Форум » ТрактирЪ » Художественная литература по ГВ в Сибири » Ответить

Художественная литература по ГВ в Сибири

Новоалтаец: Предлагаю составить список ХУДОЖЕСТВЕННЫХ произведений, посвященных гражданской войне в Сибири. От себя могу предложить следующие названия и имена: 1) (!) Константин СОМОВ. «Черный Дол» (гражданская война на Алтае, 1918 г.). 2) (!) Егоров Г.В. «Солона ты, земля!» (о партизанском движении на Алтае в 1919 г.). 3) Егоров Г.В. «Крушение Рогова» (о предводителе причумышских партизан Г.Ф. Рогове). 4) (!) Владимир ЗАЗУБРИН. «Два мира» (о гражданской войне и партизанском движении в Сибири). 5) Кудинов И. П. «Переворот» (о гражданской войне на Алтае и периоде правления Колчака в целом). 6) Юдалевич М.И. «Адмиральский час» (об А.В. Колчаке). 7) Валерий ПОВОЛЯЕВ. «Адмирал Колчак» (как это следует из названия, опять-таки об А.В. Колчаке). 8) Залыгин С.П. «Соленая падь» (о партизанском движении на Алтае; прототип Ефрема Мещерякова - партизанский главком Е.М. Мамонтов). 9) Шишков В. «Ватага» (о партизанском движении на Алтае; прототип главного героя - Г.Ф. Рогов). 10) Павел КОСТЕНКОВ, «Чернь» (прототип Горлова – Г.Ф. Рогов). 11) Всеволод ИВАНОВ, повесть «Партизаны» (о партизанском движении на Алтае). 12) Анатолий ЧМЫХАЛО. «Половодье» (посвящен Анисиму Копаню, воевавшему на Алтае в партизанской армии Е.М. Мамонтова). 13) Сидоров В.С. «Повесть о красном орленке» (о партизанском движении на Алтае). 14) А. Голенкова, Д. Иохимович. «Подвиг Кири Баева» (о юном алтайском партизане Кирилле Баеве). 15) П. Бородкин. «Мост» (о событиях в Барнауле в 1917 году).

Ответов - 239, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 All

Новоалтаец: Знаком (!) помечены книги, которые лично я рекомендовал бы к прочтению. Правда, а и сам еще не всё из этого списка читал. Так, например, до сих пор не могу раздобыть «Адмиральский час» Юдалевича. Странно вообще, что этот роман не взялись переиздать в связи с 90-летней годовщиной и с новоиспеченным фильмом. А зря. Надеюсь, список будет пополняться. Желательно с краткими комментариями.

белый: За какие-такие заслуги Вы Поваляева то в эту компанию записали?

Новоалтаец: белый пишет: За какие-такие заслуги Вы Поваляева то в эту компанию записали? Пардон, но ведь это тоже художественный роман, или я таки ошибаюсь? Там, конечно, действие начинается чуть ли не с самого начала века, ну так и что из того?

белый: Таки почему Шукшина с его "Любавиными" вниманием обходим.

Новоалтаец: Почему - обходим? Ваше право - вносите. Этак можно и "Вечный зов" внести.

белый: Как раз наоборот из всего предложенного списка заслуживают уважения №6,№7 и №9. С оговоркой, что автору №6 за свой роман как понимаю вроде как стыдно.

Новоалтаец: Мое дело - привести список известных мне книг. А уж какие у кого предпочтения - это каждый для себя сам решает. Лично я больше всего ценю Зазубрина (из мною прочитанного). До Шишкова еще не успел добраться, но и его, я уверен, стоит почитать - это вообще мастер, каких мало. белый пишет: С оговоркой, что автору №6 за свой роман как понимаю вроде как стыдно. Это чего ж такого он там понаписал?

белый: При случае прочтите книгу Вадима Гольцева "Сибирская Вандея. Судьба атамана Анненкова." для сравнения с "художественной" нетленкой Константина Сомова про одни и те же события. А товарищ Юдалевич так часто меняет свою точку зрения на исторические события, что и сам уже запутался на чем же сейчас удобно стоять.

Новоалтаец: Непременно почитаю, спасибо. А Сомов, на мой взгляд, очень даже неплохо справился с задачей именно в художественном плане. И безо всякой идеологии. Что же до «одних и тех же событий», то они ВСЕГДА описываются по-разному, даже современниками, от этого никуда не денешься. Расспросите десятерых участников одного и того же события – каждый расскажет вам его по-своему, причем будут значительные расхождения. P.S. Насколько я могу судить по отзывам об «Адмиральском часе», роман вполне достойный. Вне зависимости от позиции автора.

Новоалтаец: Вот ещё вспомнил: 16) Шнайдер В.А. «Ненастье» (повесть) (судьба обычного рядового горожанина, «маленького человека», во время гражданской войны).

мир: Читал "Ватагу" Шишкова. Очень сильное произведение. По жанру и стилю напоминает "Два мира" Зазубрина. Затронута тема превращения "красного" партизана в "зелёного". Любоптно, что книга встретила резкую идеологическую (но не художественную) критику Фурманова. Причём не за выбор темы, а за... очернительство партизана. "Зыков во главе сподвижников-головорезов проносился ураганом; и там, где он проходил, -- смерть, запустение, окостеневший ужас, реки крови, насилия, разгул... Этот Зыков не просто бандит -- он, видите ли, религиозный, к тому же фанатик, сжигающий и разрушающий церкви, а в то же время чувствует себя до поры до времени единомышленником большевиков и соучастником их в деле освобождения трудящихся масс из-под тяжелого ига капитала и эксплуатации. Это сближение Зыкова с пролетарскими бойцами поражает своей уродливостью и... смелостью утверждений. Опасность от "Ватаги" усугубляется тем, что написана повесть хорошо, читается с большим захватом!" -- писал он в рецензии на шишковское произведение. Очевидно, Фурманому не понравилось, что крестьяне-партизаны показаны исключительно как слепая кровожадная сила без проблеска созидательной работы. Всё-таки чапаевцы Фурманова тоже из крестьян, да и бывшие партизаны в большинстве. Да и Рогов (один из прототипов главного героя) тогда принимался не так однозначно, как сейчас.

Новоалтаец: 17) Константин СЕДЫХ. «Даурия» (о жизни небольшого поселка в Забайкалье накануне первой мировой войны и в годы Октябрьской революции). 18) Яков ЛОВИЧ. «Враги» (события 1920 года в Николаевске-на-Амуре). 19) Павел СЕВЕРНЫЙ. «Ледяной смех» (о Сибирском Ледяном походе).

Елисеенко Алексей: Очень много в Сибирских огнях. Увы не сканил, худлит не мое.

Новоалтаец: 20) Владимир МАКСИМОВ. «Заглянуть в бездну» (об А.В. Колчаке).

Новоалтаец: Елисеенко Алексей пишет: Очень много в Сибирских огнях. Увы не сканил, худлит не мое. Да, я тоже встречал, но сейчас не помню ни авторов, ни названий.

Новоалтаец: 21) А.И. Алдан-Семенов. «Красные и белые» (ГВ в Поволжье, на Урале и в Сибири в 1918-1919 гг.)

мир: В издательстве "Вече" как раз в этом году вышел короткий сборник произведений В.Зазубрина "Алтайская баллада" В.Зазубрина. "Щепка" (в представлении не нуждается), роман «Горы», который рассказывает о судьбе двух братьев, Иване и Федоре Безуглых, коренных сибиряках, воевавших за свободу родного края, но очень по-разному воспринявших новую власть Советов. Также примыкающий по сюжету рассказ "Бледная правда". Кстати, заметил, что до сих пор не упомянули "Строговых" Г.М.Маркова. А ведь роман известнейший. И ещё - вспомнил роман "Крамола" С.Т.Алексеева. Когда впервые прочитал его, был поражён!!! Какой-то ультрареализм - будто сам увидел всё, что было, своими глазами. Напомнило Бунина - во время его книг тоже как будто всё видишь. В романе описывается жизнь офицера, насильно втянутого в революцию и Красную Армию. Он попадает в плен к белым, бежит, становится партизаном, но из-за безвыходной ситуации совершает расстрел громадного числа военнопленных колчаковцев. В конце романа Троцкий говорит герою, что так мол и было надо, и это на мой вгляд, единственная фальшивая нота в романе (хотя я ни сколько не идеализирую Л.Д.Т. -просто писатель не может понимать всех). Вообще трудно хоть одного персонажа книги назвать однозначно отрицательным или положительным. Но по силе произведение выдающееся. "Крамола" - это "маст рид".

мир: А.И.Чмыхало, "Отложенный выстрел". Аннотация: Тревожная Сибирь - главная тема Анатолия Чмыхало. В "Отложенном вы-стреле" (романе с элементами детектива) он вновь обращается к перипетиям вздыбленной жизни. Двадцатый год, бандитизм, чоновцы... Достаточно острый сюжет с выразительным сибирским колоритом. Автор - талантливый прозаик, создатель общепризнанного романа "Половодье".

Новоалтаец: Благодарю за дополнения! Итак, я, с Вашего позволения, досовокуплю в общий список понумерно: 22) В. Зазубрин, "Горы" (роман), "Бледная правда" (рассказ). 23) Г.М. Марков, "Строговы". 24) С.Т. Алексеев, "Крамола". 25) А.И.Чмыхало, "Отложенный выстрел". P.S. Чмыхало давно уже хочу почитать, но все найти не могу. В нашей местной библиотеке его нет, в Интернете тоже вроде бы...

Новоалтаец: Кстати, кто-нибудь знает, имеются ли худ. произведения, в которых описываются (или хотя бы как-то затрагиваются) боевые действия на Байкале в 1918 году? Должны ведь быть, по идее...

мир: А почему бы не быть? Калашников Исай Калистратович, "Последнее отступление", роман напечатан в 1959 г. в журнале "Свет над Байкалом". Это произведение о гражданской войне 1918-20 гг. в Забайкалье, а действующие лица книги - старообрядцы села Шаралгай. Роман имел большой успех у читателей. Сам не читал, но автор впоследствии стал Народным писателем Бурятии.

Барабаш: Черкасов А. Москвитина П. Конь Рыжий. (Сказание о людях тайги). - Москва. : "Современник". 1992. 752 - С. Тир. 100000. Это вторая книга трилогии ("Хмель", "Конь Рыжий", "Чёрный тополь"), рассказывает о событиях, происходящих во время гражданской войны в Красноярске и Енисейской губернии.

дед Копатель: Сахаров К. В. "Белая Сибирь" Издательство: Мюнхен Год издания: 1923 Страниц: 330 Книга генерал-лейтенанта Сахарова К.В. "Белая Сибирь" - о гражданской войне в Сибири 1918-1920 гг: "Мой труд, написанный по свежей памяти и с использованием части сохранившихся и собранных документов. Все написанное является результатом лично пережитаго..."

мир: Книга генерал-лейтенанта Сахарова К.В. "Белая Сибирь" - о гражданской войне в Сибири 1918-1920 гг: "Мой труд, написанный по свежей памяти и с использованием части сохранившихся и собранных документов. Все написанное является результатом лично пережитаго..." Коллега, ветка называется "Художественная литература по ГВ в Сибири"

bersercer: Роман "Радола" 1927 года, автор пишет под псевдонимом Ota Karek

мир: Роман "Радола" 1927 года, автор пишет под псевдонимом Ota Karek "Радола" - это о Гайде, что ли?

дед Копатель: мир пишет: Коллега, ветка называется "Художественная литература по ГВ в Сибири" Может кто и за научный труд посчитает. Мне это повести и рассказы

мир: дед Копатель пишет: Может кто и за научный труд посчитает. Мне это повести и рассказы Это мемуарная литература, здесь ей не место. Боюсь, шутка ваша неудачна.

bersercer: мир пишет: "Радола" - это о Гайде, что ли?О нем, любимом. Аж в 3-х частях. Начал читать сразу вторую - "Освободитель Сибири", и оказалось, что произведение чисто художественное. Хотя в тексте и называются фамилии чешских офицеров, закралось сомнение, не из пальца ли они высосаны...

Новоалтаец: bersercer пишет: О нем, любимом. Аж в 3-х частях. Начал читать сразу вторую - "Освободитель Сибири", и оказалось, что произведение чисто художественное. На чешском, что ли? Или таки на русском?

Новоалтаец: мир пишет: Калашников Исай Калистратович, "Последнее отступление", роман напечатан в 1959 г. в журнале "Свет над Байкалом". Это произведение о гражданской войне 1918-20 гг. в Забайкалье, а действующие лица книги - старообрядцы села Шаралгай. Спасибо! Где бы ее еще надыбать... Барабаш пишет: Черкасов А. Москвитина П. Конь Рыжий. (Сказание о людях тайги). Надо поискать...

bersercer: Новоалтаец пишет: На чешском, что ли? Или таки на русском? Увы, на чешском... но качество сканов повыше, чем у воспоминаний Гайды.

Новоалтаец: bersercer пишет: Увы, на чешском... но качество сканов повыше, чем у воспоминаний Гайды. Тогда мне, боюсь, будет крайне туго осилить. А жаль...

bersercer: Феоктист Березовский. Мать. В сб.: Под звон кандальный. Новосибирск, 1971.

bersercer: Надеюсь, что в тему. С.Омбыш-Кузнецов. Повесть о партизане Громове. новосибирск, 1966. Петр Дедов. Сказание о Майке Парусе. Новосибирск, 1979.

Барабаш: Разливинский В. Смертельная рана. // Мужество. – Н. 1991. – С.3-78. О Г.С. Шацком.

Новоалтаец: Дибаш КАИНЧИН, повесть "С ТОГО БЕРЕГА" (о становлении советской власти в Горном Алтае). // Д.Б. Каинчин, "Крик с вершины" Повести. Барнаул, 1983. Николай ЧЕБАЕВСКИЙ, повесть "СТРАШНАЯ МАРИЯ" ("о судьбе партизанской разведчицы М.Ф. Чижовой, ставшей грозой для колчаковцев во время гражданской войны на Алтае").

Новоалтаец: bersercer пишет: Увы, на чешском... но качество сканов повыше, чем у воспоминаний Гайды. Ссылочку не дадите? Может, займусь расшифровкой на досуге...

Алексей Елисеенко: Из литературы новой волны http://www.sibogni.ru/archive/114/1397/

Андрей Генералов: Н. Доможаков. "В далеком аале" (о борьбе с повстанцами в Хакасии)

b-340@mail.ru: Читал лет пятнадцать назад, не перечитывал, но по моему данные события описываются в произведении «Забайкальцы», В. Балябин Роман посвящен жизни забайкальского казачества. Автор воспроизводит быт и нравы забайкальских казаков, показывает условия, в которых формировались их взгляды и убеждения. Действие романа разворачивается в годы мировой войны, революции, гражданской войны

Сергей: Книга "Воткинцы" А.Н. Протопопов. Выпущена в Маньчжурии мизерным тиражом в 1942г.

Новоалтаец: Владимир ЛИПОВЦЕВ "Соленый песок". Барнаул, 2009. О гражданской войне (и не только) в Каменском уезде.

Новоалтаец: Алексей Югов, "ШАТРОВЫ" (1917-1921 гг) http://www.posters.ec/b/194633/read

белый: Сегодня в букинистическом магазине купил за смешные 45 рублей Шульгин В.В. "Дни. 1920. Записки." М. Современник, 1989.-559 с. тираж 50.000 экз. Ну и за 15 рублей Зазубринские "Два мира" Барнаул: Алт.кн. изд., 1984.-296с. тираж 75.000 экз. Тираж конечно убивает. Коллеги заглядывайте в букинистические магазины. Нужно, конечно, порыться в развалах, но оно того стоит.

Барабаш: белый пишет: Сегодня в букинистическом магазине купил за смешные 45 рублей Шульгин В.В. "Дни. 1920. Записки." М. Современник, 1989.-559 с. тираж 50.000 экз. Ну и за 15 рублей Зазубринские "Два мира" Барнаул: Алт.кн. изд., 1984.-296с. тираж 75.000 экз.

Новоалтаец: белый пишет: Ну и за 15 рублей Зазубринские "Два мира" Барнаул: Алт.кн. изд., 1984.-296с. тираж 75.000 экз. Ух Ты! Тоже хочу!

bersercer: Мои 5 копеек. Josef Kopta. Trilogy "The Third Company" (Třetí rota, 1924), "The Third Company on the Magistral" (Třetí rota na magistrále, 1927) and "The Third Company at Home" (Třetí rota doma, 1934) Йозеф Копта. Трилогия "Третья рота", "Третья рота на магистрали", "Третья рота дома". Основой трилогии послужили впечатления автора, служившего в ЧСК в России. По первой части в 1931 году был снят одноименный фильм.

самарец: 24) С.Т. Алексеев, "Крамола". - писал Новоалтаец. Дочитываю вторую часть. Книга сама по себе интересная, но много нареканий и вопросов. Например: у автора уже летом 1918 года части белых под Уфой надели погоны. Далее, пытался понять, что это за город - Есаульск. Автор говорит, что это уездный город, который погиб в 1962 году в результате экологической катастрофы. Минусы есть, их много, но автор раскрывает тему участия в ГВ героев повествования и раскрывает это ярко и со знанием реалий войны и довоенной жизни в Сибири. Он не пытается скрыть жестокие реалии - здесь и массовае порки, и расстрелы и т.д. Показывает зверства всех участников. Написать о данном произведении могу много, но лучше его прочитать..... А автор мистик известный. И в произведении периодически переплетаются темы православия и безбожия, ну и потусторонние силы...

OigenP: А.Г. Лосьева забыли или пропускаем (из-за того, что чекист или из-за того, что первый литературно застолбил бренд "Сибирская Вандея")? http://lib.rus.ec/b/249664/read

OigenP: Книгу Геласимовой А.Н. "Записки подпольщицы" (М., Мысль, 1967) с полным правом (доказанным по пунктам окончательно еще в 1988 году в журнале "История СССР") тоже можно отнести к художественной литературе.

OigenP: kultura.kurganobl.ru Челябинск, Южно-Уральское книжное издательство, 1974, 1979 Николай Александрович Глебов: "В романе «Бурелом» я не ставил своей целью дать полную хронологию исторических событий, которыми так богата была гражданская война на Южном Урале и в Зауралье. По мере сил старался показать сложность и трудности борьбы с колчаковщиной за власть Советов. Я благодарен участникам гражданской войны Александру Николаевичу Зыкову, члену партии с 1917 года, Дионисию Емельяновичу Лебединскому, участнику восстания полка имени Т. Шевченко против колчаковщины, заведующему партийным архивом Челябинского обкома КПСС Виктору Ивановичу Деревянину и доктору исторических наук Николаю Кузьмичу Лисовскому. Они в значительной степени помогли мне восстановить и понять остроту борьбы, дух того времени". - http://lib.rus.ec/b/298108/read "ГЛЕБОВ Николай Александрович (14.02.1899 – 7.03.1974) <...> Во время гражданской войны Н. А. Глебов был мобилизован в колчаковскую армию, но вскоре с группой солдат перешел на сторону восставшего народа и с оружием и руках боролся за утверждение Советской власти. В 1924 году он стал избачом села Глядянское и активным селькором, а затем и штатным сотрудником газеты «Красный Курган». На её страницах и появился в 1925 году его первый рассказ." - http://kultura.kurganobl.ru/3583.html

Oigen Pl: Поволяев В.Д. "Каппель", АСТ, Астрель. Серия: Белое движение - http://rid64.ifolder.ru/25074736 Того же автора и в той же серии - "Колчак" ( http://rid64.ifolder.ru/25074731 ) и "Семёнов" ( http://rid64.ifolder.ru/25074730 ), а также Шишов А.В. "Демон монгольских степей. Р.Ф. Унгерн фон Штернберг" - http://rid64.ifolder.ru/f554079

Oigen Pl: bersercer пишет: Йозеф Копта. Трилогия "Третья рота", "Третья рота на магистрали", "Третья рота дома". Основой трилогии послужили впечатления автора, служившего в ЧСК в России. По первой части в 1931 году был снят одноименный фильм. О фильме - http://www.csfd.cz/film/222477-treti-rota/bazar/

мир: Давеча показывали мне смешную книжку Германа Романова - "Спасти Каппеля!" из жанра альтернативной истории. Как водится, бывший полковник десанта, который тратил пенсию на книжки о ГВ, попадает в 1919 г. в тело колчаковского полковника. Начинается квест: найдя телеграфный приказ в горлышке бутылке самогона, полковник узнает, что Семенов высылает ему три бронепоезда для противодействия красным. Полковник берет их и валит на Иркутск, где разгоняет Политцентр, овобождает Колчака и сажает "Новое старое Сибирское правительство" во главе с секретарем Гирсом. А монархом - императора Михаила Александровича, спасенного в 1918 г. в Ижевске еще двумя попаданцами при помощи ижевских рабочих - монархистов. Эти попаданцы - один немец и один бывший белогвардеец-колчаковец, которые в войну с Гитлером переносятся во времени. Их войны они утащили автомат, который клепают на Ижевском заводе, назвав его, по фамилии ижевского мастерового, который якобы погиб, - Шмайсером. Тем временем наш полковник наводт шухер по всей Сибири. Переодев китайцев и бурятов в японцев, он нападет на чехов и отбивает у них все бронепоезда, включая Орлик, а потом менят все, что они награбили, на золото. Поляки в ответ его штурмуют, но он с ними делает то же самое. У американцев он отбирает два вагона пушнины, а потом меняет ее на вагон хорошего обмундирования, оружие и то, чтобы они убирались во Владивосток. Вот это точно фантастика! Это, правда, не мешает ему заключить с ними концессии на добычу этой самой пушнины и прочего добра. В общем, продает родину по полной. Адмирала же, чтобы не мешался, он, сделав внушение, отправляет в Крым на пароходах, на которые понасовал морских офицеров, каких смог достать. Колчаку он советует поговорить со Слащевым. А сам с помощью броневиков занимает Кругобайкальские магистрали и громит красных под Красноярском, отправив телеграмму Каппелю,который не понимает, что происходит. В общем, трэш полный.

barnaulets: мир пишет: В общем, трэш полный. Действительно, уже от краткого пересказа башню сносит. Полностью такое я бы наверное не осилил.

мир: barnaulets пишет: Действительно, уже от краткого пересказа башню сносит. Полностью такое я бы наверное не осилил. Как оказалось, сюжет делится, собственно на две книги - "Спасти Колчака!" и "Спасти Каппеля!" В конце второй Ленин принимает "гениальное" решение признать мир в ходе конференции на Принцевых островах (которая почему-то проходит в 1920) и заключить перемирие с "царем Сибирским", а заодно и Миллером на Кольским полуострове - чтобы стравить финнов с Миллером, японцев с американцами и т.д. А тем временем наш герой отгоняет красных от Омска, выкупает за 17 миллионов все добро у чехов, отправив их самих на родину, заставляет воевать поляков, которые вдруг стали монархистами и зачисляет в армию казаков и добровольческий японский полк с бело-зелеными шевронами. Заканчивается вторая часть разговором Колчака с Деникиным, в ходе которой выясняется, что Сибирь разместила военные заказы в Японии и Америке, а в Крым уже прибыли транспорты с оружием. Короче, белое движение форева. Надо думать, скоро появится и третья часть, в ходе которых белые занимают Москву. Зацените, кстати, обложку. Интересно, почему фуражка и погоны зеленые? Художник хотел изобразить 3-й Барнаульский полк? http://fantlab.ru/images/editions/orig/71729

barnaulets: мир пишет: Как водится, бывший полковник десанта, который тратил пенсию на книжки о ГВ, попадает в 1919 г. в тело колчаковского полковника. Это, видимо, про автора Я вообще люблю альтернативную фантастику, но вал псевдофантастической литературы о "попаданцах" в последние несколько лет, мягко скажем, задолбал. И вот, что интересно, большинство книг про "попаданцев", перигрывающих Великую Отечественную войну, зачастую с явно "сталинистским" уклоном. А вот в опусах про гражданскую войну и историю до 1917 года симпатии авторов явно на стороне Белого движения и Российской монархии. Все спасают Колчака, Каппеля, Николая II, и что-то не припомню сюжетов про милого сердцу коллеги Мира товарища Троцкого.

barnaulets: мир пишет: Художник хотел изобразить 3-й Барнаульский полк? Почему только Барнаульский? Зеленый - вообще цвет сибирских стрелковых частей.

Ратник: мир пишет: Давеча показывали мне смешную книжку Германа Романова - "Спасти Каппеля!" из жанра альтернативной истории. Как водится, бывший полковник десанта, который тратил пенсию на книжки о ГВ, попадает в 1919 г. в тело колчаковского полковника. Начинается квест: найдя телеграфный приказ в горлышке бутылке самогона, полковник узнает, что Семенов высылает ему три бронепоезда для противодействия красным. Полковник берет их и валит на Иркутск, где разгоняет Политцентр, овобождает Колчака и сажает "Новое старое Сибирское правительство" во главе с секретарем Гирсом. А монархом - императора Михаила Александровича, спасенного в 1918 г. в Ижевске еще двумя попаданцами при помощи ижевских рабочих - монархистов. Эти попаданцы - один немец и один бывший белогвардеец-колчаковец, которые в войну с Гитлером переносятся во времени. Их войны они утащили автомат, который клепают на Ижевском заводе, назвав его, по фамилии ижевского мастерового, который якобы погиб, - Шмайсером. Тем временем наш полковник наводт шухер по всей Сибири. Переодев китайцев и бурятов в японцев, он нападет на чехов и отбивает у них все бронепоезда, включая Орлик, а потом менят все, что они награбили, на золото. Поляки в ответ его штурмуют, но он с ними делает то же самое. У американцев он отбирает два вагона пушнины, а потом меняет ее на вагон хорошего обмундирования, оружие и то, чтобы они убирались во Владивосток. Вот это точно фантастика! Это, правда, не мешает ему заключить с ними концессии на добычу этой самой пушнины и прочего добра. В общем, продает родину по полной. Адмирала же, чтобы не мешался, он, сделав внушение, отправляет в Крым на пароходах, на которые понасовал морских офицеров, каких смог достать. Колчаку он советует поговорить со Слащевым. А сам с помощью броневиков занимает Кругобайкальские магистрали и громит красных под Красноярском, отправив телеграмму Каппелю,который не понимает, что происходит. В общем, трэш полный. А по-моему просто бред.К качественной фантастике на исторической платформе это чтиво имеет такое же отношение как я к Португальской армии.

