Форум » Общественная жизнь Сибири, города и веси » Сибирская пресса » Ответить

Сибирская пресса

мир: Решил завести эту тему, довольно широкую. Но в общем, пойдет и про то, что в этой прессе пишется. Вот, например, попалась такая статья: [quote]"Резолюция петроградских рабочих" Напечатана в крупной омской газете весной 19-го года. "Резолюция петроградских рабочих Прибывшими из Советской России доставлена редакции «Дальний Восток» следующая резолюция конференции уполномоченных от всех фабрик и заводов Петрограда. На конференции участвовали 83 делегата без различия партий. «Рабочие оказали поддержку новой власти, объявившей себя правительством рабочих и крестьян, обещавшей творить нашу волю и блюсти наши интересы. На службу ей стали все наши организации, за нее пролита кровь наших сыновей и братьев: мы терпеливо переносили нужду и голод; нашим именем сурово расправляли со всеми, на кого новая власть указывала, как на врагов, и мы мирились с урезыванием нашей свободы и наших прав во имя веры в пролетарских характер новой власти, во имя надежды на данные ею обещания. Но мы видим нашу веру жестоко посрамленной, наши надежды грубо растоптанными. Новая власть называет себя советской и рабоче-крестьянской, а на деле всякая попытка рабочих выразить свою волю в советах, путем перевыборов, пресекается, и не раз уже петроградские рабочие слышали угрозы пулеметами, испытали расстрелы своих собраний и своих манифестаций. Нам обещали немедленный мир, демократический мир, заключенный народами через головы их правительств. А на самом деле нам дали постыдную капитуляцию перед германскими капиталистами. Нам дали мир, наносящий сильнейший удар всему рабочему интернационалу и поражающий на смерть русское рабочее движение. Нам дали мир, закрепляющий распад России и делающий ее добычею иностранного капитала, мир, разрушающий нашу промышленность и позорно предающий интересы всех народностей, доверившихся русской революции. Нам обещали хлеб. А на деле дали небывалый голод. Нам дали гражданскую войну, опустошающую страну и вконец разрушающую ее хозяйство. Под видом социализма нам дали расхищение народного достояния и накопленных капиталов людьми с ненасытным аппетитом. Нам дали царство взяточничества и спекуляции, принявших неслыханные размеры. Нас поставили перед ужасами длительной безработицы, лишив нас способов действительной борьбы с нею. Профессиональные союзы разрушены. Заводские комитеты не могут нас защитить. Городская дума разогнана. Кооперативам ставят помехи. Мы дошли до позора бессудных расстрелов, до кровавого ужаса смертных казней, совершенных людьми, которые являются одновременно и доносчиками, и сыщиками, и обвинителями, и судьями, и палачами. Так вот во имя чего разогнано Всенародное Учредительное Собрание, за которое погибли на виселицах, на каторгах, в тюрьмах и ссылке наши лучшие люди, за которое десятилетиями боролись мы и наши отцы. Советы для нужд рабочее-крестьянского правительства стали дипломатическими канцеляриями, министерствами, судебными палатами, полицейскими управлениями, но они перестали быть политическими представителями пролетариата. Казеные люди в Совете окопались, объявили недопустимыми какие бы то ни было выборы, не уходят, когда им выражают недоверие, и правят рабочими по образцам самодержавия. На улицах и в домах днем и ночью, ежедневно происходят убийства. Убивают не только грабителей и не только грабители, а и ответственные агенты советской власти. Убивают под видом борьбы с контрреволюцией, убивают не врагов народа, а часто мирных жителей, рабочих, крестьян, студентов, солдат, убивают без суда и следствия, рассчитано и хладнокровно. Убивают нашим именем, именем революционного пролетариата. Мы, представители рабочего класса, пред лицом всей России заявляем, что эти убийства позорят честь революции, демократии и социализма. Мы с отвращением и негодованием отметаем от себя ответственность за кровавые дела, что пятнают наше социалистическое знамя. Мы призываем всех честных людей присоединиться к нашему возмущению и протесту и требуем открытого суда над всеми зверствами и убийствами». Эта резолюция принята единогласно". Отечественные ведомости (Омск). №77, 11 апреля 1919.[/quote] Вот сижу, думаю, правда или ловкая подделка?

