Форум » Борьба на всех фронтах » Бои за Барнаул 13-15 июня 1918 г. (продолжение) » Ответить

Бои за Барнаул 13-15 июня 1918 г. (продолжение)

Новоалтаец: Решил выложить здесь наиболее подробный из имеющихся у меня материалов по этим боям. Источник, правда, советский. Если у кого есть что добавить, какие-нибудь дополнительные факты и т.п. – буду очень рад. ...И снова гудки железнодорожных мастерских созывали трудящихся Барнаула на защиту города. Перед рабочими и членами их семей выступали с немногословными, но проникновенными речами Присягни и Цаплин. Они призывали к обороне родного города. После митинга толпы стариков, женщин и подростков с лопатами и ломами двинулись к железнодорожному мосту на Оби. Здесь под руководством старых солдат и раненых красногвардейцев горожане рыли окопы, траншеи. С высокого обского крутояра отлично просматривалась прилегающая местность и хорошо простреливались подступы к мосту. Днем 12 июня 1918 года в Барнауле стало известно, что со стороны Камня приближаются два парохода с десантом белогвардейцев под командованием полковника Будкевича. Чтобы воспрепятствовать движению этих судов к Барнаулу, по приказу военно-революционного комитета был срочно отправлен вниз по Оби наскоро сформированный отряд в количестве 200 железнодорожников и 50 венгров во главе с рабочим депо П.Ф. Гореньковым. Красногвардейцы прибыли под Гляден (ниже железнодорожного моста через Обь), выбрали там удобную для обороны местность и окопались. На рассвете 13 июня 1918 года по Оби шли пароход и моторка под белым флагом. Суда приближались к берегу. — Без команды не стрелять! — передавалась по цепи команда Горенькова. Моторка, а за ней пароход причалили к обрывистому берегу. С судов начали выскакивать белогвардейцы. Выждав, когда солдаты высадились на берег, Гореньков подал команду. Заговорили красногвардейские винтовки и пулемет. Огонь был настолько неожиданным, что вражеские десантники бежали к своим судам. Многих из них пули настигли прежде, чем им удалось забраться на пароход. Белогвардейцы прыгали с высого берега в моторную лодку и настолько ее перегрузили, что она опрокинулась и затонула. Вражеский десант отплыл вниз по реке и высадился г. деревне Гоньба (20 км сев.-зап. Барнаула). Позже один из пленных сообщил, что из 300 десантников уцелели только 70. Тем временем наступающий по Алтайской железной дороге противник 12 июня занял станцию Алтайскую и выслал заградительный отряд на Бийскую ветку. Главные же силы врага продолжали продвигаться к Барнаулу. В тот же день противнику удалось исправить повреждения железнодорожного пути и его головной эшелон достиг Оби. Теперь белых отделяла от желанной цели только великая сибирская река. На противоположном крутом берегу хорошо виден был Барнаул. В ночь на 13 июня 1918 года конная разведка противника приближалась к железнодорожному мосту через Обь. На рассвете белогвардейцы пытались с ходу овладеть мостом, но, встреченные огнем красногвардейского бронепоезда, откатились назад. От станции Алтайской до Оби, на участке протяжением около 12 километров, стояло десять вражеских эшелонов. В них находились Томский и Новониколаевский добровольческие полки, а также отряды капитанов Буркина, Никитина, Степанова, Николаева, поручика Лукина и батальон чехословаков под командованием поручика Гусарека. Общая численность войск противника составляла свыше 3000 штыков и сабель. Кроме того, у белых была артиллерия. Головной эшелон стоял в двух километрах от Барнаула. Ключевой позицией, овладев которой, можно было порваться в город, был железнодорожный мост через Обь. Бой за мост развернулся с утра 13 июня. Противник предпринимал одну атаку за другой. Артиллерия врага вела сосредоточенный огонь по окопам красногвардейцев, защищавшим мост, и по железнодорожной станции. Временами артиллерийский огонь переносился на территорию железнодорожных мастерских, а также на Нагорное кладбище, где располагались красногвардейские заставы. Казалось, что белогвардейцы вот-вот ворвутся на мост. В этот критический момент по предложению С.М. Лучанинова машинист паровоза разогнал два вагона, груженные балластом. Вагоны на большой скорости докатились до противоположного берега реки и на последнем пролете моста, где были сняты рельсы, крепко осели на нижние балки, надежно перекрыв путь для вражеских эшелонов. Общее число защитников моста составляло около 500 бойцов: 100 человек рабочих-железнодорожников под командованием М.Н. Кудаева занимали окопы на высоком откосе, держа под огнем прилегающую местность; семипалатинский отряд во главе с М.Т. Трусовым — около 350 красногвардейцев — располагался вдоль берега Оби и на железнодорожной насыпи. На мосту находились железнодорожники и венгры. Их было не более 50 человек. Командовал ими Д.И. Николайчук. Участники строительства этого моста — опытные верхолазы Д.И. Николайчук, Н.Н. Степанов, а также венгры Ковач Вильгельм, Прокач Иосиф. Кольб Юлиус — проявили исключительную отвагу. Бесстрашно передвигаясь по верхним строениям моста, метким ружейным огнем и гранатами они уничтожали вражеских солдат, пытавшихся проникнуть на мост. С высокого берега, затаив дыхание, красногвардейцы следили за действиями смельчаков. Где-то далеко внизу поблескивала обская вода. Белогвардейцы открывали ураганный огонь. Пули со звоном стучали по железным фермам, рикошетили с воем и визгом. Но бесстрашные воины выходили победителями. Бой продолжался в течение всего дня. Красногвардейцы прочно удерживали мост. Оценивая обстановку, сложившуюся под Барнаулом, Гайда вынужден был признать: «Атаковать с фронта железнодорожный мост, длиною почти в один километр, в направлении к обрывистому берегу не имело смысла...» [ПАНО ф. 5, оп. 4, д. 1524, л. 52] Войска противника получили задачу форсировать реку одновременно в районе Бобровского затона (южнее Барнаула 7—8 км) и в районе деревни Гоньба (сев.-зап Барнаула 18—20 км) и отсюда нанести два удара. Первый удар наносился из района Бобровского затона силами Томского и Навониколаевского полков во главе с капитаном Степановым и поручиком Луниным и одной чехословацкой роты под командованием подпоручика Чесноховского. Другой — из района Гоньбы силами батальона капитана Николаева, остатков десанта полковника Будкевича и Барнаульского отряда штабс-капитана Ракина. Соединившись западнее Барнаула в районе деревни Власихи, они намеревались окружить основные силы Красной гвардии, оборонявшиеся в городе. Военно-революционный комитет разгадал замысел врага, но не имел возможности перебросить к местам форсирования Оби сколько-нибудь значительные силы. Для прикрытия города со стороны реки, на горе сплошного фронта не было. Небольшие отряды красногвардейцев и венгров были растянуты вдоль Оби. Мелкие группы бойцов связывались друг с другом дозорами и патрулями. 13 июня 1918 года командир красногвардейского отряда Н. Ерушев, находившийся на горе, видел, как на противоположном берегу реки большие группы белогвардейцев продвигались где пешком, где вплавь на лодках, от железнодорожной насыпи к Бобровскому затону по протокам и залитым водой лугам. В то же время вражеские пособники на этом берегу реки разводили большие костры, чтобы указать белым место переправы. Красногвардейцы погасили костры и арестовали вражеских сигнальщиков. Во второй половине дня от противоположного берета перед горой отплыли семь лодок с десантом противника. Всего переправлялось до 100 белогвардейцев. Когда лодки выплыли на середину реки, с горы по команде Ерушева красногвардейцы залповым огнем отогнали вражеских десантников. Белогвардейцы забрали в Бобровском затоне все катера, баржи, лодки, оставленные красногвардейцами в спешке отступления. В ночь на 14 июня они форсировали Обь и захватили плацдарм на левом берегу реки, у пригородной деревни Крестной. С наступлением утра с восточного берега Оби полетели снаряды. Они ложились вдоль Змеевского тракта на горе. Враг обрабатывал позиции красногвардейцев артиллерийским огнем. Бойцы отстреливались, лежа в окопах. И.В. Ерушев сразу же приступил к организации боя, развернув свою оборону поперек горы, от обрыва над Обью до пруда. От его глаз ничто не могло укрыться. Вскоре белогвардейцы поднялись и пошли в атаку. Тогда заговорил красногвардейский пулемет. Было видно, как падали враги. Цепь противника остановилась. — В атаку! За мной! — крикнул Ерушев и бросился на белых. Дружным штыковым ударом рабочие отбросили врага. Но слишком большое численное превосходство было у противника. Красногвардейцы, теснимые врагом, начали отходить к городу. Переправившись через Обь, войска противника развернули наступление в обход города с юго-запада. В первой половине дня они вышли на линию Алтайской железной дороги и сожгли небольшой деревянный мост у девятнадцатого разъезда, отрезав путь отхода на Семипалатинск. Продолжая наступление, они заняли деревню Власиху, где произошло соединение с частями белых, наступавших со стороны Гоньбы. Во второй половине дня белогвардейцы завязали упорные бои на южной и юго-западной окраинах Барнаула, сосредоточив основные усилия на захвате железнодорожной станции. Красногвардейцы отважно и мужественно отбивали атаки противника. Из-за бугра, со стороны Гоньбы, озираясь по сторонам, показалось десятка два разведчиков. Один из них долго шарил по местности глазком бинокля и, ничего не заметив, подал знак рукой о движении к кирпичным сараям. По цепи затаившихся красногвардейцев пополз шепот: — Стрелять только по команде... Короткими перебежками разведчики приближались к кирпичным сараям, а когда до них осталось метров двести, залегли, потом снова устремились вперед. — По белым огонь! Ни один из разведчиков не произвел выстрела. — В царство небесное отправились с донесением! Красногвардейцы промолчали в ответ на шутку рабочего Алексея Петровича Панина. За бугром тотчас показались белогвардейцы, развернувшиеся в цепь. Зазвенел на высоких нотах голос Оскара Гросса — командира интернациональной роты: — В штыки! Первым бросился в контратаку Панин. Шутник оказался большим мастером штыкового боя. Четыре белогвардейца с криками, руганью устремились на Панина. Он создал видимость, что отступает, преследующие растянулись цепочкой. Это и нужно было Панину. Один за другим от его сильного, неотразимого удара штыком упали на землю два белогвардейца, остальных срезал боевой товарищ Панина — Д.Н. Волков. Венгр Ингоф оказался в самой гуще белогвардейцев. У него сломался штык. Тогда он взял винтовку за ствол и действовал ею, как дубинкой. Враги с разбитыми черепами валились на землю. Но выстрел белогвардейца оборвал жизнь Ингофа. Красногвардейцы вышли победителями, станция оставалась в их руках. На направлении главного удара, в районе железнодорожного моста, противник с каждым часом усиливал огонь, демонстрируя подготовку к атаке. Город оказался окруженным со всех сторон. Тогда военно-революционный комитет железнодорожных мастерских решил вывести из строя мост через Обь, чтобы надолго прервать движение по Алтайской железной дороге. Группа кузнецов и котельщиков пробралась почти на середину моста. Взрывчатки не было. Требовалось расклепать фермы моста, чтобы один из пролетов обрушился в воду. Звон кувалд разносился далеко по воде. Белогвардейцы открыли сильный огонь. Только половина рабочих вернулась с моста, так и не выполнив задания. Под вечер 14 июня 1918 года к защитникам моста прибыл член военно-революционного комитета Казаков. Казаков говорил охрипшим, глухим голосом: — Вам, товарищи, военно-революционный комитет поручает защищать мост во что бы то ни стало. Задача трудная, но почетная... Это ключевая позиция. Будет мост в наших руках — удержим и город. На прощанье Казаков крепко пожал руку С.М. Лучанинову, который возглавил красногвардейский заслон. Вечером 14 июня 1918 года в кабинете начальника станции Барнаул собрался военно-революционный комитет Алтайской губернии. Здесь же были командиры Кольчугинского красногвардейского отряда П.Ф. Сухов, Семипалатинского отряда М.Т. Трусов и представители новониколаевских красногвардейцев. Кругом полыхало зарево пожаров. Железнодорожная станция обстреливалась. По крышам станционных построек и перрону рассыпалась шрапнель и осколки снарядов. Звенели стекла окон, Слышалась близкая ружейно-пулеметная стрельба. — Начнем, пока совсем не стемнело, — приглушенным голосом сказал Присягни. Все эти дни и ночи он много ездил, бывал на предприятиях, посещал красногвардейцев. Говорил, разъяснял, агитировал. К вечеру у него срывался голос. — Коммунистическая партия, Владимир Ильич Ленин,—отрывисто заговорил Присягни,—учат смотреть правде в лицо, правильно оценивать обстановку и принимать решения. Враг окружил город. Наши потери велики, нет пополнений, у нас мало патронов. Силы белогвардейцев увеличиваются. Продолжать бои при многократном превосходстве врага — безумие. Нужно разорвать кольцо окружения и организованно вывести отряды Красной гвардии из города, чтобы сохранить силы для будущих боев с контрреволюцией. Немного подумав, он продолжал: — Многие рабочие двадцать дней находятся в непрерывных боях. У некоторых подавленное настроение. Надо рассказать людям правду. Воодушевить, потребовать от них спокойствия и выдержки. После небольшой паузы спросил: — Есть ли другие предложения? Сидевший рядом Цаплин сказал: — Вопрос ясен. У нас нет времени на разговоры. Пусть товарищ Казаков доложит свои предложения об эвакуации города. Стало совсем темно. Стройный, подтянутый человек встал, молча зажег лампу, развернул на столе карту. Все склонились над ней. Взвешивая каждое слово, Казаков обстоятельно доложил обстановку. — Все попытки врага ворваться в город по железной дороге успешно отбиты. Мост через Обь прочно удерживается железнодорожниками. Противник форсировал реку в двух местах: против Бобровского затона и деревни Гоньбы. Он смял наши заслоны, занял нагорную часть Барнаула и ведет наступление на центр города. Его десант, высаженный с пароходов и барж возле Гоньбы, отбросил наши отряды и наступает на железнодорожную станцию. Казаков взглянул на окно и, прислушиваясь к шуму разгоревшейся перестрелки, продолжал: — Сейчас враг находится близко, возле кирпичных сараев. Стремится ворваться на станцию. Необходимы транспортные средства для эвакуации красногвардейцев, партийных и советских работников, а также вооружения боеприпасов, снаряжения и продовольствия для двух тысяч человек. У нас два пути отхода: водным путем — по Оби на Бийск и по железной дороге — в направлении Семипалатинска. Из доклада Казакова, всесторонне образованного военного специалиста, становилось ясно, что отступление по Оби в Бийск и далее в Горный Алтай — в самое логово контрреволюции, где уже поднят мятеж против Советской власти — имело бы самые пагубные последствия. Кроме того, с занятием Бобровского затона белогвардейцы контролируют водный путь по реке. Цаплин бросил реплику: — Мы не полезем в эту мышеловку! — Остается второй путь, — продолжал Казаков, — на Семипалатинск. Хотя Советская власть в Семипалатинске была свергнута еще 11 июня и прервано железнодорожное сообщение, путь отхода по Алтайской дороге имеет больше преимущества, чем отступление на Бийск. Представители дорожного Совета товарищи Лучанинов и Фомин заверили, что они обеспечат необходимым количествам паровозов и вагонов, чтобы вывезти живую силу из-под удара, пока не замкнуто кольцо окружения. Ревком не имеет связи с соседними городами. Есть лишь недостоверные сведения, что Омск еще не захвачен белыми. Но, по моему мнению, мятеж чехословацкого корпуса долго продолжаться не может и скоро будет подавлен регулярными советскими войсками, которые прибудут из Европейской России. Учитывая обстановку, предлагаю отступать до станции Алейской. Оттуда двигаться в пешем строю до Славгорода. Там погрузиться в эшелоны и по железной дороге выехать на главную сибирскую магистраль, где соединиться с частями Красной Армии. Вместе с ними разгромить противника в Новониколаевске, затем освободить Барнаул. После краткого обмена мнениями военно-революционный комитет утвердил план эвакуации города, предложенный Казаковым, чтобы спасти от физического истребления лучшую часть рабочего класса Алтая — Красную гвардию. Всю ночь в ревком прибывали командиры отрядов и подразделений, партийные и советские работники. Они получали указания и расходились по своим местам. Под огнем противника происходила спешная подготовка к эвакуации. Утром 15 июня 1918 года пять эшелонов отправились со станции Барнаул на станцию Алейскую. Отход прикрывали небольшой отряд венгров и группы красногвардейцев (командовал ими С.М. Лучанинов) у кирпичных сараев, на песчаных буграх у Пивоварки, на 9-й Алтайской улице и возле железнодорожного моста на Оби. Уцелели немногие...

