской Россией. У. Кларк обсуждал с Г. Чичериным получение концессий. СНК имел «самые серьёзные намерения» относительно экономических связей с Англией [9]. Гораздо более вероятными будут взаимоотношения Престона с Екатеринбургским президиумом в рамках таких же переговоров. Им было о чём торговаться, поскольку «уже накануне Первой мировой войны английский капитал контролировал предприятия Кыштымского, Южноуральского и Сысертского акционерных обществ» [10]. Вместе с тем достаточно реалистично признание Престона о наличии у него «связи с чехами и с Сибирской Армией через курьера». Из книги Престона «Перед занавесом» (1950) стало известно о «британском офицере в штатском, который проник через линию фронта от генерала Пула» для связи с чехами. Этот офицер был рекомендован для работы в Сибири тем же У. Кларком, с которым большевики вели торговые переговоры в Москве. В телеграмме от 14 (27) августа 1918 г. Ф. К. Пуль передавал о нём: «Капитан Дигби-Джонс, которого я послал из Вологды около 10 июля, доложил, что время уже наступило, и сообщил чехам, что им следует приложить все усилия для соединения с нашими войсками под Вяткой» [11]. /48/ Касаясь взаимоотношений с пришедшими в Екатеринбург силами контрреволюции, Максим Ивлев в книге «Диктатор Одессы» (2013) рассказывает об увольнении военного министра белогвардейского Сибирского правительства А. Н. Гришина-Алмазова сразу после его столкновения в августе 1918 г. с английским консулом Т. Престоном. М. Н. Ивлев приводит такие многозначительные слова освободителя Сибири от большевиков: «Англичане, предав царскую фамилию, и сейчас тоже, как всегда, играют двойную игру». Сергей Мельгунов в «Трагедии адмирала Колчака» (1930) не приводит эти слова Гришина, но предлагает запись В. Г. Болдырева о нём: «высказал много лишних, резких, но по существу правдивых обвинений по адресу союзников». Другой министр Сибирского правительства, всегда поддерживавший Гришина, Иван Серебренников в феврале 1919 г. записал в дневник объяснение Гришина-Алмазова, данное ещё в пору конфликта председателю Сибирского правительства П. В. Вологодскому: «ведёт интригу английский консул из Екатеринбурга, германофил, старающийся посеять смуту в Сибири, и у него, Гришина-Алмазова, имеются документы, уличающие этого консула в германофильских деяниях, в укрывательстве германских военнопленных» [12]. Распоряжением Вологодского Гришин-Алмазов был уволен 5 сентября 1918 г. без объяснения причин. Единственным намёком стало краткое сообщение о беседе товарища министра иностранных дел Головачёва с американским вице-консулом Грэем 9 сентября. «Грэй заявил, что назначение… должно быть приветствуемо, так как генерал Иванов-Ринов известен, как вполне определённый друг союзников» [13]. На этом самое грубое вмешательство Престона в белогвардейскую политику не закончилось. Как отмечал знакомый с ним мемуарист, «сама власть разделяется и, пожалуй, сосредоточивается в руках английского и французского консулов». В интервью, помещённом 19 сентября 1918 г. в официальной газете «Сибирский вестник», Престон пытался отрицать официальные вмешательства с его стороны в русские дела. Однако именно под руководством Престона (а также французского консула Буаяра) происходило образование Всероссийской власти в Сибири [14]. Отмеченную Гришиным-Алмазовым двуличную и лживую политику Англии со временем возненавидели все сколько-то осведомлённые лица в белой Сибири. Когда британский верховный комиссар Чарльз Эллиот приставил к М. К. Дитерихсу шпиона, который подслушивал и передавал разговоры, которые вёл генерал, 7 сентября 1919 г., по записи тайного агента «Джона», Дитерихс так выражался о намерении «союзничков»: «Вся их задача раздробить и обессилить Россию, чтобы раз навсегда уничтожить славянского врага» [15]. Г. К. Гинс отмечает про адмирала Колчака: «Голова его была полна антимасонских настроений. Он уже готов был видеть масонов и среди окружающих, и в