Ответов - 20

Сибирецъ: мир пишет: Вот сижу, думаю, правда или ловкая подделка? думаю, ижевцы и воткинцы легко ответили бы на этот вопрос

мир: думаю, ижевцы и воткинцы легко ответили бы на этот вопрос Думаю, ижевцы и воткинцы пример некорректный. Ибо я, смотря на источники, решил для себя, что до 1919 г. никаких страшных зверств на территории Удмуртии особо не было. Да, большевики разогнали враждебный им Совет (что не удивительно, учитывая, что он открыто выражал симпатии КОМУЧу), да, он реквизировал хлеб (а кто не реквизировал?) и даже расстрелял нескольких человек. Но основные безобразия связаны с деятельностью дружин эсеров-максималистов, которые даже подняли мятеж против большевиков - но потом более-менее помирились. В общем, масштаб расправ по тем временам просто смешной. Даже когда началось восстание, большевики ещё надеялись на урегулирование конфликта. И это когда у них самих-то д городе человек 20 вооруженных осталось, и надо было драпать вовсю! Ну, а что сделали повстанцы с большевиками и максималистами после мятежа - об этом хорошо Чураков написал. Впечатляет. А здесь в газете совсем другое дело. И про безработицу упомянули, и про то, что Думу разогнали, и про германских капиталистов (ага, апрель 1919 года) - в общем, про все, про что можно. И источник мутный, и стиль довольно... публицистический, точь-в-точь как для газеты, а не для резолюции. Слишком много моментов, которые смущают.

Сибирецъ: Что могут сказать ижевцы и воткинцы, есть в мемуарах. А по поводу данной газетной публикации, думается, что это работа Осведверха. но это ИМХО Сомневаюсь, чтобы ЧК в Питере допустила бы такую конференцию да еще и с такой резолюцией

мир: Сибирецъ пишет: Что могут сказать ижевцы и воткинцы, есть в мемуарах. Читал. Разное читал. В большинстве своём мемуаристы любят пересказывать про страшные большевистские зверства, но очень редко приводят конкретные факты, предпочитая говорить общие слова. Это касается даже крупных фигур восстания, что уж говорить об остальных. Да и документы на этот счет читали. Интересного много и приходишь к осознанию, что это восстание вовсе не так однозначно, как кажется. А по поводу данной газетной публикации, думается, что это работа Осведверха. но это ИМХО Внимательно ещё раз прочитав публикацию, решил, что да, похоже на то.

Сибирецъ: в тему.

мир: Я так думаю, это все-таки советская пресса, а не сибирская... Впрочем, ладно.

мир: Сибирецъ пишет: Извините меня пожалуйста, я опять забыл с Вами посоветоваться...Впредь учту. Спасибо. что милостиво разрешили оставить сей скан. Пресса самая что ни на есть сибирская. Только советской Сибири. Просто когда я делал ветку, думал, что здесь будет пресса именно белой Сибири. А вы поставили прессу "красной" Сибири. Вот и все.

мир: Ну, раз уж так получилось, будем обе ставить.

мир:

Штабс-капитан: Мир, это Красраб? А какой номер?

мир: Не знаю.

Елисеенко Алексей: Мир, источник то какой?

мир: Совершенно случайно нашел здесь: http://poltora-bobra.livejournal.com/112742.html

Migail:

Migail: Добрый день, господа. Это газета "Дело революции" (Новониколаевск) 17 июля 1920 года.