Ратник: Ратник пишет: Почему только Барнаульский? Зеленый - вообще цвет сибирских стрелковых частей. А по-моему погоны не зеленые,а просто защитные.

barnaulets: Ратник пишет: К качественной фантастике на исторической платформе это чтиво имеет такое же отношение как я к Португальской армии. Такой фантастики сейчас днем с огнем не найти. Преобладает явный псевдоисторический бред вроде этого. Кстати, вспоминается популярный фантастический цикл А. Валентинова (профессионального историка кстати) "Око силы", прочитанный еще в 90-е годы. Там бред местами похлеще будет. Чего стоят отборные части Красной армии, состящие то ли из зомби, то ли пришельцев из параллельного мира, секретный космодром Колчака в Синьцзяне и т.п. выверты фантазии автора.

Ратник: barnaulets пишет: Чего стоят отборные части Красной армии, состящие то ли из зомби, то ли пришельцев из параллельного мира, секретный космодром Колчака в Синьцзяне и т.п. выверты фантазии автора. Просто без комментариев. А вообще коль скоро тема ветки худ лит по ГВ в Сибири,откровенно говоря настоящей литературы с большой буквы "Л" по этому периоду просто кот наплакал.Измельчал современный автор.Если что-то и пишется,то под заказ для конкретной серии (типа "Белое Движение") и серьезной жанровой исторической литературой это не получается назвать.Думаю,что не слишком ошибусь,если скажу,что что-то похожее на "Доктор Живаго" Б.Пастернака к примеру мы вряд ли скоро увидим (когда литература-проза высочайшей пробы,а не просто слабенький сюжет с неубедительными персонажами и предсказуемым финалом).

Oigen Pl: Ратник пишет: Если что-то и пишется,то под заказ для конкретной серии (типа "Белое Движение") и серьезной жанровой исторической литературой это не получается назвать На Алтае интересный не "белый" и не "красный", а "зеленый" автор еще остался - К.К. Сомов (вчера отметивший 50-летие) и наверное не случайно создатель этой темы поставил его на первое место в списке?

мир: barnaulets пишет: Все спасают Колчака, Каппеля, Николая II, и что-то не припомню сюжетов про милого сердцу коллеги Мира товарища Троцкого. Мне попадалась одна альтернативка про попадание в прошлое ученого-физика с возлюбленной корейской программисткой - оба коммунисты. Мешает им шурин героя, бывший полковник не то МВД, не то ГБ - антисемит, черносотенец, монархист, вечно пьяная агрессивная скотина. Автор при этом оценивает роль Сталина отрицательно, но в произведении у него и Троцкий, и Сталин вместе сражаются против царизма, т.к., конечно, не знают, как разойдутся в будущем. А в остальном - типичный сюжет про попаданцев. Изобретают радио на полупроводниках, самодельные кустарные автоматы, теплолучевой лазер на синильной кислоте... В общем, книги пишут люди разных убеждений, а почему распространены определенные убеждения - вопрос иной. А вообще, мне однажды сон приснился про махновцев-оборотней... Тоже, что ли, книжку написать... Ратник пишет: А вообще коль скоро тема ветки худ лит по ГВ в Сибири,откровенно говоря настоящей литературы с большой буквы "Л" по этому периоду просто кот наплакал.Измельчал современный автор.Если что-то и пишется,то под заказ для конкретной серии (типа "Белое Движение") и серьезной жанровой исторической литературой это не получается назвать.Думаю,что не слишком ошибусь,если скажу,что что-то похожее на "Доктор Живаго" Б.Пастернака к примеру мы вряд ли скоро увидим (когда литература-проза высочайшей пробы,а не просто слабенький сюжет с неубедительными персонажами и предсказуемым финалом). Живаго меня не впечатлил. Прозаик из Пастернака слабее поэта. А вообще, может, сейчас и не пишется, но "Крамола" меня в свое время поразила - хотя и там не без отдельных "красивостей".

самарец: barnaulets пишет: что-то не припомню сюжетов про милого сердцу коллеги Мира товарища Троцкого. У Звягинцева есть. Но там главные герои разделились и помогали и Врангелю и Троцкому исходя из своих целей. Кстати Колчака у Звягинцева не расстреляли как было объявлено, а держали "под замком".

Oigen Pl: Новоалтаец пишет: Дибаш КАИНЧИН, повесть "С ТОГО БЕРЕГА" (о становлении советской власти в Горном Алтае). // Д.Б. Каинчин, "Крик с вершины" Повести. Барнаул, 1983. С полным правом к художественной можно отнести и эту работу того же автора, которая стилизована под "документальную": "Первым делом, Сыромятникову было приказано написать: где и как воевал и, главное, что он знает о Кайгородове и, конечно, о его сообщниках. Сейчас та пожелтевшая тетрадь хранится в архиве республиканского ФСБ. (6-ой фонд, номер 118-оф)" - http://magazines.russ.ru/druzhba/2003/7/kai.html Там похоже какая-то байка насчет чина "Сергея Алексеевича Сыромятникова" ("Полковник Генерального штаба царской армии"). Инициалы участника омского переворота 1918 года квартирмейстера Сибирской армии полковника Сыромятникова другие ("А.Д." - Александр Дмитриевич) - http://www.grwar.ru/persons/persons.html?id=2440&PHPSESSID=1444a73b4ddc4288666f659fc1961c7 Был ли еще один полковник Сыромятников? Похоже что нет: так (для "солидности") при аресте "произвели" в полковники выпускника 2-й Омской школы прапорщиков, произведенного в прапорщики 27 мая 1916 г.? - http://siberia.forum24.ru/?1-14-0-00000016-000-0-0-1313158140 Впрочем и Карман, и Товар Чекураковы в этом рассказе носят другую фамилию - "Чекурашевы".

Новоалтаец: Как же я мог забыть: Юрий КОЗЛОВ, "Белый Бом" (историческая повесть, посвященная событиям гражданской войны в Горном Алтае). Мне в свое время понравилась.

Kraeved63: Новоалтаец пишет: Кстати, кто-нибудь знает, имеются ли худ. произведения, в которых описываются (или хотя бы как-то затрагиваются) боевые действия на Байкале в 1918 году? Должны ведь быть, по идее... Уважаемый Новоалтаец! Могу собщить, что встречал описание боевых действий на Байкале в книге Ивана Новокшонова "Потомок Чингисхана" (Восточно-Сибирское книжное издательство, 1983 год). Вот небольшой отрывок из главы, в которой автор описывает отступление красных из Иркутска и отход за Байкал: Также событиям на Байкале посвящена глава "Трагедия Байкальского фронта" в книге Арманда Абрамовича Мюллера "В пламени революции (1917- 1920 гг.)", Иркутск, 1957 г. - но это, правда, уже мемуарная литература.

Oigen Pl: Новоалтаец пишет: (!) Владимир ЗАЗУБРИН. «Два мира» (о гражданской войне и партизанском движении в Сибири). Прототипы: БУДА Николай Мартемьянович, Род. 04.10.1886 в с. Троицко-Заводское Канского округа Енисейской губ. Русский, грамотный. Участник 1-й Мировой войны, награжден Георгиевским Крестом, произведен в унтер-офицеры. В июне 1919 командующий партизанской армии Северо-Канского фронта, награжден за борьбу с колчаковцами орденом Красного Знамени. С 1920 командир полка в 30-й дивизии, участник боев с Врангелем. Прототип командарма Мотыгина в романе В.Я.Зазубрина «Два мира». В 20-х начальник Енисейской милиции. В конце 20-х начальник милиции в г. Омске. С 30-х жил в г. Красноярске. Какое-то время был директором Красноярского лесотехнического института. Зоотехник-птицевод КрайЗУ. На время ареста заведующий приемной по жалобам Красноярского крайисполкома. Арестован 14.04.1937 дома сотрудниками НКВД во главе с Валаевым. Обвинение по ст. 58-2, 58-8, 58-9, 58-11 УК РСФСР. Под пытками дал признательные показания. Приговорен 30.10.1937 ВС ВК ВС СССР к ВМН. Суд длился 45 мин. Расстрелян 30.10.1937 в 24 часа расстрелян в г. Красноярске. Реабилитирован 25.04.1956 ВК ВС СССР. Арх. № П-4946. Жена, Буда А.А., осуждена на 5 лет ссылки. -Рукосуев Н. В Партии восстановлен, Красноярский рабочий, 06.06.1989, 07.10.1989, 21.03.1989. -Бриман, По следам доктора Живаго, Советская культура, Москва, -Боровец В. Сгоревшая звезда, Дзержинец (Дзержинское), № 107-115, 2000, (с). -Боровец В. Расстрелянная республика, Красноярский рабочий, 30.11.1890. -Бушуев В. На изломе , Красноярский рабочий, 03.02.1990. -Крючков М., Медленно со скрипом, Красноярский рабочий, 18.07.1937. -Либрехт А., Семья, Сельский труженик (Тасеево), 22.05.1989, 24.05.1989, 26.05.1989. -Енисейский энциклопедический словарь, Красноярск, 1998г. с. 89, (б). -Вестник Красноярского крайкома КПСС, № 3, 1991, (б). -КЦХИДНИ, картотека реабилитированных. -Книга памяти жертв политических репрессий Красноярского края, т. 1, Красноярск, 2004, с. 454, (б,с) -??.12?88 В.Логвинов. Коммунисты ленинской гвардии -07.09-23.09.00 Вениамин Боровец. Сгоревшая звезда -17.10.03 На одной цепи -Владимир Мещеряков. Время прощаться и прощать БУДА Семен Мартемьянович. Род. 18.05.1900 в с. Троицкое Тасеевской вол. Канского уезда Енисейской губ. С 1918 тасеевский партизан, член штаба партизанской армии Северо-Канского фронта, участник боев с колчаковцами и чехами. В 1919 член Ревтрибунала Тасеевской партизанской республики. Чекист, боровшийся с контрреволюцией в 20-30 годы в Омске, Красноярске, Томске, Нижне-Удинске, Иркутске, Оренбурге. Один из руководителей подавления восстания бывших красных партизан в Тасеевском, Дзержинском, Абанском и Канском р-нах в 1931. С февраля 1931 по январь 1932 нач. Красноярского горотдела ОГПУ. Принимал участие в следствии по делу Будима И.С. (198 чел.) в 1933. Допрашивал Терских И.А., избивал, заставлял стоять у стены по 12 час. Награжден почетными значками чекиста. Заместитель начальника УНКВД Оренбургской обл. Арестован и расстрелян в Оренбурге в 1937. -Бушуев В. На изломе , Красноярский рабочий, 03.02.1990. -Енисейский энциклопедический словарь, Красноярск, 1998, с. 90, (б). -Архив Красноярского крайсуда, реабилитационные постановления, 1956, № 157. -Либрехт А. Семья Буда, Сельский труженик (Тасеево), 22.05.1989, 24.05.1989, 26.05.1989. -Владимир Мещеряков. Время прощаться и прощать БУДА Михаил Мартемьянович. Род. 01.09.1904 в с. Троицкое Тасеевской вол. Канского уезда Енисейской губ. Партизан-разведчик повстанческой армии Тасеевской республики в 1919. С 1920 в органах ВЧК, ОГПУ в г. Красноярске. Участвовал в ликвидации белогвардейских отрядов. В 1943 окончил Высшую школу контрразведки в г. Горьком. Арестован в 40-х годах. Умер в 80-х годах в Новосибирске. -Енисейский энциклопедический словарь, Красноярск, 1998г. с. 90, (б). -Либрехт А. Семья , Сельский труженик (Тасеево), 22.05.1989, 24.05.1989, 26.05.1989. - http://memorial.krsk.ru/martirol/bub_bui.htm БЫСТРОВ Петр Яковлевич. Род. в 1893. Уроженец и житель д. Денисово Рождественской вол. Канского округа Енисейской губ. Русский, самоучка, из крестьян-бедняков. Член ВКП(б). С 1920 года командир 3-го эскадрона тасеевских партизан. Воевал с Врангелем и Махно в рядах 30-й дивизии РККА. В 20-х годах был председателем тасеевской республики, в 30-х зампред Дзержинского РИКА. Арестован 30.01.1932. Обвинение по ст. 58-11 УК РСФСР. следствие на Лубянке. Осужден 22.08.1932 Особым совещанием коллегии ОГПУ на 1 год условно. Реабилитирован 07.02.1959 Красноярским крайсудом. Зам. директора Денисовской МТС. Арестован 26.01.1937. Обвинение по ст. 58-1 а, 58-8. 9, 11 УК РСФСР. Приговорен 30.10.1937 ВК ВС СССР к ВМН. Судебное заседание длилось 15 мин. Вину не признал. Расстрелян 30.10.1937 в Красноярске. Реабилитирован 25.07.1957 ВК ВС СССР. Прототип Петра Быстрого в романе Зазубрина В.Я. "Два мира". Его именем названа улица в с. Денисово, на доме, где он жил, установлена мемориальная доска. (П-10452, П-7773). -«Воспоминания о В.Г.Яковенко» М.Яковенко (Гончарова), “Власть Советов” (Канск), 15.03.1989. -07.09-23.09.00 Вениамин Боровец. Сгоревшая звезда - http://www.memorial.krsk.ru/martirol/b.htm *** Новоалтаец пишет: В. Зазубрин, "Горы" (роман), "Бледная правда" (рассказ). Относительно новый (2010-го года) сборник под "макароническим" названием: "От издателя: Владимир Яковлевич Зубцов (1895-1938), он же - талантливый русский писатель Владимир Зазубрин, сам пережил все ужасы Гражданской войны, успев повоевать и в армии Колчака, и в красной кавалерии, и в органах ВЧК-ГПУ*. В книгу вошли лучшие произведения писателя. Роман "Горы" (1925) - о судьбе двух братьев, Иване и Федоре Безуглых, коренных сибиряках, воевавших за свободу родного края, но очень по-разному воспринявших новую, советскую власть. Повесть "Щепка" (1923), или "Повесть о Ней и о Ней", явилась первой, правдивой и страшной в своей подлинности, картиной "классовой революционной борьбы", показавшей ее изнанку. К тематике повести примыкает и рассказ "Бледная правда" - простая и жуткая в своей безысходности история человека, захотевшего жить "по правде", а не по новым революционным законам". *"Как пишет В. Боровец, «по легенде», как «бывший командир полиграфической роты при штабе генерал-лейтенанта Пепеляева, поручик Анатолий Дмитриевич Можейков, вместе с канскими чекистами, распутывая сети белогвардейского заговора, побывал в таёжном крае»" - http://magazines.russ.ru/sib/2009/6/kr11.html

Новоалтаец: Kraeved63 пишет: в книге Ивана Новокшонова "Потомок Чингисхана" Я бы почитал...

Oigen Pl: Там и про "Карандашвили" немало страниц...

Kraeved63: Новоалтаец пишет: Я бы почитал... Я недавно видел эту книгу в букинисте - если ещё не купили, то могу приобрести и вам отправить. Обычно, на такие книги символические цены - я свою за 40 рублей покупал тоже в букинисте. Так что можете сообщить мне по электронке - geoborisov@yandex.ru по какому адресу вам выслать, если у меня получится купить эту книгу. Кстати, по мотивам этой повести, если вдруг кто не знает, был снят фильм "Потомок Чингисхана", главную роль в котором сыграл уроженец Иркутской губернии Валерий Инкижинов.

Новоалтаец: Kraeved63 пишет: Я недавно видел эту книгу в букинисте - если ещё не купили, то могу приобрести и вам отправить. Большое спасибо за предложение. Попробую сперва поискать в библиотеках. Если не получится найти - тогда обращусь.

Kraeved63: Новоалтаец пишет: Большое спасибо за предложение. Попробую сперва поискать в библиотеках. Если не получится найти - тогда обращусь. Ок.

Oigen Pl: Изд. 1975 Раиса Григорьевна Григорьева (Раиса Бейлис-Салынская,1920-2009) "Крестьянский сын" - детская повесть, экранизированная в 1975 г. - http://lib.rus.ec/b/232705/read "Верхним краем в Поречном называлась улочка, где жили люди «пришлые», переселенцы. Сюда, в Поречное, как в другие сёла на вольных землях Алтая, переселялись они из деревень России, Белоруссии и даже хлебородной Украины". Изд. 1970 "Аннотация Незабываемые годы гражданской войны… Каким высоким героизмом изумляли мир люди, вступившие в бой за свободу! Сколько юных орлят вылетело из-под огненного крыла революции! Не все они дожили до победы, но жизнь их, отданная борьбе за счастье народа, была прекрасна. Об одном из таких орлят революции, Косте Байкове, разведчике партизанского отряда, сражавшегося на Алтае против войск Колчака, написана эта книга. О его беззаветной храбрости, о чистой первой любви, озарившей Костину юность. Ч/б рисунки И. Година." - http://www.libex.ru/detail/book179659.html

Oigen Pl: белый пишет: А товарищ Юдалевич так часто меняет свою точку зрения на исторические события, что и сам уже запутался на чем же сейчас удобно стоять. Если бы только этот товарищ... Новоалтаец пишет: 12) Анатолий ЧМЫХАЛО. «Половодье» (посвящен Анисиму Копаню, воевавшему на Алтае в партизанской армии Е.М. Мамонтова). мир пишет: А.И.Чмыхало, "Отложенный выстрел". Аннотация: Тревожная Сибирь - главная тема Анатолия Чмыхало. В "Отложенном вы-стреле" (романе с элементами детектива) он вновь обращается к перипетиям вздыбленной жизни. Двадцатый год, бандитизм, чоновцы... Достаточно острый сюжет с выразительным сибирским колоритом. Автор - талантливый прозаик, создатель общепризнанного романа "Половодье". Анатолий Иванович Чмыхало теперь даст фору всем другим бывшим "товарищам": "Я читал документы двадцатых годов, рассекреченные чекистами и узнал много интересного. В перевороте 1917 года масоны шли рука об руку с большевиками. У них была одна цель: покончить с православием и с Россией. Создать государство, которым можно будет управлять с помощью кнута. Заметьте, не кнута и пряника, а только кнута. И они создали его. Кто не с нами, тот против нас — такой лозунг провозгласили большевики. Не все бросились за ними. Кому-то не захотелось быть быдлом. Начались массовые репрессии. Численность народа таяла на глазах. Это не смущало верных ленинцев. Они мечтали о дебильной России. И не только мечтали, а всячески приближали счастливое время безропотного социализма. Пытались скрестить русских баб с обезьянами шимпанзе. Однако обезьяны скоро разобрались в ситуации и поняли, что они не враги своим будущим детям. Масоны со сдержанным любопытством наблюдали за смелыми экспериментами. Как-никак, а в подавляющем большинстве своем они были интеллигентами. Тогда раздосадованные коммунисты решили с ними порвать. Началось выявление и преследование масонских лож. Передо мной судебное дело о ложе «Чаша святого Грааля». Рыцарям этого ордена вменялось в обязанность вести антисоветскую пропаганду. Их также учили владеть оружием и приемами рукопашного боя. Магистр ордена француз Гошерон — Де ля Фос упорно добивался субсидий от международного капитала. Над ним ехидно смеялось разочарованное зарубежье. Большевиков нельзя было победить байками о всемирном благоденствии под властью масонов. Да и бойцы были, прямо скажем, никудышние. Художница Марианна Пуаре, артистка Анна Фогт, музыкант Юрий Зандер и еще какие-то малоизвестные поэты и студенты. Но что это? Я не верю своим глазам. Третьим по значению в ложе был Александр Александрович Кенель, мой абаканский приятель Шарль Луи. Он имел степень «всемерного луча» и пользовался среди «братьев» и «сестер» ордена непререкаемым авторитетом. Вот тебе и безобидное существо с птичьей головкой, терзаемое домработницей Броней! 8 июля 1927 года коллегия ОГПУ приговорила «всемерного луча» к трем годам концлагерей. Вот так он и оказался в Сибири. Свои революционные симфонии сочинял преимущественно за колючей проволокой." - http://lib.rus.ec/b/267554/read#t4 Там же: "Совесть Брюхань был на редкость неподкупным человеком. Один такой экземпляр почти на всё наше село. За это его считали оригиналом, чуть ли не помешанным в уме. Кругом люди как люди, а он — даже не поймешь кто. Да еще ладно, когда бы ввязывался в спор с простонародьем, а то ведь закусит удила и бульдозером наезжает на начальство. А какой власти понравится её унижение? Партийная ячейка не раз уговаривала его: — Ведь ты же, Яков Давыдович, красный партизан. Отца у тебя прикончили белые. Чего тебе надо еще? Сельские большевики предусмотрительно не звали его в свои сплоченные ряды. Боялись, что от ячейки останутся одни клочья. Впрочем, и он не стремился туда. В конце концов, ему прощали все его диковатые выходки. Побранят, воспитают, а он опять за свое. Да и как его возьмешь голыми руками, когда он не страшился самого Господа Бога. Между прочим, те же большевики, хоть и боролись с религией, но посматривали на небо с опаской: а вдруг он там, наш вседержитель и повелитель. Тогда придется худо не только тебе одному, а и детям твоим, и внукам. Брюхань резал в глаза ничем не прикрытую правду, ту самую, которая постепенно, день за днем, сжигала его бунтарскую сущность. Больше всего он не терпел предательства. Только тем и существовал этот не похожий на других человек. Сухой, горбоносый, с прищуром острых, как бритва, глаз, которые враз становились стальными, когда на него находила какая-то блажь. А что? Другие смотрятся веселее, если их дергают за яйца? Вряд ли! Но чтобы о нем судить без предвзятости, надо было послушать самого Брюханя. Он раскрывался сразу, в нескольких первых же своих фразах. — У-лю-лю, яка ты тварина! — подчеркнуто удивлялся он. А там что хочешь, то и думай о красном партизане Брюхане. Вспомнит он тебе и то, что было, и то, чего не было и никогда не будет. Тогда лучше отойти от него. Он выговорится и онемеет, и станет молчать до той поры, пока не подвернется ему кто-то другой. А других набиралось немного: кому хочется срама на свою голову? Так он и жил, отгородившись от людей невидимой стеной. В полном одиночестве, хотя у него была жена и еще две дочери. Со старшей я учился в одном классе, а младшая, Нина, со временем стала женой Леньки. Но нельзя же всех презирать и ненавидеть. Кого-то он все-таки любил или хотя бы терпел? Да, в селе были и такие. Беспокойное сердце его всегда было на стороне униженных и оскорбленных. Потому он и оказался в красных партизанах, что поверил в очень уж радужные сказки большевиков о всеобщем благоденствии и справедливости. Потом понял обман, да было уже поздно. Признаюсь, я уважал Якова Давыдовича. Он тоже относился ко мне с пониманием. Чего же тут не понять? Отец мой отказался раскулачивать мужиков и скрылся от новой власти. У нашей семьи забрали в колхоз скотину, а никого из нас не считали членом колхоза. Вот тут и живи, как хочешь. — Когда вырастешь, Толя, не делай столько дуростей, сколько наделал их я, — грустно говорил он, запуская мне в волосы свою костлявую, жесткую руку. Рассказывали, что жалостливым он стал, когда милиционеры убили его отца. Вгорячах мстил всем без разбора. От него доставалось и белым, и красным. Даже бывшему балтийскому матросу Анисиму Копаню, который в семнадцатом взбаламутил округу. Сначала повстанцев было пятеро на всё Вострово. Они вступили в бой с волостной милицией. Иногда побеждали, но чаще давали стрекача в Касмалинский бор, там их было не сыскать никому. Однако зима спутала им все карты. Надо было спасаться от морозов, найти себе безопасное тепло. И они пошли в предгорья Алтая, где в одной из деревушек нанялись батраками к богатым крестьянам. А события в Сибири развивались стремительно. После Керенского установилась власть Омского областного правительства во главе с премьером Вологодским, а потом и с адмиралом Колчаком. Между большевистской Москвой и Омском пролегла линия фронта. Колчаку не хватало солдат, и он объявил мобилизацию нескольких молодых возрастов. Однако уставшие от первой мировой войны сибиряки неохотно шли в армию. Началось массовое дезертирство, а за ним не могли не последовать репрессии властей. По Алтаю уже прошла слава о бунте востровских кустарей, как называли прятавшуюся по кустам пятерку. К повстанцам стали стекаться дезертиры со всех сторон. Небольшой отряд вскоре превратился в партизанскую армию под командованием нашего селянина Ефима Мамонтова, бывшего унтер — офицера, связиста. Почему не Копаня? Так уж рассудили мужики. У Копаня не было командирского звания, он служил простым матросом. Ему определили место главного агитатора. А про Брюханя позабыли. Мол, после потери отца стал он непредсказуемым. Может убить любого и любого помиловать. Кому он такой нужен? И востровцам в голову не приходило, что он уже стал негласным судьей у повстанцев, их совестью. Таким и остался до конца своих дней. Когда в начале тридцатых в Сибири разразился голод, бывшие красные партизаны стали тайком выращивать хлеб для себя в лесу, на удаленных от Вострова еланях. Однажды в осенний день Брюхань заглянул к нам во двор. В дом не пошел, а сел на крыльцо и подозвал меня. Ласково обнял за плечи: — Как живешь, Толя? Что-то исхудал шибко. Кожа да кости. — Живу хорошо, — бодро ответил я. — Сусликов ловишь, тарбаганов? — А как же? — Ну лови, лови… Бабка тебе мясные супы варит? Я утвердительно качнул головой. Хотел сказать Якову Давыдовичу, что Ксения Ефремовна брезгует есть суслятину да тарбаганину. Готовит мне мясо в отдельном котелке, который называет поганым, а ничего — ем. Вкусно, даже очень. Но почему-то я промолчал. Наверное, понял, что гость пришел по более важному делу, чем уточнить мое тогдашнее меню. Так оно и оказалось. Брюхань предупреждающе погрозил пальцем: — Что увидишь и что услышишь, никому ни слова. Понял? — Как не понять. — Тогда зови бабку, — понизив голос, сказал он. Брюхань уведомил Ксению Ефремовну, мать двух партизан, что нашей семье выделены два мешка пшеницы. Их надо забрать на мельнице. Хочешь — смелешь, хочешь — так съешь. — Истолку в ступке, — благодарно раскланялась бабка. — Это уж твое дело. Ночью мы были на мельнице. Брюхань помог нам уложить мешки на ручную тележку и, счастливые, мы вернулись домой. Никто нам не повстречался, никто нас не заметил. Прошло уже семьдесят с лишним лет, а я до мелочей помню этот случай, как будто он был вчера. Из дробленой пшеницы мы всю зиму варили каши, что и помогло нам выжить. Вот такой он был, Яков Давыдович. Без сомнения, именно Брюхань внес нашу фамилию в тот секретный список. И его не смел не поддержать Копань. И вот почему. Где-то в середине пятидесятых годов прошлого века у меня родился замысел первого моего романа «Половодье». Собирая необходимый фактический материал, я оказался в селе Вострово. Со времени отъезда нашей семьи прошло двадцать лет, да еще каких! Одна война чего стоила! Многие мои сверстники погибли на фронтах Великой Отечественной войны, многие уехали из села, но многие и приехали сюда. Места у нас, по самым скромным меркам, просто удивительные. Кто не знает хлебную Кулунду! А она начинается у Касмалинского бора, прямо с нашей улицы. Летом сюда прилетают теплые ветры из Казахстана и Туркмении. Здесь же зарождаются дождевые тучи. Дождя хватает на всю Сибирь. Мы не жадные — бери сколько хочешь. Хожу по селу, гляжу направо и налево, ищу знакомых. Девушка загоняет во двор гусей, спрашиваю, где найти Брюханя. Был у него дома, но на двери замок. — Нинка в магазин ушла с сынишкой. Я видела их только что. А Брюхань на своем рабочем месте. Он завсегда там. Чаще всего там и спит. Направляюсь к проходной машинного парка совхоза. Здесь резиденция Якова Давыдовича. На столике неубранная посуда, топчан с постеленной на нем фуфайкой. На стене вырезанный из газеты портрет Сталина — культ личности вождя еще не развенчан. Брюхань перехватил мой удивленный взгляд и шутливо объяснил создавшуюся ситуацию: — Я разговариваю с этим злодеем. Выясняем, что нам обещали и что получили от него. Брюхань тачал сапог. Мгновение — и сапог уже под топчаном, а я в цепких объятьях Якова Давыдовича. Подвел меня к маленькому оконцу и пристально заглянул в лицо: — Желтый, как китаец. Много куришь? — Да уж курю. Между нами завязался деловой разговор. Он вспомнил дни блужданий по селам той самой пятерки кустарей. Стычки с милицией Временного правительства и омских правителей. Беспредел партизанских налетов на ярмарки и кулацкие дворы. Расстрелы без суда и следствия. С той поры прошло немало лет, было время подумать. К какому же выводу пришел дорогой мой Яков Давыдович? — Вывод такой, что мы — не герои, а бандиты. Другого ничего тебе не скажу. Откуда-то из-под топчана он достал бутылку с бурой вонючей жидкостью. Это даже не самогон, а смесь браги с каким-то лекарством на спирту. От этого можно загнуться, но мы смело выпили за нашу встречу. Он захмелел сразу, ему много не надо, чтобы свекольным стало его лицо в глубоких морщинах и еще более заострился горбатый нос. И когда он распустил свои перья, как бойцовый петух, я услышал ответ на вопрос, над которым думал все время. Кончилась гражданская война в Сибири. Хорошо было воевать с Колчаком. Против одного колчаковского батальона сражалась целая армия. Партизаны дрались и побеждали. Но праздновали победу не они, а комиссары регулярного российского войска, которое пришло сюда на все готовое. Партизан распустили по домам, а из добровольцев сформировали Первую сибирскую бригаду, которую тут же отправили на войну с Врангелем. Во главе соединения был народный герой Ефим Мамонтов. Родное село ждало Ефима с победой. Надеялись, что ему за большие заслуги вручат орден Боевого Красного знамени и тогда уж непременно назначат на высокую должность в Барнауле. Это нелишне, когда во власти окажется свой человек. А Ефим — мужик добрый, порядочный. Он не даст односельчан в обиду. Ничего подобного не случилось. Оказывается, необученная и плохо вооруженная сибирская бригада была поставлена на главное направление, против Дроздовского офицерского полка. А кто в России не слышал тогда о мужестве дроздовцев, составлявших самое боеспособное ядро белой армии! Они не прятались от вражеских пуль и очертя голову бросались в смертельные атаки. Надо заметить, что сибиряки тоже не подарок дроздовцам: отважно шли на прорыв вражеских укреплений. Не отступили ни на шаг и всей красной бригадой полегли в гнилой воде Сиваша. А уже по их трупам, как по надежному мосту, ворвались в Крым другие военные части. Мамонтов оказался не у дел. Вместе со своим штабом, в поисках далеко отставших тылов бригады метался по незнакомому Приазовью, где и был пленен махновцами. Батька, как известно, воевал не только против белых. Он был анархистом — и этим сказано всё. Для Мамонтова наступили не лучшие дни. Его допрашивали с пристрастием, не раз выводили на расстрел. И всё-таки ему удалось бежать. Он нашел штаб главкома красных войск товарища Фрунзе. Но командной должности ему уже не доверили. Как говорится, рылом не вышел. Фрунзе назвал виновником гибели сибиряков комбрига Мамонтова. Его намеревались отдать под трибунал, но смилостивились — отпустили домой. Вались-ка ты, хреновый командир, в свою вшивую Сибирь и не высовывайся там никогда. Горькая обида терзала распаленное сердце Мамонтова. Может, где и сказал что-нибудь неугодное новой власти. Но чекисты — уже тут как тут. Арест, допросы в Омской ЧК. Нервные срывы и тиф. С тяжелым чувством вернулся в Вострово партизанский вожак. Собрал верных людей на Кукуе, заозерной окраине села, и выложил всё начистоту. Долго сидели они за столом и всё думали, как быть дальше. — Юхим горячился. Я, говорит, подниму всю Сибирь против насилия над людьми. Понятное дело, пьяный, — вспоминал Брюхань. — Этого делать нельзя, возражал Юхиму Копань. Они чуть не переругались. И даже передрались бы, если бы Копань не покинул компанию. На следующий день Мамонтов уехал в Барнаул. И через какое-то время до Вострово дошел слух, что его убили кулаки. Случилось это во Власихе, есть такое село под Барнаулом. Люди судачили о причинах убийства. Мол, никого командир не срамил и не обижал и вот те на! Потом состоялся суд над власихинскими мужиками, им отвалили на всю катушку. И только один Брюхань догадался, чьих рук это паскудное дело. Его совершили всё те же чекисты. А им настучали на Мамонтова его завистники и откровенные враги. Но не пойманный — не вор. Правда, были у Брюханя кое-какие подозрения и на этот счет, но он их тут же отметал. Разговор между Мамонтовым и Копанем просочился за пределы Кукуя и оказался роковым для главкома. Как говорится, каждому свое. А Копань вскоре стал краснознаменцем, был делегатом двух партийных съездов в Москве, где его избрали в ЦКК — центральную контрольную комиссию. О разговоре на Кукуе Брюхань не упоминал почти до самой своей смерти. Совесть не позволяла ему предавать партизанского командира. Но Мамонтов именно тогда утвердился в своей правоте. Яков Давыдович первым откликнулся на вышедший в свет мой роман о Мамонтове и его сподвижниках — «Половодье». «Толя, горжусь тобою до помарки штанов» — писал он. В этой фразе весь Брюхань, мой земляк и мой старший товарищ. Человек с большой буквы."