Ответов - 115, стр: 1 2 3 4 5 6 All

Новоалтаец: Из воспоминаний ПАНИНА Алексея Петровича: 9-го июня пришло извещение в Военно-революционный комитет, что каменский отряд отступил от Камня и двигается на Барнаул. 10 июня меня вызвали в Революционный комитет, дали мне задание: взять с собой трех красногвардейцев и 10 запряженных подвод, поехать для встречи Каменского отряда в село Шахи или Павловское. Взяв с собой красногвардейцев: Грибова, Молчанова, Урванцева и 10-ть ломовых лошадей, запряженных в телеги, в 4 часа дня мы отправились на село Шахи, в 10 час. вечера мы встретили отряд в селе Шахи в количестве 37 человек. Рано утром 11-го июня вместе с каменским отрядом на подводах мы отправились в Барнаул. В 20-ти километрах от Барнаула нам встали встречаться едущие из города крестьяне: испуганные, гонят своих лошаденок. Мы спрашиваем: в чем дело? Они рассказывают, что, мол, гор. Барнаул весь оцеплен белыми. В Барнауле идет сильный бой, мы кое-как вырвались из Барнаула. Мы, немного подумав, решили отправить впереди себя одного человека на лошади, которая побыстрее, – разведать, в чем дело. Один товарищ из Каменского отряда назвался добровольно поехать в разведку. Оставшийся отряд стал двигаться вслед за разведчиком к Барнаулу, в 10-ти километрах от Барнаула была слышна канонада пулеметов, бомбометов и винтовочных залпов. В пяти километрах от Барнаула с нами встретилась наша разведка, сообщила: Совдеп еще держится, беляки его осаждают с трех сторон, станция Барнаул занята белыми, но силы белых выяснить не пришлось. Зная хорошо расположение Барнаула и расположение белых по рассказам разведки, наш отряд решил лошадей оставить и идти вправо в бор, а бором направиться в тыл противника, так и было сделано. Из бора по 1-й Алтайской улице наш отряд прошел в боевой готовности до Конюшенного переулка, как только показались на Конюшенный переулок, так сразу беляки нас осыпали градом выстрелов, У нас из отряда были двое легко ранены, мы быстро перестроились по углам в укромные места, беляки стреляли в нас из домов, мы дали несколько залпов перекрестным огнем из которых они в нас стреляли, стрельба белых прекратилась. Беляки дрогнули и начали перебираться по заплотам в почту. После этого наш отряд двинулся по Конюшенному пер. по направлению к Совдепу. На переходе Сузунской улицы мы снова подверглись обстрелу беляками из почты и из домов. На обстрелы мы дали несколько залпов и этим очистили себе путь к совдепу. На Томской улице показался один человек, на штыке винтовки у него виден красный флаг, мы стали ему давать сигнал своим красным флагом. Человек стал приближаться к нам, когда мы с ним сошлись, то это оказался мадьяр из отряда красных, он нам сообщил, что здесь путь к Совдепу очищен, Белогвардейцы засели в почте, в Дунькиной роще, в монастыре и в других местах. Мы с отрядом свободно прошли к Совдепу, там же и помещался Военный революционный штаб. Я доложил тов. ЦАПЛИНУ о прибытии каменского отряда в кол. 37-ми человек, о случившихся боях в пути. Заслушав мое сообщение, тов. Цаплин дал мне распоряжение поспешить на помощь выбить из почты белобандитов, наш отряд немедленно отправился в наступление на засевших в почте белых. Отряд красногвардейцев-кольчугинцев и железнодорожников уже вели наступление на почту, подоспевший наш каменский отряд совместно с железнодорожниками и кольчугинцами ударили на врага, через час сопротивление врага было сломлено, белобандиты в беспорядке бежали в Дунькину рощу, из Дунькиной рощи они также были выбиты. К 6-ти часам дня город Барнаул был в руках красногвардейцев. Из почты мы освободили своих пленных около 100 человек, арестованных белыми красногвардейцев и большевиков. О деталях выступления белобандитов в Барнауле мы узнали только 12-го июня, что местные подпольные белогвардейские и военные организации заранее знали, что чехословацкая банда в 80-ти километрах от Барнаула. Чтобы облегчить ее приход в город Барнаул, Барнаульские белогвардейцы под руководством штабс-капитана РАКИНА организовали выступление. В организацию белогвардейцев входили: гимназисты, реалисты, семинаристы, почтово-телеграфные чиновники, местные купцы, лавочники и барахольщики. В то время, когда каменцы совместно с кольчугинцами и железнодорожниками выбивали белых из почты и Дунькиной рощи и железнодорожной станции, в это время барнаульские красногвардейцы лесопильного завода и строители выбивали засевших белогвардейцев из реального училища и мужской гимназии. Последние также были выбиты и бежали в бор в женский монастырь, где и жили до прихода чехословацких банд. По городу ходили патрули. <ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ>

barnaulets: 1-го Николаевского Сибирского Стрелкового полка. Мл. унтер -офицер Шатковский Иван Валентинович. Георгиевский крест 1 ст. (№2) за то, что "В бою 14-15 июня 1918 года под г. Барнаулом первый на рыбачей лодке переплыл под огнем противника через р. Обь и показал этим пример самоотвержения и храбрости, доставил также ценные сведения о расположении противника на левом берегу р. Обь". Ст. Унтер-офицер Ожегов Филарет Александрович. ГК 4-й ст. (№501) за то, что "В бою 13-15 июня 1918 года под г. Барнаулом, когда наши отряды подошли к городу с опасностью для жизни переплыл через р. Обь, присоединился к нам после чего, приняв участие в бою, первым ворвался в ж. д. мастерские, занятые противником". Прим.: Ожегов Филарет - барнаулец. Был произведен в офицеры. Подпоручик (за боевые отличия, Пр-з по Сибирской армии №116, 8.03.1919 г.) 1-го Новониколаевского Сибирского стрелкового полка. Стрелок Блинов Петр Алексеевич. ГК 4-й ст. (№502) за то, что "В бою 15 июня 1918 года под г. Барнаулом взял пулемет противника и доставил его в полк". Мл. унтер-офицер Мерешин Василий Кузьмич. ГК 4-й ст. (№503) за то, что "В бою 15 июня 1918 года под г. Барнаулом личным примером мужества и отваги увлек взвод, которым командовал, в штыковую атаку, довел его до удара и занял намеченную позицию противника". Ст. унтер-офицер Троянен Адам Андреевич. ГК 4-й ст. (№504) за то, что "В бою 8-11 июня 1918 года, командуя на р. Чумаш отделением, ударом в штыки занял ж. д. будку, укрепленную противником доставил в полк 26 ружей, 3 ящика патронов и 2 ящика ручных гранат". Мл. унтер-офицер Бессонов Василий Семенович. ГК 4-й ст. (№505) за то, что "В бою 11 июня 1918 года на р. Чумыш взял действующий пулемет противника и доставил его в полк". Мл. унтер-офицер Тихомиров Юрий Павлович. ГК 4-й ст. за то, что "В бою 11 июня 1918 года на р. Чумыш с явной опасностью для жизни под ружейным и пулеметным огнем противника, выкатил пулемет на открытую позицию и умелым и хладнокровным ведением огня очистил от противника левый берег р. Чумыш, дав нашим рабочим пройти в здание водокачки, на самом берегу реки, для исправления разрушений, причиненных большевиками". Ст.унтер-офицер Лаврентьев Александр Петрович. Георгиевская медаль 4-й ст. за то, что "В бою 8-11 июня 1918 года на р. Чумыш, командуя отделением в обходной колонне поручика Сергеева, увлек подчиненных в штыковую атаку и вывел таким образом отделение из окружавшего его кольца красных, после чего вновь принял участие в бою до полного разгромления противника". Доброволец Фролов Дмитрий Яковлевич. Георгиевская медаль 4-й ст. за то, что "В бою 8-11 июня 1918 года на р. Чумыш, неоднократно под действительным ружейным и пулеметным огнем противника доставлял донесения через р. Чумыш, явно рискуя при этом своей жизнью". Доброволец Видин Константин Александрович. Георгиевская медаль 4-й ст. за то, что "В бою 8-11 июня 1918 года на р. Чумыш, при штыковой схватке с красными оказал высший пример воинской доблести, первым бросившись в атаку и увлекая за собой товарищей". Доброволец Красовский Ярослав Иванович. Георгиевская медаль 4-й ст. за то, что "В бою 15 июня под г. Барнаулом с опасностью для жизни под действительным ружейным и пулеметным огнем противника доставляли через р. Обь важные донесения – о ходе операции". Доброволец Сергиенко Петр Иванович. Георгиевская медаль 4-й ст. Доброволец Никитенко Артемий Кузьмич. Георгиевская медаль 4-й ст. за то, что "В бою 15 июня под г. Барнаулом, не взирая на явную опасность для жизни, под ружейным и пулеметным огнем противника, доставил в 1-ю роту через реку Обь патроны". Приказ по 1-му Среднесибирскому корпусу №162, 31 декабря 1919 г; №163, 31 декабря 1919 г. Огромное спасибо коллеге Михаилу Ситникову за предоставленную информацию.

Новоалтаец: barnaulets пишет: Огромное спасибо коллеге Михаилу Ситникову за предоставленную информацию. И я от всей души присоединяюсь! Ценнейшие данные.

Новоалтаец: Из воспоминаний ПАНИНА Алексея Петровича: <ПРОДОЛЖЕНИЕ> С 12 по 14 июня наступили мрачные дни над Барнаулом. Змея контрреволюции злобно шипела по закоулкам, гидра хотела проглотить восставших рабочих на защиту советской власти и красногвардейцев. Революционный штаб красногвардейцев готовился к эвакуации. За последние 5 дней чехословацкий фронт – Усть-Тальменка – передвинулся к Барнаулу. Прибывшие с фронта красногвардейцы и находящиеся в городе объединились с революционным штабом. Из них было сформировано: первая и вторая барнаульские роты, особая коммунистическая рота (в нее входил и отряд мадьяр), отряд кавалерии, пулеметно-бомбометная команда, семипалатинский отряд и хозяйственная часть. Все эти части Революционным штабом были объединены в один мощный красногвардейский отряд. В то время барнаульский красногвардейский отряд имел при себе около 3000 штыков. Во время формирования я попал в 1-ю барнаульскую роту рядовым красногвардейцем. 14-го июня утром началась эвакуация Красной гвардии из города на станцию Барнаул, Рабочие оставляли свои семьи на произвол белякам. Но были в полной уверенности в скором времени вернуться в Барнаул с полной победой над врагом. Город с трех сторон был окружен врагами. Вновь переформированный отряд собрал собрание в станции Барнаул для избрания главнокомандующего, избранным оказался тов. СУХОВ П.Ф. После выборов железнодорожники потребовали объяснения от Малюкова Николая, почему он подписал документ тов. ЦАПЛИНУ, когда попал в плен к белым, документ приблизительно следующего содержания: «Тов. Цаплин, все, что мы затеяли, все это напрасно, все это не верно, мы приведем к гибели своего народа, предлагаю бросить всю эту затею, сложить оружие, не губить рабочих и сдаться. МАЛЮКОВ». Выходит к столу тов. МАЛЮКОВ, задыхаясь от боли в душе, от физической и фактической боли в груди, у него от злобы дрожало сердце, душевная боль ему не давала выговорить слова, с трудом собравши все силы, тов. МАЛЮКОВ заговорил дрожащим голосом: «Товарищи, если бы вы знали, при каких условиях я подписал этот документ...» Он харкнул – сплюнул громадный кусок запеченной крови, он нервно тихо замолк, у него покатились слезы, он больше ничего не мог сказать, только показал свои перебитые руки. К столу подошел тов. ЦАПЛИН и дал объяснение, при каких обстоятельствах был подписан документ товарищем МАЛЮКОВЫМ: В ночь с 10-го на 11-ое июня во время восстания белых в Барнауле Малюков как член Совдепа и член Революционного штаба попал в плен к белым, в штабе белых тов. Малюкова сильно били и вынуждали его подписать заранее написанный белыми документ тов. ЦАПЛИНУ, когда он отказался подписать этот документ, белобандиты били его под бока прикладами, отмяли ему грудь и перебили ему руки, после такого тяжело невыносимого избиения тов. МАЛЮКОВ подписал преподнесенный ему документ. Как видно, измены со стороны тов. МАЛЮКОВА не было, и это подтвердилось тем, как только красные отступили от города, тов. МАЛЮКОВ был первым расстрелян на горе, а отступать с красными он был не в состоянии по своему здоровью. Чехословацкие и белобандитские отряды 14-го июня подготовляли наступление на Барнаул. В 4 часа дня с востока, со стороны жел.-дорожного моста и с запада, со стороны Сухого Лога, почти одновременно раздались орудийные выстрелы. Первый снаряд упал на 8-ой Алтайской улице, разорвался и повредил у дома крышу и убил 8-летнюю девочку. 2-й снаряд – шрапнель разорвалась в высоте как раз над вагонами, где лихорадочно шла погрузка: красные готовились к отступлению. Артиллерийская стрельба была сигналом для белых, они начали наступление с трех сторон города. Усиленное наступление шло на ст. железной дороги: чехи белопогонники, как видно, мечтали не выпустить красных из города, а красные были уверены в победе на пролетариат Барнаула, и присоединившиеся к ним кольчугинцы и каменцы были непоколебимы под руководством коммунистических вождей: Цаплина, Присягина, Казакова и других товарищей. Красногвардейцы были в полной уверенности, что беляки им ничего не сделают. Артиллерийский огонь неприятеля продолжался до 6-ти часов вечера. В 6 часов вечера белопогонники пошли в наступление, началась перебежка через Павловский тракт на кирпичные сараи, ближайший подступ к станции. Враг был встречен пулеметным огнем нашей пулеметной команды. Пулеметный огонь затруднял успешное наступление врага, но к 7-ми часам вечера нам, стоящим в цепи наготове, охранявшим подступы к станции, было подано распоряжение пойти в контратаку на кирпичные сараи. Раздалась команда по цепи: встать, бегом, ура! Ничего не слышно: крики «ура», пулеметная стрельба, оружейные залпы – все слилось. Мы побежали к кирпичным сараям. Встретились с врагом лицом к лицу. Действовали кто как умел: кто стрелял, кто действовал штыком, кто добивал врага кирпичами, в плен никого не брали, враг не выдержал и в беспорядке побежал, оставляя в нашем распоряжении своих раненых, винтовки, лопатки, сумки и тому подобн. военные вещи. Кирпичные сараи были очищены от врагов. Наша рота расположилась вдоль Павловского тракта. По цепи было дано распоряжение копать окопы, окопы выкопали еще засветло и засели в засаду, ожидая вторичное наступление врага. Просидели всю ночь, враг не наступал. 15-го июня в 10 часов утра раздалась команда: «Цепь, по направлению в бор, перебежка с правого фланга по пяти человек – НАЧИНАЙ!» Вся рота перебежала к бору, в бору выстроились в цепь и направились по следам, куда вчера бежал враг. Цепь дошла до линии железной дороги и расположилась вдоль линии. Смотрим: показался первый эшелон бронированных вагонов с красногвардейцами, за ними минут через 15 второй, минут через 10 – третий, в третьем эшелоне проехал штаб красногвардейцев и члены совдепа. Затем прошел четвертый и пятый эшелоны, когда поравнялся с нашей цепью шестой эшелон, наш командир дал распоряжение: «САДИСЬ!» Мы быстро погрузились, и это был последний эшелон. (ГАНО, ф. 5, оп. 3, д. 803, л. 1-4)

Новоалтаец: Новоалтаец пишет: Из воспоминаний ПАНИНА Алексея Петровича: P.S. Весьма любопытен «инцидент» с Малюковым. Вообще, вся эта история довольно темная. Есть много разных версий по поводу того, почему Малюков не сумел покинуть Барнаул вместе с красными (вплоть до того, что он якобы был у любовницы и поэтому опоздал к эвакуации). Да и сам Малюков был личностью неоднозначной. И то, что белые его расстреляли на следующий же день после взятия города, тоже несколько странно (хотя многие барнаульские офицеры точили на него зуб за его «произвол», но здесь все тоже весьма туманно). Может, у кого-нибудь есть еще какие-нибудь данные на этот счет? Буду весьма признателен.

Новоалтаец: Интересно, что в газете "Голос труда" №113 за 9 июня 1918 г. имеется следующее опровержение Малюковым "провокационных сплетен" в его адрес: ПИСЬМО В РЕДАКЦИЮ Низкие клеветники, подлые провокаторы, – герои из-за угла распространяют гнусную ложь, что будто бы я, Николай Малюков, был вдохновителем ареста бывших офицеров всех рангов и якобы предлагал учинить арестованному офицеру кровавую баню. Заявляю твердо и категорически, что аресты производились в моем отсутствии в Барнауле, с презрением отвергаю провокаторские сплетни о моем якобы проекте сожжения офицерства, и стану настаивать перед Военно-Революционным Комитетом на предании самому беспощадному суду провокаторов, рассеивающих грязную, будирующую население ложь. Ник. Малюков. У кого-нибудь есть более подробные сведения обо всем этом? Что это за "проект сожжения офицерства" и когда производились аресты? Кто-нибудь в курсе?

barnaulets: Кстати, отыскались следы руководителя барнаульского белого подполья Авенира Сергеевича Ракина. После Второй мировой войны он с женой Надеждой Константиновной жил в Австралии, г. Бэнкстаун (сейчас пригород Сиднея) в 1954 г. был еще жив. Работал сторожем.

Новоалтаец: barnaulets пишет: Кстати, отыскались следы руководителя барнаульского белого подполья Авенира Сергеевича Ракина. После Второй мировой войны он с женой Надеждой Константиновной жил в Австралии, г. Бэнкстаун (сейчас пригород Сиднея) в 1954 г. был еще жив. Работал сторожем. Ого, вот это сюрприз! А откуда данные, если не секрет? А у него там потомков/родственников не осталось, не известно?

barnaulets: Юрий Гончаров по своим каналам нашел. Родственники пока не нашлись. Я давал объявление в австралийскую газету "Единение", но в ответ тишина. Возможно удастся найти могилу. У Гончарова есть фото дома, где возможно жил Ракин (если только он не был снесен или перестроен).

barnaulets: Новоалтаец пишет: когда производились аресты? Накануне выступления барнаульской организации было арестовано какое-то количество офицеров (в частности прапорщик Мерзляков, мичман Кейзерлинг, штабс-капитан Космоненко и др. - точное количество не знаю, как и даты арестов). Были арестованы и некоторые руководители меньшевиков и эсеров (Строкан, Миськов). Все они были освобождены восставшими 11 июня 1918 г. и присоединились к восстанию.

barnaulets: Видимо аресты носили превентивный характер - хватали тех, кто подвернулся под руку. Основные руководители восстания смогли скрыться.