Директории, и среди членов иностранных миссий». А. В. Колчак с такими /49/ союзниками осенью 1919 г. стал лучшего мнения о Германии: «Ориентацию менять, что ли? – с каким-то отчаянием вырвалось у него» [16]. Л. А. Кроль вспоминал, что после того как в сентябре 1918 г. «Сибирскому правительству пришлось очень скоро, по настоянию «союзников» совершенно удалить Гришина-Алмазова от дел», масон Авксентьев в октябре 1918 г. в Челябинске фактически повторил выпад генерала Гришина-Алмазова, заявив в присутствии Чарльза Эллиота: «Россия имеет теперь законного представителя в лице Директории», а единственными друзьями России являются чехословаки. Масон Кроль пишет: «Тост был определённо резок и, хотя, может быть и заслужен, но вряд ли политически выгоден» [17]. После того не усидела в Омске и Директория. Историки много писали об участии в перевороте 18 ноября 1918 г. английского отряда Уорда. Но никто не обращает внимания на то, что именно консул Престон вызвал его в Екатеринбург и приставил к адмиралу Колчаку [18]. При недостатке точных данных о характере взаимоотношений между большевиками и британским консулом в Екатеринбурге следует сделать определённый вывод о стремлении и в значительной степени осуществлении британскими агентами в России контроля над составами правительств, политическими решениями и даже настроениями белых властей в Омске. Можно найти определённые аналогии с тем, как пишет Кристер Йоргенсен о бывшем некоторое время после Ч. Эллиота британским верховным комиссаром на Востоке России Лампсоне: «Британский посол Майлз Лампсон постоянно контролировал каждый шаг короля Фарука» (в Египте). Перед тем, в 1920 г., в Лондоне вышла книга значительного закулисного политика Альфреда Мильнера «Англия и Египет», где он признавал, что полпред Великобритании в Египте является, по его собственному выражению, «реальным, хотя и не объявленным, повелителем» [19]. Прослеживается одна и та же схема действий, как у всех крупнейших британских посланников: Т. Престона на Урале, А. Нокса и Ч. Эллиота в Сибири, Т. Киза на Дону (выступление протимоотношения Престона с Екатеринбургским президиумом в рамках таких же переговоров. Им было о чём торговаться, поскольку «уже накануне Первой мировой войны английский капитал контролировал предприятия Кыштымского, Южноуральского и Сысертского акционерных обществ» [10]. Вместе с тем достаточно реалистично признание Престона о наличии у него «связи с чехами и с Сибирской Армией через курьера». Из книги Престона «Перед занавесом» (1950) стало известно о «британском офицере в штатском, который проник через линию фронта от генерала Пула» для связи с чехами. Этот офицер был рекомендован для работы в Сибири тем же У. Кларком, с которым большевики вели торговые переговоры в Москве. В телеграмме от 14 (27) августа 1918 г. Ф. К. Пуль передавал о нём: «Капитан Дигби-Джонс, которого я послал из Вологды около 10 июля, доложил, что время уже наступило, и сообщил чехам, что им следует приложить все усилия для соединения с нашими войсками под Вяткой» [11]. /48/ Касаясь взаимоотношений с пришедшими в Екатеринбург силами контрреволюции, Максим Ивлев в книге «Диктатор Одессы» (2013) рассказывает об увольнении военного министра белогвардейского Сибирского правительства А. Н. Гришина-Алмазова сразу после его столкновения в августе 1918 г. с английским консулом Т. Престоном. М. Н. Ивлев приводит такие многозначительные слова освободителя Сибири от большевиков: «Англичане, предав царскую фамилию, и сейчас тоже, как всегда, играют двойную игру». Сергей Мельгунов в «Трагедии адмирала Колчака» (1930) не приводит эти слова Гришина, но предлагает запись В. Г. Болдырева о нём: «высказал много лишних, резких, но по существу правдивых обвинений по адресу союзников». Другой министр Сибирского правительства, всегда поддерживавший Гришина, Иван Серебренников в феврале 1919 г. записал в дневник объяснение Гришина-Алмазова, данное ещё в пор%