Новоалтаец: Вилис Лацис Семья Зитаров (в 2-х томах) http://lib.rus.ec/b/274131/read http://lib.rus.ec/b/274133/read P.S. Во втором томе излагаются (очень вольно) события в Барнауле в июне 1918 года.

Oigen Pl: А фильм (сериал) по Зитарам не попадался, чтобы скачать?

мир: Oigen Pl пишет: Яков Давыдович первым откликнулся на вышедший в свет мой роман о Мамонтове и его сподвижниках — «Половодье». «Толя, горжусь тобою до помарки штанов» — писал он. В этой фразе весь Брюхань, мой земляк и мой старший товарищ. Человек с большой буквы." Ну что же, типичная судьба постсоветского интеллигента - от восхваления генеральной линии до антикоммунизма и русофобщины. Жрать-то что-то надо.

Сибирецъ: М. Щукин. Черный буран. Москва, Вече, 2011.

Oigen Pl: Сибирецъ пишет: М. Щукин. Черный буран. Москва, Вече, 2011. Знакомство с героями этого романа лучше начать с более раннего по времени "Конокрада и гимназистки" (есть в сети). А Гречмана из "Конокрада" и Висмана (реального полицмейстера, "не чужого" и для Барнаула*) или романного трактирщика "Чиндорина" с Индориным можно сравнить по этой публикации документов - http://sibkray.ru/news/1/31645/ "— Я состою членом гуманитарно-просветительского клуба «Зажги свечу», мы шефствуем над 4-й школой Центрального района Новосибирска. Как-то я выступал перед ребятами и рассказывал о старом Новониколаевске. Накануне я читал газету «Алтайское дело» за 1912 год, которую выпускал у нас Николай Литвинов, первый книгоиздатель Новониколаевска, и наткнулся на маленькую заметку, где сообщалось, что у одного известного горожанина дочь сбежала с кучером: «следы возлюбленных не найдены, подробности, если таковые появятся, сообщим позже…» Рассказываю об этом ребятам, одна девочка говорит: а вы бы написали такую любовную историю. Мы вместе посмеялись над этой идеей. Но, видно, она осталась в голове и потихонечку жужжала в памяти, а потом появились сюжет, настроение, город. Мне захотелось написать о том, каким в то время был Новониколаевск. Всё действие происходит в конкретном пространстве — среди действительных улиц и зданий. Это, конечно, до некоторой степени сдерживало, но меня вдохновлял пример Михаила Булгакова, а именно его роман «Белая гвардия», особо мною любимый. Я побывал у домика Булгакова на Андреевском спуске в Киеве, долго его обходил и вдруг увидел, куда прятали маузер, эту форточку, настолько всё было списано географически точно!.. Так получилось, что у меня была операция, врачи велели больше ходить, я много гулял по Новосибирску, искал следы Новониколаевска и убедился в том, что их осталось очень мало. Я пытался «увидеть» панораму Оби, представить, какой её видели мои герои, к примеру, из окна гостиницы «Метрополь». " - http://vedomosti.sfo.ru/articles/?article=36597 *"Приказом № 67 от 8 июня 1907 г. «переводится для пользы службы и.д. пристава 3 стана Каинского уезда неимущий чина Бернгард Висман на таковую же должность в 3 стан Барнаульского уезда»."

Сибирецъ: Да, реальные прототипы были, и Висман действительно покровительствовал притонам и т.д. Но "Конокрад" все-таки не про ГВ. С другой стороны, Вы правы, читать надо сначала "Конокрада", затем "Черный буран".

Oigen Pl: Oigen Pl пишет: *"Приказом № 67 от 8 июня 1907 г. «переводится для пользы службы и.д. пристава 3 стана Каинского уезда неимущий чина Бернгард Висман на таковую же должность в 3 стан Барнаульского уезда»." Думаю не будет слишком большим уводом от темы "пришпилить" сюда данные предшественника Висмана на должности пристава Третьего стана Барнаульского уезда Томской губернии, тем более, что этот предшественник - племянник самого Ф.М. Достоевского: "У меня сохранился Формулярный список о службе бывшего пристава Барнаульского уезда Коллежского асессора Владимира Иванова. Список составлен в 1902 году. Сохранилась также копия аттестата (по современному — резюме) Владимира Александровича Иванова. Из этих документов следует, что был он сыном дворянина Московской губернии, окончил курс наук во Втором Московском кадетском корпусе и в службу вступил в 1884 году. В документах указано, что в 1902 году ему было 36 лет, то есть он 1866 года рождения и в 1884 году ему исполнилось 18 лет. Уволен в отставку по собственному желанию в апреле 1906 года в возрасте 40 лет с должности пристава Третьего стана Барнаульского уезда Томской губернии. За выслугу лет ему назначена пенсия 192 рубля в год. В этом же аттестате имеются сведения о размере его оплаты труда в год: 294 рубля жалованья, 294 рубля столовых, 450 рублей канцелярских и 180 рублей квартирных. Итого — 1218 рублей. Известно, что Владимир Александрович Иванов был последним из 10 детей любимой сестры Федора Михайловича Достоевского Веры Михайловны Достоевской." - http://www.russianshanghai.com/articles/post4087

Сибирецъ: думается лучше в отдельную тему, в персоналиях. здесь все-таки о худ литературе - не всякий пользователь зайдет

Oigen Pl: Да, лучше сделаю отдельную тему...

Oigen Pl: Andrius пишет: Витаутас Алманис, написал несколько книг на литовском языке - все они об Алтае, публицистические, два романа - один из них именно о ГВ на Алтае ("За горами - дом", Вильнюс, издательство "Alma Literra", 1992) - о судьбе литовских солдат, воеваваших в I МВ и оказавшихся в Сибири. Автор, как я понял, прожил 9 лет на Алтае, "закончил Бийский лесной техникум": 1961–1970 m. gyveno Altajuje, ten baigė Bijsko miškų technikumą, buvo girininku įvairiuose Altajaus, grįžęs – Lietuvos miškų ūkiuose, nuo 1988 m. dirba Kamanų rezervate.

Ратник: Очередные "попаданцы". Вообще складывается такое ощущение,что после всем известного фильма из Колчака масскульт сделал какого-то лубочного супергероя... Декабрь 1919 года, Сибирь. Верховный Правитель адмирал Колчак стал заложником грязных политических игр интервентов и «либералов». Судьба белой России висит на волоске - с запада наступает Красная Армия, в тылу разгораются эсэровские мятежи, а взбунтовавшиеся «белочехи» захватили 20 тысяч вагонов с русским добром, окончательно дезорганизовав железнодорожный транспорт, сорвав эвакуацию и обрекая на смерть десятки тысяч беженцев, а вдобавок еще и наложили лапу на золотой запас погибшей Империи… Оказавшись в теле колчаковского офицера, наш современник, ветеран Афгана и Чечни, должен переписать историю, остановить иуд, отбить золото Адмирала и спасти Колчака!

мир: Вот это и есть первая часть того, о чем я писал. Ратник пишет: Вообще складывается такое ощущение,что после всем известного фильма из Колчака масскульт сделал какого-то лубочного супергероя... Во всем известном фильме он им и был - кто еще мог провести по минному полю корабль и одним выстрелом остановить крейсер? Словом, за что боролись.

Штабс-капитан: Ратник пишет: Очередные "попаданцы". Вообще складывается такое ощущение,что после всем известного фильма из Колчака масскульт сделал какого-то лубочного супергероя... Прочитал страниц 10, показалось очень убогой книгой.

Oigen Pl: "Жена Яна Петровича Клеопатра Никифоровна Гайлит, высокая, полная круглолицая, бывала на всех наших литературных собраниях, в журнале «Товарищ» напечатала свои рассказы для детей, а в 1934 году на краевом съезде писателей выступила с докладом о детской литературе в Сибири. Она начинала писать и для взрослых. Так в «Сибирских огнях» в том же 1934 году появились ее записки с колхозных полей «Побеждают большевики». Вскоре, подбодренная читателями, принялась за довольно сложную и очень нужную тему о героическом переходе чоновского отряда под командованием Ивана Долгих через снежный Теректинский хребет, в результате которого была разгромлена крупная и весьма опасная банда подъесаула Кайгородова. Клеопатра Никифоровна была знакома с героем этого похода и писала документальную повесть по его устным воспоминаниям. Поставив последнюю точку, она попросила меня прочесть рукопись. Повесть в целом ей удалась, нуждалась лишь в небольшой стилистической правке. Издание этой книги, на мой взгляд, было необходимо, в особенности для юных читателей.<...> Рукопись Клеопатры Гайлит в типографии была набрана, но трагическая гроза вынудила рассыпать набор. Юные читатели лишились нужной книги.". - Афанасий Коптелов "Дни и годы". Гайлит Клеопатра Никифоровна Родилась в 1896 г., Азово-Черноморский кр., г. Керчь; русская; Западно-Сибирское краевое издательство, журналист-литератор. Проживала: г. Свердловск. Арестована 25 августа 1937 г. Приговорена: 28 октября 1938 г. Приговор: 5 лет ИТЛ Источник: Книга памяти Свердловской обл. http://lists.memo.ru/d7/f497.htm

самарец: Про книги "Спасти Колчака" и "Спасти Каппеля". Моё чисто субъективное мнение: при всех недостатках этих произведений (грешен, прочёл) есть один большой плюс - хоть кто-то из современных авторов написал на тему ГВ в Сибири (даже в таком формате). Возможно, кто-нибудь из читателей заинтересуется историей ГВ, историей своей страны, начнёт изучение этой темы хотя бы лично для себя... А то новое поколение вообще не знает Истории и в лучшем случае читает разную ересь про эльфов и орков.

Ратник: самарец пишет: "Спасти Каппеля" Что-то новенькое-не слышал про такую...

Ратник: самарец пишет: Про книги "Спасти Колчака" и "Спасти Каппеля". Фильм "Адмирал" при всех своих достоинствах стал ненароком точкой,от которой покатилась просто волна разного рода опусов на эту тему (как художественных так и публицистических) - в большинстве случаев, увы, самого низкого уровня (в т.ч. псевдоисторических)...

Oigen Pl: Ратник пишет: Фильм "Адмирал" при всех своих достоинствах стал ненароком точкой,от которой покатилась просто волна разного рода опусов на эту тему (как художественных так и публицистических) - в большинстве случаев, увы, самого низкого уровня (в т.ч. псевдоисторических)... barnaulets пишет: взять анонимную "рецензию" на фильм "Адмирал", написанную одним из таких "борцов" и размноженную по сотням сайтов страны. http://siberia.forum24.ru/?1-12-0-00000050-000-40-0 Эта рецензия появилась с самого начала в приложении к газете "Советская Россия" - в "Отечественных записках" (№ 18(193) 29.10.2009) - http://sovross.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=56402 Появилась, разумеется, с подписью автора - Алексея Ивановича Кобелева из Барнаула. Дальнейшая "анонимность" на сайтах - это уже не его "заслуга", а "копировщиков". А.И. Кобелев позже издал в Барнауле эту свою рецензию, добавив в том числе и самые разные отзывы из Интернета. Я уважаемому белому эту книгу, кажется, передавал. Не помню, передавал ли другую книгу того же автора - биографию братьев Пепеляевых (где пишется и об их деде - полицейском исправнике в Барнауле). Что касается достоинств фильма "Адмирал", то их перечень трудно было заметить даже на вполне "белогвардейских" сайтах.

Ратник: Ну что можно еще было ждать от "СОВЕТСКОЙ России"-"Главный душитель Сибири"...ничего удивительного. Как бы к этой работе не относились,одно можно сказать точно-равнодушным она не оставила никого.

белый:

Oigen Pl: Oigen Pl пишет: Я уважаемому белому эту книгу, кажется, передавал. Не помню, передавал ли другую книгу того же автора - биографию братьев Пепеляевых (где пишется и об их деде - полицейском исправнике в Барнауле). белый пишет: Нет , я такого не помню Я оставил для Вас два экземпляра - и той, и другой брошюры:

Ратник: Уважаемый Евгений! А можно где-то прочесть брошюру о братьях Пепеляевых?

Oigen Pl: Ратник пишет: Уважаемый Евгений! А можно где-то прочесть брошюру о братьях Пепеляевых? Автор "Голгофы братьев Пепеляевых" конечно "дружен" с компьютером, но не очень "дружен" с интернетом. До сих пор только строчки одной его справочно-биографическая книги об алтайской милиции "ловятся" в гугл.ру. Попробую здесь поставить фрагмент - те страницы, на которых малоизвестный сюжет об охранявшем А. Пепеляева и жившем потом в Барнауле М. Пантюхове. А пока - вот так заканчивается эта брошюра и такая там библиография в конце:

самарец: Ратник пишет: Что-то новенькое-не слышал про такую... Леонид, а это вторая книга ( уже практически полная "альтернатива" с элементами фантастики ). Кстати, продолжение следует....

Ратник: Oigen Pl пишет: Автор "Голгофы братьев Пепеляевых" конечно "дружен" с компьютером, но не очень "дружен" с интернетом. До сих пор только строчки одной его справочно-биографическая книги об алтайской милиции "ловятся" в гугл.ру. Все-таки хочется верить,что какая-то "добрая душа" возьмет ее и сделает электронную версию,поскольку до наших мест к примеру в натуральном виде она навряд ли доберется когда-нибудь. самарец пишет: Леонид, а это вторая книга ( уже практически полная "альтернатива" с элементами фантастики ). Кстати, продолжение следует.... Прямо какой-то второй "Конан" или "Волкодав"...

белый:

barnaulets:

Oigen Pl:

белый:

Oigen Pl:

Oigen Pl: Кстати, если погуглить, то обнаружится, что определение "душитель Сибири" появилось задолго до журналистской или писательской биографии А.И. Кобелева. Например: "...Бывший военный моряк, участник обороны Порт-Артура, Бегичев стал замечательным исследователем. Он сам ставил перед собой задачу, сам и организовывал экспедицию. Двигаясь на рыбацких лодках, он открыл острова между Хатангским и Анадырским заливами, а на них — признаки залежей нефти, угля, соли; участвовал в спасении экспедиции ученого Э. В. Толля, вместе с которым, по злой иронии судьбы, был спасен и будущий душитель Сибири Колчак..." - Анатолий Стабилини СУДЬБЫ СИБИРСКОГО ГОРОДА Очерк // На суше и на море 1964(5). Тот же 1964 г.: "Американские и японские колонизаторы хозяйничали на Дальнем Востоке. Оживился Колчак — душитель Сибири, перейдя в наступление." - Савелий Леонов, роман "Молодость". Владимир Афанасьевич Обручев (История геологического исследования Сибири, Том 4): "...контрреволюционный адмирал, душитель рабочих и крестьян Сибири, агент империалистических интервентов." Абде Бочинович Турсунбаев, "Казахский аул в трех революциях", 1967: "Штаб предварительно разослал по деревням и аулам воззвание, в котором говорилось : «Все, могущие владеть оружием, вооружайтесь кто чем может и вступайте в этот отряд для борьбы против душителя Колчака»."

Oigen Pl: Ратник пишет: Прямо какой-то второй "Конан" или "Волкодав"... И это не предел : Призрак океана, или Адмирал Колчак на службе у Сталина Год: 2011 Автор: Грейгъ О. Жанр: история Издательство: М.: Эксмо: Алгоритм ISBN: 978-5-699-45981-0 Серия: Исторические сенсации Описание: Была ли история такой, какой вам её преподносили в школе, институте и с экранов телевизоров? По утверждению автора книга О. Грейгъ, адмирал Колчак не был расстрелян в 1920 году, а в течение многих лет был инкогнито ближайшим советником Сталина. Книга пропитана мистикой, наполнена событиями, о которых вы никогда не слышали, а между тем, по мнению автора, именно они определяют подлинное лицо современного мира.

Oigen Pl: Oigen Pl пишет: малоизвестный сюжет об охранявшем А. Пепеляева и жившем потом в Барнауле М. Пантюхове Теоретически это не такой и малоизвестный сюжет, так как сам М.О. Пантюхов писал о костылях, которые сделал ему А.Н. Пепеляев - см. Пантюхов Михаил. Красная линия. [Воспоминания моряка-балтийца. Лит. обраб. и предисл. В. Муравьева. Барнаул], Алт. кн. изд-во, 1973 © 318 с., 30000 экз. "Журналист", 1985 г.: "Работал на Дальнем Востоке прокурором - и маленькая глава в книге "Красная линия" лишь пунктирно обозначает этот бурный период его жизни: участие во многих интереснейших процессах, в том числе над белым генералом Пепеляевым (одна деталь: заключенный бывший генерал, любитель столярного ремесла, в знак уважения и симпатии смастерил Пантюхову... новые костыли)."

Ратник: Oigen Pl пишет: Призрак океана, или Адмирал Колчак на службе у Сталина Год: 2011 Автор: Грейгъ О. Самое плохое то,что потом на этом пласте псевдоисторической шелухи,витающей над историей вырастет новое поколение,которое еще будет на эту тему писать диссертации и даже защитит их (вроде одного историка в Уфе,защитившего докторскую диссертацию на тему "Башкирские корни французского языка",построенную на наличии в башкирском межзубных и гортанных звуков,аналогичных французской речи)...