Новоалтаец: barnaulets пишет: Накануне выступления барнаульской организации было арестовано какое-то количество офицеров (в частности прапорщик Мерзляков, мичман Кейзерлинг, штабс-капитан Космоненко и др. - точное количество не знаю, как и даты арестов). Да, возможно, речь как раз об этом. Раз газета за 9 июня, то дело происходило, надо полагать, несколькими днями раньше. Если в то время Малюков был на Черепановском фронте, то это где-то до 6 июня, потом он вернулся в Барнаул. Если, конечно, он действительно был непричастен к тому, о чем пишет в газете.

Новоалтаец: Новоалтаец пишет: Есть много разных версий по поводу того, почему Малюков не сумел покинуть Барнаул вместе с красными (вплоть до того, что он якобы был у любовницы и поэтому опоздал к эвакуации). По другой версии (воспоминания Г. Корнякова) Малюков не эвакуировался вместе со всеми потому, что руководство Алтайского ВРК якобы направило его в Омск для связи, и вот тогда-то белые его и схватили где-то в районе Оби. Новоалтаец пишет: Он харкнул – сплюнул громадный кусок запеченной крови, он нервно тихо замолк, у него покатились слезы, он больше ничего не мог сказать, только показал свои перебитые руки. По воспоминаниям очевидцев, на расстрел Малюкова действительно вели избитого и со сломанной рукой. Но были ли эти увечья нанесены ему 11-го июня или уже 15-го - вопрос. И потом, если ему "перебили руки", как же он тогда мог подпись поставить?

мир: Новоалтаец пишет: И потом, если ему "перебили руки", как же он тогда мог подпись поставить? Смотря какую руку он сломал. Очевидно, только одну.

Унтер: Уважаемые коллеги! В Сибирской жизни нашел телеграммы Информационного бюро Западно-Сибирского комиссариата. № 36 - 15 июня 1918 г., стр. 1 "НОВОНИКОЛАЕВСК. 11 июня. На барнаульском направлении преследование противника продолжается. Наши части заняли ст. Повалиху, движение задерживается исправлением мостов и железнодорожного полотна. Противник недоволен своими вождями и некоторых из них уже арестовал". "НОВОНИКОЛАЕВСК. 12 июня. На барнаульском направлении 11 июня в 9 час. утра нами занята ст. Повалиха. Штаб красногвардейцев бежал по ветке к Оби, оставив в наших руках свой паровоз и карты. На реке Чумыше противник понес большие потери: мы похоронили 160 его убитых, захватив в плен 40 чел., 2 пушки, около 400 винтовок, 1 пулемет, 1 пустой состав вагонов и много ручных гранат. Сегодня наши разведчики установили, что противник уже очистил ст. Алтайскую". "НОВОНИКОЛАЕВСК. 12 июня. На барнаульском направлении сегодня в 2 ч. 10 мин. нашими частями без сопротивления занята ст. Алтайская. Занявшие части продолжают движение к обскому мосту". "НОВОНИКОЛАЕВСК. 13 июня. Барнаульское направление. Нашими войсками в ночь с 11 на 12 июня занято село Шелаболиха и к полудню 12 июня село Павловское. Красногвардейцы бегут, не оказывая сопротивления, забирая у местного населения лошадей, а в некоторых местах и хлеб. Далее к востоку к 9 час. вечера наши войска дошли до железнодорожного моста на Оби. Мост, повидимому, не поврежден". Телеграммы подписал Генкварокр генштаба капитан Кононов. СЖ, № 36 - 15 июня 1918 г., стр. 3 "10 июня на Барнаульском фронте убит капитан Аркадий Иванович Лаврентьев. Тело убитого привезено в Томск для погребения... капитан Лаврентьев тяжело раненый был поднят на штыки красногвардейцами и доколот ими".

Унтер: СЖ, № 38 - 18 июня 1918 г., стр. 1 "БАРНАУЛ. 15 июня. 11 июня, в 4 ч. утра, войсками временного сибирского правительства была занята почтовая контора, банк, реальное училище и вообще весь город, за исключением совдепа. Настроение города было оживленное и праздничное; к вечеру красная армия, получившая подкрепление с фронта, начала брать перевес, и войска временного сиб. прав., окруженные со всех сторон, вынуждены были за отсутствием помощи отступить; служащие правительственных учреждений, в том числе почты и телеграфа, отступили вместе с правительственными войсками; оставшиеся чиновники смешались с арестованными нашими войсками большевиками, чтобы избежать расправы; некоторые все-таки были опознаны и арестованы красной армией и одни освобождены, другие уведены в совдеп. При занятии города большевиками ворвавшиеся красноармейцы разрушили почтово-телеграфную контору и разбили посылочную кладовую, кабинет начальника почты, канцелярию и библиотеку. Денежная кладовая уцелела, переводные деньги остались в сохранности; убито двое почтовых чиновников, ранено трое, один пропал без вести. Сегодня, 15 июня, в 4 ч. 30 м. утра, первый барнаульский отряд временного сиб. прав. появился в городе и занял почту. Во время занятия города красноармейцами настроение было подавленное, а постоянные аресты, расстрелы и обыски еще более нервировали население; но сегодня, с приходом войск врем. сиб. прав. и чехословаков, настроение празднично ликующее. Действие телеграфа восстанавливается".

Новоалтаец: Все эти выдержки из "Сибирской жизни" тут уже публиковались - см. http://siberia.forum24.ru/?1-2-0-00000020-000-40-0 Но все равно спасибо!

Унтер: Привожу воспоминания неизвестного участника боев на Барнаульском фронте, опубликованные в СЖ, № 38 - 18 июня 1918 г., стр. 2 "Приехав в Новониколаевск, наш особо экстренный 1-й офицерский боевой эшелон получил от командующего войсками боевую задачу: немедленно двинуться к гор. Барнаулу и занять его, после чего проследовать в г. Бийск для свержения советской власти. Из Новониколаевска первым эшелоном выехали чехо-словаки, затем наш эшелон, а за нами сборный эшелон новониколаевцев. Первая станция, на которой пришлось столкнуться с противником, была Бердск, где после небольшой перестрелки красногвардейцы бежали,поджигая на своем пути деревянные мосты, которые легко, впрочем, нами восстановлялись. Так мы следовали вперед по Алтайской жел. дороге. Не доезжая одной версты до станции Черепановой, наш противник наскоро окопался. Мы вступили с ним в бой, который длился около 2-х часов. Здесь был убит офицер чехо-словаков прапорщик N и один рядовой. Наше наступление было стремительно и энергично, и противник бежал. Отступая со станции Черепаново, красногвардейцы пустили на наш эшелон пустой паровоз с американской бронированной угляркой, которые налетели на наш состав, и поковерканнные свалились под откос, при чем паровоз наш получил незначительное повреждение. Оправившись, мы стали преследовать противника, который, как передают служащие и крестьяне, бежал в панике, не зная, что делать. Продвигаясь к станции Усть-Тальменская, мы встретили два небольших препятствия, которые довольно скоро преодолели, хотя и задержались на один день. Тем временем противник успел окопаться на левой стороне реки Чумыша. Едва мы прибыли на станция Тальменку, как неприятель открыл по нас стрельбу из пулеметов и винтовок из своих окопов. Здесь перестрелка длилась целый день, не дав никаких результатов, только николаевский отряд потерял одного убитым. В этот же день ночью нам была дана боевая задача - обходным движением во что бы то ни стало выбить противника и занять железный мост через реку Чумыш. Исполнение этой задачи было поручено капитану А. Н-му. Наш отряд, вооруженный винтовками, выступил со станции Тальменка в 9 час. утра, двигаясь по правой стороне р. Чумыш вниз по течению на один переход, т. е. 25 верст. Здесь, взяв у крестьян две лодки, мы переправились все на сторону неприятеля. Чтобы зайти ему в тыл незамеченными, мы продвинулись верст на 15 вглубь и, выйдя к полотну дороги, взорвали его и тем самым дали знать противнику, что путь отступления отрезан для него, и что мы находимся у него в тылу. Быстро продвигаясь, мы заняли две железнодорожных будки и подошли к противнику на расстояние 3 верст от него. При занятии третьей будки нашим дозором, в котором я был сам, мы наткнулись на конную разведку из 9 всадников, которых мы обстреляли и убили двух из них и одну лошадь, остальные быстро повернули назад и бежали. В это время к нам подошли цепи нашего отряда и заняли позицию по обе стороны насыпи у будки. Местность совсем не благоприятствовала нам, так как полуостров, на котором мы оказались, был сплошь покрыт озерами и болотами. Противник подошел быстро и открыл по нашим цепям пулеметный и ружейный огонь, - у него было 4 пулемета и около 700 стрелков. Оставив здесь половину своего отряда, мы с другой половиной, под командой капит. Н-го, пошли в другой обход, к мосту, встретив на пути несколько цепей противника. Когда мы подошли к мосту, капитан объявил нам, что на мост поведет штыковую атаку и отдал соответствующее распоряжение. Бомбометчики начали уже забрасывать окопы противника гранатами, как в это время капитан Н-ий был тяжело ранен в живот пулей на вылет и выбыл из строя. Командование отрядом принял поручик В. Г-ло и повел в атаку. Минут 15 длился бой, во время которого противник был окончательно выбит из окопов и, бросая все, бросился бежать, но наткнулся на оставленный нами на первой позиции наш отряд, состоявший из николаевцев и разведчиков кавалеристов. Хотя противник имел безусловно больше чем у нас сил, но оказавшись в кольце, попал в безвыходное положение и стал прорываться. Обстреляв оставленную нами заставу пулеметным и ружейным огнем, красногвардейцы бросились в атаку и прорвали наши цепи. Здесь в будке у нас был перевязочный пункт, где помещались наши раненые и между прочим наши дорогие коллеги - капитан А. Лаврентьев и подпоручик Ан. Улановский. Красногвардейцы вытащили из будки всех раненых в числе 9 человек и добили их, поднимая на штыки и разбивая черепа. Вместе с ними был взят в плен и наш санитар чех, которого они не убили только потому, что нужно было перевязывать и их раненых, но ему из плена удалось бежать, сунув одному красногвардейцу 40 рублей. В результате этой операции нами были взяты две пушки (кулебяки), много винтовок, патронов и гранат, состав поезда (без паровоза), несколько велосипедов и друг. воен. снаряжение. Настроение крестьян самое хорошее, на каждой станции они приносили нам в виде подарка хлеб, молоко, творог, масло, яйца и приводили коров и баранов...".

Унтер: Новоалтаец пишет: Все эти выдержки из "Сибирской жизни" тут уже публиковались Виноват, исправлюсь.

Новоалтаец: Унтер пишет: Виноват, исправлюсь. Да ничего страшного. Просто сочувствую, если Вам это вручную набирать пришлось, в то время как весь этот материал и без того можно найти на форуме.

Новоалтаец: P.S. Вот если кто-нибудь найдет №54 "Сибирской жизни" за 1918 год, то этому человеку я и многие другие будут безмерно признательны! Там должна быть первая часть объемной статьи о боях за Барнаул. Также чрезвычайно интересно было бы взглянуть на номера 48, 49, 52 и 53 за тот же 1918 г.

мир: Аркадий Владимирович Третьяков – красногвардеец, убит 10.06.1918 в Барнауле (дата странновата - опечатка?). Фото отсюда: там вообще немало интересных снимков. http://mustagclub.ru/blog/grawd_war_in_zapsibir/#more-3082

Новоалтаец: мир пишет: Аркадий Владимирович Третьяков – красногвардеец, убит 10.06.1918 в Барнауле (дата странновата - опечатка?). Все верно, А. Третьяков был убит в ночь с 10 на 11 июня при белогвардейском восстании в Барнауле, которое к вечеру 11 июня красными было подавлено.

Алексей Елисеенко: Где то завалялся док о Барнаульск отряде Западно-Сиб армии от 7 июня

barnaulets: Никому не попадался в связи с барнаульскими событиями Демидов Валентин Васильевич, 1872 г.р. (тесть штабс-кпитана 3-го Барнаульского полка белых Стахия Липовки, о котором упоминалось в соответствующей теме), паравозный машинист, который предположительно был членом Красной гвардии в Барнауле?

Новоалтаец: И вновь выдержка из А.Г. Сыщенко (в общем-то ничего нового, но пусть будет): "...В ночь с 10 на 11 июня 1918 г. организация выступила. Еще ночью была перерезана проводная электросвязь с фронтом, а под утро офицеры разоружили красногвардейцев, охранявших лагерь военнопленных на территории лесопильного завода, и 50 патрульных красногвардейцев, захватили оружие в управлении железной дороги, в общей сложности в руки организации попали 250 винтовок и 2,5 тысячи патронов, несколько гранат. Еще ночью находящийся в Барнауле председатель ревкома Матвей Цаплин послал группу из пяти человек (Решетников, Ярков, Соколов, Ильиных и студент не известного вуза Аркадий Третьяков) на железнодорожный вокзал для восстановления связи, выехали с комфортом около 4 часов утра на легковом автомобиле. На пустыре у вокзала автомобиль был обстрелян из вырытых рядом с дорогой окопов офицерами. Прямо в машине вторым винтовочным залпом Третьяков был убит, Решетников и Соколов захвачены в плен, Ярков и Ильиных добежали до винного склада, кулаками чуть не выбили двери и ставни в квартире завскладом. Заведующий, проснувшись открыл контору, Ярков и Ильиных, вырывая друг у друга трубку, по телефону связались с ревкомом, наконец, Цаплин узнал о начавшемся в городе восстании и потребовал от Ильиных связаться с Козаковым находившимся в штабе, в железнодорожном вокзале на станции Барнаул. Ильиных нашел Козакова, тот «немедленно приказал подать паровоз с порожним вагоном», на котором и выехал на станцию Алтайская, вскоре Козаков вернулся с полным вагоном красногвардейцев. Утром в Барнауле офицеры задержали несколько совдеповцов и среди них члена военно-революционного комитета Малюкова. Из тюрьмы освободили около 20 офицеров, которым угрожал расстрел или самосуд. Чтобы сохранить ценности государственного банка от разграбления и вывоза совдеповцами, организация договорилась с контролером банка, хранителем ключей от денежных кладовых Орфеновым, о его аресте. В кладовых государственного банка по ул. Пушкинской, 53, в подвалах хранилась вся наличность города, около 8,5 миллиона рублей. Кладовые банка были так укреплены, что Ракин не сомневался: совдеповцам не удастся их даже взорвать. Орфенов в ходе бутафорского ареста передал организации все 14 ключей от внешних и внутренних запоров кладовой банка под расписку, и офицеры зарыли ключи в нагорном бору. Тем временем захватили телеграф, почту, на Демидовской площади были захвачены все здания, расположенные вокруг совдепа: здание мужской гимназии, реального училища (ул. Пушкинская, 68) и находящееся напротив здание Мариинского детского приюта. Накопившись в реальном училище и гимназии, офицеры атаковали здание совдепа, побежав с винтовками наперевес через площадь, но засевшие в здании около 80 мадьяр-красногвардейцев встретили атаку огнем двух пулеметов и винтовок, атака захлебнулась, среди офицеров ранило пятерых. Ракину донесли: с тыла, с окраин города, с Булыгинской заимки на помощь совдепу шло подкрепление, мадьяры при поддержке двух пулеметов пошли в контратаку через площадь и, потеряв 15 человек ранеными и убитыми, отступили в здание совдепа. Ракину донесли, что подкрепление отряды Временного Сибирского Правительства подойдут к Барнаулу в лучшем случае «не ранее утра следующего дня», следом доложили, что с фронта пришел поезд с мадьярами и красногвардейцами. В городе шел бой, по Московскому проспекту наступал отряд красногвардейцев, повстанцы отходили к центру города, организовали очаг обороны в развалинах сгоревшей аптеки на Сузунской улице. Но красногвардейцы просачивались вокруг очагов обороны, заходили в тыл. Пошел в тыл и катавшийся утром на машине Ильиных, с одним из пулеметчиков он просочился до Павловской улицы (ул. Анатолия), выбрал позицию, даже окопался и открыл огонь из пулемета по зданию почты, сопротивление в почте было подавлено, офицеры побежали, а Ильиных расстреливал их в спину из пулемета. Из кладовой почты освободили пленных совдеповцев. От почты отряд Байкова без сопротивления достиг Демидовской площади, где шел бой. Вскоре подошел второй отряд красногвардейцев. Ракин, командуя отрядом в 120 человек, прикрываясь зданиями Демидовской площади, отступил в нагорный бор. Совдеповцы победили, но уже днем перевозят ревком из города в здание железнодорожного вокзала, весь день сдерживая атаки чехов со стороны станции Алтайская. Следующие трое суток совдеповцы изымали у горожан продовольствие, запасов продовольствия в городе по существу не было, изобильный Барнаул был доведен совдеповцами до голода. 13 июня отряд Ракина совершил марш-бросок в Гоньбу, где соединился с отрядом полковника Буткевича, у восставших уже был взвод орудий на конной тяге. Буткевич решил атаковать город, вечером повел объединенный отряд на Барнаул, но, встреченный огнем красной разведки, отступил в назад в Гоньбу. На следующий день восставшие сменили тактику, разделившись и атакуя с разных направлений. Барнаульский отряд, усиленный че-хословаками, а также отряд капитана Николаева, под общим командованием чеха, поручика Чесноховского, завязал бой на подступах к станции Барнаул. Совдеповцы выставили сильные отряды мадьяр, после двухчасового боя восставшие отступили назад в Гоньбу, но не все. Ушедшие утром два отряда под командованием поручика Лукина и капитана Степанова совершили марш-бросок в нагорный бор и оттуда цепями стали спускаться в город, Барнаул был взят. Днем 15 июня 1918 г. отряды в Гоньбе получили известие, что Барнаул взят, отряд полковника Буткевича направился в город пешком, а остальные ночью 16 июня были погружены на пароходы и утром прибыли в Барнаул. Барнаульская военная организация под командованием Леонида Сергеевича Ракина успешно выполнила поставленные задачи. В 2 часа ночи 14 июня 1918 г. красные оставили город, но с железнодорожного вокзала три маленьких эшелона с совдеповцами отправились в 12 часов дня 14 июня. С вокзала отправлялись, прикрываясь цепями пехоты". [А.Г. Сыщенко, В.А. Сыщенко, «Хроника и аналитика оказания медицинской помощи населению юга Западной Сибири 1890-1933 гг.» Барнаул, 2006]

белый:

Новоалтаец: белый пишет: проникнув через «Горки» в Барнаул "Горки" - это, видимо, Гора.