мир: http://zamorin.livejournal.com/32594.html По ссылке можно прочесть выдержки из экземпляра "Сибирского листка", хранящегося в библиотеке Тобольского историко-архитектурного музея-заповедника. В газете запечатлены события события 1917-19 гг. Приводятся выдержки. Мне лично особенно понравились два фрагмента: №36 (8апр.). С.2. Нам доставлен №1 журнала «Ахдус», как сказано на обложке, «Орган еврейской молодежи». Мы уже имели не раз случай говорить об ошибочности «обособления» евреев у нас в Сибири, где до сих пор не было юдофобства, где к евреям относились просто как к людям, в зависимости от их личных качеств. Это была хорошая сторона еврейского вопроса в Сибири — «еврейского вопроса» здесь, в Сибири, не было, и создавать его — большая политическая ошибка. А если кружку «Ахдуса» не по сердцу ассимиляция еврейской интеллигенции, то ему остается использовать возможность осуществления свободного еврейского государства в Палестине, а не создавать почву для зарождения в Сибири юдофобства со всеми его возможными печальными последствиями. Как в анекдоте... "Антисемитизма у нас нет. А если ты думаешь, что есть, вали в Палестину, жид пархатый!" Мая 19-го. Сегодня праздник, обысков не делали. Захотел прокатиться за город, извозчик заломил 25 руб., а товарищ говорит: «Дурак ты, кто же ездит из нас за деньги? Пойдем, я тебя устрою». Приходим во двор, должно быть, купеческого дома, стоит очень хороший экипаж и лошадь вороная — картинка! На крыльце хозяин, товарищ к нему: «Нужна нам лошадь на целый день, подать в штаб Красной армии!». — «Не намерен!» — «Ах, вот как, а этого не хочешь?» - Сейчас ему револьвер к носу. Испугался, убежал. Взяли лошадь, товарищ хохочет, а мне неловко — еще не совсем пропала совесть! Посадил Катьку, горничную, катались в деревню, вечером вернулся, отправил лошадь хозяину. Поиграл в мячик, лег спать. Мая 20-го. Сегодня с утра разбирали револьверы, которые награбили со всего города, т.е., конечно, реквизировали по-нашему, но, в сущности, все эти реквизиции, контрибуции, национализации — просто дневной грабеж и разбой, недаром зовут нас царскими опричниками; нет, кажется, я уйду из «большевиков». Не нравятся мне «товарищи» — шпики Романовых, провокаторы или уголовные герои из тюрем, а главное — не следовало посылать нас сюда, в «боях» некогда думать, а здесь только и дела, что с утра до вечера обыски, жандармом быть не привык — претит! Поделили отобранное сукно между собой, полотно и прочее, порядочно досталось и на мою долю, можно ко всему привыкнуть, сначала только ужасно неловко; достался хорошенький чужой револьвер, прямо игрушка, должно быть, дорого стоил его хозяину!! Когда-то и я ведь читал хорошие книжки — как прекрасна теория социализма и какая скверная практика. Не надо рассуждать! Мая 21-го. Сегодня с утра до вечера делали усиленные обыски. Начальство что-то тревожно, ходит слух, что «наше дело дрянь», отовсюду гонят! Но здесь пока спокойно, мирный народ, стриги их как баранов, много что поворчат. Жаль, если придется скоро утекать, — очень уж хорошая пища и Катька — славная девчонка! Ночь. Мая 22-го. Ну, так и есть! Вчера пробежал Томский совдеп, сегодня Омский, и нас увозят с собой. Кончилось наше привольное житье! Некогда писать, надо собираться в путь, как бы не забыть сжечь свои бумаги... Погрузили на пароход все, что нашли в городе: мясо, муку, рис, крупу, свечи, консервы, дрожжи даже взяли, жаль, всего не увезешь!!! М. Костюрина. Нда... "Тонкая", однако, стилизация...

Migail: газета "Тоболькое народное слово". 11 июня 1919 г. К годовщине. Еще за несколько дней до бегства большевиков из Тобольска были получены известия, что омские большевики. Захватив громадные суммы денег, направились на пароходах на Тобольск.. было ясно, что здесь они не остановятся, уйдут, уйдут и наши большевики, но как уйдут, с шиком, треском и блеском, оставив по себе горькую память. Или – просто сбегут. Много было предположений и за, и против. Благодаря незначительным силам Тобольской организации по свержению большевизма и главным образом из-за недостатка оружия. Не могло быть и речи о том, чтобы захватить, как это просили омичи, имеющие прибыть со дня на день большевистские пароходы; были бы напрасные жертвы; мог быть разгромлен город; дело было предоставлено естественному ходу вещей, и лишь в крайнем случае – вооруженное выступление. Передовым вестником « омской эскадры» на легком пароходе примчались. Демьянов, лобков, Пермитин и некоторые другие. Остановились в Подгувашах, сделали экскурсию в город. Где временно арестовали Юрциновского ( пробовали арестовать студента А. Суханова но, благодаря вмешательству Дислера, как председателя Тобольского совдепа, арест не удался.). И умчались дальше большевики по Тоболу. В Тобольске в это время проходил крестьянский съезд. Несмотря на явные признаки крушения большевизма в Сибири, выступающие большевики все еще говорили о могуществе советской власти, убеждали не верить идущим ото всюду слухам о бегстве и поражениях большевиков и только на последнем. За день до бегства, на заседании совдепа было ощутимо их подавленное и расстроенное положение. Было видно, что они что-то таят, к чему-то готовятся. На завтра, ранним утром, Иртыш перед Тобольском был покрыт пароходами, ревущими, снующими взад и вперед, часть из них укреплена мешками с землей, с сидящими за ними пулеметчиками. Пришла «омская эскадра». Тобольский совдеп спешно грузился, на улицах взад и вперед сновали вооруженные большевики. У пристани масса любопытных граждан. Слышались колкие замечания по адресу отъезжающих. Возмущения, при взглядах на увозимые из города оружие, продовольствия. Растерянно ходили участники крестьянского съезда, еще недавно так верившие могуществу большевиков. А пароходы ревут и снуют мало-помалу направляясь в устье р. Тобол. Любопытные все прибывали, тогда большевики, чтобы очистить пристани, пообещали стрелять. Публика бегом в город. Идущие на пристани – поворачивают и также удирают, спрашивая друг, друга, в чем же дело. Стреляют - что-ли? Спешно затворялись открытые лавки, ворота домов. Кто-то сказал, что грабят казначейство. Это еще более увеличило смущение обывателей, улицы опустели. К полудню – большевики были уже далеко от Тобольска. Милиция и вооруженные небольшие отряды местной организации охраняли город. Н. Сугма.