мир: На сайте онлайн-еженедельника «Мои года» опубликован исторический роман Константина Седых «Даурия», в котором описываются события революции и гражданской войны, происходившие в Сибири. Автором романа является уроженец казачьего посёлка Поперечный Зерентуй Забайкальского края, советский писатель и поэт. Значительную роль в романе играет казачество, благодаря чему роман часто характеризуют как панораму жизни сибирского казачества и сравнивают с "Тихим Доном" Михаила Шолохова. Произведение основано на исторических фактах, этнографических сведениях и воспоминаниях участников гражданской войны, которые автор собирал при его написании. Роман переведён на многие языки мира. По его мотивам в Читинском драматическом театре ставился спектакль «Даурия». В 1971 году вышла экранизация произведения. Книга будет интересна широкому кругу читателей. http://moi-goda.ru/konstantin-fedorovich-sedich/страница-2

Oigen Pl: Когда читал, резануло, что автор и Сталина умудрился упомянуть (вряд ли его фамилию на Дальнем Востоке в гражданскую знали тогда). Восьмого апреля в Чите стала известна историческая телеграмма Ленина Владивостокскому Совету, на которой рукою Сталина было написано: «Срочно, вне очереди. Иркутск. Центросибирь, для Владивостокского совдепа». <...> Затем его стали просить, чтобы он рассказал о положении в Советской России. – Это я и без ваших просьб сделаю, – усмехнулся Аверьяныч. – Дядя Гриша велел вам передать, что за Уралом дела наши улучшаются. Красная Армия очистила от белогвардейцев Поволжье, а Царицын – есть такой город на Волге – в жестоких боях отстояла. Ленин посылал туда товарища Сталина. Всю контрреволюцию там в пух и прах раскатали. Недавно случилась беда на Восточном фронте – Колчак занял Пермь. Так товарищ Сталин теперь, слышь, на Восточном фронте находится*. Ну, значит, скоро возьмутся и за Колчака, весной, надо полагать, начнется большое наступление. Знаете, сколько бойцов теперь в Красной Армии? Три миллиона! Ну, значит, и все ясно. Куда Колчаку устоять против нашей силы! А как начнут ему давать жару, нам тоже надо будет выходить из тайги. Надо так сделать, чтобы все Забайкалье весной загудело… А потом нашел, откуда взялся Сталин. Это последние вставки - как "публицистика" - они не остались незамеченными: — Я читал критику романа Седых, — сказал Сталин, — и, по-моему, она во многом неверная. Говорят про него, что там плохо показана роль партии, а по-моему, роль партии у Седых показана хорошо. Центральная фигура Улыбина прекрасно показана, отличная фигура. Упрекают Седых за то, что у него Лазо не показан. Но Лазо туда позже приехал, поэтому он и мало показан. Но там, где он показан, он показан хорошо. Седых критикует в романе казачество, показывает его расслоение. Но душа движения — комиссар — у него как раз человек из казачества. Есть в романе недостатки: растянутая вещь. Есть места очень растянутые. Есть места, где просто-напросто нехудожественно рассказано. Вот тут говорили, что Седых переделывает свой роман, вставляет в него новые публицистические места. А я бы не советовал ему исправлять роман, вставлять в него публицистику, этим можно только испортить роман. - К. Симонов "Глазами человека моего поколения. Размышления о И.В.Сталине". *Вообще-то можно было бы и Ф.Э. Дзержинского не забыть: 5 – 31 января 1919 – пребывание И.В.Сталина и Ф.Э.Дзержинского на Восточном фронте, в районе действия 2-й и 3-й армий. (с выяснением обстоятельств сдачи Перми - О.Р) - http://www.stalin.su/hronology.php?action=period&id=3

Новоалтаец: Афанасий Коптелов, "Великое кочевье". http://lib.rus.ec/b/162952 Аннотация: Роман «Великое кочевье» повествует о борьбе алтайского народа за установление Советской власти на родной земле, о последнем «великом кочевье» к оседлому образу жизни, к социализму.

Oigen Pl: Статья из "Литературной энциклопедии": ЗЫРЯНОВ, Венедикт Ермилович [2(14).III.1898, с. Николаевка, ныне Петропавл. р-на Алтайского края, — 17.VI.1963, Москва] — рус. сов. писатель. Чл. Коммунистич. партии с 1920. Учился в Ин-те востоковедения. В 1926 выступил с повестью «Кровяная земля» — о событиях гражд. войны на Алтае, участником к-рой был писатель. Работал секретарем парт. организации трикотажной ф-ки «Красная заря» в Москве; с этим связан очерк З. «Цветы фабричные» (1929), замеченный М. Горьким (см. Собр. соч., т. 30, 1956, с. 148). Впоследствии работал директором совхоза в Казахстане; это время отражено в рассказе «Бискунак» (1938) и в повести «Карасан, или Повесть о черной болезни» (1936). Наиболее значит. произв. З. — повести «Партизаны» (1937) и «Освобождение» (1939), посвященные партиз. движению на Алтае, борьбе крестьян с колчаковцами и иноземными захватчиками. Сочный язык, изобилующий местными оборотами, динамич. развитие событий и красочное изображение характеров — отличит. черты писат. манеры З. Соч.: Красный беркут, М., 1930; Большевики в степи, М. — Л., 1932; Освобождение, Барнаул, 1958. Б. В. Смиренский. Автор этой биографической справки "за скобками" оставил поддержку со стороны этого бывшего партизана воспевавшей "Вандею-Дон" (Марине Ивановне Цветаевой): «Надо сказать, что М. И. не состояла ни в Союзе, ни в Литфонде. Став членом групкома — организации профсоюзной, она почувствовала некую почву под ногами. Я лично без помощи и горячего участия в судьбе МИ ответственного секретаря групкома тов. Зырянова, разумеется, ничего для нее сделать не могла бы, честь и слава тов. Зырянову, простому человеку, честному партийцу, который в те годы, когда МИ была в общественном смысле на положении какого-то парии, отщепенца, не побоялся прийти к ней на помощь, приютить ее в групкоме, приветить, исхлопотать для нее в Гослитиздате работу по переводам, а стало быть, материальную поддержку». Венедикт Ермилович Зырянов, видно, и правда был хороший человек и старался помочь Марине Ивановне. Может быть, это он и поставил вопрос о приеме ее в групком перед Фадеевым, во всяком случае, без согласования с Союзом писателей, без «добро» Фадеева он бы сам провести Марину Ивановну в групком не смог, и доказательством этому может служить хотя бы тот факт, что собрание вел Бахметьев, он даже, кажется, в это время был и председателем этого групкома. А Бахметьев, в противоположность Зырянову, был человек отнюдь не добрый, и уж он бы сочувствовать да жалеть Марину Ивановну не стал, и достаточно было бы одного его иезуитского вопроса, чтобы прием не состоялся. - http://tsvetaeva.narod.ru/WIN/belkina/belkB08.html

Oigen Pl: М.С. Бубеннов "Зарницы красного лета", Воениздат, 1986: auto.ur.ru "В повести "Зарницы красного лета", во многом автобиографичной, писатель рассказывает о повстанческом движении против белогвардейщины на Алтае, где многотысячные партизанские силы успешно действовали в тылу колчаковских войск." *** — Ну а самого-то Окунева поймали? — спросил Зырянов. — Ума не приложим, куда делся! — Стало быть, сбежал, гад... — Все одно не уйдет! И верно, не ушел. Летом 1927 года бывший полковник Окунев был разоблачен и арестован в Одессе. Его привезли в Барнаул, где над ним и состоялся суд. В то самое лето, закончив школу-девятилетку с педагогическим уклоном в Веселом Яре, близ Рубцовки, я семнадцатилетним пареньком приехал в большое село Сорокино на Чумыше. В ожидании осени, когда мне предстояло заняться учительской деятельность, я из любопытства много ездил с отцом по Заобью. Отец ведал тогда лесными делами в обширном заобском районе, часто бывал в разъездах и всегда брал меня с собой.

Новоалтаец: Наталья Иртенина, роман "Царь-гора". http://www.gorno-altaisk.ru/eshe/litklub/158-litclub/1117-v-prostranstve-misticheskogo-altaya.html "С точки зрения Иртениной, гражданская война стала своего рода Божьим инструментом обустройства России. В начале XX века страна и живший в ней народ опустились на дно чаши греха. Православные идеалы и монархические ценности оказались на периферии народного сознания; лучшее и крепчайшее, что было в русской цивилизации, подверглось разрушению. Покаяния не происходило. И вот грянула гражданская война, в ходе которой «красные» на острие немилосердного «интернационала» сыграли роль Божьего бича".

Oigen Pl: Oigen Pl пишет: М.С. Бубеннов "Зарницы красного лета", Воениздат, 1986: Помимо всего прочего в этой автобиографической книге подробно рассказано об основном пункте обвинений против Окунева в 1927 году - расправе над пленными участниками боя у Малых Бутырок 14 августа 1919 г. в Буканке (Буканском). Примечательно миротворчество священника в Буканке:

мир: Я эту книгу два дня назад просмотрел. Заинтересовала повесть "Бессмертные", где описывалась некая камская "баржа смерти", при этом автор явно "слил" в одном художественном образу "баржу смерти" воткинских повстанцев (1918 - там были слова "Казань оставлена!") и пермскую баржу (1919 - упоминается, что белые, отступа, разлили по Каме подожженную нефть). Oigen Pl, скажите, а у вас книга на руках?

Oigen Pl: мир пишет: Oigen Pl, скажите, а у вас книга на руках? Да, сканер есть на работе, книгу унес туда. Там и отсканировал эти страницы.

мир: Oigen Pl пишет: Да, сканер есть на работе, книгу унес туда. Там и отсканировал эти страницы. А не могли бы вы отсканировать те страницы, которые посвящены описанию самодельных патронов партизан? Запомнилось, что они вставляли в обойму четыре баббитовых патрона, а пятым - обычный, чтобы ствол прочищало.

Oigen Pl: Да, помню этот фрагмент. Испытывали патроны на пленном поручике, которого увел пьяным Семен Бубеннов (отец писателя).

Oigen Pl: Новоалтаец пишет: 1) (!) Константин СОМОВ. «Черный Дол» (гражданская война на Алтае, 1918 г.). Автор специально для Форума предоставил отрывок из продолжения своего цикла "Усобица". И "Черный Дол", и продолжение выйдут под одной обложкой в сентябре 2012 года. Отрывок автором условно назван "Разговор". Использованы воспоминания партизан, частично представленные на Форуме в теме "Роговцы". Осень 1919 года. Отряды партизанского вожака Григория Рогова ведут бои с частями белогвардейцев и дружинами «Святого Креста» в Причумышье... …Скоротечные перестрелки и бои посерьезнее, долгие переходы, короткий отдых на ночевках и опять переходы текли нескончаемой лентой и помнились лишь чувствами голода, усталости, пережитого страха, блаженства недолгого покоя, хмельной удали и похмельного недуга. Красоты все больше берущей свое осени, картины деревенского быта и даже образы встреченных на пути привлекательно-соблазнительных девушек и молодых женщин в памяти задерживались ненадолго, быстро размываясь и исчезая из нее вовсе. Как ни странно, это обстоятельство Нефедова особенно не огорчало. Возможность добиться во время ночевки в том или ином селе расположения какой-нибудь сдобной солдатки у него бывала часто, но воспользовался он этим только один раз, и то словно по обязанности – раз мужик, значит должен охочей бабе радость доставить. «Устал я, видать, крепко от такой жизни, – с удивлением и даже страхом думал он о вовсе несвойственном ему раньше, почти равнодушном отношении к прекрасному полу, лишь изредка озаряемом вспышками умиления перед женской красотой. – Ничего-то мне не интересно, одна выпивка разве. Как там покойный Филатьев говорил, ссохлась душа, кровяной коркой схватилась. Вот и у меня, видать, к тому дело идет »… Частенько донимала его и другая мысль – отчего народ здесь так резко разделился на две половины – одни деревни на восстание пошли, в других за Колчака большинство стоит, в дружины «Святого креста» идет? По какой причине так выходит, что соседи друг друга бьют и грабят почем зря? Жили-жили годами рядом и ничего, а потом хлеще старых врагов друг друга возненавидели, как так?.. Ответ на этот вопрос ему удалось получить довольно скоро. Это случилось во время одной из ночевок в похожей на другие, лентой протянувшейся между холмов сибирской деревне. Егор и Василий разместились на постой в построенном по-старообрядчески «связью» – в середине сени, а по бокам две комнаты – доме. Уже совсем стемнело, когда в гости к ним пришли Иван Дрожжин, ставший командиром роты в одном из роговских батальонов Денис Поташов и его знакомый партизан Иван Логинов. Сидели за столом в сенях, куда, желая задобрить незваных гостей, молчаливая хозяйка собрала сытный ужин – жаркое из нарубленной крупными кусками баранины в большом, едва ли не ведерном чугуне, пироги с картошкой, грибами и капустой, корчаги с квасом и пивом, свежеиспеченные запашистые калачи. Поташов и Логинов принесли с собой пару бутылок самосидки, сделавшей вскоре утомленных долгим переходом, а потому молчаливых партизан общительней и разговорчивей. – Мы вот между собой, как соберемся, бывает, все судачим, как дальше жизнь обернется. – говорил не спеша молодой, да не по годам степенный и рассудительный Логинов. – Блохин, скажем, Захар Петрович считает, что раз народ в деревнях распознал, какая у Колчака власть, значит, надо оружие в сторону отставить и идти от деревни к деревне с красными знаменами, собирать народ и дальше на город, и там под таким напором власть сама собой отомрет. – Во загибает, – усмешливо хмыкнул Дрожжин, заулыбались и остальные, в том числе и сам рассказчик. – Это точно, загибает. Мы ему говорим: «Ты зайди без винтовки, с красным флагом в Дмитро-Титово или наше Сорокино – рта открыть не успеешь, как сам отомрешь, да хорошо еще коль сразу зарубят иль застрелят, а то еще на крюк под ребро сушиться повесят. Без винтовки сейчас уговоры плохие». – Насчет власти, как Колчака скинем, у него тоже свои думки имеются, – продолжал, переждав смех, Иван. – Все должно решать общество, значит – сельский сход. Что он решит, то и закон, а чего там из города напишут, то мужику не указ. Какие подати платить и сколько – то же самое на сходе решать. Людей зажиточных их имущества не лишать, только подати им побольше назначить. Так от них толк будет. А забери у них добро, оно без хозяина прахом пойдет. Егор Сопкин Захару наперекор режет, анархию проповедует. Всякая власть, говорит, есть насилие, а любая собственность тому насилию служит, так же, как и религия, попы, значит. Потому они, анархисты против всякой власти. Общество должно делиться на малые, эти… федерации. А они между собой будут вести обмен продуктами своего труда. У нас мужик один какое-то время на железной дороге стрелочником служил, так он его спрашивает: «Без власти – это без начальников, значит?» и дальше продолжает, что стрелочник, понятно, шишка не велика, но без распоряжения дежурного по станции, начальника, значит, больших бед наделать может. Повернет, скажем, стрелку не туда, столкнет два поезда, народ погубит, паровоз, вагоны и другое там имущество попортит. А не то в тупик поезд загонит, график нарушит. Опять же взять нас. Ведь в отряде тоже командиры есть, без них воевать гибель, каждый, кто с фронта пришел, знает. А они, выходит, опять же начальство. Без него, видать, никак не обойдешься. – Верное дело, – согласился Нефедов. – А что ваш Сопкин на это? – А чего Сопкин? Почесал в затылке, вот как я сейчас, да и смолчал. Может, не знает, а может, сама наука ихняя до того еще не дошла. – А ты чего, Иван, про то думаешь, какой новой власти быть? Ты ж городской, побольше нашего разуметь должен, – повернулся к Дрожжину непривычно угрюмый Денис. – Да уж куда побольше, – усмехнулся тот. – Думаю, как до Колчака было, так и делать, само собой власть советская должна быть, только буржуев, купцов, попов, прочих мироедов покрепче, чем тогда, под ноготь загнать, чтоб не пакостили. Без государства, понятное дело, не обойдется, и податей, само собой, тоже, только думаю, их куда меньше прежнего потребуется. Буржуев не станет – на дворцы да театры там всякие денег тратить не потребуется, на полицию тоже тратиться не надо будет, самим за порядком можно уследить, коль он свой, народный. Бандитов под пулю без слова, шушеру всякую да лентяев в работу запрячь. Так что, думаю, чтоб голодных накормить, немощных обиходить, на прочие какие расходы и малых денег хватит, а остальные все рабочему да мужику трудяге в достаток. В начальство лучших да честных выбрать, неужто по России среди всего трудового народа не найдем таких, сколько потребуется? Не вытянут лямку, других поставим, власть-то наша. Так вот, думаю, и будет, особо-то хитрого тут ничего нет. Здравствуйте, дедушка, – повернулся он к тихо вошедшему в сени лохматому седобородому старику в длинной навыпуск белой рубахе и самотканых портах. – Чего не спите-то? – Вас слушаю, – колюче посмотрел на него тот. – Жду все, может умное, что кто скажет. – Так сам и скажи, коль от нас не слышишь, иль нечего сказать то? – недобро поинтересовался Поташов. – Есть чего, – старик оперся рукой о стену, медленно опустился на стоящую в углу сеней лавку. – И скажу, погоди малость. Он помолчал немного, затем решительно мотнул косматой головой: – Вот вы тут сидите в чужом доме, незваные, о власти вашей будущей рассуждаете, и какая она у вас выйдет, коль до того дело дойдет, вам и самим толком непонятно. Дом, значит, не знаете, как ставить, а лес уже валите, смуту завели, да еще какую. Какой мужик свое хозяйство наладить не может, того на должность поставить хотите. Себе не нажил, а вам с чего-то наживет, дескать. И того не думаете, что коль придут московские, еще поглядеть надо будет, чего они решат. Силенок-то у них куда больше вашего, а кто сильнее, тот и указчик. – Ты чего тут, курва старая, контру разводишь? – лицо Поташова налилось свекольным цветом, голос едва не срывался на крик. – Я тебе… – Погоди, Денис, дай дослушать, – положив партизану ладонь на мелко подрагивающую руку, мягко попросил Дрожжин. – Давай дальше, дед, складно у тебя выходит. – Думаете, любят вас все, как деток родных, в ножки благодетелям готовы кланяться? Да вас через дом проклинают. – Глядя поверх голов сидящих за столом партизан в угол со старинными образами, тихим бесцветным голосом заговорил старик. – Пока вы смуту свою не затеяли, хоть и хуже прежнего народ жил, да в спокойствии, а теперь ему один разор и гибель. Колчак – тоже не сахар, и он с мужика тащит, так какая власть без того обойтись сможет? Всегда так было и будет, и жизнь себе шла в труде да молитвах. А теперь… Старик помолчал, откашлялся в кулак, вытер о штаны повлажневшие ладони: – А бабы ваши, думаете, шибко рады, что вы хозяйство свое бросили, по лесам до полям с ружьями бегаете, пулю себе отыскиваете. Семейство свое без кормильца надумали оставить? – спросил он, переводя острый взгляд с Поташова на Логинова, безошибочно определив в них своих земляков-крестьян. – Да неужто она, революция эта ваша, того стоит, пропади она пропадом? Слушали не перебивая , а когда старик умолк, над столом сгустилась напряженная, словно перед выстрелом, тишина. Нарушил ее Иван Логинов: – С бабами понятно, – как о самом значимом из услышанного, спокойно и рассудительно сказал он, – с бабы чего взять, раз она из мужичьего ребра сделана, только мясо свое нарастила. Моя тоже все – покос, уборка, литовку отбить и то кому… Так чего, говорю, с нее требовать, если рассуждать по-мужицки обстоятельно не вразумил ее господь. Дальше носа своего да печки и не видит ничего… – Значит, во всем мы виноваты? – перебил его Иван Дрожжин. – А, старик? От нас все беды? А почему же тогда мужиков за нами идет все больше и больше, не знаешь? Я тебе скажу. Холопами не хотят быть твоему Колчаку, душу свою не только тем, что в амбаре лежит, меряют. Вот и воюют за свободу до смерти с такими как ты, только помоложе. – Из-за добра нашего воюют, оно им глаза застит, жить спокойно не дает. С германцем духу воевать не хватило, так сюда винтовки притащили, тех, кто послабже немца бить да грабить. Вот и все тому пояснение, – глухо сказал дед. – С Пещерки да Зыряновки жуланы ваши да прочие нехристи возами добро везли. Наше добро, горбом веками нажитое… – Ваше? Горбом? – тяжело, будто гири пудовые на стол выставлял, спросил с ненавистью Поташов. – Может, раньше и вашим, а уж сколько лет вы больше на нашем ездили. На нас, что с России сюда переселялись, как на рабочую скотину глядели, родниться брезговали. Землю всю добрую под себя подгребли, покосы, пашни, а бате моему да другим нашим тульским в Жуланихе тайгу под пашню корчевать пришлось. – Мы на этой земле двести лет живем, край этот, когда о вас и слуху не было, обихаживали, а теперь виноваты в том, значит? – усмехнулся кержак. – Ловко у тебя, парень, выходит. – А как ни выходит, только батя мой, я и другие вон, не зря на вас столько лет горбили, придется, господа хорошие, поделиться. К тому и власть советская ведет, которая сейчас в Москве. Верно Иван? – повернулся он за поддержкой к Логинову. – А то как же, – согласно кивнул головой тот, потянулся было за бутылкой, но остановил руку на полдороге, взял вместо нее толстый ломоть хлеба со стола и, отломив от него маленький кусочек, сунул в бороду. Медленно разжевав его, так же медленно сказал: – Я в своей Курской губернии, Хвостинского, значит, уезда, с семи лет у помещика Полторацкого скотину пас. У отца одиннадцать человек, куда денешься? Сюда в Сорокино когда в восьмом году переехали, батя нас, и больших, и малых, в работники отдал, а сам с матерью, в годах они уже были, дрова колол таким, как ты, дедушка. Сам я, как обженился, своим хозяйством стал жить, пять лет за лошадь волостному писарю Заводовскому Дмитрию Александровичу отрабатывал. Так-то… – Он отломил еще кусочек хлеба и, подержав его в руке, аккуратно положил обратно на стол. – А насчет грабить, батя, так поглядеть еще надо, кто первый. Тут ваши навряд уступят. Из мужиков, кого тут знаю, многим с ними поделиться пришлось. У Дезадарьева Митрия дмитро-титовские последних двух лошадей угнали, – не спеша пригибал он пальцы к широкой, твердой, как доска, ладони. – У Титова Максима всю скотину и имущество забрали, у Сашки Гулявского тоже дочиста все выгребли, а что не взяли – в огне пожгли. Тоже, видать, для порядку. – Видать, – недобро улыбнулся Поташов. Ухватил со стола бутылку, доверху наполнил свой стакан. Выпил разом, не закусывая, мутно посмотрел на старика. – А вот скажи ты мне, для какого порядка вы мою бабушку слепую в Жуланихе заживо в доме сожгли? Говори, сказал! – крикнул он и так хватил стаканом о стену, что тот осколками мелкими посыпался: – Ну! – Душегубы сожгли, – старик не отвел от него взгляда, побледнел только под стать своей седой бороде. – Их по нынешним временам везде хватает, всем потребны. Бога – и того не боятся, что ж про людей говорить. А меня, парень, ты зря винишь. Таковским, как ты, что у меня, случалось, работали, платил всегда по договоренности, чужого за жизнь на полушку не взял. Грешил, конечно, как без того, но вот этого не было. Жаль мне бабушку твою, царство ей небесное, и тебя жаль. Только коль убьешь ты меня за это или кого другого, легче тебе не будет, точно говорю. – Не будет, значит? – скрипучим голосом поинтересовался Денис, тяжело поднимаясь из-за стола. – А вот сейчас и поглядим… – Подожди, Денис, – встал рядом, обхватив товарища за плечи, Егор. – Погоди, прошу. – Он повернулся к старику: – А ты и вправду не боишься, дед, так-то вот с нами разговоры разговаривать? Пристукнем вот разом тебя в твоей же хате, дело-то недолгое. Как про то думаешь? Старик вновь оперся ладонью о стену, молча, с видимым трудом поднялся с лавки. Выпрямился, словно солдат на строевом смотре, вытер о рубаху ладони. – Без божьего позволения волос не упадет с головы человеческой, – ровно сказал он. – А коль и вправду решил он меня к себе забрать, значит, срок подошел. Да и то, пожил я, дай Бог всякому хорошему человеку. А коль совсем по совести, то имею я надежду, ребята, что вы меня все ж не убьете. Не похожи вы на катов, повидал я их на турецкой войне. – Ладно, старик, – махнул рукой Иван Дрожжин. – Давай иди отсюда, надоел ты уже. И свечку поставь своему богу, что с нами, а не с кем другим повстречался. Да запомни сам и другим таким же скажи – никогда больше вашего порядка не будет. Пусть и не надеются…

Oigen Pl: Фридрих Горенштейн. Сценарий "Унгерн" (По роману «Под знаком тибетской свастики») - http://belousenko.com/books/Gorenstein/gorenstein_ungern.htm Примечательно, что этот же автор написал более чем своеобразный "некролог" В.М. Шукшину, а Шукшин хотел в продолжении "Любавиных" одного из героев "поместить" к Унгерну...