белый:

Новоалтаец: Еще одна версия перевода (ГАНО, ф. 5, оп. 4, д. 1526. Дневник Гайды, командовавшего чехословацкими контрреволюционными войсками в Сибири в 1918-1919 г. 139 л.): "Хуже обстояло дело на Барнаульском фронте. Барнаульскими большевиками было получено значительное подкрепление из Бийска, Семипалатинска и Кузнецка. Они подготовили основательные позиции на полпути из Новониколаевска в Барнаул у станции Черепаново. Их передовые сторожевые посты находились у станции Бердск. 4 июня я послал на Алтайскую дорогу против Барнаула отряд поручика Гусарека, состоявших из чехословацких и русских частей в общей сложности около 600 штыков. Поручик Гусарек послал вперед приблизительно 200 русских под командованием поручика Сергеева, который продвинулся беспрепятственно до станции Евсино, в то время как сам Гусарек должен был починить мост через реку Иню у Новониколаевска. Впервые красные оказали сопротивление у Черепаново. 5 июня после часового боя отряд поручика Гусарека, когда ему удалось правым крылом ударить в тыл неприятеля, заставил последнего отступить к Усть-Тальменке на 45 километров южнее. Наши потери были 2 убитых и 2 раненых. У большевиков было 20 убитых, кроме тех, которых они увезли с собой. После боя у Черепаново я уехал на Омский фронт. Поручик Гусарек оставался у Черепаново до 8 июня чинить полотно и строить сожженные железнодорожные мосты, которые на этом пути, кроме самых больших железных, были деревянные. В дальнейшем предстояла тяжелая задача захватить в болотистом районе за станцией Усть-Тальменка большевистские позиции и овладеть имеющим большое значение мостом через реку Чумыш. Позиции неприятеля находились за рекой на выгодных местах, мост был уничтожен и забаррикадирован. Поручик Гусарек решил захватить неприятельские позиции маневром и поэтому отослал отряд поручика Сергеева во фланг большевикам. Но этот поход не удался, так как не был найден брод через разлившийся Чумыш, и потребовалось после починки моста наступать фронтальной атакой. Решительный бой начался 9 июня. Снова был отправлен обходной отряд вправо от железной дороги, на этот раз чешско-русский, которым командовали подпоручик Чесновский и капитан Николский. Обходному отряду удалось уничтожить путь в неприятельском тылу и сразу же оттуда начать наступление против позиций неприятеля, на которые фронтальная часть бросилась спереди. Но обход был преждевременно открыт местными жителями, и большевики, укрепив свой тыл против поручика Чесновского, сами перешли наступление на фронтальной части. Бой продолжался до полночи. Большевики, введенные в заблуждение изменением диспозиции обходного отряда, который, не имея возможности предпринять что-либо с тыла, бросился теперь на неприятеля с фланга, и предполагая, что это новый обходной отряд, бросились бежать. Большевики по ошибке вступили в бой со своей собственной частью, которая защищала их тыл; они предположили, что это открытая ими обходная колонна. Неприятель отступил вплоть до самого Барнаула. Мы захватили поезд и три исторических пушки, которыми большевики пользовались вместо орудий. Они были взяты в Бийском музее, их набивали порохом, затыкали всякими тряпками, потом закладывали куски железа, в большей части гайки от рельс, которые снова забивали тряпками. Кроме того, мы захватили пулеметы и примерно 400 ружей, не считая провиантов и других запасов. Из наших больше всего пострадала русская рота новониколаевцев, которая была разъединена большевиками и должна была отступить, оставив на поле битвы раненых. Они попали в руки большевиков и были ужасно изуродованы, среди них был и храбрый поручик Сергеев. Павших мадьяр после боя насчитывалось 162 человека. 11 июня мы заняли станцию Повалиху, на которой мы задержали поезд бежавших комиссаров, а главное, что явилось самым ценным, мы заполучили детальную карту барнаульских окрестностей. Одновременно мы узнали, что нами будет получено подкрепление из Новониколаевска – 2 тяжелых орудия и около 160 человек пехоты. Это подкрепление, под командованием полковника Будкевича, продвигалось по реке Оби. Между тем в Барнауле возникло восстание белогвардейцев, которое, однако, не удалось. После этого город стал жертвой мести мадьярских красногвардейцев. Большевики решили защищать город до конца и соорудили позиции у реки Оби, укрепив особенно основательно пространство перед мостом. 12 июня поручик Гусарек занял последнюю станцию перед Барнаулом, называющуюся Алтайская, и выслал заградительный отряд на ветку, идущую на Бийск. Главные же силы продвинулись к реке Оби. Атаковать с фронта железнодорожный мост, длиной почти в один километр, в направлении к обрывистому берегу не имело смысла. Поэтому для занятия Барнаула снова была отправлена обходная колонна подпоручика Чесновского к деревне Гоньба, находящейся на другом берегу реки. Эта колонна соединилась на следующий день на север от Барнаула в деревне Волочиха (Власиха) с русским отрядом полковника Будкевича, который прибыл рекой из Новониколаевска, а далее в Шаховской с белогвардейцами, которые, после неудачного восстания, отступили от Барнаула. 14 июня была начата атака города. Большевики сосредоточили свои главные силы против нашей обходной колонны, которая мешала из отступлению на Семипалатинск. После неравного боя отряд должен был отступить в деревню Гоньбу, и только русскому отряду поручика Сукина удалось на другой день проникнуть через Горку в Барнаул, куда одновременно ворвался отряд томских добровольцев из фронтальной части, переправившихся на паромах через реку Обь. Добыча была велика: несколько поездов с паровозами, 200 пленных и 1000 ружей, а самое главное – неразрушенный железнодорожный мост. Наши потери состояли из 4 убитых и 11 раненых, среди убитых один чех. На другой день записалось 800 добровольцев, которые вскоре были отправлены на помощь Мариинску".

Новоалтаец: И, наконец, третья версия: "Хуже было на барнаульском фронте. Барнаульские большевики получили значительную помощь из Бийска, Семипалатинска и Кузнецка и подготовили основательные позиции на середине дороги от Новониколаевска до Барнаула, у станции Черепаново. Передние дозоры они имели уже у станции Бердск. 4 июня я послал на Алтайскую дорогу против Барнаула группу поручика Гусарека, из чехословацких и русских отделений, общей силой примерно 600 штыков. Поручик Гусарек послал вперед примерно 200 русских под началом поручика Сергеева, который прошел без препятствий до станции Евсино, в то время как Гусарек сам должен был чинить мост через реку Иня у Новониколаевска. Первый раз красные подготовились к отпору у Черепанова. 5 июня отделение поручика Гусарека после одночасового боя, когда ему удалось ворваться правым флангом в тыл неприятелю, вынудил неприятеля отступить к Усть-Тальменке, 45 км южнее. Наши потери составили 2 убитых и 2 раненых. У большевиков было 20 убитых, не считая тех, которых они отвезли с собой. После боя у Черепанова я сам уехал на омский фронт, а поручик Гусарек задержался до 8 июня у Черепанова; исправлял ж/д путь и ставил сожженные железнодорожные мосты, которые на этой дороге - кроме самых крупных железных - были сплошь деревянными. Далее осталась тяжелая задача захватить расположенные в болотистой местности позиции большевиков за станцией Усть-Тальменка и взять важный мост через реку Чумыш. Позиции неприятеля находились за рекой на выгодных местах, мост был разрушен и забаррикадирован. Поручик Гусарек решил захватить неприятельские позиции обходным маневром, и поэтому выслал отделение поручика Сергеева с конницей во фланг большевикам. Однако эта вылазка не удалась, поскольку не был найден брод через разлившийся Чумыш и необходимо было следовать фронтальным наступлением по исправленному мосту. Решительный бой начался 9 июня. Вновь было направлено обходное отделение, на этот раз чешско-русское, которым командовали подпоручик Чесновский и капитан Никольский, вправо от ж/д пути. Обходному отделению удалось разрушить ж/д путь в неприятельском тылу и сейчас же оттуда начать ход против позиций неприятеля, на которого фронтальная группа набросилась спереди. Однако обход был досрочно рассекречен местным населением, и большевики, обеспечив прикрытие тыла против подпоручика Чесновского, сами пошли в атаку на фронтальные группы. Бой продолжался до полуночи, и тут большевики, введенные в заблуждение измененными диспозициями обходного отделения, которое не смогло ничего сделать в тылу и ударило теперь по неприятелю с фланга (большевики решили, что это новое обходное отделение), обратились в бегство. При этом ошибочно вступили в бой со своей собственной группой, которая обеспечивала тыл; думали, что это наш раскрытый обходной отряд. Неприятель отступил к самому Барнаулу. Мы захватили поезд и 3 древних мортиры, которые большевики использовали вместо пушек; их взяли из бийского музея и набивали их порохом, закупоривая его разным тряпьем, потом кусками железа, обычно гайками от рельсовых болтов, которые снова уплотняли тряпьем. Кроме того, мы захватили пулеметы и примерно 400 винтовок, не считая продуктов и прочих припасов. С нашей стороны имела значительные потери русская рота новониколаевцев, которая была разбита большевиками и была вынуждена отступить, бросив на поле боя раненых. Те попали в руки большевикам и были зверски изуродованы; среди них и доблестный поручик Сергеев. Убитых мадьяр после боя было насчитано 162. 11 июня мы заняли станцию Повалиха, где задержали поезд беглых комиссаров и, что самое ценное, – подробную карту окрестностей Барнаула. Также мы узнали, что получим подмогу из Новониколаевска – 2 тяжелые гаубицы и примерно 160 человек. Эта пехотная помощь под началом полковника Будкевича плыла по реке Обь. Тем временем в Барнауле вспыхнул мятеж белогвардейцев, который однако не удался. После этого город стал жертвой мести мадьяр-красногвардейцев. Большевики тогда решили, что будут защищать город до конца, и наладили позиции около реки Обь, укрепив главным образом основательное пространство перед мостом. 12 июня поручик Гусарек занял последнюю станцию перед Барнаулом, называвшуюся Алтайская, и выслал охранное отделение на ветку, что вела на Бийск. Главные силы подступили к самой реке Обь. Атаковать с фронта железнодорожный мост, длиною почти в один километр, в направлении к барнаульскому обрывистому берегу не имело смысла. Поэтому для захвата Барнаула вновь был выслан обходной отряд подпоручика Чесновского до деревни Гоньба на другом берегу реки. Она на следующий день к северу от Барнаула в деревне Волочиха (Власиха) соединилась с русской экспедицией полковника Будкевича, который приплыл из Новониколаевска, а потом в Шаховском с белогвардейцами, которые отступили из Барнаула после неудачного мятежа. 14 июня началось наступление на город. Большевики сосредоточили главные силы против нашего обходного отделения, которое перекрыло им отступление на Семипалатинск. Отделению пришлось после неравного боя отступить к деревне Гоньба, и лишь русскому отделению поручика Сукина (Лукина) удалось на другой день вступить через "Горку" в Барнаул, и одновременно туда проникло и отделение томских добровольцев из фронтальной группы, которые переправились через реку Обь на паромах. Добыча была большой: несколько поездов с паровозами, 200 пленных и l000 винтовок, а главное – уцелевший железнодорожный мост. Наши потери составили 4 убитых и 11 раненных, в том числе среди убитых один чех. Уже на другой день записалось 800 добровольцев, которые в скором времени были посланы на подмогу к Мариинску".

Новоалтаец: Новоалтаец пишет: Еще один погибший под Тальменкой: Александр Тарасов (А.А. Тарасов) из села Алтайского (судя по всему, входил в бийский отряд). Похоронен на ст. Повалиха. http://altaisk.com/1-obshie-svedeniya/1-istoriya.html Получается, что А.А. Тарасов, скорее всего, был тяжело ранен в бою у полуказармы и при отходе красногвардейцев по железной дороге умер. Хотя, по воспоминаниям, отступавшие красногвардейцы оставили своих тяжелораненых в окрестных селах. Возможно, его тоже оставили в Повалихе, где он и умер позднее. Неожиданно выяснилось, кто такой был А.А. Тарасов. Вот статья из газеты «Ленинское знамя» №197, 10 декабря 1976 г.: СТОИТ НА СТАНЦИИ МАТРОСУ ПАМЯТНИК Советский народ готовится к 60-летию Октября. Недавно в Новоалтайский городской народный краеведческий музей пришло письмо. В нем жители станции Повалиха рассказали, что неподалеку от железнодорожной насыпи стоит скромный памятник матросу-краснофлотцу А. А. Тарасову. Есть в поселке улица Тарасова. Место, где похоронен отважный защитник Советской власти, народ зовет Тарасовской горкой. В конце письма была просьба рассказать о краснофлотце, о его участии в боях за установление Советской власти на Алтае, о героической гибели. Историческим поиском занялся член совета музея М.Я. Бурунов, вот что он узнал. Переселенцы В конце прошлого века частые неурожаи заставляли крестьян европейской части России отправляться в Сибирь, на поиски лучшей доли. Собрал остатки бедняцкого скарба и Андрей Тарасов, житель Орловской губернии. Кое-как добрались до предгорий Алтая, осмотрелись и поселились в селе Алтайском. Андрей Тарасов (отец героя) был хорошим краснодеревщиком. На деревянном токарном станке точил чашки, детали для самопрялок. Вырезал ложки, корыта и другие предметы крестьянского обихода. Кое-как удавалось сводить концы с концами. Год от года росла семья. Александр Андреевич Тарасов родился в 1896 году. Третий ребенок, он с малолетства вынужден был нянчиться с младшими братишками и сестренками. Забот хватало всем: надо было обстирать, накормить, вымыть, одеть пятнадцать (!) детей. Сашка Тарасов был смышленым мальчиком. И когда местные купцы построили школу-трехлетку, его отец добился, чтобы сыну разрешили учиться. Поломались-поломались богатеи, да не посмели отказать человеку строившему эту самую школу (она, кстати, и сейчас стоит и действует), В 18 лет парень женился. Очень уж понравилась ему Варя Семенова! Да и сам он был. видным женихом: красивый, с черной шевелюрой. Веселый, заводила многих игр и проказ, лучший друг для парней-бедняков, «вражина» для сынков богатеев. Большевик Прожили молодожены один год — и забрали Александра на царскую службу, отправили во флот, на Тихий океан. Там он окончил школу сигнальщиков и был переведен связистом на миноносец «Бойкий». Молодой матрос первого взвода восьмой роты Сибирского флотского экипажа письма домой писал сам. О море, о здоровье. И все. О знакомстве с группой большевиков молчал. Да и цензура вычеркнула бы, дело бы завели «О подстрекательстве к измене государю-императору»... Нет уж, об этом можно рассказать верным друзьям только после флотской службы! 1917 год. Долой царя, долой десять министров-капиталистов! Народу — свободу, землю, мир! Александр всей душой принял Советскую власть. И когда вернулся домой, на Алтай (в феврале 1918 года), вместе с друзьями активно включился в борьбу с кулаками, эсерами и купечеством села. Партийные ячейки Алтайского и других сед и деревень опирались на широкие народные массы бедняков и сочувствующих середняков. Когда была создана оперативная группа по борьбе с антисоветской деятельностью, возглавил которую Александр Тарасов, в нее попросились Михаил Юрков, Андрей Губин и другие бывшие фронтовики. Сообща подавляли разрозненные выступления врагов Советской власти, не щадя для этого своего здоровья, силы, а порой и жизни. Жестокий вопрос «Кто кого?» встал во всей полноте в дни контрреволюционного мятежа белочехов, спровоцированного буржуазией. Создалась угроза падения Советской власти в Новосибирске (бывшем Новониколаевске), Барнауле и в других городах и селах Западной Сибири. Бийский уездный Совет дал указание создавать добровольческие отряды. Большевики села Алтайского сразу откликнулась и сформировали боеспособный отряд из 35 человек. Кто командиром? Односельчане единодушно решили: Александр Тарасов! В это же время из Шебалино, что на Чуйском тракте в Горном Алтае, в Бийск спешил отряд под командованием Василия Ивановича Плетнева, активного защитника Советской власти. Два командира, два большевика при первой же встрече решили: надо объединиться, дружно — не грузно. Так был создан красногвардейский партизанский отряд. Бийский ревком направив отряд Плетнева в сторону Новосибирска. Но белочехи успели продвинуться вдоль железной дороги до станции Усть-Тальменская, и красногвардейцем пришлось окапываться перед мостом на левом берегу реки Чумыш. Шел июнь 1918 года. За власть Советов Коротка летняя ночь. Поспать хотя бы часок после трудного перехода! Нет, нельзя: в любую минуту белочехи могут броситься в атаку... Александр еще раз проверил посты, приказал вдвое усилить внимание. И не зря: вражеский отряд попытался прорваться в расположение отряда. Точные дружные залпы красногвардейцев сорвали замысел белочехов. Те залегли и окопались на правом берегу Чумыша. Шесть суток сдерживали наступление белочехов красногвардейцы отряда Плетнева. Все меньше и меньше оставалось бойцов. Но живые не покидали окопов, и потери врага росли час от часу. Никто не мог «проскочить» через мост, точные выстрелы Александра Тарасова и его товарищей одного за другим выводили из строя рьяных сторонников сибирского «правителя» Колчака. На седьмой день рано утром в Усть-Тальменке нашелся-таки предатель. Он показал конному отряду белочехов брод через Чумыш, и те, незаметно переправившись, ударили во фланг обороне красногвардейского отряда. В коротком яростном бою перевес оказался на стороне конницы, и плетневцам пришлось спешно отступить. В одном йз окопов недвижимо лежал матрос, и ветер лениво шевелил ленты бескозырки, из-под которой выбивалась непокорная прядь черных волос... Но он был жив! И когда враги, заметив морскую форму на лежавшем бойце, загомонили и спешились, Александр из последних сил потянулся к винтовке, в которой не осталось ни одного патрона. Тело резанула острая боль, и он потерял сознание. Контрразведка белочехов заинтересовалась: не помощь ли от краснофлотцев получили красногвардейцы? И бросили молодого командира в вагон подошедшего из Тальменки состава. Начались жестокие пытки. Тарасов молчал. Он так и умер, не сказав ни слова. Взбешенный офицер-контрразведчик, изуродовав лицо парня, приказал выбросить его на первой же станции. Грязно выругавшись, крикнул местным железнодорожникам: —Хоронить запрещаю! Пусть он... Гудок паровоза заглушил последние слова белочеха. Да его не очень-то и послушали: житель станции Повалиха Стрекалов позаботился о похоронах, и на пригорке, меж белоствольных берез, появился скромный памяток. Сердобольные женщины положили на могилу цветы, оплакали безвременную бель незнакомого моряка... Теперь известно, кто похоронен на станции Повалиха. В 24 года шагнул в бессмертье Александр Андреевич Тарасов. М. БУРУНОВ, член совета городского народного краеведческого музея. На снимке: А.А. Тарасов. Фото из фонда музея.