Уссури: Ратник пишет: Кто-нибудь может опознать кого-то из офицеров миссии? Второй слева: Lieutenant Turner of the RNAS Russian Armoured Car Division

Ратник: А что это за подразделение-Русский бронедивизион?

Уссури: Ратник пишет: А что это за подразделение-Русский бронедивизион? Я не в курсе. Так было в первоисточнике.

Сибирецъ: Был такой в РИА. Может быть, он не был расформирован по окончании войны, а был эвакуирован, и данный офицер остался числиться в нем, а в Россию был откомандирован

мир: Беседа с ген.Ноксом Английский генерал Нокс в беседе с корреспондентом Российского телеграфного агентства поделился своими впечатлениями из недавней поездки на фронт. В течение моего кратковременного пребывания в армии, - сказал Нокс, - я был поражен отличным настроением духа всех чинов армии. Настроение офицеров и солдат улучшается по мере развития наступления армии. И это понятно. Но самый переход в наступление и факт поражения, заслуживает особого внимания. Исправлять старые ошибки и начать дело с новым воодушевлением свойственно русскому народу. Я преклоняюсь перед горсточкой крепких духов русских офицеров на фронте и в тылу, которые соей самоотверженной работой достигли таких результатов. Вы интересуетесь, в чем армия, по моему мнению, нуждается; чем русское общество могло бы помочь ей? Армия нуждается в добровольцах для моральной поддержки мобилизованных молодых солдат. В настоящее критическое время каждый мужчина в тылу, работающий в сравнительном комфорте, только 6 часов в сутки. должен отдать Отечеству полный рабочий день. Все должны удвоить работу, чтобы освбодить половину тыловых работников для фронта. Женщины в Англии добровольно соглашались на разлуку с мужьями, сыновьями и братьями и, благодаря их патриотизму, быстро удалось набрать 2 миллиона добровольцев. По этому расчету Сибирь должна дать 660 000 добровольцев. Правда, население истомлено долгой войной, но нельзя забывать, что положение России требует гораздо больших жертв, чем было в Англии. Я бы призвал добровольцев в крестоносные дружины, или в доблестнейшую Ижевскую дивизию. Армия нуждается в теплых вещах и в разных мелочах: чай, сахар, табак и папиросах. Каждый офицер и солдат на фронте должен чувствовать, что он - герой и вся Сибирь постоянно следит за ним. Подкрепления и свежие части, отбывающие на фронте проважались бы в Англии ликующей толпой, их угощали бы чаем, обедами и добровольными пожертвованиями, им прислуживали бы женщины-добровольцы. Вы, русские, часто останавливаетесь полюбоваться отрядом молодых и здоровых мобилизованных крестьян, марширующих с песнями на улицах. Почему, однако, вы так мало делаете для них, когда они возвращаются с фронта усталыми, разбитыми, больными и ранеными, исполнять тяжелый долг для вашего благополучия? Часто им самим приходится носить со станции свои пожитки, их не встречают и не сопровождают в места назначения, они становятся пасынками своей страны, людьми, не имеющими сочувствия. Во всех государствах мира такие обязанности выполняются обществом добровольно. Легко, сидя дома, критиковать правительство, что оно не организует всего этого, но не критиковать нужно, а работать самим. Такая инертность обществеа вопросительна в такое время, когда даже иностранцы стремятся улучшить быт русского солдата, примером чем могут служить китайские общества в Японии и Китае, приславшие много одежды, белья и подарков для русских войск. Я полагаю, что русская армия предпочтет, чтобы люди в тылу оставили в покое политику и объединились вокруг великого духом человека, который борется за спасение россии при небывалых в истории тяжелых условиях. Успех в современной войне зависит очень мало формы правления - он, главным образом, зависит от настреония массы населения. Вы спрашиваете, чем Великобритания оказывала свою помощь России? Эта помощь выразилась посылкой офицеров-инструкторов и военных материалов. Офицеры-инструктора имеют полный надзор над некоторыми отрядами обучения в офицерских и унтер-офицерских школах на Русском острове (во Владивостоке), в Иркутске и Томске. Первый из них готовит в данное время третий выпуск. В Иркутске и Томске организованы инструкторские команды их состава местных гарнизонов для обучения стрелковому делу, гимнастики, штыковому бою и военным играм. Английские офицеры помогли и продолжат помогать в обучении более 1500 молодых русских офицеров и такого же количества унтер-офицеров. Далее наша помощь выразилась в посылке громадного количества военного материала в Сибирь, хотя это количество меньше того, которым Великобритания снабдила Деникина. Мы доставили в Сибирь сотни тысяч винтовок, сотни миллионов патронов, сотни орудий, тысячи пулеметов, несколько сот тысяч комплектов обмундирования, снаряжения и так далее. Каждый патрон, патрон, выстреленный русским солдатом в течение этого года в большевиков, сделан в Англии английским рабочим, из английского материала и доставлен во Владивосток английскими пароходами. Мы сделали все, что страна, могли. Некоторые русские говорят нам окровенно, что эта помощь недостаточна, что мы должны прислать еще большую армию. Они предполагают, что мы не понимаем большевизма и указывают на опасность его для всего мира. Правда, немногие понимали или старались понять большевизм до конца 1918 года, но теперь в Англии понимают большевизм и английская пресса верно освещает причину и сущность его, а также его мировую опасность. Кто винит Великобританию в непосылке войск, тот забывает, что Великобританию, где свободная демократия и правительство не может отправлять войска в другие страны без согласия народа. Слишком много требовать от нашего народа, чтобы он возобновил обязательный набор и нация в 45 миллионов жителей послала мобилизованных солдат для спасения нации в 160 миллионов человек. Несколько пермских крестьян спрашивали меня, почему мы не посылаем войска? Они сказали: "Наша молодежь испорчена и не хочет воевать. Вы послали солдат для подавления боксерского восстания в Китае, почему же не может сделать для России то, что сделали для Китая? Наша страна богата и мы дадим вам все, что пожелаете". Я мог объяснить им только, что если бы могли послать солдат, то мы не просили бы вознаграждения за их службу, так как питаем великий долг благодарности к России за ее службу общему делу в первую половину великой войны. Однако, численность английских войск в Китае была лишь 5000 человек. Такое количество в России было бы каплей в море. Я и многие из ваших истинных друзей в Англии знают, что дело, за которое вы боретесь - не только русское, по всей цивилизации. Я желал бы, чтобы моя родина вмешалась дружно в это дело, но все-таки, вам русским, лучше вести самостоятельно вашу борьбу и самим установить ваше правительство в Москве, без иностранного вмешательства и иностранных штыков. У вас великое прошлое и ваше будущее будет еще грандиознее, если бы будете работать, доверять друг другу и объединитесь вокруг человека, стоящего во главе дела. Надежда России (Новониколаевск). №34. 7 октября 1919 г. С.3