белый: Вышла книга о Зазубрине http://beryazev.livejournal.com/244316.html

Oigen Pl: В.И.Федин. "Повести безвременных лет". Повести. — Сергиев Посад: Издательство «Весь Сергиев Посад», 2004, 504 стр. ОТ АВТОРА На песке пишется легко. Но ветер и волны быстро разрушают записи. Труднее высекать слова на камне. Но эти слова сохранятся на века, а может быть, на тысячелетия. Память одного человека — песок. Новые события стирают самые глубокие следы прошлого. Память народа — камень, более прочный, чем глиняные таблички шумеров. Есть кладбище на окраине сибирского города Бийска. На этом кладбище — обелиск. «Здесь похоронены красногвардейцы мадьяры, расстрелянные белогвардейцами в 1918 году. Вечная память павшим борцам Революции». И есть тоненькая папка в местном музее. В ней, среди немногих документов — фотокопия извещения в местной газете за 28 апреля 1920 года о похоронах семи мадьяр, расстрелянных белогвардейцами 22 января 1919 года. Семь фамилий. Их было около восьмидесяти человек — интернационалистов, красных мадьяр. Весной 1918 года они вступили в Бийский отряд Красной Армии. Ни один из них не вышел из боя. Жестокость гражданских войн раскалывает не только народы, не только семьи. Судьба отдельного человека тоже может оказаться полем кровавого боя долга и обстоятельств. Но в ту гражданскую войну получилось так, что большинство чехов оказались на стороне белых. А мадьяры — на стороне красных. Их было много в России в то время, народов стран Европы: чехов, словаков, мадьяр, немцев, австрийцев, сербов, югославов, румын. Первая мировая война вырвала их из родных семей, они пошли воевать против русских, оказались в плену. А в России началась революция. И большинство пленных были втянуты в пекло гражданской войны. Среди них была рота красных мадьяр в городе Бийске. Сейчас уже никто не знает, как они погибли. Есть только версии. По одной из этих версий отряд красных мадьяр возвращался из деревни в Бийск, а там уже хозяйничали белогвардейцы. На окраине города отряд был расстрелян из засады. Пулеметы белогвардейцев били в упор по ничего не подозревающим людям. По другой версии, отряд с боем вырвался из засады, вырвался с тяжелыми потерями и пошел по Чуйскому тракту в горы. В районе села Березовка мадьяры соединились с отступившими из Бийска красноармейцами. Все они здесь же были взяты белыми в кольцо, арестованы и доставлены в Бийск. Жители Бийска видели, как связанных по пятеро красных мадьяр вели по берегу Бии на расстрел, а потом из района вокзала слышались залпы винтовок и пулеметные очереди. За вокзалом колчаковцы обычно расстреливали пленных и подпольщиков. Есть сведения, что в конце июня 1918 года бийский лагерь бывших военнопленных, основную часть которых составляли мадьяры, был окружен белогвардейцами. Офицер зачитывал список, и людей уводили. В списке было около пятидесяти фамилий, увели двадцать четыре человека, остальных не было в лагере или они сумели скрыться. В ту же ночь их расстреляли около лагеря. Двое из расстрелянных жили еще несколько часов и кое-что успели рассказать. А 22 января 1919 года в лесу за вокзалом белогвардейцы расстреляли еще нескольких мадьяр. Семеро из них были торжественно перезахоронены 28 апреля 1920 года. Вот и все, что известно о бийском отряде красных мадьяр, погибших за революцию в немыслимой дали от родины. Неизвестно, что здесь правда, а что — вымысел. Мы даже не знаем, кто из них похоронен под обелиском — только ли те семеро расстрелянных подпольщиков или вместе с ними захоронены расстрелянные в лагере, расстрелянные за вокзалом... Новокузнецкий рабочий Петр Кабаненко провел большую поисковую работу. Ему помогал венгерский писатель Ференц Вадас*. Они сумели восстановить еще несколько фамилий. Геза Денеш из Бордосского комитета Ториандошкороля сообщил, что ее отец Ференц Татрае покоится под обелиском в Бийске. Анна Вереш из Дунакесина написала, что в дневнике ее отца упоминаются фамилии семи мадьяр, расстрелянных 22 января 1919 года в Бийске за вокзалом. Сама Анна родилась в Бийске. Прислали письма бывшие военнопленные Михай Эстеркорн и Ференц Сечени. Сечени два года сражался в рядах красноармейцев, чудом спасся от расстрела в бийском лагере военнопленных, спрятавшись в бараке под нарами. Вот почти все, что мы знаем об отряде красных мадьяр, которым командовал коммунист Забелло. А был еще отряд интернационалистов под командованием Оскара Гросса — в Барнауле. Отряд прикрывал эвакуацию красноармейцев из Барнаула и полностью погиб вместе со своим командиром и комиссаром. И была еще рота красных мадьяр в отряде Красной Армии легендарного Петра Сухова, главнокомандующего Красной Армией Алтая. Рота Иожефа Побожного прикрывала отход суховцев из горного села Тележиха и полностью погибла, спасая товарищей. Подвиг красных мадьяр не раскрыт до конца. А ведь гражданская война в России была первым и пока единственным примером настоящего интернационализма, когда не отдельные смельчаки и добровольцы, а целые отряды, полки, дивизии, корпуса и армии людей других национальностей добровольно вступили в смертельную борьбу. И не их вина, что этот пример интернационального братства людей, не связанных границами единого государства, остался единственным в истории. Обстоятельства складывались таким образом, что правительство молодой Советской России вынуждено было пожертвовать судьбой своих братьев в других странах, чтобы уцелело наше государство. История не ставит контрольных опытов, и мы никогда не узнаем, как сложилась бы история мира, если бы большевики России решились поддержать революцию в Германии и Венгрии. Сейчас можно только гадать об этом. Но тогда этого не произошло, революционеры Германии и Венгрии остались в одиночестве и были разбиты. В те годы история прошла мимо подвига этих народов. Наша история тоже не баловала вниманием наших верных соратников по гражданской борьбе. Они остались безымянными, гибель их — безвестной. Была ли она напрасной — об этом узнают наши потомки. В распоряжении автора был скудный архивный материал и — творческое воображение. - http://www.proza.ru/2012/06/08/712 Эту книгу упоминал уже в другой теме Форума: OigenP пишет: Хотя и не по теме, но попалась вот такая информация о том же или другом Роберте Геци (которого Валерий Федин в своих повестях "Последний бой интернационалистов" и "Повестях безвременных лет" называет "комиссаром"): "Геци Роберт Рудольфович. Род.1893, г.Будапешт (Венгрия); мадьяр, чл.ВКП(б), обр.низшее, нач.конторы Карских операций Главсевморпути, прож.: г.Москва, Долгий пер., 12-8. Арест. 4.04.1938. Приговорен ВКВС 21.02.1939, обв.: шпионаж и участие в к.-р. тер.организации. Расстрелян 21.02.1939. Реабилитирован 29.10.1957. - http://www.memo.ru/memory/DONSKOE/d39.htm "Геци Роберт Рудольфович, род. 1893, в Будапеште, венгр, член ВКП(б), начальник Конторы карско-ленских операций Главсевморпути. Адрес: Долгий пер., д.12, кв.8. Рассстрелян 21.02.1939. Место захоронения: Донское." - http://mos.memo.ru/shot-7.htm У венгров эта фамилия пишется Géczi. http://siberia.forum24.ru/?1-9-0-00000012-000-20-0-1325788124 Фото памятника на братской могиле венгров в Бийске размещал ранее - http://siberia.forum24.ru/?1-3-0-00000003-000-80-0 Командир бийских венгров-интернационалистов Забелло в этой повести подпоручик. В старом романе Евгения Чанского "Заваруха" (1930) Забелло - "поручик", и там его допрашивает "приехавший из Томска чиновник, назвавшийся членом военно-полевого суда". * Ференц Вадас - ранее заведующий отделом газеты "Непсабадшаг"("Народная свобода", центрального органа Венгерской социалистической рабочей партии). Умер в 2009 году - http://nol.hu/kult/media/20090723-elhunyt_vadasz_ferenc

Oigen Pl: Oigen Pl пишет: Oigen Pl пишет: цитата: малоизвестный сюжет об охранявшем А. Пепеляева и жившем потом в Барнауле М. Пантюхове Теоретически это не такой и малоизвестный сюжет, так как сам М.О. Пантюхов писал о костылях, которые сделал ему А.Н. Пепеляев - см. Пантюхов Михаил. Красная линия. [Воспоминания моряка-балтийца. Лит. обраб. и предисл. В. Муравьева. Барнаул], Алт. кн. изд-во, 1973 © 318 с., 30000 экз. "Журналист", 1985 г.: "Работал на Дальнем Востоке прокурором - и маленькая глава в книге "Красная линия" лишь пунктирно обозначает этот бурный период его жизни: участие во многих интереснейших процессах, в том числе над белым генералом Пепеляевым (одна деталь: заключенный бывший генерал, любитель столярного ремесла, в знак уважения и симпатии смастерил Пантюхову... новые костыли)." В книге "Пантюховы", недавно вышедшей в Барнауле, нашлось место не только сюжету о костылях, но даже Харбину:

Oigen Pl: Малоизвестная проза на алтайском материале: "Иллюстрированные рассказы о гражданской войне: Пахомовка. Звериным следом. В каменном плену. На станции." gornitsa.ru Автор - Павел Григорьевич Низовой (Тупиков) - чаще всего представлен сейчас в биографиях в Интернете с недостоверной информацией - как "пострадавший в 1940 г." К счастью, этого автора не совсем забыли: - http://altapress.ru/vertolet/story/76250/ - http://altapress.ru/story/76505/?viewcomments=1

самарец: А. Кучкин " Семи смертям не бывать" Издательство: М.: Воениздат, 1961 г. Книга о разведчике 2-й армии РККА Даниле Чиркове - основана на воспоминаниях самого Чиркова и его сослуживцев. Автор был начальником политотдела 2-й армии.

Oigen Pl: самарец пишет: А. Кучкин " Семи смертям не бывать" Издательство: М.: Воениздат, 1961 г. Книга о разведчике 2-й армии РККА Даниле Чиркове - основана на воспоминаниях самого Чиркова и его сослуживцев. Автор был начальником политотдела 2-й армии. В электронном виде можно взять, например, отсюда - http://book.libertorrent.com/viewtopic.php?t=26989

самарец: Oigen Pl пишет: В электронном виде можно взять, например, отсюда - http://book.libertorrent.com/viewtopic.php?t=2698 Или на "Букваведе"... Формат RTF.

Oigen Pl: самарец пишет: Или на "Букваведе"... Формат RTF. Спасибо! Нашел - http://www.bukvaved.net/sovremennaia_literatura_proza/73170-semimsmertjammnembyvat_.html

самарец: Oigen Pl пишет: Спасибо! Нашел - http://www.bukvaved.net/sovremennaia_literatura_proza/73170-semimsmertjammnembyvat_.html Пожалуйста, коллега... Всегда рад помочь.

Oigen Pl: Сегодня появились из типографии сигнальные экземпляры: Специально для коллеги "Белого":

белый: Oigen Pl пишет: Специально для коллеги "Белого": Заинтриговали. Хочется прочесть.

Новоалтаец: А где можно купить?

Oigen Pl: Новоалтаец пишет: А где можно купить? Тираж только 850 экз. Пойдет частично в библиотеки. Под этой же обложкой теперь и первая часть трилогии тоже: Новоалтаец пишет: 1) (!) Константин СОМОВ. «Черный Дол» (гражданская война на Алтае, 1918 г.). Купить можно у автора, который все так же трудится в "АП". Две его предыдущие книги (о Великой Отечественной войне) выставлены в электронном виде на сайте "АП". Там же выставлена и эта книга - http://www.ap22.ru/netcat_files/File/book-god-kolchaka.pdf

белый: А вот книги этого автора навряд ли попадут в алтайские библиотеки (за исключением пары экземпляров в "шишковке". Один из лучших рассказов Валентина Зайцева - "Гога и Магога" http://www.ab.ru/~vestnik/09_2001/gogamagoga.htm

белый: Oigen Pl пишет: Тираж только 850 экз. "...В селе Ново-Копылово они разбили крупный карательный отряд ЧЕШСКОГО КАПИТАНА НЕРАЗИКА" Что написано пером,не вырубишь топором. Теперь в учебниках истории будет записано, что чешские карательные отряды воевали на Алтае в октябре 1919 года.

Oigen Pl: Новоалтаец пишет: 2) (!) Егоров Г.В. «Солона ты, земля!» (о партизанском движении на Алтае в 1919 г.). 3) Егоров Г.В. «Крушение Рогова» (о предводителе причумышских партизан Г.Ф. Рогове). "1963 году роман «Солона ты, земля!» вышел в свет. Навсегда запомнилась Георгию Васильевичу первая читательская конфе- ренция, прошедшая в Камне-на-Оби, теплые отзывы и поздравления боевых соратников Федора Колядо. Это была награда за пять лет напряженного сла- достного труда. Другая награда – письма читателей с благодарностями, воспоминаниями, воп- росами и просьбами, порой довольно курьезными. Так, один старик из Киргизии уверял, что он и есть тот самый Петр Леонтьевич Юдин, «Леонтьич», который всю жизнь мечтал породниться с богатеями, а потом ушел в партизаны и сам Колядо наградил его сначала маузером, а потом винтовкой. Только жил он не в Усть- Мосихе, а в Куликово, и пусть товарищ писатель исправит это в своей книжке, а книжку пришлет ему. Просьба насмешила и растрогала Георгия Васильевича. Дело в том, что этого трусоватого и болтливого старика он выдумал, а заодно его дочь Настю и ее мужа Фильку Кочетова. Все же остальные герои романа – это «люди, когда-то жившие и оставившие след на алтайской земле». Так сказано в авторском предисловии. Я читал его и был удивлен, когда Геор- гий Васильевич разложил передо мною фотографии колчаковского подполковни- ка Василия Большакова, его жены Пелагеи, усть-мосихинского учителя Аркадия Данилова и его возлюбленной – фельдшера Ларисы, партизан Кузьмы Линника, Петра Дочкина и других. Он даже фамилии их не изменил в романе, хотя многие из них был еще живы. Первый, 30-тысячный, тираж романа разошелся быстро. Второй, 100-тысячный, еще быстрее. Он переиздан семь раз. Трудно найти на Алтае человека, который не читал этот роман. 4 Летом 1959 года, в разгар работы над романом, Георгию Васильевичу дове- лось принять участие в экспедиции по местам боев чумышских партизан с колчаковцами. Экспедиция была организована военно-научным обществом при Новосибирском окружном Доме офицеров. Руководил ею генерал-майор запа- са Г. Сокуров. Участники экспедиции провели встречи и беседы с 270 бывши- ми партизанами и подпольщиками, записав их воспоминания. Вернувшись домой, Георгий Васильевич под впечатлением всего услышанного и увиденно- го за полтора месяца написал документальную повесть «Третий путь» - о ко- мандире чумышских партизан Григории Федоровиче Рогове." - http://www.barnaul.org/files/Barnaul_2006_3.pdf В. Гришаев, видимо, не знал как потом улыбнулась Г.В. Егорову эта привычка - оставлять реальные фамилии героям книг, но при этом не иметь все их фотографии. После выхода "Крушения Рогова" в Барнауле неожиданно появился ставший академиком на Украине бывший роговец И.М. Дрожжин. Вызванный в крайком писатель, не поняв, кто еще сидит перед ним в кабинете секретаря по идеологии, на вопрос: "Почему таким получился в романе Дрожжин?" ответил по-простецки: "Он уже давно умер, а я имею право на художественный вымысел!" *** "ДРОЖЖИН И. М. (? – ?). Анархист. В 1918–19 член РКП(б), член штаба партизанского отряда Г. Ф. Рогова в Сибири. К концу 1919, разочаровавшись в политике большевиков, примкнул к анархистам. Один из руководителей и идеологов антисоветского крестьянского восстания в Сибири в 1920. Дальнейшая судьба неизвестна.А. А. Д." - http://socialist.memo.ru/lists/bio/l6.htm Доживи Анатолий до 1937 года - и не быть Ивану Михайловичу Дрожжину академиком...

Oigen Pl: белый пишет: "...В селе Ново-Копылово они разбили крупный карательный отряд ЧЕШСКОГО КАПИТАНА НЕРАЗИКА" Что написано пером,не вырубишь топором. Теперь в учебниках истории будет записано, что чешские карательные отряды воевали на Алтае в октябре 1919 года. Описания по Неразику мы с Вами как-то "препарировали", только без выяснения его национальности. Его "чехость" - это в большей степени кемеровские "отголоски" (оттуда, где он и сложил голову). Национальный состав отряда разве определяется только его командиром? Как Вы однажды написали (здесь - http://siberia.forum24.ru/?1-9-60-00000028-000-0-0-1312063620) - "белорусс". Напиши автор в романе: "белорусс", это тоже не значило бы, что его отряд состоял из белоруссов или литовцев Это все таки художественная книга. В ней еще история гибели хмелевского священника Шукшина смещена на более ранний период, поэтому и его фамилия (такая кричащая) не называется.

ГончаровЮ.И.: Мы жили в одном дворе.Один маститый писатель.Другой-тихий дедушка,иногда сидящий на лавочке у подъезда и я ,тогда молодой человек.Первый- писатель Г.Егоров,второй-известный некогда Роговский партизан Денис Поташов.Жили они в соседних подъездах ,но я никогда не видел их вместе.А между тем в это время между ними кипели нешуточные страсти.Но ясно мне это стало много лет спустя,когда в краевом музее прочитал архив Дениса Поташова- 4 большие папки с его мемуарами и множеством материалов о Г.Рогове.Есть там и большое количество материалов о книге Г.Егорова "Крушение Рогова".Всем кто интересуется Роговым,советую прочитать эти 4 папки. В архиве Г.Егорова- материалов о Рогове значительно меньше. Денису Тмофеевичу Поташову посчастливилось вовремя умереть.Внук его Вова Поташов стал американским шпионом.Получил 12 лет, отсидел 8.Сейчас живет в США.

белый: Oigen Pl пишет: (оттуда, где он и сложил голову). А в каком месяце ?

Oigen Pl: белый пишет: А в каком месяце ? Его "прощальный" ужин с Н.С. Кочугановым мне попался, если помните, в 2008-м. В той беллетризированной краеведческой летописи Осинников село названо: "На другой день узнал, что в Сары-Чумыше партизанами пойман и расстрелян Степан Неразик" - http://kaltan21veka.hop.ru/osinn-cir.html Сары-Чумыш теперь - в Новокузнецком районе Кемеровской области. Этот "другой день" - еще до восстания в Кузнецке, т. е. до 2-3 декабря 1919 г. Звание Неразика кемеровчане, как видите, приводили "штабс-капитан". Так назвал его и Зворыкин в 1936 году. В рапорте Власова от 30 сентября 1919 г. Неразик назван капитаном. Капитаном его называют также партизаны Голев и Скрылев. А.Б. Казанцев в своих публикациях тоже называл Неразика капитаном.

Oigen Pl: ГончаровЮ.И. пишет: в краевом музее прочитал архив Дениса Поташова- 4 большие папки с его мемуарами и множеством материалов о Г.Рогове.Есть там и большое количество материалов о книге Г.Егорова "Крушение Рогова".Всем кто интересуется Роговым,советую прочитать эти 4 папки. В архиве Г.Егорова- материалов о Рогове значительно меньше. Спасибо за уточнение, уважаемый Юрий Иванович! Поташов есть в книге "Год Колчака". Здесь выше приведен отрывок из книги с его "участием" и упоминанием сожженной в Жуланихе бабушки.

белый: Oigen Pl пишет: "На другой день узнал, что в Сары-Чумыше партизанами пойман и расстрелян Степан Неразик" Кузнецкие партизаны видимо решили потягаться в первенстве с чумышскими в деле убийства Неразика. Если отряд Неразика разбили в октябре 1919 года по Ново-Копылово и он бежал. И бежал видимо в Барнаул, то когда и каким образом он прорвался через вышеупомянутых роговских партизан в Кузнецк. Ладно бы он погиб в январе 1920 года (как видимо погиб Андрушкевич).Но... Кузнецкие сказочники, всем сказочникам сказочники!

Oigen Pl: Единственно в чем они там потягались - это в доверчивости к рассказу напарника Неразика Кочуганова.

ГончаровЮ.И.: Сдается мне что этот Неразик окажется переселенцем из Витебской губернии в Тогул.Потом школа прапорщиков,фронт и война на малой Родине.

белый: ГончаровЮ.И. пишет: Неразик окажется переселенцем из Витебской губернии в Тогул. Юрий Иванович, может про Неразика отдельную тему заведем?

ГончаровЮ.И.: Если есть достоверные данные или каки- нибудь предположения, то можно и завести.У меня-только предположения.

Oigen Pl: Можно попросить модераторов переименовать под Неразика ту давнюю тему ( http://siberia.forum24.ru/?1-9-60-00000028-000-0-0-1312063620 ) тем более, что инициатор той темы вроде бы и не возражал, что "Каратели" - это более обширное название.

Oigen Pl: Oigen Pl пишет: В старом романе Евгения Чанского "Заваруха" (1930) Упомянутый роман удостоился в свое время вот такой характеристики видного в Новосибирске партократа-журналиста А.А. Ансона: "Очередная литхалтура [Рец. на кн.: Бурмантов Е. За кордоном: Роман. — М.; Л.: ЗИФ, 1930; Чанский Е. Заваруха: Роман. — М.; Л.: ЗИФ, 1930] // Сиб. огни. — 1930. — №8. — С. 125–126. Подпись: А. А-н." - http://www.journalist-nsk.ru/content/configurator/ajur.pdf Как бы не оценивать, но это было одно из первых (наряду с зазубринскими "Два мира") художественных произведений о гражданской войне в Сибири. В скором времени познакомлюсь с этой книгой - с помощью родственника удалось приобрести это издание в Новосибирске.

Oigen Pl: Новоалтаец пишет: 14) А. Голенкова, Д. Иохимович. «Подвиг Кири Баева» (о юном алтайском партизане Кирилле Баеве). Эти же авторы включили рассказ о Кире Баеве в серию "Пионеры-герои", подтвердив определенный анахронизм* - http://netvoyne.ru/pioneryi/kirya-baev.html Наряду с этой и упоминавшейся в теме о кино книгой Раисы Григорьевой "Крестьянский сын" есть и третья книга о Кирилле Баеве. Это небольшая повесть автора "Повести о партизане Громове" - Сергея Осиповича Омбыша-Кузнецова. По хронологии появления она вторая, первая - "Подвиг Кири Баева" (1957). Повесть Омбыш-Кузнецова называется "В Кулундинской степи". Издана 1962 году в сборнике "Путь отважных" (серия "Знай и умей", Детгиз) - http://mirknig.com/knigi/deti/1181487539-put-otvazhnyh.html Примечательно, что в отличие от книги Голенковой и Иохимовича** у Омбыш-Кузнецова особо оговаривается, что в эпизоде бегства Степана Галактионовича Светлова (Топтыгина) из больницы Камня-на-Оби содействие в побеге оказал дежурный фельдшер - "военнопленный чех" . Впрочем фамилию беглеца два соавтора сочли несущественной подробностью. В повести Омбыш-Кузнецова названы по именам два партизана, посланные Громовым для освобождения С.Г. Светлова (Топтыгина) вместе с Баевым: Илья Чеукин и Егор Корнеев. В книге Голенковой и Иохимовича Чеукин представлен лишь по фамилии и как единственный соучастник Баева в побеге из больницы. * Ляп авторами был допущен уже по сложившейся за десятилетие традиции, так как "имя юного героя гражданской войны Кири Баева навечно занесено в Книгу почета Всесоюзной пионерской организации имени В. И. Ленина" **Биография Давида Исаевича Иохимовича - http://yochimowitz.narod.ru/about.html

Oigen Pl: Юрий Кларов - "Допрос в Иркутске". Общее название издания (вместе с протоколами допросов Колчака):

Oigen Pl: Во второй части трилогии Андрея Алексеевича Колесникова - в книге "Крутая тропа" (Верхне-Волжское изд., 1991, т.е. вышла ранее двух других книг) - рассказывается о событиях лета 1920 года в алтайском Причумышье, о ЧОНовцах и восставших бывших роговцах-партизанах. Не только Новоселов и Рогов, но и Андрей Антонович Мукин и др. названы в книге своми подлинными именами.

Новоалтаец: Ух ты! А у нас на Алтае эти книги, похоже, даже не издавались. А жаль...

Oigen Pl: Новоалтаец пишет: Ух ты! А у нас на Алтае эти книги, похоже, даже не издавались. А жаль... Литературоведы и обозреватели культуры в СМИ просто как всегда чутко улавливают флюиды власти - сравните оценку написанного Виктором Сидоровым: Новоалтаец пишет: 13) Сидоров В.С. «Повесть о красном орленке» (о партизанском движении на Алтае). - в 2007-м - http://altapress.ru/story/12501/ - в 2011-м - http://altapress.ru/story/77005/ А прошло-то всего четыре года. "Красный пояс" на Алтае сменился стальным "поясом верности" с пудовым замком?

Oigen Pl: Новоалтаец пишет: 6) Юдалевич М.И. «Адмиральский час» (об А.В. Колчаке). Хотя уже в теме останавливались на этом пункте, но вроде бы этой рецензии тогда не было(?) - http://samlib.ru/s/sokolow_w_d/z99html.shtml Я тоже писал позже рецензию об этой книге (Еще раз об адмирале // Алтайская неделя. - 2001. - 8-14 февр. - C. 9: фото.). Фото - это оборванцы-колчаковцы (не те трое, где один в пилотке, а другие - более "зимние" и "анфаснее"). Марк Иосифович почему-то решил тогда, что я пытался его уличить в незнании эпохи. Похоже ему не понравилось и упоминание в рецензии "зарисовки" Левинсона о роговцах...