Oigen Pl: Спасибо, Андрей Николаевич! Значит какие-то материалы в музее еще в 1976 году были? А то в нашу редакцию житель Боровихи принес только две другие вырезки с публикациями, в одной из которых, по его словам, тоже некий моряк был мимоходом упомянут - и то без имени и как "неизвестный юноша".

Луговчанин: Новоалтаец Месные жители,оцевидцы,рассказывали,что пленых было 12 человек. А.Манакова,жительница Лугового и до этого жительница Наумова,рассказывала,что ей было в 1918г. 14лет,она вместе престорелыми женщинами из деревень Наумово и Барсуково приносила молоко для пленых красноармейцев,среди которых были венгры,но белые не разрешали их кормить. Около железнодорожной казармы расстреляли 7 человек,среди них был матрос-балтиец ,два венгра. Убитых красноармейцев похоронили месные жители недалеко от того места, где они были расстрелены .

Новоалтаец: Новоалтаец пишет: Значит какие-то материалы в музее еще в 1976 году были? А то в нашу редакцию житель Боровихи принес только две другие вырезки с публикациями, в одной из которых, по его словам, тоже некий моряк был мимоходом упомянут - и то без имени и как "неизвестный юноша". Выходит, так. Но когда я там рылся в архивах года три назад, то не встречал ни информации о Тарасове, ни его фото.

Новоалтаец: Луговчанин пишет: Месные жители,оцевидцы,рассказывали,что пленых было 12 человек. А.Манакова,жительница Лугового и до этого жительница Наумова,рассказывала,что ей было в 1918г. 14лет,она вместе слресторелыми женчинами из деревень Наумово и Барсуково приносила молоко для пленых красноармейцев,среди которых были венгры,но белые не разрешали их кормить. Около железнодорожной казармы расстреляли 7 человек,среди них был матрос-балтиец ,два венгра. Убитых красноармейцев похоронили месные жители недалеко от того места, где они были растрелены . Ценная информация, большое спасибо! А где находится то место? Там сейчас никакого пямятника нет? Насколько я помню, вблизи железной дороги я пямятников не видел. Слышали ли Вы что-нибудь о пленных красногвардейцах, закопанных в землю живьем? Есть данные, что именно так погиб молодой барнаульский железнодорожник Петр Лысяков, тяжело раненный под Тальменкой. Его якобы еще живого зарыли вместе с венграми ("возле семафора").

Новоалтаец: Еще информация о А.А. Тарасове (и не только): В город Бийск из села Шебалино прибыл красногвардейский отряд в составе 75 бойцов под командованием В.И. Плетнева. 29 мая вся партийная организация села Алтайского в числе 29 человек влилась в отряд В.И. Плетнева. Среди них в красногвардейский отряд вошли: А.А. Тарасов, А.А. Тарасов, М.А. Юрков, С.К. Светоносов, Н.Ф. Иванов, Д.С. Лукьянов, А.С. Лукьянов, А.Е. Черепанов, И.И. Губин, И. Денисов, П.Л. Снегирев, В. Кузьмин, II. Кузьмин, Я. Казаков-Тельман, Т. Осокин, И.О. Афанасьев, А. Усов, Р.Т. Казаков, И.Е. Черепанов, С. Архипов, Я. Архипов, М.Е. Агапов, а также по нескольку человек из Н-Комара, Лежаново и Маральего. Под общим командованием большевика-матроса Бачурина бийский объединенный отряд выступил на помощь красногвардейским силам Барнаула. Линия обороны прошла по реке Чумыш. Здесь сосредоточился отряд В.И. Плетнева и отряд рабочих Бийска. События складывались для добровольцев из Алтайского трагично. Нащупав слабое место на правом фланге, противник начал на него нажимать. Здесь находился плохо подготовленный, не бывший в боях, отряд бийских рабочих. Началось замешательство. Для ликвидации паники Плетнев расставил своих красногвардейцев через каждые три человека. Но силы оказались далеко не равными. В бою отличился житель с. Алтайского Александр Тарасов. Его подразделение защищало железнодорожный мост через реку Чумыш у станции Тальменка. Когда чехи начали наступать, Тарасов подал команду к контрнаступлению. Показывая личный пример, первым поднялся на врага и был смертельно ранен. Несмотря на ураганный огонь противника, Плетнев взял друга на руки, поцеловал и положил под куст, вынести его с поля боя было невозможно. Командир личным примером стал воодушевлять гвардейцев. Отряд из окружения был выведен и занял другие позиции. Труп Тарасова был захвачен врагами. Железнодорожные рабочие станции Повалиха Гусельников, Стрельников, Неупоев и другие в своих воспоминаниях рассказывают, что вслед за отступающими красногвардейцами на следующее утро пришел на станцию Повалиха поезд с чехословацкими солдатами. Из вагона подошедшего поезда на перрон был выброшен труп. С окончательным установлением Советской власти на Алтае на могиле А.А. Тарасова был поставлен памятник. Станционный поселок разросся, и улицу, расположенную напротив памятника, назвали именем Тарасова. З.И. Воронцова. Установление Советской власти на территории Алтайского района // В предгорьях Алтая. Очерки истории и культуры. Барнаул,1998. P.S. Почему-то в тексте фигурируют два "А.А. Тарасова". Опечатка, что ли?

Новоалтаец: Новоалтаец пишет: Железнодорожные рабочие станции Повалиха Гусельников, Стрельников, Неупоев и другие в своих воспоминаниях рассказывают... Надо бы в Повалихинский музей наведаться. А также в Тальменский. Кто-нибудь бывал?

Новоалтаец: Из дневниковых записей врача Аполлона Николаевича ЗУБКОВИЧА: В июле 1918 года колчаковская армия под натиском красных начала отходить глубже в Сибирь. Корпусу чехословаков, примкнувших к Колчаку, было разрешено отходить во Владивосток и дальше морем, с оружием вернуться на родину. В городе у нас вызывали большую тревогу известия, что колчаковцы и чехи заняли Новониколаевск и отрезали Барнаул от великой сибирской железнодорожной магистрали. Советом рабочих и солдатских депутатов было выпущено воззвание к рабочему населению о защите города. Заведующий горздравом Илькович обратился к врачам с просьбой включиться в оборону города. Из 30 с лишним врачей отозвались только двое – пожилой врач Элисберг и я. Нас вызвали в Совдеп для переговоров и получения назначения. Элисберг получил назначение заведовать медпунктом на станции Барнаул, а я дал согласие организовать санитарный поезд для отряда Красной армии, выступающего против колчаковцев по направлению к Новониколаевску. Председатель Совдепа Цаплин приказал не чинить никаких препятствий в организации санпоезда. Я получил из аптек весь необходимый запас медикаментов, перевязочный материал, инструментарий, белье, одеяла, подушки и прочее. В Совдепе мне дали автомашину и сейчас же со всем этим доставили на вокзал. Начальник станции выделил паровоз, на котором меня доставили в мастерские депо. Там было очень оживленно, формирование отряда было в самом разгаре. По всем направлениям сновали вооруженные люди, среди рабочих мелькали женщины с винтовками. Посте пенно подходил и медицинский персонал. Мы начали оборудовать под лазарет несколько вагонов 3-го класса. К вечеру всё было готово. К классным вагонам прицепили длинный состав теплушек. Штаб занял один классный вагон. Впереди паровоза и сзади его были оставлены плат формы, высоко обложенные мешками с песком и амбразурами. На платформу впереди поезда бы ли установлены две старинные пушки времен Ермака, полученные из музея Бийска. Они заряжались с дульной части пыжами, порохом, дробью и обломками железа. На рассвете отряд выступил в поход. Временами поезд останавливался в чистом поле, а паровоз с блиндированными платформами выступал на разведку, потом возвращался, и поезд трогался дальше. В дороге главная забота бойцов была достать кипятку, перекусить и запастись дровами. Дисциплина была слабая. Как-то днем паровоз вернулся из разведки с трофеями – наткнулись на группу белых офицеров, купающихся в озере. Бойцы закричали им: «Руки вверх!» и обстреляли, но они голыми бежали без оглядки в лес. Их обмундирование наши бойцы подобрали. Эта неожиданная встреча довольно весело обсуждалась, но серьёзно не была учтена, и отряд довольно беззаботно следовал дальше. На рассвете на станции Черепаново бойцы толпами побежали за кипятком, болтались по перрону, как вдруг раздался пушечный выстрел, за ним второй, третий. Из-за холма верстах в двух от станции появились дымящие трубы нескольких паровозов – несколько эшелонов один за другим двигались к нам. После небольшой заминки и замешательства наши бойцы цепями потянулись вперед, стреляя из винтовок. Начался бой. Снаряды трехдюймовки свистели один за другим над нами. Я наблюдал за боем из окна вагона, а медперсонал высыпал на платформу и комментировал обстрел: «Перелет, недолет, в деревне взрыв. Сейчас ударит в поезд. Выходите, доктор!» При свисте снаряда я пригибался, хотя толку от этого было мало, но не вышел. Но вот мы ободрились – наша артиллерия начала отвечать. Грохнул выстрел музейной пушки, и с первого паровоза противника слетела труба. Затем раздался оглушительный взрыв – нашу древнюю пушку разорвало. С поля боя понесли первых раненых, и мы занялись медицинской помощью. Перестрелка прекратилась. Наш паровоз стал маневрировать, комплектуя состав в сторону Барнаула. Отряд начал отступление. Недалеко было и до паники. Все бросились в вагоны, и поезд тронулся в сторону Барнаула. На станции Тальменка сделали попытку оказать сопротивление догоняющему противнику, но под угрозой обхода с обоих флангов начали отходить дальше. Поезд понесся на всех парах. Настроение было самое удручающее. Все признаки развала были на лицо. Я лежал на лавке с мрачными думами. Не за метил, что состав не движется, а из вагона все вышли. Вышел на перрон, кругом – ни души. Паровоз шипит и парит, а машинист суетится у топки, спрашиваю: «Куда теперь?» Он неохотно буркнул: «Куда, куда, в Барнаул, и чем скорей, тем лучше». Так отряд прекратил свое бесславное существование, а я через пару часов был уже дома. Поздно вечером этого же дня на улицах города началась внезапная сильная стрельба. Она стала громче и громче и ворвалась на нашу улицу. Полетели стёкла. Мы загородили окна шкафами и, ничего не понимая, сидели в темноте. Вдруг в дверь на крыльце громко постучали. Я вышел в коридор, спросил: – Кто здесь? – Здесь живет врач? – Да. – Немедленно окажите помощь. Я быстро взял дежурную медицинскую сумку с индивидуальными пакетами, кровоостанавливающие жгуты и открыл дверь. Два черных силуэта с винтовками сопровождали меня в полной темноте. Стрельба в городе продолжалась. Пригнувшись, мы быстро шли под самыми окнами домов. Непонятно было – кто и откуда стреляет. Подбежали к углу Соборного переулка и услышали крики: «Сюда, сюда!» У ворот углового дома на белой лошади верхом сидел военный и кричал, угрожая кому-то револьвером: «Я тебе постреляю!» Вошли во двор. Вдоль заборов лежали люди. Из открытых окон над головой ухали частые выстрелы. Я перевязал всех раненых, наложил жгуты. Закончив, этой же дорогой пустился в обратный путь. Утром выяснилось, что барнаульские белые, узнав о приближении колчаковцев, попытались занять почту, банк и другие правительственные здания, но были разбиты и отошли за город. Кого я перевязывал ночью – красных или белых, я так и не понял. Население в тревоге сидело по домам, улицы города были пусты. На следующее утро в город вошел большой обоз белых, и весь город был занят ими. Начали выявлять красных, пошли аресты. Белые и красные поменялись местами, и теперь вокруг города уже начали группироваться красные партизаны. Всё это произошло так быстро, что я не успел установить связь с ними и остался в городе, но мысль об этом не оставил. Началось тревожное время, полное забот, как жить и кормить семью. http://www.sever-journal.ru/assets/Issues/2012/5-6/058-087Zubkovich.pdf - там еще много чего интересного, в том числе про жизнь в Барнауле.

белый: Есть некоторые сомнения в правдивости рассказа доктора Зубковича относительно его неучастия в гражданской войне особенно на стороне белых в 1919 году. Упомянутый пожилой врач Элисберг принимал участие в гражданской войне начиная в июля 1918 года. И вряд ли он добровольцем и более благонадежным чем молодой врач Зубкович.

Oigen Pl: белый пишет: Есть некоторые сомнения в правдивости рассказа доктора Зубковича относительно его неучастия в гражданской войне особенно на стороне белых в 1919 году. Упомянутый пожилой врач Элисберг принимал участие в гражданской войне начиная в июля 1918 года. И вряд ли он добровольцем и более благонадежным чем молодой врач Зубкович. Просто тогдашний круг образованных людей был достаточно узок, чтобы они не были известны сменяющимся властям, а значит отказаться от чего-либо было им куда сложнее. Кадровый голод тогда можно сравнить лишь с нынешним (хотя сейчас пока еще не ставят к стенке, но "чистки" от несогласных в бюджетной сфере куда решительнее и изощреннее проводят). Например, еще один врач редактировал официальный листок белых в Змеиногорске с приказами Олиферова. Но это же не значит, что потом в угоду революционной сознательности надо было лишить его работы Если уж тот же Рогов вспомнил автора "афоризма" о "людях-медведях" ("афоризма"-доноса на него в 1918 году), то, увидев его снова "при деле" при смене власти, Григорий Федорович мог только возмущаться.

белый: Oigen Pl пишет: Например, еще один врач редактировал официальный листок белых в Змеиногорске с приказами Олиферова. Но это же не значит, что потом в угоду революционной сознательности надо было лишить его работы Так-то оно так, но Матвея Павловича Элисберга в конце концов лишили жизни. Видимо нужно было уехать из Барнаула как Зубковичу.

Сибирецъ: белый пишет: Видимо нужно было уехать из Барнаула как Зубковичу. И сменить фамилию

Новоалтаец: Луговчанин пишет: Около железнодорожной казармы расстреляли 7 человек,среди них был матрос-балтиец ,два венгра. Убитых красноармейцев похоронили месные жители недалеко от того места, где они были растрелены . А Вы, случайно, не знаете, где были похоронены прочие красногвардейцы, павшие в бою на Чумыше 9-10 июня? После боя там было собрано порядка 160 трупов. Знаю, что в Тальменке как-то во время земляных работ было обнаружено массовое захоронение - может, это как раз они? Хотя, с другой стороны, для чего их было на другой берег перевозить?

Луговчанин: По слухам сторожил большинство красноармейцев были сброшены в реку Чумыш. Белогвардейцы победили , поэтому могил нет. Основные места , приблизительно . 1 Река Чумыш . Сброшены в реку около 80 красноармейцев и 40 венгров . 2 Два озера и болото вплотную подходят к железнодорожной линии , один километр от моста . Здесь находилась тыловая оборона красных , есть окопы . Сброшены в озеро около 10 красноармейцев . 3 Железнодорожная казарма 1 (мебельная фабрика) четыре красноармейца . 4 Железнодорожная казарма 2 пять красноармейцев , два венгра . 5 с. Наумово возможно десять красноармейцев. 6 Захоронение белогвардейцев возможно 30 , возможно Красный Яр с. Луговое. О массовых захоронениях в Тальменке 9-10 июня не слышал. Если есть подробная информация , пожалуйста напишите .

Новоалтаец: Мне в музее сказали, что братское захоронение было обнаружено где-то в районе вот этого памятника: Но совсем не факт, что оно относится к июню 1918 года, потому что точное количество скелетов мне сказать не смогли, утверждали только, что их было много.

Луговчанин: Это карательные , показательные расстрелы активистов , красноармейцев. Показали , застращяли , сравняли с землёй , памяти не оставили . Они проходили по Тальменской волости июнь- август 1919г. Об этом писал . Но это было самое первое , оно было в июне 1918г. Расстреляли приблизительно 20 активистов. Рядом захоронение красноармейцев декабря 1919г. После боя у ст. Тальменская . Точных данных нет , но приблизительно 80 красноармейцев. Должны же быть где-то документы ?. В предыдущим сообщении писал , что есть окопы 1 км. от моста. Они там были до 1970г., длиной 12м., находили патроны. Последующие годы рыбаки всё перекапали , делая родники .