мир: Июнь 1918 г. Вообще какая-то "троцкомания" была у белых. Их послушать, так они раз 20 могли схватить Троцкого, но он успевал удрать то на поезде, то на автомобиле. Данный шаблон, помнится, даже в книжке Зазубрина "Два мира" обыгрывался. ДА и сам Троцкий писал про десятки таких сообщений в прессе. Одно из них и приведено.

мир: Хе. Забавная история. Антон Сорокин (1884–1928) -- скандальный сибирский писатель-футурист начала ХХ в. Объявил себя кандидатом Нобелевской премии, Великим писателем Сибири. В Сибири его имя не сходило с уст: о нем рассказывались анекдоты, предания, байки, ходили слухи, сплетни о его «скандалах», которыми Антон Сорокин сам режиссировал, сам вскорости и описывал, хитроумно подсовывая в какое-нибудь сибирское издание. И из этого впоследствии тоже получался скандал. Сорокин выбрал А.В. Колчака главным своим оппонентом и сочинил – сначала в реальности, потом на бумаге – «33 скандала Колчаку». Вот один из них – «восьмой»: «Заседание об аннулировании керенок. Дискуссия, заседание закрытое. Колчак, весь совет Министров, говорят речи. Выходит Антон Сорокин, садится, и начинает читать сказку о том, как нищая избавила Тимура от разорения. Золото у Тимура уходило на содержание войска и постройки, и касса стала пустой. Тимур думал повеситься. И когда шел из мечети и не подал обычного золотого нищей, та остановила Тимура и спросила объяснения. – Я разорен. – Эх, а еще Тимур, выпускай монеты тоньше, цену назначь в десять раз больше и ты будешь в сто раз богаче, потому что то, что имеет печать Тимура, имеет цену. Тимур послушался совета нищей, и его казна пополнилась в несколько сот раз, так как деньги были тонкие, как картон, а цена в несколько раз больше, это были почти первые ассигнации. – Здесь не место рассказывать сказки, – говорит председатель, – притом держитесь ближе темы и нужно говорить стоя, а не сидя, как это делаете вы. – Вы слышали, что сказал председатель, когда говорит сибирский писатель, его следует выслушивать стоя, а не сидя, – и два колчаковских министра встали. Колчак быстро вскочил, желая что-то сказать. Антон Сорокин был зорок и воспользовался этим. – Смотрите, даже верховный правитель встал. Все собрание поднялось на ноги, Колчак побежал своей обычной походкой к выходу, свита за ним. Антона Сорокина вели за руки два солдата и у самого выхода нагнал Танака и сказал немедленно отпустить. Танака на своем зеленом авто довез Антона Сорокина до дома. Я не знаю, чего вы добиваетесь, но так шутить опасно, – сказал Танака. – Пустяки, иначе не стоит и быть Антоном Сорокиным. Все легендарные личности сделали меньше, чем о них говорит сама жизнь, и обо мне расскажут и разгадают, чего хотел Антон Сорокин». 14-й скандал. Сорокину предложено, как сказочному герою, «пойти туда… принести то, не знаю что», т. е. доказать, что он не трус: предложить папироску самому Колчаку. «Задание» озвучил Танака, японский генерал, уполномоченный японского правительства в Сибири при Колчаке, симпатизировавший Сорокину. Находчивый Сорокин попросил у Танаки 1000 руб. на папиросы. «Почему так много? – Для адмирала нельзя дешевле». Куда была потрачена тысяча и как было выполнено «задание» – об этом «скандал»: «Вы можете думать три года, как выйти из положения остроумием, у Антона Сорокина на размышление было несколько дней. Все принималось во внимание, ясно, что хитрый азиат-дипломат приготовил ловушку. Пусть даже Колчак знает о папироске, и то выполнить указанное невозможно. На четвертый день получаю записку от Янчевецкого: когда же исполните обещанное, Танака ждет. Бумага. Ночь. Антон Сорокин думает. Утро, красные волоски у электрической