Oigen Pl: Гергенредер Игорь Алексеевич - Комбинации против Хода Истории. — Berlin-Brandenburg: Verlag Thomas Beckmann, 1997. Verein Freier Kulturaktion e.V. Hoaxer: интересные по замыслу и исполнению повести, объединённые в авторский сборник — на материале Гражданской войны. Отец автора воевал в 1919 г. в Народной армии Комуча, его рассказы и послужили основой для этих повестей. Практически, получились как бы мемуары А.Ф. Гергенредера, только написанные не им самим, а с его слов, но, конечно, беллетризованные. Подобный опыт был у А. Шмалько — роман-дневник «Флегетон», но там была явная односторонность - http://militera.lib.ru/prose/russian/hergenroether1/index.html В 1995 журнал «Грани» (номера 175 и 177) напечатал две повести И.Гергенредера «Птенчики в окопах» и «Комбинации против Хода Истории». Обе вещи автор написал по устным воспоминаниям своего отца Алексея Гергенредера, который пятнадцатилетним гимназистом вступил летом 1918 в Народную Армию КомУча, антибольшевистского правительства в Самаре. К двум повестям добавились другие, и в Германии на русском языке вышел сборник под общим названием «Комбинации против Хода Истории». Его появление главный редактор журнала «Новый мир» Андрей Василевский назвал «одним из самых важных литературных событий года» («Литературная газета» за 24 декабря 1997). - http://lib.rus.ec/a/19117 http://www.proza.ru/2010/12/02/1586

Oigen Pl: \ Еще один взгляд с Запада на гражданскую войну в Сибири - английский, "Декрет о народной любви": - http://www.threemonkeysonline.com/the-peoples-act-of-love-author-james-meek-in-interview/ - http://www.gornovosti.ru/tema/interview/mik-mezhdu-proshlym-i-budushchim.htm - http://www.evrazia.tv/content/posolon-20-noiabria-2008 Описание Маленький сибирский городок Язык со дня на день займут или большевики, или царские войска. Повсюду видны разрушения военного времени. В городке нашли прибежище представители христианской секты, практикующие кастрацию как способ самоочищения. Здесь же брошена своим командованием небольшая группа солдат Чехословацкого оккупационного корпуса под руководством кокаинозависимого капитана Матулы. Революционер Самарин, ранее считался пропавшим, сбежал из самого северного лагеря под названием «Белый сад», где творится чудовищное беззаконие. Он приносит известие, что в городке вот-вот объявится ужасный убийца-каннибал. Трагические события не заставляют себя ждать: убит местный шаман. Подозрения падают на Самарина. Маленький сибирский городок становится ареной, на которой сцены кровопролития и предательства чередуются с проявлениями героизма и милосердия. - http://www.dostavka.ru/No-name--id_5972529 Описание Сибирь. 1919 год. На задворках империи, раздробленной Гражданской войной, обосновалось разношерстное общество: представители малочисленной секты, уцелевшие солдаты Чешского легиона, оказавшегося на стороне проигравших последнее сражение белогвардейцев и отчаянно рвущегося домой, беглый каторжник и интересующаяся им молодая вдова кавалергарда. Рядовое, казалось бы, событие - смерть тунгусского шамана - ввергает городок в водоворот безумия, будь то абсолютная жертвенность или же безусловная влюбленность в Любовь. - http://www.livelib.ru/book/1000187734

Oigen Pl: Oigen Pl пишет: ЗЫРЯНОВ, Венедикт Ермилович [2(14).III.1898, с. Николаевка, ныне Петропавл. р-на Алтайского края, — 17.VI.1963, Москва] — рус. сов. писатель. Чл. Коммунистич. партии с 1920. Учился в Ин-те востоковедения. В 1926 выступил с повестью «Кровяная земля» — о событиях гражд. войны на Алтае, участником к-рой был писатель. Работал секретарем парт. организации трикотажной ф-ки «Красная заря» в Москве; с этим связан очерк З. «Цветы фабричные» (1929), замеченный М. Горьким (см. Собр. соч., т. 30, 1956, с. 148). Впоследствии работал директором совхоза в Казахстане; это время отражено в рассказе «Бискунак» (1938) и в повести «Карасан, или Повесть о черной болезни» (1936). Наиболее значит. произв. З. — повести «Партизаны» (1937) и «Освобождение» (1939), посвященные партиз. движению на Алтае, борьбе крестьян с колчаковцами и иноземными захватчиками. Сочный язык, изобилующий местными оборотами, динамич. развитие событий и красочное изображение характеров — отличит. черты писат. манеры З. Соч.: Красный беркут, М., 1930; Большевики в степи, М. — Л., 1932; Освобождение, Барнаул, 1958. Б. В. Смиренский. Автор этой биографической справки "за скобками" оставил поддержку со стороны этого бывшего партизана воспевавшей "Вандею-Дон" (Марине Ивановне Цветаевой): «Надо сказать, что М. И. не состояла ни в Союзе, ни в Литфонде. Став членом групкома — организации профсоюзной, она почувствовала некую почву под ногами. Я лично без помощи и горячего участия в судьбе МИ ответственного секретаря групкома тов. Зырянова, разумеется, ничего для нее сделать не могла бы, честь и слава тов. Зырянову, простому человеку, честному партийцу, который в те годы, когда МИ была в общественном смысле на положении какого-то парии, отщепенца, не побоялся прийти к ней на помощь, приютить ее в групкоме, приветить, исхлопотать для нее в Гослитиздате работу по переводам, а стало быть, материальную поддержку». Венедикт Ермилович Зырянов, видно, и правда был хороший человек и старался помочь Марине Ивановне. Может быть, это он и поставил вопрос о приеме ее в групком перед Фадеевым, во всяком случае, без согласования с Союзом писателей, без «добро» Фадеева он бы сам провести Марину Ивановну в групком не смог, и доказательством этому может служить хотя бы тот факт, что собрание вел Бахметьев, он даже, кажется, в это время был и председателем этого групкома. А Бахметьев, в противоположность Зырянову, был человек отнюдь не добрый, и уж он бы сочувствовать да жалеть Марину Ивановну не стал, и достаточно было бы одного его иезуитского вопроса, чтобы прием не состоялся. - http://tsvetaeva.narod.ru/WIN/belkina/belkB08.html

Oigen Pl: Юрий Николаевич Достовалов "Таежный гамбит" - http://lib.rus.ec/b/340055/read

Oigen Pl: Роман опять же одного из старейших иркутских писателей Альберта Гурулева «Росстань». Из эпохи гражданской войны. Сам автор родом из забайкальского казачества, я бы сказал, из крестьянско-казачьего мира. Чем отличался казак от крестьянина в мирное время? Да практически ничем. Так же землю пахал, так же скотину держал. Вся разница, что у казака под боком винтовка была. Гурулев описал одну из самых трагических полос времени, когда с этой винтовкой в руках поднялся брат на брата, отец на сына. С любовью описал, со знанием дела. – Сейчас, когда взгляд на Гражданскую войну изменился и невозможно все окрашивать в красный цвет, отвечают ли прежние апологетические романы объективности? – Естественно, идеология наложила свой отпечаток. Но Гурулев старался по возможности не исказить правды жизни. В романе, например, есть сцена, когда казаки, выбрав под коммуну земли, переезжают туда со своим скарбом. И в первую очередь достают завернутые в чистые тряпицы иконы. И даже председатель коммуны, большевик, приезжает со своей иконой. Они же, качнувшиеся в красную сторону, и не предполагали, какая в недалеком будущем развернется вакханалия. - http://gurulev.livejournal.com/35371.html

Oigen Pl: Поле сражения: Роман / С.Б. Китайский; Худ. А.Е. Шпирко. - Иркутск: Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1988. - 448 с. Молодой учитель истории приезжает в родное село и начинает собирать материал о гражданской войне в уезде для своей дипломной работы. Так мы узнаем о партизанском командире Александре Мишарине и партизанке Анне Тарасовой. Это роман сильных страстей, крупных характеров... В основе сюжета - подлинные факты гражданской войны в Сибири.

Oigen Pl: http://www.memorial.krsk.ru/Work/Konkurs/13/Kazanceva/0.htm http://www.memorial.krsk.ru/Articles/KKIMK2006/12.htm После окончания в 1924 году Красноярского института народного образования начинается активная литературная деятельность писателя. Выходит в свет его книга для детей о гражданской войне в Сибири «Саяны шумят»*. Книга понравилась Максиму Горькому и выдержала десять изданий. Затем выходят его романы «Борель», «Шайтан-поле», «Золото». Последней книгой писателя, оставшейся в рукописи, был роман «Ветошь». В 1937 году, в эпоху сталинских репрессий, Петр Поликарпович был арестован. Его приговорили к шести годам исправительно-трудовых лагерей. Работал на Колыме. В августе 1941 года его осудили вторично. Скончался Петр Поликарпович Петров в 1941 году. - http://detstvo.irkutsk.ru/authors/petrov/index.html * Отрывок "Саяны шумят" - http://detstvo.irkutsk.ru/authors/petrov/work/sayani_shumat.html

Oigen Pl: http://lesoteka.livejournal.com/9652.html http://strelka.name/anonsy-sobytiy/518-grazhdanskaya-voyna-v-sibiri-v-vospominaniyah-sovremennikov

Oigen Pl: Действие романа «Прощаль» развивается в Томске в Февральскую и Октябрьскую революции, когда сдвигались понятия, рушились устои. Многие герои романа взяты из реальной жизни и действуют под собственными фамилиями, тем не менее, за- частую картины романа футуристичны ввиду сверх-неординарности описываемых событий. Прощание одной эпохи с другой можно выразить одним словом-термином – «прощаль». В нём слезы и весна, грусть, боль и тревога в ожидании нового, неизвестно- го – всё то, что не выразить никаким, даже самым-самым неординарным образом. «Мраморная женщина» – любовно-авантюрно-исторический многоплановый роман. Предполагаемый наследник российского престола, Великий Князь Николай Константинович, – достойнейший, единственный из Романовых, получивший высшее образование, храбро воевавший в Средней Азии, – в результате интриг был лишён всех званий и наград и отправлен в вечную ссылку. Тем не менее, он сумел сделать много славных дел для России и её народа. Любовь, высший свет и отребья общества, доблестные русские воины по обе стороны Гражданской войны и коварные агенты спецслужб Британской империи. - http://carun.ucoz.ru/1-2.proshhal_mramornaja_zhenshhina_10.pdf http://old.odub.tomsk.ru/elib/det_pisateli/Klimichev/ploshadj.pdf

Oigen Pl: Новоалтаец пишет: 5) Кудинов И. П. «Переворот» (о гражданской войне на Алтае и периоде правления Колчака в целом). Текст - http://www.e-reading.org.ua/bookreader.php/141699/Kudinov_-_Perevorot.html

Новоалтаец: Анатолий СУХАНОВ «Последние дни Колчака». Новосибирск, 1991 г. 120 с. В остросюжетной форме, опираясь на документальный материал, автор повествует о последних месяцах жизни и деятельности Колчака. Анатолий СУХАНОВ «Явка и пароль прежние». Повесть. Барнаул, 1973 г. 132 с В.А. ВЕЛИЧКО «Искаженный бог. Изгнание и возвращение». Роман в двух книгах. М., 1970 г. 816 с. Сложный многоплановый роман, действие которого происходит в 1916-1935 годах. Писатель изображает революционное движение в условиях горного и степного Алтая со всеми его особенностями. К.Н. ГАЙЛИТ «Грозный перевал». Повесть. Барнаул, 1967 г. 224 с. И. ГОЛОСОВСКИЙ «Записки чекиста Братченко». М., 1958 г. Действие повести происходит на Алтае. http://lib.rus.ec/b/350663/read Василий ГРЕДЕЛЬ «Мы – кузнецы». Повесть. Уфа, 1979 г. 206 с. События происходят на Алтае. Василий ГРЕДЕЛЬ «Пытливая юность». Барнаул, 1978 г. 272 с. Автор рассказывает о борьбе за Советскую власть на Алтае, о принципиальном и честном комсомольце Степане Грачеве, который , как и многие его сверстники, проходит великую школу борьбы. Георгий ЕГОРОВ «Жизнь остановить нельзя». Повесть. Родион ЗАХАРОВ, Илья АБРАМОВИЧ «Алтайские партизаны». Новосибирск, 1934 г. Всеволод ИВАНОВ «Партизанские повести». Л. 1987 г. 416 с. В книгу известного советского писателя, одного из основоположников советской литературы, Всеволода Иванова (1895-1963) входят произведения, написанные в двадцатые годы и посвященные партизанам и времени первых лет после революции. http://coollib.net/b/210002/read Аделаида КАПРАН-ЧЕМОДАНОВА «След моей памяти». Повесть. Таллинн, 1978 г. С. КУЗНЕЦОВ «Алтайские были». М, 1961 г. Н. МЕЛЬТЕР «Вестовой барнаульского Совдепа». Рассказ. Ефим ПЕРМИТИН «Друзья». Повесть. М., 1947 г. 258 с. Повесть воссоздает картины гражданской войны на Алтае. А. ПУГАЧЕВ «На берегу озера». Рассказ. «Сибирские огни», 1940 г. Леонид РЕШЕТНИКОВ «По Уймону». Рассказ // Л. Решетников. Четыре стороны света. М. 1974 г. Ф. ТУКЕНОВА «Зори Алтая». Повесть. Алма-Ата, 1975 г. 123 с. Кондратий УРМАНОВ. «В последний час». Рассказы. Новосибирск, 1939 г. 136 с. В. ФИЛОВ «Алтай, горы золотые». Роман. Иван МЕЩЕРЯКОВ «Мамонтов».

Oigen Pl: Новоалтаец пишет: С. КУЗНЕЦОВ «Алтайские были». М, 1961 г. Полная фамилия: Омбыш-Кузнецов.

Oigen Pl: М.С. Гроссман "Камень-обманка" Бегство принимало совершенно немыслимые формы. На восток, сломя голову, неслись военные, чиновники, буржуа, русские, французские, английские, японские негоцианты. Комендант штаба 2-й армии генерал Семенов, не размышляя, застрелил двух офицеров, вскочивших на подножку его вагона во время движения. Генералы Матковский и Голицын на одной из станций, под Боготолом, на день остановили движение: каждый требовал пропустить его поезд в первую очередь. Один захватил станцию, другой поставил на выходной стрелке пулеметы, и бог знает, чем это кончилось. Несколько барнаульских купцов, убегая из города, захватили вагон начальника Алтайской железной дороги, силой прицепили его к проходящему поезду и уехали на восток. Буржуа подкупали станционных чиновников, и те продвигали их составы раньше военных. Одна из бегущих дивизий бросила на Чулымской, в глухом тупике, вагоны с трупами солдат, и их сквозь открытые двери занесло снегом. Железнодорожники, решив, что в теплушках топливо, пригнали поезд в депо, и только здесь с ужасом убедились, что перед ними кладбище на колесах. - http://lib.rus.ec/b/400555/read

Oigen Pl: Новоалтаец пишет: Василий ГРЕДЕЛЬ «Мы – кузнецы». Повесть. Уфа, 1979 г. 206 с. События происходят на Алтае. Василий ГРЕДЕЛЬ «Пытливая юность». Барнаул, 1978 г. 272 с. Автор рассказывает о борьбе за Советскую власть на Алтае, о принципиальном и честном комсомольце Степане Грачеве, который , как и многие его сверстники, проходит великую школу борьбы. Родился Василий Гредель в бедной крестьянской семье в белорусской деревне Горное, расположенной на опушке Беловежской пущи. В своей деревне окончил три класса церковно-приходской школы. В Первую мировую войну семья из Белоруссии эвакуировалась в глубь России, затем переехала на Алтай, где с малых лет будущему учителю и писателю пришлось батрачить на кулаков. Когда в мае 1920 года в селе была организована ячейка Рабоче-крестьянского союза молодежи, Василий Гредель стал ее первым председателем. В течение пяти лет был секретарем Бийского и Барнаульского горкома РКСМ, затем заведующим отделом Алтайского губернского комитета. В 1925 — 1930 годах отличился на партийной работе, избирался делегатом IV Всероссийского и V Всероссийского съездов Советов. После окончания в 1932 году Всесоюзного коммунистического университета имени Якова Свердлова Василий Гредель был направлен в распоряжение Башкирского обкома партии и более четырех лет работал помощником первого секретаря обкома ВКП(б), одновременно являясь редактором областного партийного журнала «Путь Ленина» и корреспондентом газеты «Известия» по Башкирской АССР. Затем учился в Институте красной профессуры, по возвращении работал инструктором Уфимского горкома партии.* В период Великой Отечественной войны трудился в Башкирии на ответственных должностях: был директором Аскинского лесхоза, начальником Уфимской лесной опытной станции, заведующим сектором Совета народных комиссаров Башкирской АССР. С 1946 года Василий Гредель работал старшим преподавателем Башкирского государственного педагогического института имени Климента Тимирязева, позднее — до ухода на пенсию в 1961 году — в Башкирском государственном университете. Уже будучи на заслуженном отдыхе, он написал повесть «Пытливая юность», в которой отражалась так хорошо знакомая ему жизнь комсомольцев двадцатых годов. Успех повести вдохновил автора на создание новой книги, которая под названием «Мы — кузнецы» также была издана в Уфе. Она явилась как бы предысторией «Пытливой юности», что позволило Гределю объединить обе книги в одно целое, переработав отдельные главы. В результате обогатилось содержание, а повесть переросла в роман. Василий Васильевич успевал везде, и все у него получалось. Его картины экспонировались на многочисленных персональных выставках в БГУ, в других вузах республики, дворцах культуры Уфы и на Алтае. Более сорока лучших своих картин автор подарил родному университету, столько же — Алтайскому политехническому институту имени Ивана Ползунова. - http://www.agidel.ru/?param1=12987&tab=13 *Гредель Василий Васильевич Родился в 1904 г., Белоруссия; русский; образование незаконченное высшее; б/п; Наркомместпром, зав. учебной частью. Арестован 29 марта 1938 г. Приговорен: , обв.: осужден по ст. 58-10, 58-11. Приговор: к лишению свободы на 3 года Реабилитирован в октябре 1956 г. Источник: Книга памяти Республики Башкортостан - http://lists.memo.ru/d9/f385.htm

Oigen Pl: "Итак, завершен очередной краевой издательский конкурс. Имена победителей уже известны. Вскоре у «массового читателя» появится возможность приобрести книгу-победительницу и самому составить суждение о выборе экспертов. На правах одного из членов экспертного совета позволю себе высказать ряд замечаний относительно прозаических работ, представленных на конкурс в 2012 году. Ведь не зря говорят, что именно художественная проза – царица литературных конкурсов. Прежде всего, следует отметить чрезвычайно низкий уровень произведений, соперничавших друг с другом за право быть лучшими в номинациях «Художественная проза» и «Первая книга», чего нельзя сказать о конкурсах прежних лет. И это при том, что количество претендентов нынче было как никогда высоким: 23 заявки подано в номинацию «Художественная проза», еще 10 прозаических работ были представлены в номинации «Первая книга». Тем не менее, победитель среди прозаиков оказался лишь один: Александр Пешков со сборником повестей и рассказов «Таёжная вечерня». Пешков победил уверенно, намного обойдя по баллам своих конкурентов во время финального голосования членов экспертного совета… <...> Конкуренцию А. Пешкову в номинации вполне могли составить Надежда Митягина с повестью «…Храни от огня…» и Алексей Денисенко с романом «Доктор Шиллинг», если бы сами авторы были чуть искушеннее в литературном ремесле. Да, да, именно в ремесле. Потому что как раз с фантазией и языком – основными компонентами оригинального авторского стиля - у Н. Митягиной и А. Денисенко все обстоит более-менее благополучно. Заметим, что в 2006 г. роман А. Денисенко вошел в десятку лучших публикаций интернет-журнала «Русский переплет» (среди постоянных авторов этого журнала – писатель М. Тарковский). Митягина же впервые за долгие годы в литературе Алтая (пионером тут был Ю.Я. Козлов с его «Белым Бомом») пытается художественным путем реконструировать образ почти легендарного есаула Кайгородова, осмыслить его роль в историческом процессе. Однако у обоих авторов не хватило опыта и мастерства гармонично связать фантазию, язык, композицию и сюжет в единую форму литературного произведения. При чтении данных работ возникает ощущение незаконченности, определенной искусственности в соединении некоторых частей произведения. При этом и Н. Митягина, и А. Денисенко избрали для своих повести и романа очень сложную структуру композиции: мистический подтекст, множественность сюжетных линий, которые неоднократно пересекаются в произведении, при этом сюжет нередко теряет линейную направленность, сложный хронотоп (действие происходит в нескольких местах и даже в разное историческое время), достаточно большое число персонажей. Обуздать такое сложнейшее композиционное строение под силу, пожалуй, только опытному литератору. <...> Лучшие образцы автобиографической художественной литературы (вспомним Л. Толстого, М. Горького, да и В. Шукшина) никогда слепо не следовали реальной судьбе автора. Здесь авторский талант смог сделать обобщение, типизацию, сумел убедить читателя в универсальности запечатленных жизненных эпизодов. В противном случае все напоминало бы обычную застольную беседу или разговор в вагоне поезда, но никак не художественное произведение. Подобное увлечение личным помешало, в частности, интересной по замыслу «Повести о былом» Л. Игнатенко войти в шорт-лист номинации «Первая книга». Автор претендует на отнесение произведения к жанру исторической повести, причем обращается к теме, достойной эпопеи: судьба семиреченского казачества в 1910-1930-е гг. К сожалению, перед нами всего лишь семейное предание, недостаточно профессионально обработанное и лишенное необходимых для художественного произведения обобщения и типизации. Автор так и не смог показать частную жизнь на историческом фоне. А ведь семиреченские казаки приняли активное участие в Гражданской войне (в том числе и на Алтае), в абсолютном большинстве поддержали сторону белых, и позже покинули Родину, ушли в Китай. Это путь, отраженный в судьбе поэтессы Марианны Колосовой. Но в повести Л. Игнатенко исторический фон почти полностью игнорируется, смысл произведения сводится к перечислению частных событий в жизни конкретной семьи. За камерными событиями казачьей семьи Ельцовых совершенно не слышен голос эпохи. Так уж получилось, что все попытки создать литературное произведение о жизни казачества вольно или невольно сопоставляются с «Тихим Доном» М. Шолохова. Досадно, что бессилие Л. Игнатенко в раскрытии «казачьей» темы на фоне великого произведения становится особенно очевидным. И, наконец, пожалуй, самой важной ошибкой, допущенной многими конкурсантами, является пренебрежение к языку художественного произведения. Не хватает достоверности авторской речи, нет достоверности речи персонажей… Особенно заметен такой просчет в произведениях исторического жанра. В уже упоминаемой нами повести Л. Игнатенко в речи малограмотных казаков начала ХХ века встречаются слова «климат», «трасса», «Киргизстан», «казахи» и т.п. Касательно последнего слова заметим, что этноним «казахи» появился лишь в 1930-е гг. До этого времени не только официально, но и в повседневной речи представителей казахского этноса называли «киргизами» или «киргиз-кайсаками»". - http://politsib.ru/news/58739

Oigen Pl: Название: Харбин Автор: Евгений Анташкевич Год издания: 2012 Издательство: Центрполиграф ISBN: 978-5-227-03406-9 Страниц: 784 Формат: RTF,FB2 Размер: 5,6 Мб (+3%) К концу 1922 года в Маньчжурию из охваченной войной России пришли почти 300 тысяч беженцев. Харбин, город на северо-востоке Китая, казалось бы, стал спасением. На самом деле именно через него на четверть века пролег фронт русской смуты. Главный герой романа "Харбин" оказался в тисках между "золотой казной" Российской империи и замыслами советской и японской разведок. В повествовании не фигурируют в качестве героев Сталин, Чан Кайши или Микадо, но художественно и исторически достоверно показана жизнь города, задуманного и построенного как столица российско-китайской железнодорожной магистрали, и его жителей, ставших жертвами грандиозных потрясений первой половины XX века. Герои романа "Харбин" были участниками этих событий. - http://mirknig.com/2012/07/12/harbin.html

Oigen Pl: белый пишет: чешские карательные отряды воевали на Алтае в октябре 1919 года. Хмурый пишет: При сдаче красным повстанцам Терской станицы (3-го военного отдела Сибирского казачьего войска, Бийского уезда) человек 30 казаков не захотели сдаваться и ушли из станицы на соединение с правительственными войсками. В беллетризированной форме эти события описаны Зыряновым в повести "Освобождение": В отличие от многих писавших Венедикт Ермилович Зырянов сам был непосредственным участником событий, которые потом вспоминал в своем творчестве.

белый: Oigen Pl пишет: Венедикт Ермилович Зырянов сам был непосредственным участником событий Есть ли документы подтверждающие, что в ОКТЯБРЕ 1919 года чехи были на Алтае?

Новоалтаец: белый пишет: Есть ли документы подтверждающие, что в ОКТЯБРЕ 1919 года чехи были на Алтае? Cогласно Josef Charvat'у ( http://www.josefcisarovsky.eu/Cestou%20ze%20Sibíře%20do%20vlasti.pdf ), 5-й чехословацкий полк отбыл из Барнаула 7 ноября 1919 года. По его же словам, полк размещался в Барнауле "почти шесть месяцев, т.е. с июня по ноябрь".

Oigen Pl: белый пишет: Есть ли документы подтверждающие, что в ОКТЯБРЕ 1919 года чехи были на Алтае? Новоалтаец пишет: Cогласно Josef Charvat'у ( http://www.josefcisarovsky.eu/Cestou%20ze%20Sibíře%20do%20vlasti.pdf ), 5-й чехословацкий полк отбыл из Барнаула 7 ноября 1919 года. По его же словам, полк размещался в Барнауле "почти шесть месяцев, т.е. с июня по ноябрь". Сомневаюсь, что документы теперь еще раз появятся в ХУДОЖЕСТВЕНННОЙ литературе по ГВ на Алтае. Особенно после таких советов литературных критиков: Жаль, что Сомов от журнализма и документализма избавиться никак не может. Ну что это такое – в конце книги приведен список исторических источников (будто автор по-детски опасается упреков в исторических ошибках). Неуместно выглядят исторические фотографии… Образы героев должны возникать в воображении читателя! А герои время от времени начинают зачитывать как бы невзначай длиннейшие выдержки из подлинных исторических документов… Иногда для разнообразия переходя на речь персонажей «Алтайской правды» , утрированную и сухую. Попытки удариться в сказовые интонации вообще довольно комичны: «Мария Чекрыжова, баба видная, ничего не скажешь, устроила гулянку, позвала милиционеров. Ну, выпили, конечно, они как следует. Один давай за ней виться. Она его выманила во двор, а там его удавили на месте, бросили на телегу и за деревню вывезли» (с. 343). - http://afisha.amic.ru/news/1587/

Oigen Pl: Oigen Pl пишет: Сомневаюсь, что документы теперь еще раз появятся в ХУДОЖЕСТВЕНННОЙ литературе по ГВ на Алтае. Особенно после таких советов литературных критиков: Жаль, что Сомов от журнализма и документализма избавиться никак не может. Ну что это такое – в конце книги приведен список исторических источников (будто автор по-детски опасается упреков в исторических ошибках). Неуместно выглядят исторические фотографии… Образы героев должны возникать в воображении читателя! А герои время от времени начинают зачитывать как бы невзначай длиннейшие выдержки из подлинных исторических документов… Иногда для разнообразия переходя на речь персонажей «Алтайской правды» , утрированную и сухую. Попытки удариться в сказовые интонации вообще довольно комичны: «Мария Чекрыжова, баба видная, ничего не скажешь, устроила гулянку, позвала милиционеров. Ну, выпили, конечно, они как следует. Один давай за ней виться. Она его выманила во двор, а там его удавили на месте, бросили на телегу и за деревню вывезли» (с. 343). - http://afisha.amic.ru/news/1587/ Хотя традиция помещать в художественный текст документы началась не вчера и не 50 лет назад, а еще раньше. Примеры из доехавшей вчера до Барнаула книги - издания 1930 года:

Сибирецъ: Литературный, музыкальный, кинокритик - замечательные профессии.