ГончаровЮ.И.: Из личного дела Пентегова А.П. (1922г.) "... Перед занятим города Барнаула белыми назначен губисполкомом в военно-оперативный совет по защите гор.Барнаула от белых, в совете нас было трое: Я, т.Казаков и т.Сулим...Я был арестован... но , к счастью, документы о деятельности совета обнаружены не были и дело было передано следственной комиссии и лишь в августе 1918г. я был оправдан." Запомним, хотя м.б. и не было такого совета.

ГончаровЮ.И.: Из личного дела Пентегова А.П. (1922г.) "... Перед занятим города Барнаула белыми назначен губисполкомом в военно-оперативный совет по защите гор.Барнаула от белых, в совете нас было трое: Я, т.Казаков и т.Сулим...Я был арестован... но , к счастью, документы о деятельности совета обнаружены не были и дело было передано следственной комиссии и лишь в августе 1918г. я был оправдан." Запомним, хотя м.б. и не было такого совета.

barnaulets: ГончаровЮ.И. пишет: Из личного дела Пентегова А.П. ( Странная у него какая-то биография. Активный деятель первой советской власти, но при белых за это никаким репрессиям не подвергался, кроме кратковременного пребывания под следствием. Служил в 3-м Барнаульском полку. Был тяжело ранен на пермском фронте, произведен в следующий чин и даже награжден орденом. Потом служил не где-нибудь, а начхозом в отряде особого назначения Алтайской губернии, до самого декабря 1919 г., когда с кассой отряда остался в Барнауле. И был снова принят на службу у красных, занимая довольно ответственные должности, как будто ничего и не было. Работал на большевистское подполье? Или просто простили? И в дальнейшем вроде никаким репрессиям не подвергался, умер в 1944 г. своей смертью уважаемым человеком, несмотря на свое эсеровское (в 1917 г.) и белогвардейское прошлое, хотя его брат-профессор, у белых не служивший, арестовывался не раз, попав даже в Колымские воспоминания Е. Гинзбург.

ГончаровЮ.И.: из того же личного дела 1922г. (Пентегов - начальник Алтайвинпрома) "... В 1920г. был арестован губчека , обвинялся в службе в белой армии, но был освобожден и оправдан..." Умел он , наверное, всем пыль в глаза пустить.Везде-блестящие характеристики.К делу приложена характеристика-члена губкома РКп(б).По сравнению с другими б.белыми офицерами- просто борец "за власть Советов". Среди подпольщиков его не упоминали активные деятели подполья.Посмотрю в Новосибирске его фонд.

barnaulets: ГончаровЮ.И. пишет: "... В 1920г. был арестован губчека , обвинялся в службе в белой армии, но был освобожден и оправдан..." 16.07.1920 г. был арестован Алтайской губЧК за службу в отряде особого назначения, постановлением Коллегии АлтгубЧК от 04.09.1920 г. признан невиновным и освобожден из-под стражи.

ГончаровЮ.И.: Есть у меня ощущение. что откупился товарищ.( пока на уровне интуиции), но поскольку я сейчас Щербаком занимаюсь вплотную, то м.б. чего и выплывет.

barnaulets: ГончаровЮ.И. пишет: Есть у меня ощущение. что откупился товарищ Скорее личные связи. В подполье может и не был, но мог вытащить кого-то из вчерашних сослуживцев из тюрьмы, спасти от расстрела. А такое обычно (если человек порядочный) не забывают. Естественно, что документально подобное нигде не зафиксировано.

Луговчанин: Не могу разобраться, решил выложить материал здесь. В октябре 1920г. на ст. Черепаново в сапожной мастерской на основании доноса был арестован житель д. Воскресенка Красцев (он же Плотников) Осип Васильевич. "Он поступил добровольцем в дружину Колчака в с. Сорокино и состоял правой рукой "живодера" Романовского. При его ближайшем участии расстреливали и истязали пленных партизан. Им было выдано 7 человек карательному отряду, которых сильно пороли, приговор был к смерти, но я успел убежать. В с. М. Повалиха он расстрелял 75 человек партизан на глазах моей жены. " Активное участие Красцева в карательных экспедициях подтверждается протоколом общего собрания д. Воскресенка: С июня 1919г. Красцев работал против советской власти, что подтверждается Чирковым, а слова Чиркова подтверждает Монкарев. Когда Красцев приехал со своим отрядом , то хотел заколоть Монкарева и выбросить на штыках на улицу". Обвиняемый не отрицает факта службы у белых. Он рассказывает :" Служил в Барнаульском полку: когда пришли красные, перешел на их сторону." Красцев О. Ф. в 1937г. осужден на 10 лет исправительно - трудовых работ и , отбывая наказание, умер в 1940г. Выписка из отдела спецдокументации Управления архивного дела администрации Алтайского края. (д. 5004, л2).

белый: Где-то явное вранье крооется. "Правую руку Романовского" в 1937 году должны были расстрелять по любому, а тут 10 лет. Или все же родным сказали - 10 лет без права переписки. По НКВДшному это и есть расстрел. Красцов Иосиф Васильевич Родился в 1883 г., Костромская губ.; русский; Рабочий канифольно-скипидарного з-да. Проживал: г. Барнаул. Арестован 28 июля 1937 г. Приговорен: тройка при УНКВД по Запсибкраю 9 октября 1937 г., обв.: по ст. 58-2, 11. Приговор: ВМН. Расстрелян 16 октября 1937 г. Реабилитирован 25 декабря 1958 г. Алтайским крайсудом дело прекращено за отсутствием состава преступления Источник: Книга памяти Алтайского края Обратите внимание, что "правая рука Романовского" РЕАБИЛИТИРОВАН еще в 1958 году. Живы были те, кто клеветал на этого человека, кто его допрашивал, да и расстреливал. Всех можно было передопросить. Удивительно, кулаков в 1958 году нельзя было реабилитировать, а "правую руку Романовского" можно.

barnaulets: Все эти показания по поводу зверств в гражданскую войну зачастую такая "липа". Вот писал я как-то про героя Первой мировой войны Алябьева из с. Стукова. В следственном деле 1920-1921 гг., когда еще времени всего ничего прошло, показания против него прямо противоположные (даже следователь ревтрибунала, которому передали дело окончательно в них запутался и предпочел вернуть его чекистам на доследование). По одним показаниям, он чуть ли не главный колчаковский каратель был, запоровший кучу народу и издевавшийся над своими солдатами. По другим, спас опять же кучу народу от расстрела, никого не порол и с солдатами обращался хорошо (что и понятно, сам из рядовых был). Причем про порки и издевательства над солдатами показывал поручик его же роты, на основании путанных показаний которого про участие в подпольном "Крестьянском союзе" Алябьева и приговорили к расстрелу. А вот по другим показаниям выходит, что этот поручик, в 1920-1921 г. являвшийся провокатором чекистов, устроивших ему "побег" из тюрьмы, во время службы у Колчака и занимался подобными вещами, а Алябьев наоборот пытался с этим бороться и требовал убрать его из своей роты. Или взять Дмитрия Сергеевича Маркова, в 1919 г. помощника лесничего Петровского лесничества, ушедшего вместе с 3-м Барнаульским полком на Дальний Восток, а потом эмигрировавшего в Китай и в 1947 г. вернувшегося на Родину из Шанхая. В 1949 г. его арестовали, в числе прочего обвиняли в создании в 1919 г. отряда самоохраны, порках, расстрелах - короче стандартный набор. И показания односельчан к делу подшиты. И вот на основании этого и по другим обвинениям (служба в белой армии и милиции, а также деятельность в эмиграции), дали 20 лет. Сам он все отрицал, признавая толко, что действительно служил в отряде самоохраны из служащих лесничества, но никого не порол, а просто нес с отрядом охранную службу в селе. В 1956 г. Маркова амнистировали и выпустили из лагеря как инвалида. А в 1960 г. реабилитировали полностью, передопросив и тех, кто давал против него показания. Так вот все они сказали, что ничего такого против него не показывали, все это придумали и записали следователи, и никаких жестокостей с его стороны при Колчаке действительно не было.

Луговчанин: На остановки Боровиха или Казачий,(точно сейчас не помню) до 1970г. находился памятник красноармейцам. Он был расположен в 120м. от ж. д. дороги по левую сторону , если ехать в Барнаул. Деревянный высотой 3 м. с красной звездой. А был ли в действительности Романовский ?

barnaulets: Луговчанин пишет: А был ли в действительности Романовский ? Был. Романовский Фома Казимирович Род. в 1894 или 1895 г. Из семьи офицера (Матвей Казимир Фомич Романовский, в Памятной книжке Семипалатинской области на 1901-1902 гг., -подпоручик, местный инженер Семипалатинской военно-инженерной дистанции). В 1915 г. выпущен из 1-го Сибирского кадетского корпуса в Александровское военное училище, которое окончил 01.09.1915 г. В армии Колчака поручик 52-го Сибирского стрелкового полка. Убит в бою с партизанами 2 (15) октября 1919 г. Похоронен в Барнауле на военном кладбище.

Oigen Pl: белый пишет: Где-то явное вранье крооется. "Правую руку Романовского" в 1937 году должны были расстрелять по любому, а тут 10 лет. Или все же родным сказали - 10 лет без права переписки. По НКВДшному это и есть расстрел. 28-го сентября с.г. войсками НКВД по охране тыла 3-го Украинского фронта в городе Ихтиман (Болгария) арестован АДЖИЕВ, 1896 года рождения, татарин, уроженец Крыма, руководивший в период немецкой оккупации борьбой с партизанским движением в Ялтинском и Бахчисарайском районах, Крымской АССР. В 1928 году по заданию крымских националистов АДЖИЕВ совершил покушение на убийство работника Симферопольского Обкома ВКП (б), за что был осужден к 10-ти годам лишения свободы. В 1941 году АДЖИЕВ был мобилизован в Красную Армию: в октябре из части дезертировал и скрывался в городе Керчь до прихода немцев. В 1942 году связался с руководством мусульманского комитета, организованного крымскими националистами по заданию немцев и был избран членом этого комитета. В том же году ему было поручено руководство борьбой с партизанским движением в Ялтинском и Бахчисарайском районах. В апреле с.г. АДЖИЕВ бежал вместе с немцами в гор. Констанца, где по их заданию сформировал отряд, из числа татар-добровольцев немецкой армии. Этот отряд, вооруженный и обмундированный в немецкую форму, был направлен в Болгарию, но был разоружен болгарскими властями и разбежался. Ведется следствие с целью выявления названных АДЖИЕВЫМ членов мусульманского комитета Крыма. - ГАРФ ф. 9401, оп. 2, д. 67, л. 374.

Oigen Pl: Луговчанин пишет: А был ли в действительности Романовский ? Про второго Романовского упоминалось в другой теме - http://siberia.forum24.ru/?1-9-40-00000028-000-0-0-1353101342

barnaulets: Петр Степанович Романовский - совершенно другой человек, объединяют их с Фомой Казимировичем только фамилия и чин - поручик. Тот Романовский, про которого пишет Луговчанин и большинство авторов воспоминаний - Фома Казимирович Романовский из 52-го Сибирского стрелкового полка. Интересно, что этот Романовский явно поляк, католик. А отпевали его в православном храме и по православному обряду.

barnaulets: белый пишет: а тут 10 лет. Или все же родным сказали - 10 лет без права переписки. В данном случае, судя по справке с сайта "Мемориала" - "10 лет без права переписки" (т.е. расстрел) с липовой справкой о смерти " в результате сердечной недостаточности" или т.п. Причем год смерти у всех расстрелянных один - 1940-й. Oigen Pl пишет: В 1928 году по заданию крымских националистов АДЖИЕВ совершил покушение на убийство работника Симферопольского Обкома ВКП (б), за что был осужден к 10-ти годам лишения свободы. Сдается мне, что этот Аджиев - "засланный казачок". Не мог он за такое так легко отделаться, больше похоже на "легенду". Впрочем, мог быть и двойным агентом, т.е работал и на НКВД и на немцев. Как и атаман "Казчачьего стана" Доманов или другой казачий генерал времен 2-й Мировой - Духопельников.

мир: белый пишет: Где-то явное вранье крооется. "Правую руку Романовского" в 1937 году должны были расстрелять по любому, а тут 10 лет. barnaulets пишет: Сдается мне, что этот Аджиев - "засланный казачок". Не мог он за такое так легко отделаться, больше похоже на "легенду". В Мне кажется, или кто-то хочет быть кровожаднее самих чекистов? На самом деле не стоит так клишированно к делу подходить. Пепеляев, который сражался дольше всех, тоже 10 лет получил, да и в ходе операции "Весна", например, расстрелы были далеко не массовыми. Может, этот Аджиев под амнистию попал, или его расценили как запутавшегося, тем более, что это было не убийство, а покушение на убийство - почему такие варианты никто не рассматривает?

barnaulets: Да он ту как бы вообще не при чем. Но уж больно мягкий приговор, учитывая обвинение. А с учетом последующей биографии наводит на размышление. И кровожадность чекистов тут не при чем, скорее наоборот - проявили мягкость, проморгали, так сказать, врага.

b-340@mail.ru: barnaulets пишет: Интересно, что этот Романовский явно поляк, католик. А отпевали его в православном храме и по православному обряду. За всю Россию не поручусь, но в селе Яновка Богуславского уезда Киевской губернии в течении всего 19 века, и в первой четверти 20 века, крестились, женились и отпевались в православной св. Михайловской церкви все жители села римско-католического исповедания. Просто в метрической книге делалась запись "римско-католического вероисповедания". Еще раз обращаю внимание, что не знаю как было заведено вообщее...., но (ссылаясь на конкретные документы конкретного села) возможно отпевание католиков в православном храме это нормально.

Oigen Pl: На Алтае же самый известный межконфессиональный обряд захоронения произошел еще в 1751 году, когда в ограде православной Петропавловской церкви был похоронен Андреас Беэр - лютеранин и первый главный командир (начальник) Колывано-Воскресенских заводов. Хотя на основании сохранившихся документальных возражений со стороны церковных иерархов этот факт оспаривается сейчас.

белый: Oigen Pl пишет: На Алтае же самый известный межконфессиональный обряд захоронения произошел еще в 1751 году, когда в ограде православной Петропавловской церкви был похоронен Андреас Беэр - лютеранин и первый главный командир (начальник) Колывано-Воскресенских заводов. Хотя на основании сохранившихся документальных возражений со стороны церковных иерархов этот факт оспаривается сейчас. Вроде Беэра похоронили на Нагорном кладбище. Рядом с православным кладбищем размещались татарское и протестантское кладбища.

Oigen Pl: Нагорное кладбище в Барнауле появилось спустя двадцать лет после смерти Беэра - в 1772 году.

Луговчанин: Из Шебалино в начале июня 1918 года выехал красногвардейский отряд под командой В. И. Плетнева. Впути следования он пополнился добровольцами. Первый бой с белыми произошел у ст. Тальменка, около железнодорожного моста через реку Чумыш. Красногвардейцы проявили мужество и героизм. Особенно отличились храбростью командир Плетнев, его помощник Василий Зырянов, боец Григорий Черданцев (все трое из села Шебалино), Александр Тарасов (из с. Алтайского). Шебалинский отряд сражался вместе с красногвардейцами Бийска, Барнаула и Семипалатинска. Но силы были неравные. Белые превосходили вооружением и численностью. Красногвардейцы вынуждены были отступить. Отряд Плетнева возратился в Шебалино,по дороге разгромив каракорумцев. Но сам оказался в тяжелом положении: со всех сторон его окружали враги. Красногвардейцы не сдались. Они перешли к подпольной работе и продолжали борьбу с врагами. После боя у железнодорожного моста белые ожидали удар отряда П . Сухова. В этом направление в с. Выползово вырыли окопы.

Новоалтаец: Луговчанин пишет: После боя у железнодорожного моста белые ожидали удар отряда П . Сухова. В этом направление в с. Выползово вырыли окопы. Любопытное дополнение. Вообще интересно было бы установить, где именно суховский отряд вышел к Алтайской железной дороге. Вряд ли непосредственно у станции Алтайской - скорее всего севернее, а потом просто двигался вдоль дороги на юг.