лампочки. Антон Сорокин думает, и только в шесть часов утра пишет «ГАЗЕТА ДЛЯ КУРЯЩИХ», в десять часов в типографии Зайцева (где печатались <при> колчаковщине плакаты, на курительной бумаге было напечатано тридцать тысяч экземпляров газеты для курящих). К каждой газете на гуммиарабик приклеено по собачьей ножке, набитой махоркой и свернутой в эту же газету. Газета была разослана заказными письмами всем миссиям, всем министрам и адмиралу Колчаку. Танаке особая газета с письмом, что задание выполнено, и не только адмирал получил от меня папироску, но даже собачью ножку. Танака хохотал и сообщил, что Колчак измял газету, выругал меня площадной бранью и расстался с собачьей ножкой. Редактор «Зари» Ковальский сделал то же самое и прислал письмо, что после мерзкой папироски я сотрудником «Зари» не числюсь». Комментарий к этому скандалу: Единственный номер (№ 1) «Газеты для курящих» вышел 4 февраля 1919 г. «Весь номер, небольшой листок серой бумаги, заполнен «Вступительным словом»: «Я, Антон Сорокин, вздумал издавать газету, потому что омские редакторы не печатают мои произведения, но когда я посылаю свои произведения, подписанные вымышленными именами, мои статьи и рассказы печатались, доказавши ограниченность ума омских редакторов, и я решил сам издавать газету. Правда, моя газета будет маленькой, потому что все запасы бумаги находятся у тех, кто изо дня в день печатает статьи политические, и, затопляя газеты словопрениями, не дает места приехавшим в Сибирь писателям – Ремизову, А. Толстому, Крандиевской, Лесной, Ауслендеру, Олигеру, Кондурашкину, Моравской и мн. др. До сих пор газеты, испачканные политическими статьями, шли на завертывание колбас, для растопки печей и для других житейских целей. Вам, читатели, лучше знать, для чего шли газеты. Я решил расширить применение газеты, моя газета по прочтении может быть применена для курения, бумага выбрана самая лучшая – у спекулянтов она продается по 30 коп. И вот, когда вы закурите папироску, я попрошу вас подумать о судьбе сибирских писателей. <...> Не окурки ли жизни писателей? Не судьба ли курила и бросила в грязь их талант и растоптала ногой? Курите же газету Антона Сорокина и подумайте о великой Сибири и писателях-окурках, придавленных грязной ногой жизни. Велика мощь Сибири, и Сибирь может позволить судьбе выкуривать, как папиросы, жизни талантливых людей» (Цит. по: М.М. Басов. Антон Сорокин // Сибирские огни. 1928. № 4). Уж не знаю, сколько тут правды, но история, конечно, отменная.

iii: ИЗ ЗАКЛЮЧЕНИЯ ТОМСКОЙ УЕЗДНОЙ ЧК ПО ДЕЛУ ОБ ОБВИНЕНИИ РЕДАКТОРА ГАЗЕТЫ "СИБИРСКАЯ ЖИЗНЬ" А. В. АДРИАНОВА В АНТИСОВЕТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ [февраль 1920 г.] ... Адрианов является одним из активных идейных противников советской власти и еще в 1918 году, в первый период существования в Сибири советской власти, вел в своей газете агитацию против некоторых групп населения, чуть открыто не призывая к восстанию. После свержения советской власти он вел систематическую, грязную травлю не только коммунистов, но и экс-социалистов,[1] причем в своей агитации прибегал к провокационным приемам, помещая в газете, по-видимому, им самим сочиненные письма на имя "Их превосходительств" Ленина и Троцкого. Вообще вел самую грязную агитацию. Считая Адрианова одним из непримиримых врагов революции и полагая, что Адрианов никогда не примирится с существующей властью, со своей стороны предложил бы применить к нему высшую меру наказания - расстрел. Следователь Подпись Третьяков С заключением согласен вполне. Подпись Архив УФСБ по Томской области. П-10343. Л.12. Подлинник. Рукопись.



полная версия страницы