Oigen Pl: Сибирецъ пишет: Литературный, музыкальный, кинокритик - замечательные профессии. В этом случае автор критического разбора не только критик, но и сам много раз изданный литератор А также обладатель "Серебрянного Лучника" (высшая награда у российских пиарщиков)...

Oigen Pl: Шалагинов В. Кафа. Роман о крахе колчаковщины в Сибири. Художник С.В. Калачев.- Новосибирск, Западно-Сибирское книжное изд-во, 1979.- 512 с., илл., переплёт, 84x108 1/32 формат Вениамин Шалагинов, автор книг "Судья", "Перед лицом закона", "Защита поручена Ульянову", "Конец атамана Анненкова", в романе "Кафа" рассказывает о крахе освободительного движения в Сибири и торжестве большевистского беззакония . В центре повествования - образ юной Ольги Батышевой, революционерки, художницы, осуждённой на смертную казнь врагами революции . - http://www.avito.ru/omsk/knigi_i_zhurnaly/veniamin_shalaginov._kafa_81488862 Кафа - псевдоним, подлинное имя Батышева Ольга Корнеевна (1898-1919), дочь столяра вагонного цеха, училась в 1915-1916 гг. на физико-матеиатичеком факультете Томского императорского университета, "сестра милосердия на русско-германском фронте при Временном правительстве".

Oigen Pl: В.Ф. Гришаев пишет: Так сказано в авторском предисловии. Я читал его и был удивлен, когда Геор- гий Васильевич разложил передо мною фотографии колчаковского подполковни- ка Василия Большакова, его жены Пелагеи, усть-мосихинского учителя Аркадия Данилова и его возлюбленной – фельдшера Ларисы, партизан Кузьмы Линника, Петра Дочкина и других. Он даже фамилии их не изменил в романе, хотя многие из них был еще живы - http://www.barnaul.org/files/Barnaul_2006_3.pdf Как сегодня выяснил, внучка Петра Дочкина - это живущая в Барнауле легендарная Анастасия Антоновна Пешкова, одна из моделей Е. Вучетича для фигуры "Родина-мать" в Волгограде.

Oigen Pl: Приобрел в пятницу за 175 руб. издание уже упоминвшегося в другой теме автора: Изд. Барнаул, "Алтайский Дом печати", 2007 Oigen Pl пишет: Напомним, что действие повести "Со света во мрак" разворачивается "в одном из сибирских городков" в октябре 1918 года. В.Шнайдер пишет: "Вся улица около здания городской думы забита подводами и красноармейцами. Один красноармеец, взобравшись на крышу, закрепляет красный флаг". http://siberia.forum24.ru/?1-12-0-00000066-000-120-0 Открывшая сборник "Ненастье" одноименная повесть начинается с анахронизма в отношении соседей Алтая: "Статус города Берёзовское получило в 1909 году благодаря железной дороге, соединившей Сибирь с Казахстаном."

Новоалтайск: Шнайдера читывал, но не особенно понравилось - никакого историзма у дядьки, все сплошь отсебятина.

Oigen Pl: На открывшейся в библиотеке им. Шишкова выставке "Издано на Алтае" представлена и книга автора из Тальменского района, которую (из-за названия?) организаторы решили поставить рядом с другой книгой, представленной ранее на страницах этой темы: Презентация романа "Атаманщина" прошла в сентябре прошлого года в читальном зале Тальменской районной библиотеки - http://www.tal-alt.ru/news/one/165/index.html Начало книги автор опубликовал на своем сайте - http://www.pushkarev-ap.narod.ru/index.files/atamanshina.htm

мир: http://d-m-vestnik.livejournal.com/640847.html

Новоалтаец: Михаил КОРОБЧЕНКО, "Партизанские были". Барнаул, 1979 г. (Сборник художественно-документальных рассказов о Гражданской войне на Алтае)

Oigen Pl: Л. Бородин "Третья правда" - http://www.belousenko.com/books/Borodin/borodin_tretya_pravda.htm

Новоалтаец: Д. РЯПОЛОВ "Записки красного партизана". "Художественно-документальная повесть участника Гражданской войны Д. Ряполова представляет собой его подлинные воспоминания о партизанском движении на Алтае. Однако автор не претендует на полную историческую точность событий, поэтому некоторые фамилии, в том числе главного действующего лица, вымышлены. Тем не менее произведение содержит довольно интересный историко-фактографический материал. Впервые напечатано в журнале «Сибирские огни» в 1935 году". http://www.plati.ru/asp/pay.asp?id_d=1471130

мир: http://www.ozon.ru/context/detail/id/19623504/ В октябре 1918 года к французским летчикам обращаются с призывом записаться добровольцами во Французский экспедиционный корпус. Двадцатилетний Жозеф Кессель, младший лейтенант, поднимается на борт корабля в Бресте. Владивосток - город, где правит закон джунглей. Бывшая казарма, ставшая пристанищем для шести тысяч проституток. Атаман Семенов и его казаки, наводящие на всех ужас. Однажды ночью, в кабаре "Аквариум", юный Жозеф встречает Лену, певицу, хрупкую и печальную. Так начинается история любви, странная и мучительная, совпавшая с крахом старого мира. О основу книги положены дневники Жозефа Кесселя, который вообще был уникальной личностью: http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D0%B5%D1%81%D1%81%D0%B5%D0%BB%D1%8C,_%D0%96%D0%BE%D0%B7%D0%B5%D1%84

белый: Андрей Алдан-Семенов "Красные и Белые", "На краю океана" два романа изданы одной книгой в 1979 году тиражом 150000 экз. 768 страниц М., Советский писатель. В романе "Красные и Белые", используя большой документальный материал, автор воссоздает широкую картину борьбы Красной армии с колчаковщиной, разоблачает продажность адмиральской клики, показывает ту преступную роль, которая предназначалась ей импертиалистами Антанты. В основу сюжета романа "На краю океана" положены перепитии борьбы с интервентами и белогвардейщиной на крайнем северо-востоке страны, завершившейся разгромом банд генерала Пепеляева в Якутской тайге и на Охотском побережье в 1922-1923 годах. Два предложения из романов: "Оловянно светилось небо над городом за Ангарой, в снежной мгле пробегали вспышки выстрелов, хрипящим ревом захлебывались паровозы." "Оранжевая мгла рассеивалась, вновь проступали голубые проталины неба, приобретал свои извечные очертания таежный мир." Как говаривал Остап Бендер - "Красиво излагает собака".

Oigen Pl: А.И. Алдан-Семенов писал в 50-х годах и об Алтае. В его сборнике 1958 года "Бухта Желания" есть рассказ об алтайском шамане, убившем в 30-х гг. русскую женщину-ученую, когда она хотела нанести на карту горное озеро.

Oigen Pl: Годом ранее (в 1973-м) в журнале "Вокруг света" эта вещь автора знаменитого "Наследника из Калькутты" печаталась под названием "Волжская метель": Пассажир последнего рейса Год: 1974 Автор: Штильмарк Р. Жанр: роман Издательство: Молодая гвардия Язык: Русский Формат: DjVu Качество: Отсканированные страницы Количество страниц: 240 Описание: Роман Р. Штильмарка рассказывает о революционных событиях на Волге в 1918 году. Автор выбирает наиболее острый момент – эсеровский мятеж, возглавляемый Борисом Савинковым. Книга построена на историческом материале, имеющем немалое познавательное и воспитательное значение. Быт волжан в предреволюционные и революционные годы, монастырские обычаи и отношения, история эсеровского мятежа на Волге, кровавые акции белогвардейцев, мстящих крестьянам, которые засевают конфискованные у помещиков земли, - во всем этом читатель найдет немало нового для себя и важного для правильного осмысления событий революции.

Алексей Елисеенко: мир пишет: Давеча показывали мне смешную книжку Германа Романова - "Спасти Каппеля!" из жанра альтернативной истории. Романов кстати неплохой "народный" историк, у него есть хорошие работы по казачеству.

Штабс-капитан: Алексей Елисеенко пишет: Романов кстати неплохой "народный" историк, у него есть хорошие работы по казачеству. Я б даже сказал хороший историк по казачеству.

Oigen Pl: Что за цепочка, потянувшаяся из Восточных Саян в конце XIX века, жестко и трагически соединила беглого каторжника Дмитрия Демина, иркутского золотопромышленника Кузнецова, загадочного "старца" Григория Распутина, казачьего атамана Семенова, несостоявшегося военного правителя Забайкалья Захара Гордеева, иркутских красных комиссаров и многих других, ушедших и доселе здравствующих? Что за страшная тайна окутывает реальных исторических персонажей и цепь драматических событий уже на протяжении полутора веков?.. Обо всем этом и о других, не менее захватывающих событиях, происходивших в Сибирском крае, читайте в новом романе писателя-сибиряка Олега Петрова! - http://mirknig.com/knigi/belletristika/1181620267-stervyatniki.html

Oigen Pl: Еще две вещи в той же серии "Сибириада" вышли у В. Поволяева: 1) "Оренбургский владыка" (про Дутова); 2) "Бурсак в седле" (про Калмыкова). Про первую книгу отзывы у фанатов Дутова не очень высоки (мягко говоря).

Dr. Kaminsky: А. Алдан-Семенов, "Красные и белые" - вроде бы так она называлась... А серию ЖЗЛ каковой считать - художественной или научно-популярной? Там ведь и монографии выходят в свет...

Михаил Вебер: Николай Федорович Гарнич (19.01.1901 - 18.11.1961) - автобиографическая повесть "Осьмнадцатый" (М., 1932). В июне 1918 г. автор прибыл в Екатеринбург в составе отряда петроградских анархистов "Беспощадный" и принял вместе с ним участие в боях в Шадринском уезде и на Екатеринбургско-Челябинском направлении. Эти события лета 1918 г. и описаны в книге. Ряд событий и имен в повести изменены в угоду художественному замыслу или по политическим мотивам (например, известный екатеринбуржский анархист Жебенев стал Жбаном, повествование идет не от лица отряда анархистов "Беспощадный", а от некого большевистского отряда красногвардейцев, в котором тем не менее полно анархистов), но в целом реалии Гражданской войны на Урале отображены автором весьма достоверно, очевидно, что при написании повести он опирался на собственные воспоминания и, вероятно, дневники, - поэтому данная книга находится на стыке мемуарной и художественной литературы. Вполне уместно сравнить ее с "Конармией" Бабеля, которая также опиралась на военные дневники автора. http://shot.qip.ru/00dJvk-4qYwKGG9h/

Oigen Pl: Михаил Вебер пишет: Николай Федорович Гарнич (19.01.1901 - 18.11.1961) - автобиографическая повесть "Осьмнадцатый" (М., 1932). Кое-где встречал попытки "сделать" этого человека "интернированным хорватом"

Oigen Pl: "Избранный комиссаром Легиона III Интернационала, Шамиль Усманов сразу же столкнулся с одной из главных трудностей в работе — языковым барьером. Ибо легион возник в результате объединения двух сдружившихся в боях воинских частей: мусульманского батальона и интернационального отряда, состоящего из бывших военнопленных атамана Дутова. Вот как описывает его состав Шамиль Усманов в своей дилогии «Путь Легиона»: В легионе 1200 бойцов... Первая, вторая и третья рота состоят из венгров, четвертая из немцев, пятая и шестая из татар, а седьмая - из бойцов разных национальностей: башкир, узбеков, казахов, чехов, румын, сербов и поляков" - http://historio.ru/usmanov.php

самарец: Выложено на "Букваведе".

oleq_wr: самарец пишет: Выложено на "Букваведе". А ссылку можно указать? С уважением Олег.

самарец: oleq_wr пишет: А ссылку можно указать? Пожалуйста... http://bukvaved.com/fantastika/92589-vtoroemputeshestviemfileasamfogga.html

oleq_wr: самарец пишет: Пожалуйста... http://bukvaved.com/fantastika/92589-vtoroemputeshestviemfileasamfogga.html Большое спасибо. Олег.

Oigen Pl: Взято в Новосибирске в ГПНТБ СО РАН на "буккроссинге": Шестов Константин Васильевич Повести: Юность Кости Вострецова Когда зацветет багульник Западно-Сибирское книжное издательство, 1979.

Oigen Pl: Роман о Якутии 1922 года, о пепеляевском рейде: Текст - http://tululu.org/b67625/

Radiohead: А. Алдан-Семенов "На краю океана" замечательная книга(о Пепеляеве в 1922-м).И ,кстати,о Троцком на Восточном фронте неплохой "попаданец" в двух книгах-Иван Евграшин "Стальной лев революции".

Oigen Pl: Уроженец Томска и выпускник Барнаульского пехотного училища Юрий Федорович Стрехнин (1912-1996) свой роман "Выходим на рассвете", посвятил интернационалистам-венграм, вовлеченным в водоворот гражданской войны в Сибири: АННОТАЦИЯ: "Читателю известны повести и романы Ю. Стрехнина, посвященные теме интернационализма, боевого содружества народов, борющихся за социализм. Этой теме писатель остался верен и в новом романе. "Выходим на рассвете" - многоплановое произведение о революционном братстве советского и венгерского народов, уходящем корнями в далекие годы революции и гражданской войны. Главные герои романа - русский солдат Ефим Кедрачев и военнопленный венгр Янош Гомбаш. Особое место в романе отведено Москве". Свой родной город писатель обозначил в романе как "Ломск" (стоящий на реке Ломи), а Тайга названа "Айгой". При этом название газеты "Сибирская жизнь" осталось неизменным.

Oigen Pl: В этой книге Фабиана Абрамовича Гарина, изданной "Советским писателем" в 1963 году в суперобложке и тиражом в 30000 есть такие строки: "- Тебя послал сам Цыркунов? Конник молча кивнул головой. - Ладно, - решил Рыбников, - вернешься разом с нами. Если ты, чертова душа, изменил - я тебя своими руками разменяю. - И тут же подумал: «Почему все-таки Цыркунов приказал отойти? Горе наше - воевать вместе с офицерами. Цыркунов бывший штабс-капитан, успел уже снюхаться с контрой, хотя до сих пор ни в чем не был уличен... До сих пор не был, а теперь переметнулся". Штабс-капитаном стал к 1917 году Юлиан Гаврилович Циркунов - такова точная фамилия оклеветанного сподвижника Блюхера. "В 1910 г. окончил Чугуевское юнкерское училище." - на стр. 114 в издании "Сибирская Вандея", том 2, 2000. Согласно публикаций В.Ф. Гришаева, в 1921 году Юлиан Циркунов был губернским военным комиссаром в Барнауле. Позже Юлиан Гаврилович стал журналистом и краеведом. Он умер 24 сентября 1941 года в тюремной больнице. Но еще в 60-х годах "отсвет" его репрессий давал о себе знать не только в художественной литературе. Например, в Воениздате в 1964 году в исследовании "Разгром дутовщины, 1917-1919" (автор Н.К. Лисовский) лишь один раз упоминается фамилия Циркунова, и то без инициалов. Справедливости ради, нужно отметить, что писатель Гарин использовал в своем романе написание фамилии Юлиана Гавриловича Циркунова такое, каким она осталась в архивных документах ЦГАСА: "Штаб войск, действующих против Дутова Председатель штаба Блюхер Члены: Цыркунов, Яунзем, Марк-Суворов, Рыбников Комиссары отрядов: Малышев, Лупов, Толмачев, Ельнин, Морозов, Зверев, Ильиных, Соларов" ("Исторический архив" в 1958).

Ратник: Oigen Pl пишет: в суперобложке и тиражом в 30000 Да...было время.Сейчас таких тиражей для хороших книг не найти...

Oigen Pl: Величко Василий Арсеньевич Искаженный бог. Изгнание и возвращение. Роман в двух книгах Советский писатель 816 страниц 1970 г. "Сложный многоплановый роман, действие которого происходит в 1916-1935 годах. Писатель изображает революционное движение в условиях горного и степного Алтая со всеми его особенностями." Василий Арсеньевич Величко в художественной манере писал даже докладные записки - когда был инструктором-пропагандистом Нарымского окружкома (до 1936 года): 15 сентября 1933 г. специальным постановлением бюро крайкома была создана комиссия во главе с председателем краевой контрольной комиссии ВКП(б) М.М. Ковалевым «по заявлению т. Величко». Она работала почти полтора месяца и подтвердила достоверность изложенных фактов. По докладу комиссии Ковалева 1 ноября 1933 г. бюро крайкома партии приняло постановление. В преамбуле документа указывалось, что приведенные в письме Величко факты в основном подтвердились. В постановляющей части одобрялись принятые ОГПУ репрессивные мероприятия в отношении работников среднего звена СибЛАГа, непосредственно проводивших операцию по расселению трудпоселенцев в Александро-Ваховской комендатуре, а также содержались достаточно жесткие определения в адрес руководства СибЛАГа. Начальнику СибЛАГа Горшкову был объявлен строгий выговор «за отсутствие должной распорядительности в деле организации расселения деклассированного элемента». Такая оценка деятельности Горшкова отразилась на последующей его карьере — 22 ноября 1933 г. в связи с реорганизацией управления СибЛАГа он был освобожден от занимаемой должности. Строгому взысканию также подвергся начальник Отдела трудпоселений СибЛАГа Долгих*. Однако он не был отстранен от должности и пребывал в ней до 1938 г., а затем был откомандирован в Красноярский край." - http://corporatelie.livejournal.com/62454.html *Долгих - это алтайский партизан Иван Иванович Долгих (1896-1956), которого долго путали с его тезкой и однофамильцем Иваном Ильичем Долгих (1904-1961). Двух Иванов Долгих теперь наконец стали различать, но еще остаются попытки... сделать их "братьями" - http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%94%D0%BE%D0%BB%D0%B3%D0%B8%D1%85,_%D0%92%D0%BB%D0%B0%D0%B4%D0%B8%D0%BC%D0%B8%D1%80_%D0%98%D0%B2%D0%B0%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87

Oigen Pl: У прапорщика/комкора и писателя Роберта Эйдемана/Roberts Eidemanis (1895-1937) есть рассказ "В лесу", посвященный отряду из бывших немногих фронтовиков и многих гимназистов, разбитому партизанами Алтая у некоей деревни Охотничьей. Рассказ опубликован в этом сборнике 1968 года издания: "Взять хотя бы деревню Охотничью. Стоит она окруженная лесом. Двести дворов в ней и церковь (купола ее, надув зеленые щеки, дразнят лес поверх деревенских крыш). Жители занимались хлебопашеством и скотоводством. От зеленых трав, от мягких веток и молодых побегов коровы были мягкие и гладкие, как мох. Зимой мужчины промышляли охотой. Землепашеством занимались мало - лишь бы хватало хлеба на зиму. Да и земля-то была нехорошая - сердитая земля: песок, реже глина. К Славгороду, к Барнаулу, где чернозем, - там, понятно, землепашцу жилось лучше. Уездный город давно пришел к заключению: Охотничье - центр красных партизан и база атамана Свистуна (Свистун - бывший председатель уездного Совета, железнодорожник, фронтовик в мировую войну). Неспокойный, бедовый народ охотники! ... В каждом движении этих солдат, согнанных в казармы из Барнаула и Славгорода, даже в подобострастии, даже в пальцах, прилипающих к фуражке при встрече с офицером, — во всем было что-то не подавимое ни дисциплиной, ни экзекуциями (ротный командир по закону, который даже во времена царя Николая II редко применялся, мог всыпать двадцать пять нагаек)."

Барабаш: Олег Аюпов. Путь заповедный. «Где бы ни приходилось жить в зрелые годы: в военных гарнизонах Прибалтики или заполярном Североморске, сердце всегда рвалось в единственный город, расположенный на Полярном круге - Салехард (Обдорск). Поначалу я любил город детства, даже не зная исторических корней, просто за то, что он есть - неказистый, деревянный, долгими зимними месяцами занесенный снегом. Со временем все чаще возникало желание узнать о прошлом Салехарда, ведь ему более 400 лет. Тем более что практика краеведческой работы свидетельствовала - подрастающее поколение мало что знает об истории своего города. Поэтому захотелось донести её до читателей, в основном юношеского возраста, не просто как изложение определенных фактов, а в виде увлекательного историко-художественного повествования. Тем более, что исторической художественной литературы о нашем крае, в частности о периоде гражданской войны, фактически нет. Так возник замысел этой повести. Её основные герои, конечно же, вымышленные. Безусловно, никогда не существовало Владимира Кураева, Маймы Яунгада, полковника Путилина... Никогда не проезжал Собским ущельем французский офицер Барбье... Правда, исторический вымысел в повести сочетается с описанием реальных историко-бытовых деталей начала ХХ века. В сюжет повести введены и реальные персонажи, присутствие которых необходимо для исторической достоверности - это адмирал Колчак, адмирал Кетлинский, березовский исправник Ямзин и т.д. Многие факты достоверны, а «белые пятна» истории Ямала тех лет дополнены авторским воображением. Верить или не верить в вымысел автора, пусть каждый читатель решает сам. В повести рассказывается и об участии в гражданской войне коренных жителей тундры - ненцев. Считаю, что ненцы не только последний великий кочевой народ, ведь они расселились на просторах Севера от Таймыра до Кольского полуострова, но и народ-воин. В фольклоре северных народов, например, ханты, эвенков много говорится о набегах и воинских походах ненцев. А история покорения Севера русскими, начиная от новгородцев, свидетельствует о воинственности и непокорности "самояди". Да и факты недавней истории - известная «мандала», подтверждают высокий воинский дух аборигенов тундры. Активная же роль ненцев в гражданской войне до сих пор оставалась вне поля зрения историков. Гражданская война в низовьях Оби - тема … почти не изученная. Мало документальных свидетельств о том, как происходили в окрестностях Обдорска и северной тундре боевые действия между белыми и красными. Скорее всего, они были очень кровавыми и ожесточенными. Поэтому, описывая отдельные боевые эпизоды, я намеренно допустил определенный художественный вымысел. Что же касается всего остального - истории освоения низовьев Оби, изучения Арктики, основных вех гражданской войны на Севере, все это соответствуют сохранившимся документам. Автор». URL: http://library.ikz.ru/sibir-v-gody-grazhdanskoi-voiny/Oleg-Ayupov.-Put-zapovednyi

мир: Это не литература, но пусть будет. А то скучно тут у вас. Спектакль «Навсегда» был поставлен в Омском драматическом театре в 1950 г. Был посвящён восстанию 22 декабря 1918 г. в Омске. В роли Колчака – Вацлав Дворжецкий, подпольщика А. В. Масленникова – Михаил Малинин. К сожалению, сам текст утерян. Известно только, что спектакль публика приняла очень хорошо, но все рецензии были разгромные (за несоответствие историческим событиям) и он был снят. Сложно сказать, чем он не устроил власть. Якобы углядели параллели между Колчаком и Сталиным. Фото также было опубликовано в сборнике "Гражданская война в Сибири: Материалы Всероссийской заочной научно-практической конференции", но в электронную версию не вошло.