Новоалтаец: Н.В. ЕРУШЕВ: "Первое восстание было ночью, нас разбудили (я до этого ночь дежурил). Мы все жили в общежитии на Пушкинской ул. в поповском доме. Нас ночью до захода солнца разбудили и сказали, что восстание. Я колокольного звона не слышал и только помню, что было прекрасное летнее солнце и золотые лучи солнца. Мы выбежали на Конюшенный пер. и побежали в Совет. Там было мало народу. Смотрим, рабочие стали собираться не из города. У нас была ограда и конный обоз. Рабочие стали собираться в здании Совета в кучу. Мы открыли склад Красной гвардии, там было всякое барахло, и мы там наши бомбомет, но без шпингалетов к нему. Тогда мы стали исправлять его своими средствами. Мы нашли болты и исправили бомбомет. Вдруг смотрим, что белогвардейцы нас окружают, они заняли военное училище и гимназию. Помню, что т. Шемелев начинает устраивать баррикады и шкафы таскать. Смотрю, т. Цаплин с телефоном, и тут жена его. А пули свистят. Часть осталась в Совете, а мы – человек 30 – выбежали на пруд. Мы были правофланговые. Я в то время был заместителем военного комиссара, и у нас завязался бой. Я тут не буду подробно описывать. Мы продержались часов до 8 утра. Наши позиции были невыгодные, они нас окружили с реального училища и со стороны гимназии, и наши ребята решили отступать. У нас был лесопильный завод с большим забором, и они стали на закрытую позицию. Я же остался с Курыгиным, смотрю, он ранен. У него была прострелена фуражка и кровь на лбу, он весь был бледный. А наши ребята догадались и под забором стали рыть ямы, и уже нас перетащили. Я стал бежать нагнувшись, тогда пуля ударила меня в левую щеку, и я упал и притворился убитым. Когда ребята меня увидели, они перетащили меня за ноги в канаву. У нас получалась очень хорошая позиция, откуда мы палили. Мы видели, как белогвардейское купечество, студенты и гимназисты под руководством штабс-капитана стреляли с 3-х точек от дома Лесневского. Мы же в ограде создали цепь и продержались до 12 часов. Они боятся напасть, и мы боимся. Патронов у нас было немного, у кого винтовка, у кого граната. Вдруг видим, что двигаются ребята, человек 8, и тащат за собою пулемет. Я помню, что эти ребята из Камня человек 8 или 10 мимо нас прошли. Они остановились, потолковали (мне показалось, что они пришли с пристани, с парохода). Мы согласились, что останемся здесь. Они обсудили это, было небольшое пятиминутное совещание и решено было поставить пулемет по эту сторону пруда. Их было человек 8-10… Теперь их человек 8 или 10 поставили вокруг пруда, и потом у нас уже связь была с Совдепом. Моя жена принесла ведро квасу и патрон принесла через ограду. Мы условились... И у нас флотилии не было. Мы жгли вату и зажигали спичкой. А бомбы у нас были, целый ящик гранат. У нас был условный знак, и когда бомбомет дал первый выстрел, тогда загремел пулемет с другой стороны пруда, и мы открыли пальбу, а те ребята – с той стороны. Мы пошли на ура. Стали рваться бомбы над гимназией и гул был слышен, как землетрясение. Нам было страшно. Думали, что стреляют 12-дюймовые пушки какие-нибудь крепостные. Белогвардейцы побежали. И к 4 часам почту взяли и выгнали. И вот остатки белогвардейцев – кто дома спрятался, кто в подвале, а часть успела побежать к женскому монастырю и там скрывалась. Наутро у нас был отряд мадьяр дуда послан искать. Ну, разве найдешь? По слухам, их прятали монашки. Теперь вопрос такой. Барнаул держался, У нас тут не 4 дня перерыв был. Тов. Ненашев сказал, что восстание было 16-го, а второй раз падение Барнаула было 15 или 16 июня, и тут их разбили. В один вечер смотрим – чехословацкие эшелоны двигаются к мосту, начинают бить по станции и по городу. Нас на горе было человек 50-60. Потом был Пашка Леонов – артиллерист. Мы держали цепь вплоть до деревни Ерестной и против этой деревни Затон - там пароходы зимуют. Там было несколько пароходов в починке. Там рабочий поселок и мастерские. Мы видим под вечер: белогвардейская цепь двигается из заводи по кустам. Мы видим – дело плохо, нас они окружают с тыла. Мы давай палить по ним. Потом подождали – отстрелялись. Потом их цепь стала брать лодки и переправляться. У нас пулемета нет, у кого берданки, у кого – гра, у кого – винтовки, но все-таки мы пошли туда и в упор стали бить. Много было убитых, а там было примерно лодок 5-6. Вечером уже, когда стало темнеть, смотрим, артиллерия сильно бьет. Вышли из лесу белогвардейские части, где прятались. Затем вышли из деревни, где они, наверно, прятались. У нас завязался бой. Стало темнеть. Смотрим: цепь за цепью двигаются по Змеевской улице. Несколько человек струсило. Один спустился в погреб, говорит «живот заболел», отдал винтовку. Смотрим, дело плохо. Мы кинулись к телеграфу. Телеграф не работает с совдепом, который отступил к низу. Тут кержацкая церковь, и мы с Пашкой Леоновым побежали в Совдеп. Там смотрим: двери и окна закрыты, огонь горит, все пусто, только слышим: идет нам старик навстречу и говорит: «Ребята, идите скорее на станцию». И мы пошли и сказали ребятам: «Ребята, двигайтесь скорее на станцию». Последовали просто на Барнаул на пристань у цирка. Пришли на Барнаулку – мост, стоит два мадьяра и чех и ругаются по-матерному: «Вот ваши русские отступники, бросают винтовки, а мы стоим». Нам стало неловко, ну и мы сказали: «Ребята, бегите скорее на станцию». Я вернулся. Когда тов. Ненашев говорил, что первый поехал на переговоры на вокзал тов. Цаплин - верно, ездил тов. Цаплин поговорить с капитаном. Не генерал ли он был? И помню тогда смеялись над Цаплиным. Генерал говорит: «Сдавайте Барнаул, помилуем жизнь», а Цаплин сказал: «Мозолистые руки рабочих не сдадут». Он говорил на букву «о». Потом тот сказал: «Ну, до свидания», Цаплин: «Всего хорошего». И когда его поймали, в тюрьме сидел тов. Цаплин. Тут трусом его изобразили в книге, а он и в тюрьме говорил: «Революция все углубляется». В книге много неверно. То, что говорили тт. Ненашев и Шемелев, это верно. И я к ним присоединяюсь, потому что я знаю всю эту историю. Теперь скажем про эти отряды. Возьмем отряд Сухова. Откуда он взялся? Это кузнецкий рабочий. Я помню, в книге сказано, что в момент боя пришли. Ничего подобного. Мы дежурили, они приехали ночью. Дождь был, тогда вообще тихо было. Это было после первого восстания в Барнауле, пришли к нам и рассказывали. Они были в накидках. Им было трудно ехать, так как был дождик, и они не знают дороги. Я помню, что их было человек 150 или немного меньше. Они приехали ночью, но не тогда, когда был бой". (ГАНО, ф. П-5, оп. 2, д. 916)

Новоалтаец: Е.К. СУРНОВА: "27-го вечером под Черепаново были отправлены все красногвардейцы Барнаула, и их провожали до станции. Я лично тоже провожала. Пели песни. А мы остались для охраны Барнаула и для дежурства. 28-го числа (т. Шемелев это отрицает, но это фактическая правда, я не скажу, что во всем Барнауле, но это было в Бийской церкви) в 3 ч. ночи в церкви звонили. Я не знаю, как она называется, потому что к церкви я никакого отношения не имею, но эта церковь звонила в 3 часа ночи. Тогда была арестована Нина Третьякова, которая ехала на лошади и везла оружие. Ее арестовали на Бийской улице в д. №23, где я жила. Меня арестовали в 4 часа утра. 26 – у нас было собрание, 27-го мы проводили Красную гвардию, а 28-го было восстание. Меня на дворе значительно били, выбили зубы, разорвали на мне всю одежду и на глазах моих детей били. Я думала, что разорвут на клочки. И меня назвали ореховские, что я большевик и доносчик. Там был поручик Векшин, который сказал, чтобы меня не убивали, ибо я могу им пригодиться. Меня поведи на перекресток, и я увидела Н. Третьякову, и я очень обрадовалась, что меня привели к ней. Я помню там Соколова – это матрос. Тут был перекрестный огонь с одного двора в другой, пули свистели. Здесь был также арестованный дядя Вася. Его и ругали и били. Когда нас вели с почты, то сказали, что убили Третьякова Аркадия, Ильина Федю и Решетникова, которых прикончили под горой. А на самом деле убили Третьякова, а остальные благополучно добрались до Совдепа. Вся окраина была занята белогвардейцами и эсерами. Из реального училища шла перестрелка, на Совдеп. Мы знали, что Совдеп отбивался. Мы сидели до 3 час. дня, и нас освободил Байков с пулеметом и отряд мадьяр, в котором было 300 чел. Я не была в том отряде, но что Байков с пулеметом освободил почту и меня – я помню. Когда мы шли, мы смотрим, что вся наша Красная гвардия занимает все улицы. И на Бийской ул. был убит полковник. Наших жертв было человек 12. Третьяков был первой жертвой. Мне не пришлось хоронить Третьякова. Когда я оправилась, мы пошли в Совдеп. Я дежурила с винтовкой в руках на Алтайской улице с Поповым, который был вместе со мною потом арестован и в тюрьму посажен. Мною руководил Федя Ильиных. Перед отступлением много женщин, жен красногвардейцев, все положительно – Цаплина и Цаплин, везде разъезжали по всем улицам и руководили и караулами и снабжением. Везде роль играл Цаплин. Без него не было никакого события. Потом мы вместе с Цаплиной были арестованы и вместе в тюрьме сидели, и вместе все время работали". (ГАНО, ф. П-5, оп. 2, д. 916)

Новоалтаец: Луговчанин пишет: Два озера и болото вплотную подходят к железнодорожной линии , один километр от моста . Уважаемый Луговчанин, подскажите, пожалуйста, какое из этих озер называется "Камышовым озером"? Это название употребляет в своих воспоминаниях И.К. Ненашев, когда описывает отступление красногвардейцев и мадьяр после боя на Чумыше 9-10 июня: "Мы, оставшись в количестве 100 человек, отправились часов в 4-5 утра по двум направлениям; мы ожидали, когда противник стянется к линии, и мы отправились на перерез их цепи, стараясь больше зайти в глубь их. Мы прошли беспрепятственно. Они, правда, нас обстреляли через Камышовое озеро. Они обстреляли нас, а часть мадьяр пошла другой стороной, низовьем реки, и пришла в Барнаул, а мы пришли верховьем. Противник уже был на Алтайской, а мы прошли верховьем выше Алтайской и переправились на тот берег".

Oigen Pl: Из редакционной почты газеты "Голос труда" в 2008 году: Еще раз о Колчаке Я хотел бы рассказать об удивительном совпадении данных о черных делах самозванного правителя Сибири Колчака. Я был призван на службу в Советскую Армию в марте 1950 года. Нас временно разместили в казармах в Барнауле в районе нынешнего Нового рынка около ДК Меланжевого комбината. Чтобы занять нас, новобранцев, чем-то послали ремонтировать стрельбище в парке Меланжевого комбината, в северо-западной его части. Я обратил внимание на небольшой холмик обнесенный железной оградкой, спросил у сторожа: - Что это? Он объяснил, что это колчаковцы здесь расстреляли и закопали австрийских военнопленных, которые в 1917 году встали в Барнауле на сторону революции. После прохождения курса молодого бойца и принятия присяги в г. Бердске Новосибирской области нас направили для дальнейшего прохождения службы в Австрию, в город Винер-Нейштадт - в прославленную гвардейскую авиационно-истребительную дивизию, которой командовал А.И. Покрышкин. Я был назначен заведующим продскладом, который обслуживал один из полков дивизии. По долгу службы часто встречался с австрийскими гражданами, в том числе с одним из работников холодильника, где мы арендовали камеру для хранения скоропортящихся продуктов. Как-то он спросил меня, окуда я родом. Я ответил - из Барнаула. Он сказал, что был в плену как раз в Барнауле и объяснил, что недалеко от железно-дорожного моста было кладбище, где похоронены расстрелянные колчаковцами австрийские военнопленные, ставшие бойцами-интернационалистами. - Сохранилась ли эта могила? - Сохранилась, я ее лично сам видел не так давно, - ответил я. Сейчас по прошествию многих лет я эту могилу воинов-интернационалистов в Барнауле уже не нашел. Чтобы я теперь мог ответить тому старому австрийцу или родственникам расстрелянных пленных? Что сейчас в наших СМИ раздувают мифы о "геройских" дела Колчака и его сторонников? Но и сейчас еще во многих селах Алтая могут показать могилы-памятники погибших партизан и просто невинных жертв колчаковцев. Например, у нас на станции Повалиха есть памятник матросу Тарасову. Его убили в вагоне и выбросили на ходу, жители подобрали труп, похоронили, одна из улиц села и сейчас носит имя Тарасова. Мы - люди старшего поколения еще застали в живых очевидцев злодеяний колчаковцев, против которых поднялись больше 50-ти тысяч наших земляков. Правильно говорят: "Кто извращает историю, тот не уважает себя и свою Родину". Ветеран КПРФ, труженик тыла, член Совета ветеранов села Боровиха Первомайского района, секретарь первичного отделения КПРФ Алексей Иванович Волосюк

Луговчанин: Уважаемый Новоалтаец это место знаю. Белые выстроились в линию. Сначало идет Наумовский Колчаковский лог, затем промежуток до ж.д. линии 1км, там прошли остатки венгров. Затем начинается Луговской Красный яр, там окопы. Далее через 350м. окопы возле камышового озера 17м. Далее промежуток до Выползово, там и прошли они. Село Луговое и Красный яр разделяет камышовое озеро, которое вплотную подходит к ж.д. дороге. Это 400м. от ж.д. остановки на юг, или 3км. от моста. Озеро в 1960г. осушили. Есть фото этих окоп.

Новоалтаец: Луговчанин пишет: Село Луговое и Красный яр разделяет камышовое озеро, которое вплотную подходит к ж.д. дороге. Это 400м. от ж.д. остановки на юг, или 3км. от моста. Озеро в 1960г. осушили. Пытался разобраться по снимку из космоса, но так толком и не смог понять, где находилось это озеро. Предполагаю, что оно подходило к ж/д дороге примерно там, где нарисована стрелка, правильно? Или я ошибаюсь? И насколько это озеро было большое? Далее промежуток до Выползово, там и прошли они. Т.е. получается, они прошли между Луговым и Выползово? затем промежуток до ж.д. линии 1км, там прошли остатки венгров. А я из материала И.К. Ненашева предположил, что мадьяры вообще пошли вниз по Чумышу, а потом сделали крюк и в итоге вышли к Барнаулу с севера (возможно, через Повалиху). И еще вопрос: Вы, случайно, не знаете, с какой стороны от железной дороги белые и чехи зашли во фланг оборонявшим мост красным - с западной или с восточной?

Луговчанин: Луговской Красный яр окопы белых июнь 1918г. и декабрь 1919г. Окопы возле Камышового озера июнь 1918г. Где стоит вопросительный знак это Красный яр, на краю Красного яра окопы. Налево 350м окопы Камышового озера. 1- окопы 2- Камышовые окопы, из который обстреляли на 5-ю указанную точку. 3- само озеро, раньше там было очень много камыша. Оно не глубокое. Сейчас осушили и нет камыша. 4- стрелка- направление движения красных. Где прошли венгры конкретно не знаю. По моему предположению, белые наносили удар по железнодорожному мосту с левой стороны и прямо по железной дороге. 6- место расстрела пленных красноармейцев 7- железнодорожная казарма №2 8- железнодорожная казарма №1

Oigen Pl: Луговчанин пишет: 6- место расстрела пленных красноармейцев Сколько их было известно?

Новоалтаец: Большое спасибо за схему, а также за фото! Теперь все встало на свои места. 3- само озеро, раньше там было очень много камыша. Оно не глубокое. Сейчас осушили и нет камыша. Выходит, на месте озера за это время успели такие большие деревья вырасти? То-то я понять не мог, где оно находилось... А Вы не подскажете, не было ли там раньше мостика, примерно в том месте, где озеро вплотную подходило к ж/д? В некоторых воспоминаниях упоминается, что рядом с казармой, которую атаковали красные, был какой-то мостик: "Как только начало светать, мы увидели, что залегли как раз против разъездной будки и небольшого мостика, шагах в 1000 по насыпи был поставлен пулемет, и насыпь была вся изрыта". (ГАНО, ф. 5, оп. 2, д. 802) Я не могу понять, что это был за "мостик", где он находился, проходила ли по нему железная дорога или он просто располагался рядом. И еще вопрос: от Кашкарагаихи чехи и белые вышли на ж/д путь у казармы №2 или ближе к Среднесибирской? Я встречал данные, что они вышли аж в том месте, где сейчас Среднесибирская, а потом стали продвигаться по ж/д в сторону Чумыша, но не знаю, насколько это верно.

Луговчанин: Про 6 точку читать в разделе памятники красным стр 5 сообщение 8. Мостик этот знаю с 67г по 90г. Сейчас этого моста нет. Он пешеходный через ручей между казармой 1 и с. Луговое. Расстояние между казармой 1,2, 1км.

Новоалтаец: Луговчанин пишет: Он пешеходный через ручей между казармой 1 и с. Луговое. Так ведь в то время там находилось озеро - где же там мог быть мостик? К тому же автор приведенных воспоминаний двигался к казарме по западную сторону от ж/д дороги (бийчане шли восточнее, барнаульцы - западнее). Стало быть, и мостик должен бы быть где-то слева от путей (если смотреть на снимок из космоса). А я сначала вообще думал, что там железная дорога по мостику проходила...

Луговчанин: Где точка 8 под куполом видать белое пятно это железнодорожная казарма 1 . На букву ф (фотографию) был пешеходный мост там видать ручей. Воспоминание идет о другой казарме это ст. Озёрки. А этот ж.д. мост через речку Кашкарагаиха тогда всё совпадает.

Новоалтаец: А разве на Озерках белые тоже окапывались?

Луговчанин: Не знаю, наверно нет. Это, по всей видимости, они рассказывают, как они прошли дальше по реке Кашкарагаиха низом и верхом по разные стороны ж.д. линии.

ГончаровЮ.И.: Обнаружены подлинные документы( в основном рукописные) 1918г. о событиях конца мая -июня 1918г. в Барнауле, в т.ч: 1.Рапорт ж.д.чиновника С.Трусевича о событиях 10-15 июня 1918г. 2.Заявление матери расстрелянного красногвардейца 3.рапорт капитана Васильева нач.гарнизона п-ку Полякову о расследовании случаев расстрелов 10-15 июня 1918г. и другие. Причем удивительно, что я был их первым читателем! Документы скопирую и опубликую.

ГончаровЮ.И.:

Новоалтаец: ГончаровЮ.И. пишет: 1.Рапорт ж.д.чиновника С.Трусевича о событиях 10-15 июня 1918г.

barnaulets: ГончаровЮ.И. пишет: Обнаружены подлинные документы( в основном рукописные) 1918г. о событиях конца мая -июня 1918г. в Барнауле, в т.ч: Отличная новость! Это ГААК? Какой фонд, если не секрет?

ГончаровЮ.И.: ГААК, ф.141.Барнаульский окружной суд.

ГончаровЮ.И.: Ниже заявление з/к с просьбой воевать за Советскую Власть.Уж не знаю поверили ли им большевики.