санников: «Начальник Штаба Верховному главнокомандующему и Главнокомандующему восточным фронтом № 1308. Омск, 17 октября, 1919. В этот день, 17 октября, Британская военная миссия и вместе с ней образцовый Егерский артиллерийский полк понес невосполнимую потерю со смертью примерного британского офицера-артиллериста, полковника Стила, который с самого начала играл ведущую роль в обучении и подготовке Полка. Для образцового Егерского полка, который теперь имеет большие во всех отношениях достижения, полковник Стил, как офицер на службе великой союзнической силы, оказал все возможное содействие, которого только можно было ожидать от почтенного, превосходно подготовленного солдата, который посвятил всего себя задаче подготовки артиллерии своей собственной страны. Он был трижды ранен в бою, его легкие были пробиты пулевыми ранениями, но полковник Стил не пожалел ни сил, ни здоровья для исполнения задач, возложенных на него, к сожалению, он не смог совладать с нашим климатом, заболел воспалением легких и умер, таким образом отдав жизнь за дело, которому себя посвятил. От имени Армии Восточного фронта, от имени его товарищей из Егерской артиллерийской дивизии, оплакивающих его потерю, и от своего собственного имени я прошу Главу Британской военной миссии, генерала Нокса, принять мои глубочайшие соболезнования по поводу утраты, которую мы все понесли. Я буду особо удовлетворен, если уверюсь в том, что генерал Нокс любезно подтвердит родственникам покойного полковника Стила, что хотя этот британский офицер погиб в Сибири, союзной ему земле, все же он умер за идеал — идеал восстановления России как великой Силы, и за избавление тех, кто страдает от притеснений и бича Советской России. Пусть останки покойного полковника Стила, погребенные в лоне Сибири, покоятся как в его родной земле. (Подписано) генерал-лейтенант Дитерихс».

санников: Перевод письма, переданного генералу Ноксу генералом Волковым, командиром образцовой Егерской бригады. «С большим сожалением услышали мы сегодня о смерти полковника Стила из Королевской полевой артиллерии, которого мы все глубоко уважали и ценили. В течение трех месяцев нашей с ним совместной работы мы стремились продвинуть интересы Русской армии и, в частности, артиллерии образцовой Егерской бригады, это вошло в нашу привычку ценить его не только как неутомимого работника, фанатично преданного его любимой артиллерии, но и как искреннего и сочувствующего человека. Мы всем сердцем скорбим об этой потере и просим Ваше Превосходительство выразить наши соболезнования и сочувствие Британской военной миссии, которая понесла огромную потерю со смертью одного из лучших ее офицеров. Командир образцовой Егерской 6ригады генерал Волков Помощник командира полковник Будкевич Начальник артиллерийской бригады полковник Дорошинский Помощник начальника артиллерийской бригады полковник Тяпкин Командир первого полка полковник Реммер Командир второго полка полковник Крузе Командующий штаба Бригады штабс-капитан Андреев Полевой командир артиллерийской бригады капитан Мацкевич Полевой командир гаубичной дивизии полковник Ерофеев Полевой командир первой батареи штабс-капитан Конопов Полевой командир второй батареи капитан Дитерихс Полевой командир первой гаубичной батареи штабс-капитан Poманов Полевой командир второй гаубичной батареи капитан Дворжецкий Полевой командир парка капитан Панакушек». Сибирский исторический альманах. Т. 2. Сибирь на переломе эпох. Начало XX века. Красноярск: Версо, 2011. С. 240-248.



полная версия страницы