Oigen Pl: На 6-й странице темы: Oigen Pl пишет: М.С. Бубеннов "Зарницы красного лета", Воениздат, 1986 Теперь текст доступен в интернете - http://mirknig.com/knigi/military_history/1181702762-zarnicy-krasnogo-leta.html

Oigen Pl: Новоалтаец пишет: 5) Кудинов И. П. «Переворот» (о гражданской войне на Алтае и периоде правления Колчака в целом). По крайней мере имя одного из персонажей, выведенных в книге под своей реальной фамилией, приведено вполне "художественно": "А еще через несколько дней начальник штаба обороны БийскаТимофей Бачурин отдал приказ: город оставить, отрядам отходить. — Куда отходить?— спрашивали его. — Куда угодно: в горы, в тайгу... Важно сберечь людей и сохранить силы для будущих боев." В специализированных изданиях: "Бачурин Терентий Тимофеевич — бывший матрос крейсера «Аврора», член КПСС. В 1917-1918 годах — матрос одного из пароходов в Бийске, начальник отряда Красной гвардии в городе", - Гай Титов "Возникновение пароходства в Обь-Иртышском бассейне", Новосибирское книжное изд-во, 1990. Место службы тоже в разные годы разнилось. Например, в сборнике "Лениздат" 1967 года "Герои Октября: Биографии активных участников подготовки и проведения Октябрьского вооруженного восстания в Петрограде" была названа "Полтава", а не "Аврора": "Бачурин Терентий Тимофеевич (род. в 1893 г.), член партии с 1917 г. Фельдфебель линкора «Полтава». В составе Гельсингфорсского отряда участвовал в штурме Зимнего дворца". К десятилетию создания Красной Армии в феврале 1928 года Приказом РВС Республики Терентий Тимофеевич был награжден орденом Боевого Красного знамени - как "быв. командующий Бийским фронтом партизанск. движ., ныне пред. инвалидн. коопер.". Стал персональным пенсионером - http://opisi.garf.su/default.asp?base=garf&menu=2&v=7&node=645&cd=1130322&fond=124&opis=2819&delo=2568242

Oigen Pl: Хотя в рассказе К. Ходырева "По статье КРД" приводятся реальные населенные пункты Алтая и факты его собственной биографии, стоит его все же отнести к художественной прозе. - просто потому что роговцы-партизаны вдруг оказались... белыми карателями! Рожденный в Калиновке (Залесовский район Алтайского края) литератор был жив в 1989 году, но его внесли в соответствующую "Книгу Памяти": "Ходырев Константин Яковлевич Родился в 1912 г., Западно-Сибирский кр., Залесовский р-н, д. Калиновка; русский; образование среднее; б/п; районная плановая контора, плановик. Проживал: Томская обл., с., Зырянское. Арестован 26 октября 1937 г. Приговорен: 15 ноября 1937 г. Приговор: 8 лет ИТЛ, 5 лет поражения в правах Реабилитирован в октябре 1956 г. Источник: Книга памяти Томской обл." - http://lists.memo.ru/d35/f64.htm Из журнала "Литературный Владивосток", Дальневосточное книжное изд-во, 1989: "До печально знаменитого постановления 1946 года о закрытии журнала «Ленинград» Константин Яковлевич Ходырев публиковался в этом известном журнале. Живет в Приморье. Его басни печатались во многих газетах, в сборнике "Литературный Владивосток". Был репрессирован, встречался в Караганде с сосланным туда выдающимся поэтом Николаем Алексеевичем Заболоцким в пору завершения им перевода «Слова о полку Игореве». *** Мой отец, Яков Яковлевич, — уроженец Вятской губернии. В семье он был вторым сыном, а было их четыре брата. Они рано остались без отца и жили в большой бедности. Как только подрастал кто из братовей, так сразу же уходил на заработки. Мой отец ушел в город Ижевск и со временем стал неплохим токарем. Но в 1905 году его вызвали в канцелярию и вручили гербовую бумагу, заверенную печатью с двуглавым орлом, в которой он уведомлялся, что с завода увольняется как политически неблагонадежный. При вручении бумаги ему посоветовали покинуть Ижевск и выехать в Сибирь, что он и сделал. В Сибири он остановился в Новониколаевске, но на работу его нигде не приняли, и ему пришлось переехать в Барнаул. Однако там жандармы приказали ему немедленно покинуть город. Тогда он уехал в деревню Калиновку, в ста верстах от Барнаула, где я и родился в 1911 году. В Калиновке вся земля была поделена между крестьянами, и он как неприписной перебивался случайными заработками, а когда стало невмоготу, переехал в глухую тайгу на Бисеровскую заимку. Там арендовал клочок земли с правом раскорчевать участок под огород и очистить место для сенокоса. Заимка состояла из четырех изб, и пятую поставил отец. Летом он занимался устройством усадьбы, а зимой делал столы, табуретки, прясницы, станки для тканья холстов, которые возил по деревням и обменивал на продукты питания. Два-три раза в год приходил на заимку мужичок. Он был невысокого роста, сутуловат, с тонкими и нежными руками. Всегда носил с собой од- ну-две книжки. Жил он у нас по два-три дня. Соседские мужики и женщины с прясницами приходили к нам вечеровать и слушать его чтение. Мужики слушали, затаив дыхание, женщины пряли пряжу, ахали и охали. При свете лучины просиживали до третьих петухов. ... Объявили империалистическую войну, отца на фронт взяли в конце войны. После революции началась гражданская война. Горели хутора и заимки. Свирепствовали карательные отряды. Убивали людей, резали скот. Жить на заимке становилось все опаснее и опаснее. И вот однажды въехал конный отряд. Мы, ребятишки, разбежались и попрятались кто куда. Увидев на фуражках красные ленточки, вылезли из своих убежищ, как суслики из нор. ... Тревожно посмотрев в сторону Федосеевки, командир подозвал деда Бисерова, основателя заимки, и послал его разведать силы карательного отряда Рогова, наводившего ужас на хутора и поселки. Дед уже должен был сходить туда и обратно, но все не возвращался. Тогда командир послал нашу мать. — Вы, ребятишки, посидите, я споро приду, — успокоила она нас. Ушла и тоже запропала. Командир отряда подозвал меня и спросил: могу ли я сходить в Федосеевку? Он дал задание узнать, почему не возвращаются дед и мать, сколько солдат у Рогова, сколько у него лошадей? ... Я приложил руки к лицу и плаксиво проговорил: — Я домой хочу-у. — И стал обходить его, а он ударил меня по спине нагайкой. Я дико заорал и присел. В глазах поплыли разноцветные круги, роговец же размахнулся и ударил меня с еще большей силой. Я вскочил и помчался что есть духу, громко плача. Когда я подбежал к своей избе, увидел партизан, спешащих на мой рев. Я же от боли и слез не мог сказать им ни одного слова. Тогда они нарвали какой-то лопушистой травы и привязали к моей спине. ... Наступила зима. Спина у меня постепенно зажила. Я мог одеваться и выходить на улицу играть с ребятишками. Гражданская война была в самом разгаре. Деревня переходила из рук в руки. То ее занимали белые, то красные. Однажды завязался жестокий бой. У партизан кончились боеприпасы, они сопротивлялись слабо, а к утру попрятались кто где мог. Начались повальные обыски по вылавливанию партизан, и того, кого находили, убивали на месте. Три дня деревня была на осадном положении: не разрешалось убирать трупы и запрещалось всякое движение по деревне. Только в конце третьих суток разрешили выкопать общую яму и закопать убитых. Пришла весна. Прекратились набеги карателей. Некоторые мужики вернулись с фронта. Деревня стала жить спокойно. Погибших партизан перехоронили на деревенское кладбище в братскую могилу. Трупы настолько испортились, что невозможно было никого узнать. Лишь Генку Агафонова опознали, потому что он был короче всех. Материальное положение нашей семьи было очень тяжелое, мы влачили жалкое существование. И вот настало время, когда пришел и наш отец. Он стал плотничать, а сестру и брата отдали в работники. Пробовали и меня отдать нянчить полуторагодовалого Андрейку, но из этого ничего не вышло. Через две недели меня выгнали. Когда Андрейкины родители уезжали в поле, я расстилал на полу тулуп, садил на него Андрейку и привязывал его к ножке лавки, а сам убегал играть с мальчишками. И вот однажды я так заигрался, что Андрейкины родители вернулись раньше меня и увидели своего сына спящим на тулупе и привязанным, как собачка, на веревочке, за что мне дали немедленного турмана. ..."

Oigen Pl: "Рано утром 24 декабря 1918 года 1-я Томская дивизия Средне-Сибирского корпуса генерала Пепеляева, поддержанная артиллерийской бригадой Валюженича и полком другого перебежчика — Бармина, внезапно ворвалась в Пермь со стороны Мотовилихинского завода. Обескровленные непрерывными боями, застигнутые врасплох, ослабленные изменой, части 29-й дивизии и Особой бригады 3-й армии Восточного фронта борьбы с мировой контрреволюцией отступили на запад, к Глазову" - Леонид Абрамович Юзефович "Контрибуция" (1987) - http://coollib.net/b/265164/read

barnaulets: Oigen Pl пишет: Рано утром 24 декабря 1918 года 1-я Томская дивизия Средне-Сибирского корпуса генерала Пепеляева 1-я Томская дивизия прекратила существование еще в августе-сентябре 1918 г., став 2-й Сибирской стрелковой дивизией. В Пермь же, насколько известно, ворвались части 1-й Сибирской стрелковой дивизии (4-й Енисейский Сибирский стрелковый полк) и 1-й Сибирский штурмовой батальон 1-го Средне-Сибирского корпуса.

Ратник: barnaulets пишет: 1-й Сибирский штурмовой батальон 1-го Средне-Сибирского корпуса. Кстати,в фильме судя по кадрам со съемочной площадки показаны не то штурмовики не то ударники.

Новоалтаец: А. Корытковская. "УВИДЕВШИЕ ЗВЕЗДУ". М., 1983 "Роман о юности, о тех, кто защищал существовавшую в глубокой тайге севернее Красноярска Тасеевскую партизанскую республику". http://buklit.ru/book_162699_uvidevshie_zvezdu.html Ю. Лясота. "ЗНАМЯ НАД ОКЕАНОМ". М., 1982 "Повесть рассказывает о борьбе за становление Советской Власти на Дальнем Востоке, в Приморье, в 1919 году. В центре повести -подлинные участники событий пламенные большевики Сергей Лазо, Всеволод Сибирцев, Моисей Губельман, Александр Фадеев". http://buklit.ru/book_159847_znamja_nad_okeanom.html

Oigen Pl: В № 12 в 1933 году журнал "Сибирские огни" напечатал отрывок из романа М. Величко и В. Величко "Гибель" - с характеристикой "роман о гражданской войне, действие происходит в 1919 г.": "Через неделю Подзоровы были в барнаульской тюрьме. При прощании жена Силантия долго не могла сказать слова. Конвойный торопил. — Подожди, успеешь еще, — сказала она ему. Наклонившись к уху мужа, она крикнула: — Будешь помирать... старик... от пули, «Отче наш» читай". Ранее в теме было упомянуто московское издание В.А. Величко 1970 года - «Искаженный бог. Изгнание и возвращение». Роман в двух книгах. М., 1970 г. 816 с. Сложный многоплановый роман, действие которого происходит в 1916-1935 годах. Писатель изображает революционное движение в условиях горного и степного Алтая со всеми его особенностями. Об авторе: "Василий Арсеньевич Величко (1908-1987) – инструктор-пропагандист Нарымского окружкома ВКП(б). Известен специалистам как первый человек, написавший Сталину о случаях людоедства среди спецпереселенцев Назинского острова (1933 г.). Он же является автором письма в Сибкрайком о причинах смертности селькупов Тымской производственно-охотничьей станции (1935). Позднее известен как писатель, чьей постоянной темой были рассказы и очерки о социалистических преобразованиях в жизни народов Западной Сибири" В годы Великой Отечественной войны - фронтовой журналист: "Величко, Василий Арсеньевич. Падение Кенигсберга [Текст] / В. Величко, гвардии подполк. - [Москва] : Правда, 1945 (тип. им. Сталина). - 39 с.; 16 см Величко, Василий Арсеньевич. Огонь возмездия [Текст] : [Наступление Красной Армии в Восточной Пруссии] : [Очерк]. - Смоленск : Обл. гос. изд-во, 1945. - 14 с.; 14 см. - (В помощь агитатору. Для громкой читки/ Отд. пропаганды и агитации Смолен. обкома ВКП(б))". В дни наступления по земле Восточной Пруссии в нашей армии часто бывал военный корреспондент «Правды», журналист и писатель, гвардии подполковник Василий Величко. Увидев серое прусское небо, низко нависшее над землей, и седую мглу густого тумана, которая медленно ползла по линиям дотов и траншей, увидев прусскую землю, одетую в железо, бетон и камень, он сказал коротко, выразительно, словами солдата: — Замурована вся. Наглухо... <...> Автор брошюры «Падение Кенигсберга» В. А. Величко сравнивал укрепления немцев на Дайме то с железной дверью Кенигсберга, то с оскаленной пастью хищника. Это художественные образы" - Людников И. И. Дорога длиною в жизнь. — М.: Воениздат, 1969. — 180 с., с портр. и илл. (Военные мемуары).

Oigen Pl: Афанасий Семенович Кузнецов "На весах судьбы", Москва, "Советская Россия", 1990. 15000 экз. "— В Барнауле сформирован польский легион. Одна из его сотен и гонится за нами вместе с беляками. — Кто командует эскадроном? — Говорят, что хорунжий Левицкий. Находившаяся поблизости Наталья Ивановна обернулась на последние слова. — Левицкий? — Ага, — поддакнули разведчики. — Что, знакомы? — пристально посмотрел на женщину Борис Прокопьевич. — Боюсь ошибиться, — сказала она. — У нас в Сысерти служил когда-то приказчиком в трактире Юлиуш Левицкий. Неужели тот самый? Никакими военными качествами он, если мне не изменяет память, отмечен не был. — Время диктует свои условия, — заметил Черкашин. Державина не обманулась в своих предположениях. Эскадроном улан действительно командовал бывший трактирщик из Сысерти. Когда грянула революция, он поспешно свернул торговые дела, собрал накопленные драгоценности и решил пробираться за границу. ... Левицкий, оказавшись в Барнауле, неожиданно был назначен командиром эскадрона."

Oigen Pl: Г.А. Никулин "Приключения Петьки Зулина" [повесть: для сред. и ст. возраста / ; ил.: В. Саксон. - Л. : Детгиз. Ленингр. отд-ние, 1960]. - 320 с. 80000 экз. "— Вот я думаю как, — заговорил Котов, — двигаться всем за Барнаул к селу Кабань, там, сказывают, объявился партизан Ефим Мамонтов, к нему и пристать. Надежное будет дело. Сперва надо идти в тот край, там хорониться будем, там и землянку выроем, а далее будет видно: или мы партизан найдем, или они нас обнаружат". *** О книге: "Действие повести развертывается в Восточной Сибири в годы Первой мировой и гражданской войн. Герой повести маленький сибиряк Петя Зулин живет то в большом селе, то в городе, путешествует по России и Сибири. Жизнь рано заставляет его почувствовать себя взрослым и принять на себя заботы о существовании семьи. Детский мирок героя сливается с полной борьбы, богатой событиями кипучей жизнью Сибири того времени. Мальчик сам выбирает себе друзей и дорогу в жизни. Познав тяжелый, безрадостный труд на хозяина, соприкоснувшись с режимом белогвардейцев и интервентов, он делает все, что в его силах, чтобы помочь установлению советской власти". Автор - НИКУЛИН Юрий (Георгий Анатольевич), родился "28. IX (11. X). 1906, Вятка...". Участник Великой Отечественной войны. Писатель и драматург, живший в Ленинграде.

Oigen Pl: "Маркова Ольга Ивановна ... Истории создания первой коммуны на Алтае в годы гражданской войны посвящен роман «Первоцвет» (1962)." - http://semantic.uraic.ru/post/postbrowse.aspx?o1=2804&q=true&f=p&project=1 "Маркова О. И. Первоцвет : роман. — М :. Сов. писатель, 1963. — 304 с. : ил." - http://www.publiclibrary.ru/librarians/vstrechi/fest-Pervouralsk.htm Средне-Уральское книжное издательство, 1965 г.: "Советский писатель", 1967: Издание 1977 года ("Рассказана история алтайской сельскохозяйственной коммуны, созданной питерскими рабочими в 1918 году с согласия и с помощью В. И. Ленина. Коммуна оказалась в центре кулацких восстаний, организованных белогвардейскими бандами. М. Советский писатель, 1977г. 272 с., илл. Мягкий переплет") -

Oigen Pl: В серии "Сибирский приключенческий роман" вышли несколько книг, время действия которых отнесено авторами к годам гражданской войны - http://www.veche.ru/books/catalog/sibir_roman/

Сибирецъ: Тут об анненковцах, и не только http://www.proza.ru/2015/02/09/1415

Oigen Pl: Вот рассказ В. Владимирцева «Незваный гость» (газета «Алтайская правда», гор. Барнаул). К колхознику Степану Капитонычу приходит сын, служивший в гражданскую войну у белых и после разгрома Колчака сбежавший за границу. Держится он смело, и отец подумал, что сын его прощен, вернулся в СССР с разрешения правительства. Он рад, мать тоже рада. Казалось, матерый белогвардеец Петр легко проведет своих доверчивых родителей, но он сам раскрывает карты. Когда отец спросил, давно ли он из-за границы, Петр гордо сказал: «С месяц». Отца удивила эта гордость. «Почувствовал — предположение о том, что сын порвал с прошлым, обманчиво». Он насторожился. « — Ну, и как приняли тебя у нас... рассказывай. — Последнее время находился в Японии, — повествовательным тоном заговорил Петр, но сразу же осекся. Посмотрел на брата, потом на отца. — Пойдем в горницу. Закрылись в горнице вдвоем. Голос Петра был тихим, вкрадчивым. — С документами у меня благополучно. Побуду у вас два дня. Потом поеду... Присмотреться надо. — Задание имеешь? — почти вскрикнул Степан». Все как будто ясно: не сдобровать Петру, пора уносить ноги. Но Петр и в ус не дует. Он даже не отговаривает отца, когда тот посылает второго сына за водкой, не встревожился, когда отец, «забыв что-то наказать, побежал вслед, догнал посыльного и долго шептался с ним». Такого недогадливого врага нетрудно выловить. <...> Начинающие авторы не замечают, что крупный шпион обычно бывает опытным, изворотливым, хитрым, он не совершит такого глупого поступка, какой совершает белогвардеец Петр в рассказе Владимирцева или Горгулов в рассказе Белых. (Из статьи М. Платошкина "Важная тема" в журнале "Литературная учеба", 1939).

белый: Горькая новь Александр Швецов Ниже я привожу дневниковые записи и воспоминания своего деда Швецова Василия Николаевича. Эти воспоминания о крахе русской деревни. Горькая новь Я не историк и не писатель, а учитель, и как родившийся и полжизни проживший в своём селе, решил запечатлеть на бумаге прошлое моего села, где мне знаком каждый двор, каждая гора, каждая дорога и тропа, лес, лога, речки и ключи, пашни и покосы, цветы и прочее. Для меня всё там было мило, я очень люблю своё село, там моя родина, там, в крепко сколоченных кедровых гробах, на кладбище, покоятся мой дед, мой отец, мой сын и много братьев и сестёр. Туда меня постоянно тянет... https://www.proza.ru/2013/02/16/1226

санников: Надеюсь он здесь не помешает, так как в теме о партизанах поместить не смог. Ярославский Александр Борисович (1896-1930) - поэт; уроженец Томска, из семьи военного врача, учился на физико - математическом факультете Петроградского университета; анархист; находился в заключении в белогвардейских тюрьмах Владивостока и Иркутска(1918-1919); участник партизанского движения в Сибири; председатель президиума «Северной группы биокос мистов - имморталистов» (с 1922); автор 13 поэтических сборников (1917-1927) и романа «Аргонавты Вселенной» (1926), отмеченного А. Эйнштейном (есть в сети); выехав в Берлин для лечения безногой жены, объявил, что «покидает Россию, пока в ней Ваш режим, писателю там жить и дышать невозможно»На (1926); вернулся в СССР (1927): арестован 26.6.1928 и приговоренный 1 октября « к заключению в концлагерь сроком на 5 лет», расстрелян на Соловках «за неудачный побег» 10.12.1930.

Oigen Pl: Отряд проявил немалую заботу о раненых товарищах Прилепе и Копане. Через пятые руки доставали в Волчихе от врача Жиляева медикаменты, но не было средств у отряда, а платить приходилось по 10 рублей в сутки за больного. ... ШПИОНЫ И ПРЕДАТЕЛИ Колчаковская разведка с первых же дней возникновения партизанского движения бросила своих людей в район восстания. Получила такого «гостя» и группа Мамонтова. Это случилось вскоре же после схватки с милицией в селе Вострово. В то время, когда Копань и Прилепа лечились после ранения, в отряде появился Гранкин. Он сразу всем показался своим человеком, был хорошо грамотен и всегда держался мнения большинства. Пользуясь отсутствием большевиков Копаня и Прилепы и зная, что Мамонтов постоянно занят своими планами, Гранкин вскоре повел разговоры с некоторыми неустойчивыми партизанами о создании «особой» партии, не похожей ни на одну из существующих. По мысли Гранкина она должна была внести оживление в группе: убийство, конфискации с целью личной наживы — вот, по существу, цели организация. Но провести свою программу предателю не удалось. Вскоре выздоровели Копань и Прилепа, и на одном совещании, узнав о программе Гранкина, они заявили: — Это что за партия? Мы знаем и верим только одной партии большевиков. А такая партия поставит нас в глазах крестьян в разряд разбойников. Нас передавят, как цыплят. Мы не найдем сочувствия у населения, которое видит в нас борцов за советскую власть. Во время полевых работ по селам пошли усиленные карательные отряды. Группа Мамонтова перебралась в степь, и здесь Гранкин показал свое лицо. Однажды во время обеда он попросил дать ему отпуск на две недели. — Я хочу съездить в свои родные места... Все равно сейчас пока никакого дела у нас нет. Но у него были другие планы. Он видел, что группа обосновалась в в степи, знал все места, где она скрывалась, и хотел предать отряд. Здесь всего удобнее было захватить партизан живьем или уничтожить. Партизаны согласились отпустить его. По этому случаю Гранкин напился пьяным и заплетающимся языком начал вспоминать свое прошлое: как он в 1905 году работал в одесской жандармерии. Малышенко, услышав похвальбы Гранкина, весь затрепетал от волнения и вызвался отвезти его в ближайшее село. — Поедем, поедем, — говорил он, торопливо запрягая лошадь. Гранкина посадили на дрожки. Малышенко сел рядом и тронул лошадь вожжами. Отъехав несколько десятков сажен, Малышенко повернулся к Гранкину: — Ну, вот ты и уезжаешь... Сколько был в отряде, а Мамонтов не дал тебе даже доброго нагана. Посмотри, какой у меня. Гранкин повернулся, Малышенко выстрелил ему в лицо. Труп шпиона бросили в колодец. Кольцо льда, образовавшееся за зиму, задержало тело. Белые не дождались возвращения своего «преданного слуги». Они обнаружили в колодце, вытащили и увезли с собой... Второй предатель, Зарва, затесался в отряд Мамонтова перед Вознесенской ярмаркой. Его не успели как следует разглядеть. ... Как-то ночью к партизану, стоящему на часах у палатки, в которой спали командиры, подошел Зарва. — Не спится вот, друг, на голодный желудок, — пожаловался он. Тот молчал. Зарва помялся, закурил, предложил кисет часовому. — За что только народ мучается? — снова начал Зарва. — А все власти каждому хочется. Вот сейчас все села заняли белые, а мы сохнем в степи... Сожмут нас в кольцо и порубят, как капусту... А за что?.. За отчаянную голову Мамонтова... Часовой молчал. Зарва еще на шаг приблизился к нему. — Давай, знаешь, шарахнем бомбу в палатку, убьем Мамонтова с его командирами, а остальные разбегутся, и делу конец. Кассу заберем да еще награду от белых получим... Часовой молча сделал шаг назад, словно приготовился к прыжку. Спавший недалеко партизан Полянкин проснулся и услышал весь разговор, все доводы Зарвы. Он быстро вскочил, спокойно подошел к Зарве и вдруг, наставив наган в лицо, крикнул: — Руки вверх, предатель! Зарву обезоружили и подняли тревогу. Бойцы до самого рассвета не могли уснуть. С восходом солнца Копань организовал суд над Зарвой. Судили в присутствии всего отряда. Часовой подтвердил все, что слышал от Зарвы. Предатель после некоторого запирательства сознался. — Да, я был послан из Омска со специальным заданием... Партизаны наперебой требовали: — Расстрелять гадину...". (Из очерка Кондратия Никифоровича Урманова "Битва за жизнь"// двухтомника Новосибирского книжного издательства, 1958).

Vaught: Книг о войне в Сибири очень мало, например новый детектив по событиям зимы 1919-1920-го ("Оборона Иркутска"). В Иркутске исчезает конвой, перевозивший редкие бриллианты из царского запаса. Лишь немногие знают, что за этим происшествием стоят другие, роковые для Белого движения события. К ним причастна женщина, о которой ничего не известно, кроме того что она агент Intelligence Service. Капитан Безсонов, сотрудник русской разведки, или, на профессиональном жаргоне, "монастыря", получает приказ выявить и обезвредить шпионку. Это почти невозможно: Россия погрузилась в карнавал смерти и лжи... Ссылка: https://lit-era.com/aleksei-bularin-u71796" title

Хрохилаих: Странно, но никто не упомянул известный роман П.П. Петрова "Половодье" Иркутск, 1962 Он считается автобиографичным, много известных исторических личностей под "говорящими" фамилиями (Лузин -Лазо, Перехватов-Пережогин), но все же мне показалось многое не соответствует действительности (сознательно или несознательно), в частности по декабрьским боям 1917 в Иркутске, которым уделена немалая часть романа. Поскольку автор был сам активный участник событий, некоторые историки (Штырбул) даже цитирую его в научных ствтьях, правда лишь для иллюстрации и освещения некого образа, не знаю, насколько это корректно... И по моему не упомянут хрестоматийный роман Балябина "Забайкальцы".

Ратник: Вероятно,потому что известны они прежде всего иркутянам или сибирякам,а не широкой публике.

Oigen Pl: В 1992 году в № 4 барнаульского журнала "Алтай" были опубликованы "сборные" варианты незаконченной повести Степана Исакова "Голгофа" (1921) - о красногвардейцах отряда Сухова и Сулима 1918 года (см. отдельную тему Форума). Теперь текст повести доступен на сайте Алтайской краевой библиотеки имени Вячеслава Шишкова - http://irbis.akunb.altlib.ru/cgi/irbis64r_12/cgiirbis_64.exe?LNG=&C21COM=2&I21DBN=ELIB&P21DBN=ELIB&Z21ID=&Image_file_name=D:%2Fpm%2Fpm000020/199204.pdf Николай Яновский: "Незавершенная повесть «Голгофа» и последний опубликованный писателем рассказ «Без имени» близки по содержанию. В том и в другом произведении — картины гибели борцов за Советскую власть в колчаковских застенках" - "Литературное наследство Сибири", том 3, 1974, с. 155.

Oigen Pl: Ставший к 1917 году подпоручиком бывший (и недолгий) служащий прокурорской камеры Барнаульского окружного суда Александр Игнатьевич Тарасов-Родионов - автор одной из первых повестей о гражданской войне в Сибири. Повесть в разное время называлась и "Линев", и "Трава и кровь". Критики встретили публикацию с разными мнениями: "В том же «Октябре» т. Лелевич рекомендует ее, как «широкое полотно». Так как широких полотен, — если понимать это выражение не только в количественном, пространственном смысле, — в современной литературе не слишком много, — особенно широких полотен, посвященных изображению революции, то такая рекомендация заставляет нас отнестись к новому произведению Тарасова-Родионова с сугубым вниманием. Перед нами довольно занимательно написанная повесть из эпохи гражданской войны в Сибири. В ткань своего произведения (сюжет его основан на анекдоте: героя, Липева, принимают по созвучью фамилий за Ленина) автор вплел элементы приключенческого романа... К чести Тарасова-Родионова надо сказать, что он сумел в «Линеве» освободиться от некоторых из своих недостатков, особенно ярко и досадно обнаружившихся в «Шоколаде», как, например, от назойливого и монотонного дактилоскопического ритма, делавшего его прозу невыносимо однообразной..." ("Печать и революция", 1924). К 1972 году Тарасова-Родионова настолько забыли, что в материалах с словарю сибирских писателей назвали "Андреем Ильичем". Набоковеды считают, что в память о встрече с Тарасовым-Родионовым Владимир Набоков использовал фамилию "Линев" для одного из своих персонажей (см. прим. в пятитомнике русской прозы Набокова изд. Simpozium, 2000).

Уссури: Н.Шадрин, «Штабс-капитан Щетинкин», повесть. http://www.sibogni.ru/content/shtabs-kapitan-shchetinkin



полная версия страницы