ГончаровЮ.И.: К вопросу о формировании Красной Армии в Барнауле. Тюрьму возглавлял Андрей Елькин .Вряд ли он путал штаб Красной Гвардии и штаб Красной Армии.Теперь надо найти документы этого штаба.

Новоалтаец: Как хорошо они были информированы в тюрьме!

Новоалтаец: Луговчанин пишет: Луговской Красный яр окопы белых июнь 1918г. и декабрь 1919г. Недавно проезжал мимо на электричке, там все перепахано. Получается, сейчас этих окопов уже нет?

Луговчанин: Окопы есть на краю Красного Яра. Смотреть фотографию выше. У меня есть фотография Барнаульцев.

Новоалтаец: Луговчанин пишет: Окопы есть на краю Красного Яра. Я имел в виду те окопы, которые возле ж/д линии. В том месте вроде бы все трактором перепахали (так мне показалось, хотя я могу ошибаться). Луговчанин пишет: У меня есть фотография Барнаульцев. Каких барнаульцев?

Луговчанин: Рабочие Главных мастерских, участники боев за Советскую власть на Алтае. Предположительно, участники Черепановского боя и обороны железнодорожного моста Усть-Тальменка, возглавляемые председателем совета главных железнодорожных мастерских Михаилом Амвросиевичем Фоминым. Рабочие сделали бронепоезд, на котором из Барнаула выехал отряд Красной армии. Командир Красногвардейского отряда Плетнев Василий Иванович, возглавлявший отряд из села Шебалино. Плетнев руководил обороной моста через реку Чумыш.

белый: Луговчанин пишет: Окопы есть на краю Красного Яра. Смотреть фотографию выше. У меня есть фотография Барнаульцев. Вокруг нашего села таких "окопов" понакопано, что фотографировать - не перефотографировать. Видимо это всего лишь так называемая "поскотина"-край деревни, чтобы скотина без привязи не смогла далеко уйти.

Новоалтаец: Луговчанин пишет: Предположительно, участники Черепановского боя и обороны железнодорожного моста Усть-Тальменка, возглавляемые председателем совета главных железнодорожных мастерских Михаилом Амвросиевичем Фоминым. Мне кажется, это участники 1-й Барнаульской маршевой роты, отправленной на борьбу с Семеновым. белый пишет: Видимо это всего лишь так называемая "поскотина"-край деревни, чтобы скотина без привязи не смогла далеко уйти. Но ведь, если я правильно понял, там гильзы находили - значит, все-таки окопы.

Луговчанин: Есть воспоминания местного жителя Манакова. Белые его забрали с телегой и уехали в Бийск. В детстве ребятишки находили в окопах патроны. Нанаков Е , Гудков М .

Oigen Pl: Встретил вот такой абзац - см. на стр. 102 в издании "Гражданская война на Востоке России: новые подходы, открытия, находки", Посев, 2003: "Многие из участников Барнаульского восстания впоследствии принимали активное участие в боях с Красной армией, Сибирском Ледяном походе. Некоторые из них, как, например, капитаны (впоследствии - полковники) А.И. Камбалин и А.Ю. Шиковский". Там же (см. следующую страницу) о Шиковском есть и такая подробность, что в Барнауле продолжали жить его родные: "...удалось установить, что в 50-е гг. был жив младший брат Августа Юльевича. Он благополучно избежал репрессий, проработав всю жизнь токарем на предприятиях Барнаула." Что-то не нашел подробностей об этом офицере на Форуме - через функцию "Поиск". Хотя они есть - см. пост от 17.12.08 11:15. Заголовок: ВОССТАНИЕ В БАРНАУЛЕ.. ВОССТАНИЕ В БАРНАУЛЕ 11 ИЮНЯ 1918 г. Андрей КРАСНОЩЕКОВ Алтай, №5 (сентябрь-октябрь), 2003, стр. 163-169 http://siberia.forum24.ru/?1-2-0-00000010-000-60-0 У Волкова в энциклопедии: "Шиковский Август Юльевич, р. 1891 на хут. Гоноровка Волынской губ. Из дворян. Житомирская гимназия 1909, Чугуевское военное училище 1914. Капитан, командир «батальона смерти» 1-й гренадерской дивизии. В белых войсках Восточного фронта: с лета 1918 комендант ст. Барнаул, затем помощник командира Барнаульского запасного полка, с окт. по дек. 1918 командир 7-го Сибирского кадрового полка. Подполковник. Окончил курсы академии Генштаба (апр. 1919)..."

barnaulets: Шиковский (Чихоцкий) Август Юльевич Род. в 1891 г. на хуторе Гоноровка Волынской губернии (по др. данным, в Варшавской губернии), из дворян. Поляк, лютеранского вероисповедания. Окончил 1-ю Житомирскую гимназию. В 1909 г. поступил на военную службу вольноопределяющимся в 20-й пех. Галицкий полк. В 1912 г. поступил в Чугуевское военное училище, из которого выпущен в 1914 г. подпоручиком в 1-й лейб-гренадерский Екатеринославский полк. В Первую мировую войну младший офицер, командир роты, начальник учебной команды (после ранения), командир батальона в 1-м лейб-гренадер. Екатеринославском полку. Капитан. 19.05.1915 г был ранен в бою у г. Стрый, 08.10.1915 г. контужен. С 01.05.1917 по 18.01.1918 г. командовал «батальоном смерти» 1-й гренадерской дивизии. Награжден орденами Св. Владимира 4-й ст. с мечами и бантом, Са. Анны 4-й, 3-й и 2-й ст., Св. Станислава 3-й и 2-й ст. После демобилизации из армии проживал в Барнауле. Состоял в барнаульской подпольной военной организации, принимал участие в восстании 11.06.1918 г. После свержения советской власти назначен комендантом станции Барнаул (с 18.06 по 20.08.1918 г.), затем с 20.08 по 03.10.1918 г. – помощник командира Барнаульского запасного (3-го Барнаульского Сибирского стрелкового кадрового) полка . С 03.10.1918 г. по 04.01.1919 г. командир 7-го Кузнецкого Сибирского стрелкового кадрового полка. Приказом адм. А. В. Колчака от 18.01.1919 г произведен в подполковники (со старш-вом с 30.06.1917 г.). Обучался на курсах 4-й очереди Академии Генерального штаба, с которых был отчислен по собственному желанию, не окончив курса. С 17.04.1919 г. командовал 43-м Верхнеуральским стрелковым полком. За боевое отличие 22.06.1919 г. произведен в полковники. 23.06.1919 г. был ранен. С августа 1919 г. командовал 41 м Уральским стрелковым полком. 11.09.1919 г. тяжело ранен, отправлен для лечения в тыл (в Барнаул ?). Был эвакуирован в Харбин (11.02.1920 г.). С 01.05.1920 г. по 01.03.1921 г. состоял бухгалтером и штаб-офицером для поручений в Управлении представителя начальника снабжения Дальневосточной армии в г. Харбине. Одновременно с 01.05.1920 г. по 15.11.1925 г. заведующий приютом инвалидов в Харбине. С 15.09.1924 г. по 01.03.1931 г. работал счетоводом на КВЖД, в Харбине и Цицикаре. Перешел в китайское подданство. С октября 1931 г. работал в Харбине представителем чайной фирмы «Караван». Активного участия в политической жизни эмиграции не принимал. С 1935 г. состоял на службе в 3-м (административном) отделе БРЭМ, занимая должности начальника паспортного стола, конторщика, заведующего административно-трудовой частью (с 1944 г.). В 1945 г. арестован контрразведкой «Смерш» и этапирован в СССР. Отправлен в Востураллаг, где по приговору Особого совещания при МГБ СССР получил 10 лет исправительно-трудовых лагерей. Дальнейшая судьба неизвестна. Есть фото (выставлю чуть позже).

barnaulets: Про брата (совпадает фамилия и отчество - достаточно редкое) - он мне попался случайно в чьем-то следственном деле (сейчас уже не помню, каком), в материалах, относящихся к его пересмотру и реабилитации. Достаточно давно, когда такие дела выдавались относительно свободно. Он проходил как свидетель. На момент дачи показаний, в 1956 г. работал сторожем на моторном заводе. Участником гражданской войны не мог быть по возрасту - он значительно младше А.Ю Шиковского и был тогда еще подростком.

barnaulets: Фото Шиковского 1935 г. (ГАХК. Ф. Р-830. Оп. 3. Д. 54027. Л.1)

barnaulets: barnaulets пишет: 11.09.1919 г. тяжело ранен, отправлен для лечения в тыл (в Барнаул ?). Судя по списку офицеров, размещенному Ю.И. Гончаровым в теме про 3-й Барнаульский полк, он действительно находился после ранения в Барнауле, откуда, видимо, и эвакуировался далее на восток, ранее отступления из города 3-го Барнаульского полка.

Луговчанин: Летом 1918г. Мы на двух телегах отправились из села Наумово за дровами в сторону Кашкарагаихи. На одной телеге был я с пятилетним сыном, на другой рыжий дед Осип. На нас в лесу напали двадцать белогвардейцев, стали меня пытать, чтобы рассказал, где есть брод через реку Чумыш. Угрожали мне, если не скажу, то моего сына сделают инвалидом, просил их о пощаде. Тогда они стали тыкать деда винтовками, которые, по их словам, были полные свинца. ОТ безысходности дед сказал, что покажет брод и привел их к реке. Пока они осматривали местность, он быстро бросился вниз и переплыл в село Старо-Перуново. По деду стрелять не стали, побоялись, чтобы не услышали красные и чтобы их не обнаружили. Через день полк белых переправился и остановился у нас в логу. Затем они зашли с тыла и разбили красногвардейцев, которые были у моста. На следующий день ко мне в дом приполз весь израненный матрос балтиец. Чтобы его не нашли, поселил за огородом в яме с крапивой. Через месяц белые расстреляли пленных в наумовской ж.д. казарме. Их было девять человек. Среди них был другой матрос балтиец. Матроса лечил и ухаживал за ним. Едва встав маленько на ноги, он ушел, меня не послушал. Был он сильно идейный, верил в победу и рвался в бой. В декабре 1919г. белые были разбиты в Тальменке и отступали через село Наумово в Кузнецкий уезд. После себя много муки, фуража разбросали по снегу, чтобы не досталось красным. Воспоминания в семье передавались устно. Со временем имя матроса было забыто или из-за скромности матрос не назвал свое имя.

Новоалтаец: Это чьи воспоминания?

Луговчанин: Рассказал воспоминание о своем прадедушке Зинкин Владимир Никитич. Его продедушка жил в с. Наумова, а пяти лет мальчик был его отцом.

Новоалтаец: Спасибо!

ГончаровЮ.И.: Подлинный документ из 1918г. Тогда участникам восстания с 10 на 11 июня 1918г. ничего придумывать было не надо.Они и не придумывали. В апреле 1923г. эти документы оказались в Алтайском ГО ГПУ .В результате некоторые из тех что говорили в 1918г. правду-оказались в Барнаульском овраге.

Oigen Pl: Коллеги, а есть данные о дате рождения Малюкова Н.Д.? Повсеместно указана только дата смерти.

Новоалтаец: В огне классовых битв (Воспоминания бывшего красногвардейца и партизана т. Панина) 1918 год. В ночь на 26 мая золотопогонникам и кулачеству вместе с чехами удалось взять советский Новосибирск. Пролетариат Барнаула, под руководством коммунистов, организовался в вооруженные отряды. Несколько таких отрядов было отправлено против беляков. Однако до Новосибирска отряды дойти не могли. Под ст. Черепаново красногвардейские отряды барнаульских пролетариев вступили в неравный бой с вооруженными до зубов белогвардейскими полчищами. Завязался бой. Малочисленным и плохо вооруженным красногвардейским отрядам пришлось отступить к Барнаулу. Фронт приближался к Барнаулу. 9 июня поступило извещение о том, что каменский красногвардейский отряд движется по направлению Камень – Барнаул на соединение с нами. Я и три красногвардейца – Грибов, Молчанов, Уражнцев – поехали их встречать и десятого встретили их в селе Шахи. Их было 37 человек. Рано утром 11 июня с каменским отрядом мы выступили в Барнаул. Километрах в двадцати от Барнаула нам стали встречаться выехавшие из города крестьяне. – В городе бой... Город оцепили белые... Мы едва вырвались... Вот все, что мы сумели узнать от них. Этого было мало. Тогда мы решили послать свою разведку. – Совдеп держится, – сообщил разведчик. – Город обложен беляками с трех сторон, восставшими местными купцами, лавочниками, чиновниками. Восстание это было организовано штабс-капитаном Ракиным в ночь на 11 июня. Мы прекрасно знали расположение города и не сомневались, что мы в него войдем с одной из четырех сторон. Мы шли в глубоком молчании, ожидая каждую минуту встретиться лицом к лицу с противником. Нервы у каждого были натянуты до последней степени. Так мы вступили в город, после двух перестрелок с белыми, которые отступили и заняли почту. В совдепе нас встретил тов. Цаплин. Выслушав мое сообщение о происшедшем, приказал: – Выбить из почты белобандитов. Отряд каменцев должен был пойти на помощь нашим отрядам. Почту осаждал отряд красногвардейцев-кольчугинцев и железнодорожников. Мы немедленно двинулись туда. Соединившись, мы вместе повели наступление. В то же время красногвардейцы с лесопильного завода и строители выбивали белогвардейцев из реального училища и мужской гимназии. Через час почта была освобождена от беляков. Фронт белых все ближе и ближе подвигался к Барнаулу. Отряды красногвардейцев в 3000 штыков стали перестраиваться на ротные деления. В помещении станции состоялось собрание, на котором был избран командующим красногвардейскими частями тов. Сухов. 14 июня, в четыре часа вечера, со стороны железнодорожного моста и от Сухого лога почти одновременно раздались орудийные выстрелы. Это был сигнал. Белые начали наступление. Особенно большие силы белых были сосредоточены на участке железнодорожной станции с целью помешать красным отступить из города. Белые вели наступление через Павловский тракт на кирпичный завод. Красногвардейские части прикрывали посадку в вагоны пулеметным огнем. В семь часов вечера по цепи была передана команда: – Встать! Бегом! Ура! Цепь поднялась. Крики «ура», пулеметная и ружейная стрельба – все смешалось. На кирпичном заводе красные столкнулись с беляками лицом к лицу. Здесь уже совсем ничего нельзя было разобрать. Действовал кто как мог: кто стрелял, кто бил штыком, кто прикладом, кто прямо кирпичом. В плен ни те, ни другие не брали. Враг не выдержал и в беспорядке бросился бежать, оставляя раненых, винтовки, шанцевый инструмент, обмундирование. Очистив кирпичный завод, наша рота развернулась в цепь вдоль Павловского тракта. Выкопали окопы. Засели. Приготовились к наступлению белых. Но враг молчал. Ночь прошла спокойно. Утром 15 июня мы сели в вагоны бронированных поездов, а в 5 часов вечера уже были на ст. Алейская. («Красный Алтай» № 212, 7 ноября 1934 г.)

Oigen Pl: Новоалтаец пишет: Вражеский десант отплыл вниз по реке и высадился г. деревне Гоньба (20 км сев.-зап. Барнаула). Среди первых памятников, установленных в Алтайском крае в 1957 году, был и памятник в с. Гоньба: "В Западной Сибири в 1957 г. сооружены памятники со скульптурными группами или мемориальные доски и установлены в местах массовых казней и расстрелов борцов за Советскую власть на Алтае; над обрывом Оби и в березовой роще Народного кладбища в Барнауле, где в 1918 г. проводились расправы белогвардейцев над подпольщиками, советскими работниками, красногвардейцами; на железнодорожном разъезде 18 — на месте расстрела белогвардейцами подпольщиков, рабочих-железнодорожников, борцов за власть Советов; в с. Гоньба, где были учинены расправы белогвардейцев над красными мадьярами; в с. Чистюнька на братской могиле 70 партизан, участников восстания в Зиминском и Чистюньке против Колчака в августе 1919 г.; установлен памятник со скульптурной группой героям мартовского восстания 1919 г. в Кольчугино,в Кузбассе" (на стр. 92 в сборнике "Вопросы истории социального и экономического развития Советской Сибири", изд-во Томского университета, 1986).

Новоалтаец: К годовщине освобождения Барнаула. Находящиеся в Барнауле члены бывшей военной организации, участвовавшие в свержении большевизма, в памятную годовщину освобождения Барнаула послали нижеследующие телеграммы: Барнаул, генералу Биснеку, копия управляющему губернией и капитану Ракину. В историческо великий день освобождения Барнаула от большевизма мы, частичка оставшихся временно в тылу членов временной тайной военной барнаульской организации, участвовавших в свержении большевизма и забытых через год теми, за кого положили жизнь многие члены нашей организации, чтим этот день тесным единением и дружеским обедом. Приветствуем Вас, Ваше Превосходительство, как нашего представителя и поднимаем бокал за Ваше здоровье. 15-6 – 19 г. Штабс-капитан Черных, штабс-капитан Далингер, Строкан, Миськов, корнет Гайдуков, подпоручик Турищев, Усов и т.д. Командиру 3-го барнаульского сибирского стрелкового полка. Тесно собравшись, участники и бойцы бывшей военной организации Временного Сибирского правительства города Барнаула шлем лихим передовым бойцам сердечный привет, поздравление и пожелание полной победы над врагом Родины – большевизмом. 15-6 – 19 г. Штабс-капитан Далингер, штабс-капитан Черных, Строкан, корнет Гайдуков, подпоручик Турищев, Миськов и т.д. («Речь Алтая», N3, 18 июня 1919 г.)

белый: Новоалтаец пишет: Кирпичные сараи были очищены от врагов. Кирпичные сараи. 1. Ворсина Ивана Федорова, по Павловской дорогѣ, въ 2-хъ верстахъ отъ города 2. Кульмаметьева Веніамина Назирова, тамъ же. 3. Климова Петра Гаврилова, тамъ же.



полная версия страницы